Глава 13

Ника

Раф засыпает, прижав меня к себе и уткнувшись лицом в затылок. Спокойное горячее дыхание носится по мне волнами мурашек, одна сильнее другой. Больно от того, что никто и никогда так не признавался мне в любви, как этот горячий кареглазый парень. И никто никогда не скажет тихое «Я буду за тебя убивать», звучащее как «Я забрал твоё сердце и буду его оберегать».

Я оставляю его тебе, Рафаэль. Пусть будет настоящее вместо твоей бутафории на батарейках. Мне оно без тебя всё равно ни к чему.

Осторожно выпутываюсь из его крепких объятий. Поправляю платье, собираю волосы в небрежную косу и, не оглядываясь на него, выхожу из комнаты.

Идти тоже больно. Хочется всё бросить и вернуться к нему. Снова забраться в тёплую кровать, а утром проснуться он наглых поцелуев и медленного секса.

Мне сказали, без сердца живут. Ты же как-то живёшь, да, Раф? Я не хочу, чтобы ещё кто-то погиб. Мне страшно. Если бы ты знал, как мне на самом деле страшно…

Добегаю до своей машины. Достаю телефон из маленькой сумочки.

Неизвестный номер: «Код от нашей свободы — 83R19S7. Найди сейф. Скорее всего, он в кабинете. Там лежит старая чёрная флешка. Забери и уходи оттуда. Я тебя встречу»

Грустно улыбаюсь. Отец любит своих детей. Буквы имён, день их рождения в коде. Интересно, что означают остальные цифры?

Нет, неинтересно. Забрать флешку, уйти, и в этот дом никто не придёт за ней. Это не предательство. Я спасаю сразу шесть жизней вместе со своей. Какая разница, что останется у меня внутри, когда всё закончится? Переживу. Это не может быть страшнее плена и пыток. Всё из-за неё, да? Из-за этой флешки? Бега, гибель родителей…

Потом всё узнаю. Сначала надо закончить и тихо уйти.

Ориентироваться в доме довольно просто. Нахожу кабинет, вожусь с замком и попадаю внутрь. Закрываю за собой дверь. Кусая губы, привыкаю к темноте. Меня глушит собственным сердцебиением. Всё тело вибрирует от волнения. Надо просто глубже дышать, и всё.

А там Раф спит. И я снова хочу к нему.

Можно вернуть мне то ощущение, которое я могу испытывать только рядом с ним? Не забирайте у меня это, пожалуйста….

«Стоп-стоп. Дышать. Чего ты как маленькая?!» — ругаю себя.

«Да потому что я маленькая!» — психую, едва не топая ногой.

Всё. Закончили истерику. Это всё чувства виноваты. Нельзя было влюбляться, меня просто сразу не предупредили.

И как бы я себе запретила?

Глаза привыкают к темноте. Я теперь отлично вижу расположение мебели, техники. Проверяю все возможные места, где может находиться сейф.

— Ну вот я тебя и нашла… — касаюсь пальцами гладких кнопок.

Ещё раз прокрутив код в голове, ввожу буквы и цифры, застывая на последней. Задерживаю дыхание. Тихий щелчок, и механизм толкает тяжелую дверцу на меня. Документы, деньги, две пластиковые карты. С улыбкой смотрю на выпуклые имена близнецов. Счета, о которых братья не знают. Это мило.

У тебя всё будет хорошо, Раф. Тебя здесь любят.

Шарю рукой и нащупываю то, что мне нужно. Вынимаю, проверяю. Действительно флешка. Сейчас такие уже и не делают. Всё более навороченное в основном. И стиль другой. На всякий случай ещё раз проверяю содержимое сейфа. Ничего больше нет. Она такая одна, значит, мне пора уходить.

Убираю следы своего пребывания в кабинете. Тихо выскальзываю в коридор, спускаюсь в холл.

— Сбегаешь? — раздаётся с лестницы.

Внутренне вздрогнув, оглядываюсь и встречаюсь взглядами с Самаэлем. Растрёпан, в одних тонких штанах, не скрывающих того, что парень решил обойтись без нижнего белья. Такой же красивый, как Раф. Другой… Не понимаю, как их можно спутать. Они ощущаются по-разному. От улыбки Рафаэля у меня в животе разгорается пламя, в котором можно греться. А его брат сейчас приморозит меня к полу своей надменной ухмылкой. Сэм смотрит свысока. Ну да. Где сын столичного прокурора, и где все остальные.

— Так вышло, — равнодушно пожимаю плечами. — Дай мне уйти, ладно? Не буди Рафаэля. Я просто поняла, что у нас с ним ничего не получится. Ни у кого не получится.

— Почему? — Сэм засовывает руки в карманы и спускается ко мне.

— Потому что очень сложно конкурировать с его братом. А на отношения втроём я не подписывалась. Не передавай ему эти слова. Они для тебя. Просто подумай. Прощай, Сэм, — касаюсь пальцами его щеки. Парень вздрагивает и отшатывается, а я улыбаюсь шире, пытаясь всеми силами устоять на ногах.

Разворачиваюсь и ухожу, чувствуя, как он провожает меня испепеляющим взглядом. Не останавливает. Я и не сомневалась. И Рафу, вероятно, передаст свою версию нашего разговора. А может, и вовсе не скажет, что видел меня этой ночью.

Всё это теперь неважно. Я выхожу из особняка прокурора и выношу с собой то, что может навредить моему любимому человеку и спасти меня. Предполагаю, что отец парней в курсе, что несёт в себе эта флешка, поэтому существуют счета, о которых не знают сыновья, и, вероятно, ещё какая-то страховка, чтобы их не задело, если эта «бомба» рванёт раньше времени.

Сажусь за руль своего "Мини Купера". Завожу движок, мягко трогаюсь с места и выезжаю на главную дорогу, почти пустую в это время суток.

Картинку перед глазами размывает, и дворники здесь точно не помогут. Слёзы текут по подбородку, по шее, груди и животу под платьем. Мне дышится через раз и трясёт всё сильнее. Зубы стучат, будто ко мне вернулся тот кошмар четырехлетней давности. Только сейчас больно внутри, и эта боль усиливается с каждым километром, что отдаляет меня от Рафаэля. В груди сжимается и ноет.

Я повторяю онемевшими губами: «Прости меня, прости меня, прости… Я тебя очень люблю. Навсегда.»

Въезжаю на парковку. Выхожу из машины и, всё время спотыкаясь о подол длинного платья, плетусь к лифту, не чувствуя ни грамма облегчения от того, что достала эту чёртову флешку.

Открываю квартиру своим ключом.

— Держу, — раздаётся над головой.

Буквально падаю в руки самого старшего из братьев.

— Не могу, — всхлипываю, прижимаясь к нему. — Я не могу, Арман! Мне так больно. Меня сейчас просто разорвёт! Я не могу…

Он раскачивает меня в своих сильных руках, как отец делал, когда я была совсем-совсем маленькой. А папы больше нет, и мамы нет. И это сейчас так некстати меня добивает.

Кричу, уткнувшись в грудь Армана.

— Вэл, всё будет хорошо. Валери, — родное имя режет слух, — я скучал. Мы скучали. Не плачь.

— Т-ты г-гов-ворил… — кое-как проталкиваю в себя вдох. — Что с п-пулей, — рвано выдыхаю и снова вдыхаю глубже. — В сердце н-не живут. Мне кажется, я… — вдох, выдох. — Умираю без всяких пуль…

Сжав зубы до боли в челюсти, плачу и никак не могу остановиться. У меня внутри не просто мясорубка, там кто-то нагло идёт по минному полю, взрывая все закладки в хаотичных местах. Сжимаюсь в комок, скулю, вою, пытаясь сжаться ещё сильнее, чтобы это выдержать.

— Стёпа, вколи ей уже что-нибудь! — рявкает Арман.

Средний брат тоже здесь. Я… чёрт, я даже не заметила его.

— Нет, — делаю над собой усилие и даже сажусь ровнее на коленях старшего брата. — Не надо. Пожалуйста. Я сейчас. Сейчас…

Только с дурацкими слезами не договориться. И с тем, что выворачивает меня наизнанку. Почему именно Раф? Почему мне не встретился кто-то, к кому я осталась бы равнодушна?

— Вы жестокие, — всхлипываю, глядя на братьев, и тут же тянусь к Стёпе.

Он улыбается и забирает меня у Армана, крепко прижимая к себе. Целует в мокрые щёки.

— Я тоже страшно скучал, — признаётся брат. — Прости, конечная цель сейчас превыше всего. Да и мы не думали, что вмешаются чувства. Сестрёнка выросла и научилась обманывать своих, — улыбается. — Не делай так больше. Мы всегда на твоей стороне.

— Дай воды, пожалуйста, — сажусь на пол там, где стою.

Вместо Стёпы, воду мне приносит Арман. Присаживается на корточки, помогает удержать стакан в дрожащих руках.

— Мне важно, чтобы ты жила, Вэл. И наш брат тоже. Да и мне бы хотелось, — невесело улыбается он. — И пацанам твоим ничего не будет. Ты спасла их, понимаешь? Нас бы грохнули, а флешку всё равно нашли. Пусть позже. Год, два ещё. Но нашли бы, малышка. А мы почистили за собой. Думай об этом. Тебе будет легче.

— Что такого на этой проклятой железке? Это реально стоит жизни наших родителей? Издевательств надо мной? Всего, что с нами происходило последние четыре года?

Тишина… Парни только переглядываются, видимо, решая, говорить мне или нет.

— Чего вы молчите?! — швыряю стакан об пол. Он разбивается на крупные осколки, по дорогому паркету растекаются остатки воды.

Арман поднимает меня с пола и снова усаживает к себе на колени.

— Я всё расскажу тебе через пару дней. Потерпи, Вэл. А сейчас нам лучше уехать. Здесь тебя скоро начнут искать.