- Каким же?
- Попытки причинить любой вред Хранительнице, - тарухан помедлил, покосился на меня и добавил решительно: - а также обоим вашим сыновьям, нашим Шаксус Джерам и названому брату Таши приведут к мгновенной смене степени моего расположения к правящему роду Тригори.
- Брату? - впервые ощутимо удивился Аторэль. – О ком идёт речь?
- Я говорю о Варуке, - медленно и почти угрожающе отчеканил тарухан. – Он входит в команду искателей Нашкара.
- Орк?! - Правитель не просто утратил невозмутимость, он отшатнулся и уставился на нас квадратными глазами. – Он же…
- Да? – полный ужаса и какой-то брезгливости тон заставил меня мысленно зарычать. Тут уж я не смогла промолчать, и с обманчиво милой улыбочкой на губах прищурилась: – У вас претензии к моему братику? Если так, озвучьте их, будьте так любезны. Думаю, совместными усилиями мы всё решим. И так, на минуточку, именно Варук помог спасти вашего старшего сына после нападения Пшелха.
- Но, Таша… - убитым голосом пробормотал Аторэль. – Он же орк! Как ты, Хранительница Несущего Надежду, можешь заявлять о вашем родстве, пусть даже не кровном. Орки – низшая раса! Они не владеют магией, не способны…
- Не советую продолжать, - скрипнув зубами, я вскинула голову. – Насчёт магии не поручусь, это вам стоит поговорить с Алей, а в остальном… Варук даст сто очков вперёд многим, включая представителей эльфийских родов! Веня ему в подмётки не годится, ни с какого бока!
- Вен... Веня?
- Верлинаганиэль, - пояснил Хартад спокойно.
- Угу, он самый, - кивнула и благодарно сжала горячие пальцы любимого. - Грей предупредил, что Варук вместе с остальными скоро должен быть здесь. Вот и познакомитесь. Кстати, - я вскинула голову, глядя в невозмутимые черты своего принца, - А где твой Шаксус Джер, милый?
- Отправился встречать искателей, - ответил тарухан и, успокаивающе поглаживая меня по плечу, обратился к Правителю: - Я бы рекомендовал не торопиться делать выводы. Я сам за время путешествия кардинально пересмотрел отношение к Варуку. Таша права, он достоин уважения, и для меня будет честью назвать его родственником.
- Что? Орка? Но как?
- Варук - названый брат моей будущей жены, - чуть склонив голову повторил очевидное Хартад. - И, смею надеяться, мой друг.
- Даже не сомневайся! – рыкнул тот самый «брат и друг», именно в этот момент, как чёрт из табакерки, возникший у самой кромки огненных лент. – Так и знал, что ты найдёшь Ташку!
- Варук! – взвизгнув, я бросилась на шею клыкастому орку. – Братишка, я так соскучилась, так волновалась!
Он подхватил меня, поднял над головой и закружил, как маленькую. И сердце маленькой птичкой забило крылышками, радостно чирикая.
Хартад – моя душа, моё пламя, мой сказочный принц, которого люблю больше жизни. Я уже не представляю Шайдара без него, но и без Варука тоже. Он - моя чудесно обретённая семья! Тот, кто всегда будет на моей стороне просто потому, что он – это он, а я - это я. Разве это не чудо - найти по-настоящему родного человека, пусть и орка, в чужом мире?
- Это ты-то волновалась?! – добродушно возмутился Варук, опуская меня на землю и до хруста в рёбрах прижимая к себе. – Ты, да? Я чуть с ума не сошёл, когда понял, что ты сотворила, сумасбродка безголовая! А если бы вы с Алькой ошиблись? Если бы…
- Прости, - размазывая счастливые слёзы по его рубашке, пахнущей пылью и потом, пискнула я. – Прости, я не хотела вас волновать! Но Ирвин… он… Щит активировал, а замок пил силы из вас… И ещё он хотел меня обмануть, врал про…
Вот странно, почему я всегда плачусь в жилетку именно Варуку? Почему именно в его руках начинаю чувствовать себя маленькой девочкой, потерявшей любимую игрушку или разбившей любимую бабушкину чашку? Почему именно братишке хочется выплакаться? Угу, а если говорить проще и ближе к истине - закатить абсолютно детскую истерику с размазыванием по щекам и всем доступным поверхностям слёз и соплей. И ведь не возникает даже тени сомнений – всё простит и утешит, погладив по голове…
- Всё хорошо, маленькая. Я с тобой…- Знакомые руки, чуть грассирующий голос орка, а мне стыдно так глупо демонстрировать собственную слабость, но остановиться не могу:
- Понимаешь, я подумала, Хартад меня не любит, а потом… так больно! Я хотела сбежать подальше. Чтоб не так страшно и горько, а…
Захлёбываясь торопливыми, почти бессвязными объяснениями, я сжимала мощную шею и чувствовала, как страхи уже не растворяются – просто становятся неважными и смешными. Как будто в комнате, полной монстров, включили свет, и жуткие чудовища обратились небрежно сваленными на кресло шмотками или блестящими листьями монстеры.
- Я так боялась всё испортить! Шайдар… погиб бы без магии. И если магическая буря, не только Шайдар!.. А тут Ирвин взял и…
- Тьфу ты, Ёкарный бабай! Это не Хранительница, а заводчица элитной плесени! Опять слёзы в три ручья! - При звуке язвительного голоса Альки дроу за моей спиной охнули, а я лишь всхлипнула от радости, но не успела ответить, как подруга добавила с откровенной нежностью: - А ведь, когда помирать шла, даже не вякнула!
- И я тоже тебя люблю! - отлепляясь от Варука развернулась я к наглой алой морде. – Очень-очень!
Прикрыв подозрительно влажные жёлтые глазищи, эта язва ткнулась лобастой головой мне в живот и шумно задышала.
- А я тебя, - расслышала я сдавленное и сглотнула подступивший к горлу ком. - Алечка… ехидна моя…
Обняв обеими руками своего Шаксус Джера, я улыбнулась проходящим сквозь пламя братцам:
- Привет! Я вас непременно тоже потискаю, вот только эту грозную мадам успокою.
Тут сквозь пламя шагнул Майлс, а за ним… Лей. Вот блин! Черная громада Грея, скользнувшая следом, уже ничего не меняла. Кажется, мне всё же предстоит объясняться с обманутым в лучших чувствах рыжиком.
- Доброго… - бросив нервный взгляд на тарухана через плечо, я кривовато улыбнулась вампирам и поправилась: - Тёмного Неба. Вы очень кстати.
- Тёмного Неба, - кивнули оба, слишком серьёзные и встревоженные, чтобы можно было этого не заметить. – У нас плохие новости.
- Что случилось? – раздался совсем близко бархатный уверенный голос любимого, и его ладони в собственническом жесте легли на мои плечи. При нашем раскладе такая реакция тарухана не удивила. Всё же Хартад ревнив и… Ой, ё-о-о-о… Он же слышал наши с Онель и Майлсом разговоры! Совсем забыла, а ведь понять никак не могла, чего вдруг псинка то и дело рычит и скалится… Бедный рыжик! Сейчас прилетит клыкастику на орехи, ни за что, ни про что….
Я покосилась на тарухана. Тот с некоторым вызовом смотрел на Лея, но демонстрировал скорее свои права на мою мелкую тушку, чем агрессию. Лишь бы пронесло, лишь бы пронесло! В конце концов, про обстоятельства договора о трёх глотках крови тарухан слышал, да и я откровенно призналась в ошибке при Нарте, то есть при Хартаде….
- Таша, ты как? Помощь нужна? – Лей с нарочитым спокойствием перевёл взгляд на меня.
- Прости, - я виновато потупилась. – Я не понимала, о чём идёт речь, когда просила твоей защиты.
- Я в курсе. Отец всё рассказал. Потом ещё мама… провела беседу. Так помощь нужна?
- Но ведь ты понимаешь, что наша договорённость потеряла силу и…
- Я в любом случае на твоей стороне. Всегда.
До боли прикусив губу, я исподлобья глянула в голубые обиженные глаза.
- Спасибо. Теперь, когда рядом друзья и…
- Жених, - сообщил тарухан безаппеляционно.
- Да. С ними я в безопасности.
- Почему, Таша?
- Что «почему»?
- Почему ты просто не сказала мне всё сама? Почему отцу, матери, но не мне? Разве я тебя чем-то обидел?
Мне стало совсем стыдно. Какая я всё-таки свинья!
- Извини, я, правда, не хотела, чтобы так получилось… - мрачно уставившись на собственные кроссовки, я опустила голову совсем низко.
- Ой, да Господи ты Боже мой! – ощущение, будто Алька руками всплеснула, таким тоном протянула. – Нашли, до чего докопаться! Судя по красной морде лица некоторых, наверняка эти самые «некоторые» в очередной раз ляпнули что-то, не подумав. Чего теперь, удавиться всем? Она и так вечно себя винит не пойми в чём! Будем добивать, да? Чтобы совсем себя загнобила? И ведь…
- Хватит, - тихо, но как-то особенно внушительно произнёс Хартад. – Недоразумение было с лихвой компенсировано благом, которое Хранительница принесла клану. К тому же извинения принесены. И неоднократно. Все прочие вопросы ко мне. Претензии есть?
- Нет, - отозвался за сына Майлс, – Лей, прекрати. Ты же не о том хотел сказать.
- Да, - голубоглазый вампир устало потёр лоб. – Что-то я и вправду не о том. Прости, Таш. Не хотел на тебя давить, просто нервничаю… Не буду вдаваться в подробности, но из-под земли в западном лесу раздаётся странный гул. Магическое сканирование ничего не даёт, а копать… - Лей пожал плечами. - Долго, да и непонятно, где именно. Мы попробовали, но ничего не нашли. Яма и яма.
- Землетрясение? – осторожно предположила я.
- Не похоже. Очень локализован источник, но самое плохое, - рыжик запнулся, словно подбирая слова.
- Ну же? – Варук подошёл ближе и озабоченно нахмурился. – Только не говори, что источник вибрации и звука…
- Передвигается, - лаконично подтвердил подозрения братишки Лей.
Знать бы ещё, о чём речь!
- Вот маргный гоб… - орк осёкся. - Прости, сестрёнка. Не сдержался. Направление?
- Уверенно утверждать ничего нельзя. Мы же источник не отследили, но самое плохое – нам не известно существо, способное издавать подобные вибрации, да ещё и отражать магические волны. Под землёй явно перемещается нечто очень большое. Гигантское настолько, что даже просто отследить его «тропу» не выходит!
- А если сонр? – спросил Хартад, потерев подбородок. – Тварь древняя, но с возвращением магии могла и пробудиться…
- Нет, - Габриэль покачал головой. – Сонр хоть и редко встречается в последние века, но у нас в архивах есть записи. Эта тварь свистит, а не гудит, да и в длину достигает не больше тридцати-сорока локтей. Если всё так, как говорит…
- Лей, - в ответ на вопросительный взгляд дроу представился вампир. – И это точно не сонр. Отец видел одного лет триста назад.
- Совсем иная картина, - кивнул Майлс. – А если…
Мужчины принялись обмениваться предположениями, а я на цыпочках отошла к Альке. Всё равно о местных тварях ничего не знаю.
- Ты как? - спросила её шёпотом. – Сильно умаялась с этим переходом?
- В пределах разумного. А я смотрю, вы с Хартадом разобрались?
- Ага. Тут такое дело…
Я вкратце пересказала подруге суть недоразумения, доставившего столько бед. Говорила мысленно, чтоб не отвлекать мужчин, а сама искоса поглядывала на народ.
Мерги с большей частью соплеменников держалась чуть поодаль, ближе к большому шатру, бледная, как смерть, и какая-то потерянная. Грей с независимым видом лежал возле занятой разбором полётов компании. Аторэль, как и ещё несколько дроу, тоже подключился к беседе, и всё время косился на Сератаниралиэля, который это прекрасно видел, но лишь выше задирал подбородок.
Маска высокомерности уже заняла своё место на лице блондина. Красивые губы презрительно скривились, а глаза наполнились холодом. Он ещё и реплики свои выдавал сейчас противным снисходительно-надменным тоном. Только Варук молчал, хмурясь, но то и дело кидал на эльфа понимающие взгляды.
- Аль, мне надо бы вмешаться, а то эти остроухие всё испортят, сами того не заметив. Видишь, как Серт нервничает?
- Ещё бы он не нервничал! В компании такого количества злейших врагов рода. Ты откуда их взяла, кстати?
- Не виноватая я, они сами припёрлись, - буркнула я мрачно. – Отвлеки, пожалуйста, народ. Мне нужны Габи, Серт, Аторэль и вон та полуобморочная эльфийка. Справишься?
- Я помогу, - внезапно подал голос Грей. Причём говорил он мысленно, но я его слышала!
- Без тебя обойдусь, - фыркнула Алька. – Тоже мне, помощник нашёлся! Уголёк-невидимка, блин!
- Тебя что-то не устраивает? – поднявшись, телохранитель Хартада оказался заметно крупнее моей личной язвы.
Шаг, и он уже смотрит на неё сверху вниз с непередаваемым выражением снисходительного выжидания на чёрной морде. Странно, раньше Аля казалась мне очень большой и мощной, а вот теперь, рядом с Греем… прямо миниатюрная, ей Богу!
- Что? – зашипела подруга, кинув на меня обвинительный взгляд. – Это я-то миниатюрная? Ташка, я тебе сейчас как…
- Не ори на Хранительницу, - сурово припечатало порождение Унара. – Тем более, она права. Ты действительно хрупкая, изящная и…
- Ах ты, носок застиранный! – взвилась моя телохранительница. - Чтоб тебе икалось и не спалось! Командовать он мной вздумал! Посмотрите на него, люди добрые! Ути-пути! Да я, если хочешь знать…
Шаксус Джеры препирались уже далеко не мысленно, и «честь» наблюдать за базарной склокой двух мифических монстров выпала всем и сразу. Грей огрызался коротко и спокойно. Альку это лишь сильнее бесило, и она уже начала подпрыгивать, грозя вцепиться в начинающего потихоньку закипать оппонента.
Все, открыв рты, следили за этим театром абсурда, а моя подруга сыпала та-а-акими эпитетами и оборотами… Зуб даю, сама таких не знаю! Искатели, правда, впечатлились куда меньше прочих. Они ко всякому дурдому привычные. К тому же, думаю, они заподозрили подвох, и именно поэтому нет-нет, да переглядывались и выжидательно косились на меня.
Спустя ещё минуту конфликт из «облайной» стадии плавно перетёк в горизонтальную плоскость. По земле, поросшей серебристым мхом, покатился красно-чёрный рычаще-визжащий клубок. Бо-ольшо-о-о-ой такой клубочек.
- Шли бы вы все от греха подальше, - вжавшись спиной в стену палатки, ласково попросила я, перекрикивая визг и рычание. – На полчасика! Я их утихомирю.
Народ неуверенно переминался с ноги на ногу, то ли стесняясь бежать, сломя голову, то ли не расслышав предложения за всем этим тарарамом.
- Хартад, Варук, выведите всех, - уже громче крикнула я, судорожно двигая бровями. – Серт, Габи, идите сюда, помогать будете!
Лишь бы ребята всё правильно поняли! К счастью, мы не первый день знакомы, и моя «морзянка» бровями возымела действие - уговаривать братика с женихом доверить мне разборки с Шаксус Джерами не пришлось. Мало того, перекинувшись парой слов, мои умнички вывели вампиров и дроу, случайно «позабыв» внутри круга огненных лент Правителя с его невестой.
И почему сцепившиеся Алька с Греем якобы случайно раз за разом преграждали парочке дроу дорогу к мнимой свободе? Вопрос риторический. Судьба! В виде двух огромных наглых морд, которые, едва лишние глаза и уши покинули территорию лагеря, преспокойно уселись рядышком, продолжая лаяться, рычать и визжать.
Подмигнув помощникам, я прикрыла глаза и взяла эльфов за руки, создавая вокруг звуконепроницаемый купол. Благо, уже натренировалась. Когда мерцающая полусфера накрыла нас с ребятами, я поманила Аторэля с Мерги. Скандал скандалом, а лишняя конспирация не помешает.
Глава 7 О возможности невозможного
Собираясь с мыслями, я несколько секунд смотрела в большие ярко-синие глаза друга. Глубокие, синие и очень похожие на глаза Мергалиэллы, которая шла к нам, судорожно стискивая руку Аторэля.
- Помнишь, - я ласково погладила блондина по руке, - в Соллерне я обещала тебе кое-кого найти?
- Таш, мне кажется, сейчас не время… - начал было блондин, но вдруг вздрогнул и нахмурился: - Думаешь, правитель Тригори может что-то знать о ней?
- Наверняка, - маска маской, но я слишком хорошо знала уже Серта, чтобы не заметить, как в синей глубине мелькнули, сменяя друг друга, растерянность и надежа.
- Даже если так, вряд ли он расскажет об этом, - сокрушённо покачал головой эльф, кладя руку на моё плечо. – Я благодарен тебе, Таша, но ты не там ищешь. Отец предпринял множество попыток найти след мамы. Но ему не удалось ни внедрить шпиона в окружение Аторэля, ни подкупить кого-то из дроу.
- В твоих словах я вижу три фундаментальные ошибки, золотце, - накрывая его пальцы своими, доверительно проговорила я. - Для начала, Правитель дроу не упустит возможности рассказать тебе о маме если не всё, то очень многое.
Вот так сразу убивать не столько Серта, сколько Габриэля, не хотелось. Остроухие родители как раз шагнули сквозь мерцающую пелену купола и успели услышать мои слова. Габи же с пристальным вниманием следил за нашей беседой, и лишь коротко кивнул им, приветствуя. Зато Серт в присутствии дроу как будто собрался и снова нацепил на себя невозмутимо-надменный вид. Хорошо хоть Габи он уже воспринимал, как друга, игнорируя расовую принадлежность!
- Ты зря так стараешься, - заметила я тихо. – Нет нужды закрываться от них. Каждый из тех, кто сейчас тебя окружает, желает тебе только добра. Поверь мне, солнце. Разве я хоть раз лгала тебе?
- Но, Таша… - Серт немного расслабился, но всё ещё напоминал натянутую струну, готовую в любой момент обернуться глыбой ледяного равнодушия. Не для меня, конечно – для всех прочих. – Аторэль всё-таки дроу, к тому же правитель враждебного Эрданелону государства!
- Эрданелону - вполне вероятно, а вот тебе - точно нет, - я улыбнулась, вкладывая в голос и улыбку всё тепло и уверенность, какие только у меня были. – Но давай вернёмся к фундаментальным ошибкам твоих рассуждений. Я не «ищу», а нашла. Видишь разницу?
- Правда? – еле слышный шёпот друга и сверкнушая в его глазах надежда заставили навернуться на глаза слёзы.
- Именно. Но главное – ты не ошибался, говоря про шпионов. Аторэль действительно пытался много лет внедрить их для поисков секретной информации. Увы, так же безуспешно, как и Веня.
- Таша, ты что-то путаешь. Зачем ему, - быстрый взгляд в сторону вышеназванного дроу, - создавать шпионскую сеть при собственном дворе? А если ты говоришь про нашу верхушку, то уж отец точно ничего не знал о местонахождении жены.
- Аторэль пытался заиметь шпионов при дворе Эрданелона, - поправила я мягко. – И это Веня искал Мергалиэллу, - Габриэль охнул, но я продолжила, игнорируя понимание, затопившее лицо младшего дроу при упоминании имени эльфийки. - А вот Аторэлю не было смысла искать любимую, поскольку она всегда была рядом с ним. Правитель Тригори искал способы выкрасть её сына, то есть тебя.
Несколько секунд Серт напряжённо вглядывался в моё лицо, а потом медленно повернул голову и в лоб спросил у правителя Тригори:
- Это так?
- Да, - сглотнув, дроу жадно всматривался в черты своего первенца, не менее взволнованный и напряжённый, чем сам Серт.
- И где она? Я… могу её увидеть? Хотя бы издалека?
Видно, перекрашенные в чёрный цвет волосы Мерги ввели блондина в заблуждение. Да и мог ли он предположить, что его матушка окажется не в центре охраняемого со всем тщанием дворца, а прямо здесь, в центре Тёмных Земель?
По щекам самой эльфийки стекали крупные слёзы. Она зажала рот руками и просто пожирала сына глазами, полными всё тех же слёз. Женщина явно впала в ступор и потеряла дар речи. К чести Габи, он уже понял, к чему я веду, и вытаращился на Серта, открыв рот. Аторэль тоже молча ждал у моря погоды. Нашли время в молчанку играть! У нас тут куча народа в любой момент рванёт помогать в усмирении взбесившихся Шаксус Джеров, а эти родственнички кота за хвост тянут!
- Ты головушку-то свою блондинистую поверни чуток, - намекнула я, подталкивая эльфа в бок и слегка кивая в сторону эльфийки. – Авось, и спрашивать никого не придётся.
Думаете, тут-то он и повернулся? Сейчас! Сертик после моих слов и вовсе превратился в соляной столб. Даже уши побледнели.
- Так вот почему вы не хотели жениться! – поражённо выдохнул Габриэль. – Мама… ты жена Повелителя светлых эльфов?
И разверзлась бездна! Все отмерли одновременно, а некоторые весьма… бурно. Аторэль обнял младшего сына за плечи, притягивая ближе к себе, и выпустил ладошку любимой. Мергалиэлла со стоном бросилась на шею старшему, который, кстати, оказался на целую голову выше её.
Серт несколько секунд стоял, с недоумением и даже ужасом глядя сверху вниз на рыдающую у него на плече женщину, а потом его руки робко её обняли…
- Мама? – почти беззвучно выдохнул он, и вдруг стиснул её, уткнувшись лицом в тёмные волосы эльфийки. – Мама.
Я бочком-бочком добралась до пары Габи-Аторэль и, подавив спазм, сжавший горло, выдавила удовлетворённое:
- Говорила же я, что ты мне Серта напоминаешь! Как видишь, интуиция попала в точку… - рукавом вытерев мокрое лицо, я посмотрела-таки на Правителя.
Глаза у Сертика мамины, а нос, скулы, подбородок и форма губ - точно от папочки достались. К гадалке не ходи.
- Габриэль, ты сам-то как? - Осторожно закинула удочку. - Всё же брат объявился, да ещё и старший… Не расстроился?
- Я?! Ты с ума сошла? Он зануда, конечно, - тут парень подмигнул мне и расплылся в широченной улыбке, - но только на первый взгляд. Ты оказалась права в том, что Сератаниралиэль мне понравится, стоит познакомиться поближе. Но только ты ему об этом не говори, а то зазнается. Светлый же!
- Не больше светлый, чем ты, - заметила я растерянно, искоса посматривая на «счастливого» отца, которому выдали ещё одного свежеиспечённого сына от любимой женщины, причём вполне себе взрослого.
Когда Габи возмущённо взвыл «ты с ума сошла», Правитель чуть не поперхнулся. Угу, а он думал, если я Хранительница, ребята со мной дистанцию выдерживают? Ха! И ещё три раза «ха»! А когда младшенький выдал своё мнение о братике, у Аторэля и вовсе челюсть упала. Как же, вражда между темными и светлыми, традиции! В общем, сплошной кошмар на улице Вязов.
Ничего-ничего, пусть привыкает! Я ещё «за Варука» не разобралась. Тоже мне, дроу, представитель высшей расы! Пусть иногда я белая и пушистая, но под пухом та-а-кие колючки… Он ещё узнает, где раки зимуют! Пусть только вякнет насчёт братишки - мало не покажется.
- И кстати, - вспомнила о немаловажной детали, - твоя матушка больше не жена Повелителя светлых.
- Как это? Вирлинаганиэль погиб?
- Мечты- мечты… Не-е, такое не тон… в смысле, такие не тонут. Просто я расстегнула тварк. Думаю, если интуиция меня и на этот раз меня не обманывает, скоро в Тригори намечается свадьба Правителя.
- Торжество в честь свадьбы, - поправил Аторэль отстранённо. - Брак заключён этой ночью.
- Ух ты! – я аж подпрыгнула. - Получается, этим, - обвела рукой вокруг, - я как бы благословила ваш брак? Да ещё в присутствии приближённых?
- Хм… После того, как ты самолично сняла брачный браслет с Мерги, нужды в дополнительных подтверждениях твоего благоволения нет, но, если ты не против, мы бы использовали и это чудо. Всё же во втором случае у сомневающихся будет нечто большее, чем просто слова свидетелей.
- Ну, если вы так ставите вопрос, - я почесала переносицу, - попробую убедить Майлса признать это место нейтральной территорией, пусть и во владениях клана. – Пожалуй, и вправду, будет лучше, если любой дроу сможет увидеть своими глазами источник и... прочувствовать атмосферу места.
- Таш, – в голове проклюнулось Алькино ворчание, – нам ещё долго орать? Грей, вон, охрип уже.
- Ничего подобного, - низкий голос Грея тоже услышала я одна, кроме Альки, естественно. – Но вот твоя телохранительница утомилась.
- Что-о?! – взвыла подруга. - Ах, ты, самоуверенный…
Я тряхнула головой и, слава Богу, вопли моей персональной язвы смолкли. В любом случае, Шаксус Джеры правы - пора прекращать слезоразлив и заканчивать разговор. После, как всё устаканится, можно будет и поговорить, и порыдать всласть, а пока нужно расставить точки над «и».
- Дорогие мои Мергалиэлла и Сератаниралиэль, - фу-ух, выговорила! Чуть язык не сломала… - Я понимаю, насколько бестактно прерывать ваше общение, но у нас времени в обрез. Ау-у! Господа хорошие, прошу минутку вашего внимания!! Всего одну, и я оставлю вас наедине!!!
Серт поднял на меня совершенно невозможные, сверкающими безумной смесью чувств глазищи. Мерги всё ещё всхлипывала у него на плече, судорожно стискивая плечи сына, словно его сейчас отбирать будут.
- Таша, я… - начал было блондин сиплым шёпотом, но я отрицательно покачала головой:
- Подожди благодарить, зай. Это ещё не всё.
- Хранительница, - взяв за руку, остановил меня Аторэль. – Я бы хотел сам рассказать всё… моему сыну.
Габриэль вскинул бровь, но Правитель этого не заметил, глядя уже на Серта.
- Что ж, так даже лучше, - улыбнулась я. – Вас оставить наедине?
- Если можно.
- Да фигня вопрос! - и я шагнула к плёнке купола, но, обернувшись, подмигнула светлому эльфу. - Очень надеюсь, в этой семье ты будешь счастлив, и проблемы уйдут в прошлое, но в любом случае, ты всегда и во всём можешь рассчитывать на меня.
В следующую секунду меня оглушил вой и ругань. Под защитой магического барьера как-то даже позабылось, насколько громко и самозабвенно может верещать моя драгоценная подруга. Грей тоже вносил свою лепту в звуковой бедлам. Без его грозного басовитого рычания концерт двух отнюдь не кошечек потерял бы немалую долю своей привлекательности.
Впрочем, привлекательность сего действа и так была весьма сомнительна, зато эффективность неоспорима. Никто даже не сунулся за огненные ленты. Хотя, думаю, тут и Хартад с Варуком ручки приложили. С другой стороны, присутствующие - элита Тригори, да и клана. Наверняка догадываются, что к чему.
Зажав уши, я закатила глаза и скорчила восхищённую рожу Шаксус Джерам.
- И к чему сия пантомима? – Алька зловредно хихикнула, пока Грей оглушительно рычал. – Могла бы просто подумать, что я божественно артистична, покладиста и скромна! Вон, как старательно тебе помогаю!
- Особенно умиляет «скромна и покладиста» - хихикнула я. - Правда, Грей?
Черный зверь только добродушно ухмыльнулся, скосив взгляд на соседку, и ничего не ответил. Только зелёные глаза сверкнули тепло и радостно.
Хрюкнув в кулак, я оборвала красочную мысль про маленьких Шакс… Оборвала, говорю! А то ещё подсмотрят некоторые, и затопчут хранительницу Несущего Надежду в порыве неконтролируемого негодования. Пойду лучше манатки соберу.
Спустя четверть часа все вещи были тщательно упакованы в рюкзак, кровать заправлена свежим постельным бельём, а на столе красовались чистые бокалы, фрукты и бутылка советского шампанского. Сдаётся мне, сегодня этот домик посетят не единожды, а Майлс уж точно покажет его Онель. Пусть порадуются романтичной обстановке.
Я переплела косу, поправила костюмчик и лишь после этого пошла делать неизбежную гадость. Перекинув лямки рюкзачка через плечо, глубоко вздохнула и вышла наружу.
Свежеиспечённые родственники мирно беседовали под куполом. Даже странно! Ни тебе истерик, ни резких жестов и хватаний друг друга за грудки. Даже Мергалиэлла взяла себя в руки! Она уже не рыдала - лишь тихо улыбалась и, кажется, жалела, что не осьминог. В смысле, рук ей не хватало, В одной - ладонь Серта, в другой - Габриэля, а мужу - обожающие взгляды и ни одной конечности. Непорядок! Но не наколдовывать же ей лишнюю пару рук, в самом-то деле?
- Нам пора, - шагнув сквозь мерцающую звуконепроницаемую плёнку, я виновато улыбнулась эльфам. – Нужно выдвигаться, а то вампиры наверняка нервничают. Не стоит усугублять, да и кушать очень хочется.
- Конечно, - Аторэль кивнул, - ты абсолютна права.
Получив утвердительные кивки от остальных, я развеяла купол и показала большой палец Шаксус Джерам. Алька довольно оскалилась, снижая мощность выдаваемых звуков с оглушительных до просто громких, а после и вовсе затихла. Грей ещё пару секунд порычал со скучающим выражением на морде, но, когда я дошла до танцующих лент пламени, смолк и он.
Первым за пределы круга шагнул Правитель, невозмутимый и уверенный, как и прежде. Габи выглядел взъерошенным, но скорее ошарашенным, чем расстроенным. Про Серта вообще молчу, а Мерги…
- Спасибо, - когда я собиралась проследовать сквозь огонь за мужчинами, эльфийка задержала меня, порывисто обняв. – Спасибо тебе за сына! За обоих сыновей! И за мужа! И за меня!
Я лишь сдавленно крякнула. Силищи у хрупкой на вид женщины оказалось под стать хорошему сумоисту. Кто бы мог подумать?! Ещё чуть-чуть, и завтрак наружу полезет! Угу… полез бы, если бы он сегодня был, завтрак этот!
Едва тиски не по-женски крепких объятий ослабли, я отступила на шаг:
- Это вам спасибо, - быстро протараторила я, улыбаясь. – За Серта! О таком друге я и мечтать не могла, да и Габриэль – настоящее чудо.
- Таша, ты….
Пожалуйста, не надо слёзно благодарить! Я ж от стыда сгорю! - Цапнув руку Мергалиэллы, у которой глаза снова начали подозрительно блестеть, я потянула её к остальным.
- Я голодна до дрожи! – отвлекая внимание от слегка невменяемого семейства, громогласно заверила я всех и сразу. – Так голодна, что готова слона съесть! А вы?
- На, - со смешком выдохнул Хартад, и в свободной ладошке возник кусок хлеба с мясом. – С тобой всё в порядке?
Проходя сквозь огонь я зажмурилась, а теперь, открыв глаза, натолкнулась на улыбку любимого. Господи, как хорошо! Воссоединение друзей, родственников, влюблённых и… бутерброд с копчёным мясом. Что ещё нужно для счастья?
Варук
Это какое-то безумное безумие! Именно так и никак иначе. С приходом в наш мир Хранительницы Несущего Надежду Шайдар стал неожиданным, ярким и, наверное… да – добрым. Именно это слово я искал.
Ташина искренность и готовность открыть душу всему живому в этом мире преобразила его почти до неузнаваемости. Шайдар стал иным. Каждый жест, каждое слово девочки с широко распахнутыми глазами, в которых живёт вера в невозможное, преображало всё вокруг. С самого первого дня, с того самого момента, когда эта малышка подняла на меня полный сочувствия взгляд от бессознательного эльфа. Такая маленькая, хрупкая, такая беззащитная и… настоящая. Даже несмотря на её тогдашнюю бестелесность. Её отношение к Сератаниралиэлю оказалось важнее, чем сестрёнка может себе представить.
В тот миг мы увидели истинное лицо Надежды. Лицо веры в то, что мы сами можем и должны быть лучше. Пусть не все приняли этот дар землянки, Бвер вот оттолкнул его, но где он сейчас? Пусть не все. Зато мы начали меняться, как и сам Шайдар. Не одна магия вернулась вместе с сестрёнкой - гораздо больше…
Я стоял, глядя на излучающую счастье и любовь девочку, и буквально купался в эманациях радости и света. Многоцветных, многоголосых... Дроу, эльф, тарухан и даже высшие вампиры – у каждого внутри плескалось счастье. У одних с оттенком сожаления, у других с привкусом горечи или удивления, но сейчас, в эту минуту, абсолютно все здесь были счастливы.
Безумие. Ведь так не бывает!
А ведь всего несколько дней назад я мечтал добраться до горла тарухана и придушить гада, из-за которого сердце моей драгоценной сестрёнки обледенело, едва не убив её, такую доверчивую и светлую. Я был готов убить Хартада, даже не зная точно, чем именно он едва не погубил хрупкую землянку с наивными глазами и ласковой улыбкой, а сейчас…
Очнувшись в замке инкуба, я поначалу даже не сообразил, что происходит – столько отчаяния, тоски и страха обрушилось в момент пробуждения. Это потом я смог вычленить отдельно эмоции Шаксус Джера, тарухана и… самого инкуба.
Не буду даже говорить, что почувствовал я сам, увидев изломанное тело сестрёнки на руках этого маргного красавчика. Если бы не Алька… Слава Небу, к тому моменту она успела вкратце обрисовать задумку Хранительницы, иначе вряд ли я сумел бы сдержаться, и попросту открутил бы голову блондинистой твари, которая одурманила Ташу.
Впрочем, когда тарухан превратился в пса… Ай, да чего там? Разве дело в моих тогдашних страхах и желании разнести к маргному пердышкуну всё и всех? Главное - Таша удивила вновь. И тогда, и сейчас. Мало нам было высших вампиров, с поклонами встретивших нас на границе своих земель и заверивших в своей неизменной лояльности! Это высшие-то! Те самые, которые на свою территорию просто так никого не пускают. Кто бы мог подумать?
Но не это выбило из колеи. Рядом с хранительницей Нашкара привыкаешь ко всему. Но после трагической гибели Таши и нашей выматывающей гонки по следу тарухана через Темные Земли найти сестрёнку живой, здоровой и счастливой до невозможности?! К тому же в компании правителя Тригори, с которым мы сами ещё недавно воевали и даже сумели победить!
Обнаружить в метре от себя Аторэля - это ещё ерунда, а вот услышать, как наследник Харрутского трона признаётся тому в дружбе с орком… Дружбе! С орком! Вот это был настоящий шок. Я бы и сейчас пребывал в уверенности, что произошедшее – бред, но Ташка кинулась мне на шею, окутав любовью, светом и верой… в меня.
Моя маленькая добрая девочка… Да ради тебя я горы сверну! Подниму бесчисленные орды в поход за край мира ради одной твоей улыбки, хорошая моя…
Это же надо, назвать меня братом при правителе дроу! Орка! Представителя расы, которую все упорно отвергают и считают чем-то вроде отбросов, только опасных.
Вот уже полтора века мы пытаемся доказать прочим расам, что давно переросли тех недалёких варваров, которыми были тысячелетия назад. Полтора века интриг, подкупов и битв, попыток найти если не понимание, то хотя бы готовность выслушать и увидеть нас такими, какими мы стали, а не какими были. И всё впустую! А тут…
Хартад, мягко говоря, не последний представитель своего народа, признаёт орка равным себе, называет другом. Хранительница Нашкара перед лицом правителя Тригори объявляет меня братом и… Небо, это настоящее чудо!
Но в тот момент меня куда больше волновали Ташины слёзы, её сбивчивый шёпот и судорожные объятия. Это сейчас, глядя на малышку, буквально излучающую свет, я пытаюсь думать – иначе просто захлебнусь пропитавшими всё окрест радостью и счастьем. Тогда эмоции затмили всё.
Моя девочка, сестрёнка… Сколько же в тебе любви и веры в лучшее? Нет, нужно абстрагироваться, пока тоже не «поплыл» в этом мареве своих и чужих чувств. От всеобщего ликования не спасут никакие блоки.
- Отец, - расслышал я голос Габриэля совсем близко, - позволь представить тебе моего друга. Это Варук.
Я вздрогнул, но склонил голову в лёгком поклоне. Этот мальчишка сошёл с ума! Ладно Хартад, он сам себе хозяин. Но родному сыну Аторэль не простит такой неосмотрительности, как дружба с орком. Ой, попадёт парню…
Но Правитель, обнимая за талию высокую темноволосую эльфийку, не скривился, как следовало ожидать. Помедлив, дроу шагнул ко мне и…
- И моего, - в эту же секунду неожиданно поддакнул Серт, слишком невозмутимый для подобных обстоятельств.
Я прищурился, окинув взглядом светлого эльфа. Ещё один безумец! Впрочем, тут важнее другое – почему светлый эльф представляет меня тёмному так, будто… Хм… А если?
Спутница Аторэля поймала ладонь блондинчика и сжала её, радостно улыбаясь.
- У вас очень красивые глаза, - заметил я после секундной паузы. И цвет… необычный. Почти уникальный, я бы сказал.
Эльфийка поёжилась и вопросительно посмотрела на Аторэля.
- Габи, друг мой, - выделив слово «друг», подмигнул я молодому дроу. – Представишь меня своей… матушке? Я ведь не ошибся? Или будет лучше, если ей меня представит Сератаниралиэль?
Дивный букет эмоций, окутавший четвёрку, подтвердил подозрения. Кажется, сестрёнка сдержала слово и нашла матушку остроухого эльфёныша! А если учесть некоторые особенности эмоций Аторэля, ещё и батюшку нового нарыла! Ну, малышка! Волшебница, право слово!
- Хм… Вижу, вас всех можно поздравить, - я выдержал паузу, подбирая слова: – Семейство в сборе. Рад за вас.
- Кто? – выдавил из себя злое правитель Тригори спустя несколько мгновений ошеломлённого молчания. - Откуда?
- Очевидное сложно скрыть, - пожал я плечами. – К тому же, у меня свои секреты, но, уверяю, тайна моих друзей останется тайной. По крайней мере, от меня никто точно ничего не узнает. Моё почтение.
Отвесив поклон, уместный лишь среди равных, я отошёл к Шаксус Джерам, наблюдающим за Ташей с Хартадом. Прислушиваясь к эмоциям дроу, я ожидал возмущения, злости – чего угодно, но только не осторожного удивления и… пожалуй, толики уважения. Ничего себе!
- Варук? - тихо бросил мне в спину Правитель.
- Да? – я вопросительно вскинул бровь, глянув через плечо на дроу.
Младшие улыбались искренне, открыто и довольно. Женщина смотрела с изумлением, а вот Аторэль…
- Благодарю, - произнёс он с едва заметным кивком. – Хранительница и… прочие оказались правы. Я изменил своё мнение относительно вас.
- Тебя, - поправил я, скрывая за улыбкой удивление. – Рядом с Ташей лучше обращаться друг к другу на «ты». Ей так комфортней, да и нам проще.
- Я приму во внимание… твою рекомендацию, - сглотнув, выдавил из себя он. Удивительно, как он вообще смог перешагнуть предубеждение и гордость первородных! Того и гляди, с неба гоблины посыплются.
- Варук, я должен тебя поблагодарить. Твой вклад в спасение моего сына от пшел…
- Не стоит об этом, - мотнув головой в сторону лишних ушей, прервал его я. – Считай, ты сказал, а я услышал. Эти мальчишки стали дороги мне самому. Они достойны уважения и помощи.
- Спасибо, - одними губами прошептала эльфийка, стискивая ладонь Серта.
Смущённый и растерянный, я лишь пожал плечами и поклонился ей. Чуть ниже, чему Правителю, но это можно. Она женщина, да к тому же мать моих… друзей. Непостижимо!
- Сочтём за честь увидеть тебя при дворе Тригори, когда история с Нашкаром закончится, - сняв с руки перстень, Аторэль кинул его мне. – Моя печать будет тебе защитой в Тригори и знаком встречным дроу. Сопровождение – не больше двух дюжин… соплеменников. Пока. Магического вестника перед визитом можешь не посылать.
- Пришлю, - глянув исподлобья, пообещал я с усмешкой. – Непременно.
- Хм… Как скажешь.
Поклонившись как равному, Правитель направился к своим соотечественникам, уводя жену и сыновей. Я же незаметно выдохнул сквозь зубы, не без труда осознавая фееричность произошедшего. И снисходительное предложение не посылать вестника тут не оскорбление, скорее уж – гигантская уступка.
Всем известно, что среди орков не рождаются маги. Якобы это ещё одно доказательство ущербности моего народа. Магические расы презирают тех, кто не способен управлять силовыми потоками Шайдара. Так было испокон веков, но от этого не легче.
Отчасти я даже могу понять такое отношение. Ведь даже некоторые растения - и те способны использовать магию себе во благо, а мы… Тысячелетиями нашей силой оставалось оружие и готовность умирать в бою, не раздумывая. Наши предки пробивали стены подручными средствами, а то и вовсе голыми руками там, где все остальные использовали бы магию. Мы брали числом и упрямством, а не разумом или тактикой.
Мы складывали тысячи жизней там, где другие обошлись бы сотнями, но выживали. И мы выжили! В Скон, наши степи, и сегодня никто не сунется без крайней на то нужды. Да, нас ненавидят, но и боятся. Но за право «быть» мы заплатили кровью. И в первую очередь своей.
Дерево в степи – редкость, и мы не строили домов. Выбирали место и попросту разбивали лагерь - сотни и сотни шатров, бесчисленные табуны… Орки-грабители, орки-вандалы... Всё так. Мы веками не занимались ремёслами, предпочитая отнять у оседлых рас то, что на коленке не сделать: оружие, ткани, посуду и много чего ещё, включая рабов. Что не использовали сами, обменивали или продавали, иногда возвращали за выкуп. Именно потому я отчасти понимаю ненависть и презрение, питаемое к нашему роду. Вот только многое изменилось за последние тысячи лет. Да, мы не маги, но всё чаще и чаще среди нас рождаются эмпаты - орки, способные чувствовать эмоции всех прочих соплеменников. Реже - те, кто слышит чувства прочих рас.
Кто не был в Сконе, не поймёт, почему с такой самозабвенной яростью мы защищаем каждый клочок своей земли, почему так яростно отстаиваем своё право ходить по ней и гоним чужаков, чтобы нога их не ступала по нашим просторам. Но мы-то знаем!
Травы столь высокие, что способны скрыть всадника... Земли столь плодородные, где сами собой дают обильные плоды растения, которые в иных местах требуют ухода и пота пахарей… Верески, злаки, ягоды – всё растёт само, но это лишь для непосвящённых.
Скон – не просто степи! Скон – земли, пропитанные кровью наших бесчисленных предков до самого ядра этого мира! Нашей кровью… Просторы, среди которых затеряны десятки источников силы, которая обрела металлический привкус и багряный оттенок - источники магии, столь желанной прочим расам и почти не нужной нам самим.
Пришло время, и в степях появились рощи, вековые леса. Мы хранили это в секрете, отгоняли людей, гоблинов, эльфов – всех, кто хотел поживиться силой, но не понимал, что вместе с магией впитает в себя и кровь наших предков, отдавших жизнь за наше будущее. Всех, кто мог бы узнать главную тайну орков – увидеть наши первые города, мастерские, библиотеки… Всех, кто наверняка захотел бы любой ценой их разрушить, дабы не позволить нам стать ещё сильнее.
Но мы справились, стали большим, чем просто многоголосая варварская орда. Мы стали народом, у которого есть будущее в этом мире, а теперь… Я усмехнулся, подмигнув заговорщически скалящейся Альке, и надел на палец вовсе не кольцо – залог возможности невозможного.
Глава 8 Если звёзды зажигают - значит, это кому-то нужно
Таша
Честно говоря, мои мозги растеклись по черепной коробке сладкой медовой лужицей. Самой противно, но в свете любящих зелёных глаз сознание и малейшие проблески мысли превратились в щекотное желе блаженства. И не спрашивайте, «как»! Я сама без понятия. Говорю же – ни тени мысли, одно всепоглощающее радужное счастье, восторг и изумрудное пламя внутри и вокруг.
Мужчины что-то обсуждали. Недолго, но бурно и громко. А я не слышала ни слова! Мергалиэлла пыталась благодарить и, кажется, когда мы прощались, приглашала в гости. Я отвечала на автомате и улыбалась, ни черта не соображая.
Просто училась дышать рядом с любимым, не захлёбываясь его близостью. Впитывала тепло сильных, обнимающих меня рук, привыкая к радужной эйфории, затопившей каждую клеточку тела. И всё ждала, когда же звучание бархатного голоса перестанет волнами желания и восторга проникать под кожу, превращая кровь в раскалённую добела лаву.
Ждала и в то же время боялась этого. А вдруг осуществлённая мечта перестанет быть такой яркой и всепоглощающе прекрасной? Но каждое слово тарухана вновь и вновь обжигало, тревожило и сжигало последние крохи сомнений. Он и вправду меня любит. По-настоящему. Сильно. Искренне. Меня! Хартад! Невозможно, но… факт.
Пребывая в прострации от оглушительного осознания, я совершенно запуталась. С одной стороны, душило назойливое желание вцепиться в любимого мужчину всеми конечностями и не отпускать, пока даже воспоминание о сомнениях не сгорит в изумрудном огне.
С другой, где-то в медовой лужице эйфории робко билось четкое понимание, что нельзя до такой степени забывать обо всём, кроме одного единственного человека. Просто нельзя! Ведь даже если самому тарухану я не надоем, рано или поздно перестану уважать себя, растворившись в дыхании любимого. И как тогда? С третьей… да пошло оно всё лесом! Пока у меня есть горячая ладонь моего принца, его любовь и радость, большего мне не нужно.
Вот так и получилось, что расставание с вампирами прошло для меня, как в тумане. Уже давным-давно остался позади лагерь, как и большая часть дня. На Альке ехали Варук и Мэрги. Серт и дроу в полном составе бежали лёгкой рысцой. Я бы и под страхом смертной казни так быстро передвигаться не смогла, зуб даю! А вот верхом на Грее, да ещё примостившись щекой на плече любимого тарухана - с превеликим удовольствием.
Мерная поступь Шаксус Джера убаюкивала. Измотанная волнениями, я то проваливалась в радужную дрёму, то оглядывалась по сторонам, рассматривая поросший голубоватой травой луг, холмы, утопающие в лиловом вереске, рощу золотисто-розовых сосен…
Наверное, правильнее говорить «бор», но «бор» - это нечто темное и таинственное, а тут было светло и радостно. К тому же иголки на ветру издавали необычный слегка «стеклянный» звук. Будто кто-то легко постукивает по ним волшебной палочкой и получается музыка. Нежная, едва слышная, золотисто-розовая мелодия надежды и солнечных лучей…
В очередной раз очнувшись от дрёмы я обнаружила, что мы едем под шляпкой гигантского гриба. Даже не сразу глазам поверила, но потом убедилась – тропа и вправду извивалась между ножек странных, метров эдак под семь, «опятков». Не-е, Аторэль обозвал их «ламунатами», но запоминать было лень и неохота. Поэтому – именно «опятки». За характерную «юбочку». характерный цвет ножки и пластинок шляпки.
Ну вот же! Темные Земли, Тёмные Земли… Какие же они тёмные, если тут всё буквально светится чистотой и нежностью в лучах закатного солнышка? Когда снова продрала глаза посреди заливного луга, где вода искрилась и переливалась всеми цветами радуги, я всё же озвучила свои претензии. В ответ Алька заржала в голос, а Хартад просто крепче прижал к себе и поцеловал в волосы. Даже не оглядываясь, я почему-то всем существом чувствовала его улыбку.
- Ой, Ташка, - выдавила подруга сквозь смех. – Нашла, о чём спрашивать!
- В смысле? - озадаченно нахмурилась я. – Разве мы не в Тёмных Землях?
- В них самых, - никак не желала успокаиваться клыкастая язва. – Вот только после твоего визита сюда, да ещё вплотную к обалдевшему от счастья тарухану, эти места будут назвать как угодно, но не тёмными. Окстись, дурында влюблённая! Ночь на дворе! Какой закат? Какое солнышко?
Икнув, я недоверчиво прищурилась. Ночь? Фуфло! Небо только сверху тёмное, а вдоль горизонта – буйство всех оттенков красного и золотого. Тут тебе и багрянец, и персиково-розовый, и даже белый цвета. Вон, справа вовсе медно-рыжие мазки, а слева рубиново алые и золотистые. Сзади… Хм… А почему закат со всех сторон?
- А это не закат, милочка, - фыркнула Алька, когда я, забывшись, произнесла последнюю фразу вслух. - Просто влюблённые Хранительницы весьма непредсказуемы и чересчур эмоциональны.
- Упс…- Покраснев, я покосилась на бегущих рядом дроу и эльфа. Как они умудрились держать темп весь день – ума не приложу.
- Дважды привал устраивали,- заметила подруга, в наглую считав мысль прямо из головы. – Ты даже не проснулась, а твой принц наотрез отказался тебя будить. С тобой спешивался, с тобой сидел на травке, с тобой же и обратно на спину своему телохранителю забирался. Такой же псих, как и ты, милочка!
- Правда? - прикусив губу, я запрокинула голову, чтобы поймать взгляд Хартада.
- Не хочу тебя отпускать, - признался он тихо. – Вдруг опять исчезнешь?
- Не исчезну. Никогда…
- Угу, - клыкастая язва издевательски хихикнула: - Конечно, если так дело пойдёт, через пару дней попросту прилипнешь к своему обожаемому тарухану намертво, и уж точно никуда не денешься, даже если захочешь.
- Не захочу, - накрывая мужские ладони обеими руками, прошептала я.
Прикрыв на миг глаза, снова провалилась в дрёму. Напоследок лишь заметила хвостик промелькнувшей здравой мысли. Так вот почему меня весь день в сон клонит! Оказывается, магия не желает оставаться внутри и заливает окрестности, а силы тают… Ну и пусть! Местным жителям сила на пользу, а мне не жалко. Пока могу дышать любимым и быть рядом с ним, всё остальное - ерунда. Встретить свою половинку – вот самая главная и общая для всех миров магия.
- Отвали! – спустя какое-то время выдернул меня из царства Морфея грозный рык подруги. Такой и покойника поднял бы!
Вместо ответа на возмущённую тираду меня лишь крепче сжали сильные руки Хартада. Правой щекой я прижималась к тонкой ткани, сквозь которую слышала ровные удары его сердца. Левую обдувал свежий ветерок с привкусом древесного дыма и сладковатого цветочного аромата. Под полами замшевой куртки, которыми укутал меня тарухан, ограждая от ночной прохлады, было уютно и сонно.
- Эльфы уже и постель приготовили, всё застелили. Положи её и отойди! Сколько можно объяснять? Ташка во сне себя не контролирует, и даже если ни в какую не желает разжимать ручки, это ещё ничего не значит!
- Нет, - тихое.
Бархатный голос волной ласкового тепла прокатился по венам, иголочками толкнулся в пальцы и затёкшие конечности. Ощущение, будто миллионы крохотных радужных искр на миг вспыхнули внутри и угасли, унося с собой усталость неподвижного весь день тела.
Я чуть-чуть приоткрыла глаза, рассматривая из-под опущенных ресниц жилистую шею, резковато вылепленный подбородок, растрепавшие пряди пепельных волос. Мой сказочный принц…
- Ты посмотри, что вокруг делается! Дроу уже задолбались челюсти с земли подбирать! Того и гляди шеи посворачивают, озираясь! – разорялась Алька. – Их не жалеешь, сжалься хотя бы над местными монстрами! Им тут ещё жить!
Ветер взметнул пепельные волосы Хартада, окутал ароматом дыма, а я почему-то вспомнила, как впервые проснулась на руках этого большого и сильного мужчины. Тогда он показался мне сказочно красивым, а сейчас… Да, пожалуй, сейчас я вижу тарухана иначе. Просто к внешней привлекательности добавилось восхищение им самим.
- Здравствуй, незнакомец. А где твой конь? – улыбаясь прошептала я фразу, которой некогда ввергла в ступор зеленоглазого принца.
Он вздрогнул и опустил взгляд, чуть сдвинув меня, чтобы видеть лицо.
- Конь? – спросил чуть тревожно.
- Помнишь, как я тебя спросила об этом… целую жизнь назад? -Мечтательно улыбаясь спросила я и, повернувшись, прильнула губами к судорожно дёрнувшемуся горлу.
Разжимая руки, которыми обнимала тарухана за шею, похоже, весь день, провела пальцами по горячей коже от твёрдого подбородка к ямочке возле основания шеи.
- Я думала тогда, ты – мой самый лучший сон, и очень не хотела просыпаться.
- А теперь? – нежности в вопросе было куда больше чуть опасливой надежды. - Тоже не хочешь?
- Поставь меня на ноги, - попросила мягко. – Устал же.
Тарухан позволил плавно соскользнуть по его телу на землю, но не отпустил – сильные ладони обжигали талию даже сквозь одежду. Я запрокинула голову, вглядываясь в нечеловеческие изумрудные глаза с вертикальными зрачком. Потом, лаская, прошлась взглядом по светлым ресницам, высоким скулам, рельефным линиям рта, длинному носу с едва заметной горбинкой…
- Ты даже не представляешь, - прошептала, - насколько я счастлива, осознавая, что не сплю…
- Зато все остальные представляют! – рявкнула доведённая до белого каления Алька. - Оглянись, бестолочь!
Пришлось оглянуться, не то разъярённая телохранительница не погнушалась бы и подзатыльник в сердцах ответить, а лапки у неё тяже-е-е-лые…
Мы стояли в нескольких метрах от костра, а вокруг шелестели на ветру высоченные, словно доисторические, древовидные папоротники, увитые тускло светящимися лианами. На последних тут и там виднелись крупные фиолетовые цветы-граммофончики.
Ноги по щиколотку тонули в мягкой стелющейся травке с округлыми листочками. Где-то совсем близко журчала вода. По ту сторону костра дроу устраивали постели. Варук, через плечо поглядывая на нас, вполголоса разговаривал с Тарнашем. Чуть поодаль семейство Правителя тихо обсуждало каких-то «суров». Уж не знаю, каких. Далековато, чтобы разобрать подробности.
Сразу за кругом неровного света на папоротниках и лианах расселись пушистые зверьки с огромными круглыми глазищами и мелодично мурлыкали. Или булькали. Звук такой… будто от закипающего чайника. Парочка зверьков размещалась совсем близко, я даже рассмотрела густые загнутые реснички и длинную шерсть. Наверное, днём она будет песочного цвета, а сейчас казалась просто светлой. Словом - тишь, гладь и Божья благодать.
- Ну и? – обиженно протянула я. – Что тебя не устраивает? Чудное местечко, цветочки красивые и пахнут приятно. Живность опять же… умильная.
- Вообще-то, - скрипнув клыками, ехидно прошипела Шаксус Джер: - мы находимся в центре пустыни Пожирающих.
- Что пожирающих? – совершенно растерявшись, выдавила я.
- Всё! - припечатала Алька. – Магию, души, плоть, веру, свет…
- Эм… ты уверена? – стискивая ладонь Хартада, я сглотнула. – Вон, пушистиков никто не съел, как видишь. Да и где ты тут пустыню нашла?
- Уже нигде, - покосившись на скривившуюся Альку, басовито хохотнул Грей. – А «пушистики» ещё совсем недавно были бестелесными сгустками голода и ужаса. Вот на «голоде» как раз и споткнулись – глотнули твоей магии, разлитой вокруг, и всё.
- В смысле? – ахнула я, чувствуя себя ребёнком, которому рассказывают страшную сказку.
- Превратились, - дёрнул хвостом телохранитель Хартада. – Как и пустыня. Теперь она радует глаз растительностью, источниками и бездной силы. Таш… а ты всегда такая?
- Эм… - я покраснела. Что же теперь дроу про меня думают? Бли-и-и-ин… Козу твою за ногу! – Какая «такая»?
- Дурная! – взвыла Алька, подлетая и отвешивая шлепок кончиком хвоста. – Нам ещё сутки до храма пилить, а ты совсем себя не бережёшь! Магией шарашишь, словно взбесившийся брандспойт водищей!
- Сутки?! – аж подпрыгнула я. – Всего одни сутки?
- Портал выкинул нас в Шартаз, - погладив по волосам, пояснил тарухан. - Пешком мы бы от Харрута несколько недель к ароллам добирались. Храм Заката находится в пограничных землях Тригори. Если не сбавлять темпа, за сутки можно добраться, но скорее всё-таки дня за два - за три. Сегодня мы очень много прошли, но это лишь благодаря твоей магии, любимая.
Прикосновения и тон Хартада меня ободрили и придали сил, чтобы воспротивиться напористому Алькиному осуждению.
- Слышь, подруга, - подбоченившись, я шагнула к алой монстрятине с ершистым характером. - Ты чего в бутылку лезешь? Кому плохо, если одной жуткой пустыней станет меньше? Лавры желудочного заболевания покоев не дают? Хочешь стать самой язвительной язвой в этом мире? Не выйдет! На каждую хитрую жо… Хм… На каждого мудреца найдётся свой дурак!
- Кому плохо?! - припав к земле, аж зашипела моя телохранительница. – Совсем нюх потеряла? Сколько раз ты уже теряла сознание, память и способности из-за перенапряжения магических потоков? Да, временно. Но именно сейчас для нас такое – смерти подобно! Таш, неужели ты не понимаешь…
- Это ты не понимаешь, - я против воли улыбнулась. – Я уже никогда не смогу забыть вас. А если и так, вы же рядом! Напомните. А что касается перенапряжения, я ведь не нарочно. Не могу же я просто взять и перестать чувствовать себя счастливой! Как ты себе это представляешь? Щёлкнуть пальцами и сказать «крибле крабле бумс»?
- Хотя бы отойди от Хартада, - буркнула Шаксус Джер, угрюмо скривившись. – Ты же сейчас, как маяк во тьме для всех голодных до магии тварей. Считаешь, если с этими, - Алька кивнула на «пушистиков», - повезло, то и с прочими будет именно так? Ха! К тому же, ты бы задумалась, какой вред причиняешь местной фауне. Это же реликтовые монстры! Некоторые тысячелетиями выживали, даже в условиях скудного магического фона, а теперь как им быть? Чем и как будут питаться превращённые в мохнатых колобков машины для убийства? Забивать жертвам рот шерстью? Зализывать насмерть? Угу… У них и языка-то нет, небось…
- Так не бывает! – рассмеялась над диким предположением. – Наверняка есть, просто рта не видно из-под меха! Вот, смотри!
Я развернулась и подошла к ближайшему стволу, где, лупая круглыми совиными глазищами, восседал на изгибе лианы очередной пушистик.
- Эм… Цып-цып? Кис- кис? – зверёк не реагировал, только таращился бессмысленным, как будто пустым взглядом. – Они вообще разумные?
- Насколько мне известно, прежде их интересы ограничивались бесконечным голодом и жаждой пожирать всё, что попадало в пустыню. – подходя, ответил Тарнаш, - О наличии у них разума никогда не слышал.
- Уже хуже, - вздохнула я, почесав репку. - Табурет хоть козлом наряжай, хоть ёлочкой – умнее не станет.
Зверьков стало жалко. И вправду, как им теперь быть? Потерявшим истинное обличье, беззащитным, да ещё и безмозглым?
- Бедненький, - я осторожно сняла с лианы ближайшего колобка в пуху.
Шелковистая шёрстка мягко приняла мои ладони, но круглые глаза оставались пустыми и бездумными. Как жаль! Ели бы я знала, как помочь… Способна ли магия наделить разумом тех, у кого его нет и не было никогда?
Осторожно ощупывая зверька, я подошла ближе к костру. Обидно, но Алька оказалась права – ни намёка на рот, ушки или хоть какую-нибудь неровность под шерстью не наблюдалось.
- Таша, ты бы поосторожнее с этим, - встревоженно заметил Грей.
- Да, любимая, - Хартад положил руку мне на плечо. – Отпусти это существо. Оно может быть опасно.
- Чем? – прикусив губу, отмахнулась я. – У него ни зубов, ни когтей. Ох, что я натворила!
Виновато покачав головой, я прижала пушистика к груди, осознавая, насколько хрупка жизнь. Вот припёрло же одной до печёнок влюблённой Хранительнице пройти через пустыню, где испокон века жили монстры, и всё – пришёл к ним большой и страшный зверь «писец». Они ведь даже напасть не успели, а теперь будут медленно умирать от голода. В мучениях…
- Не переживай, сестрёнка, - Варук подбросил в огонь несколько продолговатых кирпичиков.
В попытке отвлечься от самобичевания, задумалась над природой «кирпичиков». Интересно, что это такое? Надеюсь, не спрессованный навоз. Слышала, кое-где его используют, как топливо, и…
- Тут либо мы их, либо они нас, - продолжил утешать орк. – Да и кому они нужны, эти вечно голодные злобные твари вместе с их пустыней?
- Наверное, этому миру, - прошептала, поглаживая кончиками пальцев живой шарик. – Знаешь, сколько разных тварей на Земле уничтожили люди, полагая вредными или опасными?
- Ну и что? Это нормально.
- Не скажи, - грустно улыбнулась я Габриэлю, присевшему рядом на корточки. – Есть на Земле большая сильная страна. Однажды там сочли, что воробьи, которые портили посевы, вредны и опасны. Объявили этим маленьким птичкам настоящую войну и почти всех повывели в погоне за богатым урожаем, а в итоге знаете, что из этого получилось?
- Нет, - качнул дроу головой и протянул ладонь к монстрику, равнодушно и неподвижно лежащему у меня на руках. – Наверное, богатый урожай.
- Голод, разруха и вообще никакого урожая. Птички исчезли, но без них расплодились насекомые, которые пожрали весь урожай. Весь, понимаешь? А уничтожить тучи саранчи не так просто, как хотелось бы. И это не единственный пример. Порой то, что нас пугает, раздражает или просто не интересует, оказывается тем самым винтиком, без которого механизм существования целого мира даёт сбой и летит в тартарары. Мы ничего не знаем о равновесии и устройстве экосистемы Шайдара. Если звёзды зажигают, значит это кому-то нужно. Наверняка и пожирающие для чего-то нужны, просто нам не понятно, для чего именно.
- В любом случае, пустыня не вся превратилась в зелёный оазис, - заметил Грей. – Всего-то полоса в десяток километров шириной. Да и откуда нам знать, что верно, а что нет? На то и существуют Хранители, чтобы восстанавливать равновесие.
- Но я тоже Хранительница! А как правильно поступать - не знаю.
- Ты ещё очень молода, - заметил Грей тихим, но уверенным голосом. – И как человек, и как Хранительница. Всему своё время, Таша. Просто слушай своё сердце, и всё будет хорошо. А если ошибёшься, тебя поддержит Унар. Это ведь его земли.
- Ашмар тоже в стороне не останется, - не смогла оставить последнее слово за конкурентом Алька. Чувствую, она к нему неровно дышит, раз не упускает возможности подколоть или вставить шпильку. – Действуй-злодействуй, малышка!
Я улыбнулась. Хорошие они. И в меня верят, только я понятия не имею, как действовать и чем помочь лохматым колобкам. Как дать им шанс выжить? Я ведь никогда ничего не создавала намеренно. Просто обращалась к памяти этого мира через Нашкар и восстанавливала утраченное. Меллорны, проташей там… С другой стороны, а почему бы не попробовать ту же схему? Вдруг Несущий Надежду подскажет выход?
Я потянулась к амулету с просьбой дать малышам возможность защищать себя и хоть как-то питаться. Превращать их обратно в злобных монстров-убийц желания не было, несмотря на все альтруистические рассуждения. Мы ведь тоже часть этого мира, и умирать пока не собираемся.
Нашкар потеплел, я это почувствовала кожей, но больше ничего не произошло. Нахмурившись, приподняла лохматый мячик на уровень глаз и скептически скривилась. Ну и?
Всё то же полное отсутствие конечностей, рта и ушей. Всё те же пустые глаза, шелковистый мех и... больше ничего.
Под выжидающими взглядами кучи народа я чувствовала себя бесталанной идиоткой. Надо же – Хранительница! Обычная самонадеянная лопухня с полной головой тараканов! Угу, ещё и грязная, как свинья… И как я за один день так вспотела? Пахну, как скунс в центрифуге!
Эм… Изогнувшись, потянула носом.
Подмышки не пахнут, вроде.
- Габи, - подозрительно покосилась на сидящего на корточках дроу. – Ты не в курсе, чем это так воняет?
Парень поднял на меня слезящееся глаза:
- Нет! А должен?
Запах усилился. Теперь глаза слезились уже у всех. Я закашлялась, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Отвратительная вонь! Того и гляди… Угу…. Судя по характерным звукам, кого-то из дроу всё-таки стошнило.
Пушистый комочек в моих ладонях протяжно мурлыкнул. Вон, даже зверь без обонятельных рецепторов - и то учуял, чем пахнет! Ох, финалгон мне в ухо, что ж это делается? Таким макаром мы тут все передохнем нафиг!
- Ташка, - сдавленный писк Альки ничуть не напоминал обычный для неё рык, но это был именно он. – Чего ты наворожила, зараза изобретательная!
- Это не я! – прикрывая нос рукавом, проблеяла в ответ. - Меня сейчас вырвет! Мао-о-о-чки…
Колобок снова дёрнулся и мурлыканье приобрело визгливый оттенок. Я попыталась перехватить пушистика, чтоб не выронить, но фокус не удался. Очередная волна сногсшибательного аромата ударила, как будто в живот кулаком прилетело.
- Ой! - пискнула я, когда пушистик брякнулся на землю. – Прости, я не хо…
Глаза драло невыносимо, слёзы заставили всё вокруг подёрнуться мутной влажной дымкой, но и сквозь неё я увидела, как лохматый зверёк подкатился к… Фу-у-у, какая пакость!
Колобок докатился до остатков обеда кого-то из остроухих и вляпался в него по самое не могу. Блин! Теперь ещё и отмывать придё… Тут меня тоже вырвало. А вы бы устояли, увидев, как комочек шелковистого меха с огромными умильными глазищами с откровенным удовольствием катается по рвотным массам? Бе-е-е-е… какая гадость эта ваша заливная рыба! Ещё и мурлыкает, будто его глядят! Громко так…
- Он это жрёт, - с отвращением простонала Алька. – Впитывает! Смотри!
И хотелось бы не видеть, да никак. Колобок действительно впитывал рвотные массы! Не знаю, как, не знаю, чем, но… Смрад усилился ещё больше, и остальные зверьки, словно спелые груши, попадали со своих насестов, чтобы рвануть к первому и последовать его примеру. Или наоборот? Сначала «посыпались», а уж после амбре приобрело новую сверхъестественную силу? Не знаю, но наизнанку выворачивало уже всех нас. За исключением довольных «пушистиков»!
- Валим отсюда! - просипела подруга, и Хартад, забросив меня на плечо, вскочил ей на спину.
Спустя десять минут меня сгрузили на тёплый песочек возле толстенного основания огромного папоротника с подветренной стороны от несостоявшегося лагеря. Вернее, разрушенного усилиями одной идиотки.
- Варук, останься с ней, - бросил Хартад безапелляционно, снова взлетая на Альку – мы за остальными.
Орк согласно булькнул что-то невнятное, сгружая на песочек рядом со мной бледных до синевы остроухих братцев. Чёрная махина Шаксус Джера, на котором прибыла троица, метнулась обратно к костру.
- Бли-и-н… - Обхватив голову, застонала я.
- Опять тошнит? – протянул мне руку братик. – Придержать тебя?
- Нет, - я отрицательно замотала головой. - Просто… Ну почему у меня всё выходит через… эм… пятую точку гоблина? Почему хочу сделать хорошо, а получается, как всегда? Как же мне стыдно-о-о-о…
- Не переживай. Сама же говорила, если звёзды зажигают… В смысле. Наверное, и такие твари нужны Шайдару, так?
В голосе Варука слышался скепсис, хотя он старательно его скрывал за сочувствием и желанием успокоить, подбодрить меня.
- Спасибо, золотце, - всхлипнув, обняла его ноги.
Угу, между прочим, тоже отнюдь не сияющие чистотой. Это я у Хартада на ручках весь день провела, а остальные бежали, да и на полянке возле костра не вляпаться в… грязь, было нереально. Вот, ложкина вилка! Только-только народ отдохнуть собрался, огонь развёл, а тут я со своими идеями! Кретинка безрогая, опять напортачила…
Тряхнув головой, я отстранилась от пахнущих потом, болотной тиной и всеми прочими гадостями сапог братишки. Значит, так: я нагадила – мне и убирать. Цапнув протянутую ладонь, я поднялась и огляделась.
К счастью, «пушистиков» поблизости не наблюдалось. Ни одарённых способностями, ни пустоглазых. Шаксус Джеры привезли нас на окраину зелёной полосы. Сзади и над головой перешёптывались папоротники, а впереди - лишь бескрайний океан тёмно-синего песка, колкий от песчинок ветер и звёздное ночное небо.
Глава 9 Вечные напасти на вторые девяносто – это судьба
Таша
Всё! Больше никакой самодеятельности и разрушительного альтруизма! Задача минимум – лагерь, огонь и еда. Всё. Хотя нет, ещё место, где отмыться от миазмов плодов моих усилий на ниве спасения милых зверушек. А если уж быть совсем откровенной, хочется банально убраться подальше отсюда и забыть увиденное, как очень страшный и мерзкий сон. Слава Богу, закалённая ужастиками земной киноиндустрии, отхожу от таких вещей я довольно быстро.
- Ты куда? – недобро протянул братец, едва я шагнула по направлению к пустыне. – И не думай! Одну тебя я не отпущу, а бросать эльфов без охраны нельзя.
- Как скажешь, - я кивнула, соглашаясь, и осталась стоять на месте.
Варук прав. Тем более, я обязательно найду способ отыскать приключения на свои вторые девяносто. Но мне никто не мешает воспользоваться Нашкаром и магией прямо отсюда.
Но только-только я потянулась к амулету, когда из песка метрах в двухстах от границы оазиса неожиданно вынырнуло нечто длинное и многоногое. Сверкнула в лунном сете чешуя. Впрочем, какая в пустыне «чешуя»? Наверняка хитиновые пластины или что-то в этом роде.
Когда, создав фонтан песка, это нечто снова ушло под землю, я нервно сглотнула. Хорошо ещё, Варука послушалась и не попёрлась в пустыню! Сдаётся мне, Алька и тут попала в яблочко – на манок магии сюда скоро и не такое подтянется.
- Да уж, - хмыкнул братик, обмахивая эльфов куском папоротника, - Без твоей силы мы бы тут долго не протянули…
- А как же местные жители по пустыне перемещаются?
- Никак. Они сюда не суются. В обход идут, через лес Мрака, потом вдоль границ Тригори, а там пара недель пути через Унаровы Язвы, и вуаля - Храм Заката.
- Пара недель?!
- Угу. Это если «вдоль границ», а если Тригори поперёк пересекать - месяца полтора пешим ходом. На Шаксус Джерах - месяц.
- Ясно, - а я-то уж совсем собралась обругать ребят, что опасную дорогу выбрали! Впрочем, тут везде опасно. Не Невский проспект всё-таки. Зря что ли в книжке, которую в Харруте читала, дороги Тёмных Земель то и дело называют проклятыми?
Ладно, утро вечера мудреней. Сначала выспаться, отдохнуть на свежем воздухе, а там чего-нибудь сообразим. Прикидывая, с чего начать выполнение задуманного, я почесала затылок, но не успела мысль оформиться, как перед глазами мелькнула алая туша подруги. Хартад передал Варуку парочку остроухих и развернул клыкастую «скакуншу», когда верхом на Грее прибыл Аторэль с бессознательной Мергалиэллой на руках и ещё одним соратником поперёк угольно-чёрного хребта телохранителя тарухана.
Кажется, мы совсем не по назначению используем Шаксус Джеров. Удивительно ещё, что они не возмущаются произволом. Пока не возмущаются... С другой стороны, от нашей жизни любая лошадь банально издохла бы на первом же закидоне моей магии. Вот был бы тут автобус или….Кстати! Удачная мысль! Нет, автобус на Шайдаре – лишнее, но в целом…
- Варук, а в каком направлении нам нужно двигаться вообще?
- Туда, - махнул орк в сторону второй луны. – Примерно.
Присев возле кучки синего песка, наметённого ветром, я принялась пальцем чертить схему. Магия магией, но нельзя же пожелать неизвестно чего? Вот попроси я вертолёт, наверняка Нашкар не откажет, но выдаст именно то, что представила. А что я знаю про вертолёты? Угу, ничего.
Слово «мотор» - это только слово и ничего больше, а на одних лопастях, прицепленных к железной коробчонке, далеко не улетишь. Та же фигня со всякими автобусами-дирижаблями. В целом устройство представляю, а вот с деталями полный швах. Даже воздушный шар - и тот имеет специфическую систему для горелки и канатов, которыми им управляют. Просто непостижимо, как мало, оказывается, я знаю.30f6fc
Пришлось изобретать велосипед. Идею подсказала маленькая девочка Элли2. Помнится, в одной из книжек серии она пересекала пустыню на корабле. Или это была уже Энни? Сказки про Изумрудный город я читала в глубоком детстве.
Почесав в затылке, от варианта с парусами отказалась почти сразу. Ветер-то встречный, да и моряков, чтобы управиться с парусами, среди нас нет. Шайдарцы вообще с мореплаванием не в ладах после достопамятной войны с Тарагаа-Стор3 и всеобщего исхода с Восточного материка.
Хартад с помощью Шаксус Джеров успел перетащить уже почти всех дроу. Серт с Габи уже очухались, только головами мотали и морщили носы, а я всё возилась с чертежом. В первую очередь он нужен был мне, чтобы было проще представить будущий транспорт.
Наконец, когда любимый отправился к лагерю за последним остроухим, я выпрямилась и покрутила головой, разминая затёкшую шею. Воровато оглянувшись на братика, виновато вздохнула. Придерживая Габи под спину, Варук помогал ему напиться из большой кожаной фляги.
Вот я дурында. Начала с желания отмыться, а про ванну и воду для неё позабыла! Пришлось возвращаться к чертежу, поскольку купаться там, куда в любой момент могут нагрянуть отвратные колобки, не хотелось совсем. Даже если установить защитный купол, от одного вида обманчиво милых вонючек всех наверняка опять перекорёжит. Как вспомню, так вздрогну.
Учитывая количество народа, транспорт предстояло соорудить не только надёжный, но и большой, чтобы всем хватило места. Теперь ещё и зону для бассейна придётся предусмотреть, а песок закончился.
Прикусив губу, я потёрла пыльной рукой нос и скривилась от амбре, идущего от собственной кожи. Какая гадость!
Тут взгляд упал на ещё одну кучку песка в паре метров от меня. Обрадованная удачей, я совсем забыла про обещание не двигаться с места и рванула к источнику «рисовательного» сырья. Пару горсточек принесу, и всё! Будет нам и ванна, и какава с чаем!
Угу… Правду говорят: «Когда Бог решает наказать человека, он лишает его разума». Вот и меня наказать решил, кажется. Наверное, в качестве компенсации за щедро отсыпанное до того счастье.
Ну почему я не попросила Варука помочь с песком? Почему не допетрила наколдовать пару альбомных листов и карандаш? По кочану!
Едва я наклонилась над грудой и протянула к ней загребущие ручки, песок взметнулся фонтаном. Я отшатнулась, прикрывая лицо рукавом, и закашлялась. Чёртов ветер!
Ха! Ветер? Как бы не так! Не успела и пикнуть, как кто-то закрыл мне рот сухой горячей ладонью, а свободной рукой прижал спиной к твёрдой, как камень, груди.
Я замычала, в тщетной попытке вырваться из стального захвата, но в следующий миг песок снова взметнулся, с тихим шорохом закрутился вокруг, поднимая в воздух нас с… кем-то.
- Ташка! – истошный крик Варука донёсся будто издалека, а потом и вовсе стих, увязнув в навязчивом шелесте тысяч песчинок.
Кажется, меня опять умыкнули! Знать бы ещё, кто и зачем. Ой, что бу-у-удет… Хартад мне по голове ночным горшком настучит, когда узнает. Ну, это когда найдёт, конечно…
Только подумала, что вообще-то можно воспользоваться Нашкаром, чтобы вернуться прежде, чем все окончательно всполошатся, как неизвестный похититель соизволил подать голос:
- Не стоит использовать магию в сердце бури, - прошипел он, почти касаясь уха. – И нас угробишь, и силу зря потратишь.
Глупо, но я ему поверила. Очень уж сурово и от того убедительно он это сказал.
Очень хотелось облаять гада и послать по матери, куда подальше, но его ладонь всё ещё надёжно закрывала рот, да так плотно - даже не укусить.
Я притихла, закрыв глаза. От мельтешения песка перед лицом мутило, и дурнота в который раз за этот вечер толкнулась в горло, обжигая едким привкусом желчи. Хорошо хоть не бултыхает особенно, да и песчинки кожу не секут, что странно. Старалась думать о чём угодно, лишь бы не вспоминать, как сильно подвела ребят. Я-то ладно - выкручусь, а как они через пустыню одни, без моей магии? Лишь бы не… Ой, кстати!
- Алька? - позвала я мысленно. – Аленька, ты меня слышишь?
Несколько ударов сердца ответа не было, и я уже совсем сникла, когда донеслось прерывистое:
- Таш…ка! Зар..раза… ты г..де?
Наверное, буря создаёт нечто вроде помех на линии, - подумалось.