Глава двадцать первая

Когда я приоткрыла глаза, за окном сгущались плотные синеватые сумерки. Было тихо, лишь где-то на отдалении слышался лай собак, доносящийся с внутреннего дворика замка, да потрескивали дрова в растопленном камине.

— М-м-м, — неразборчиво просипела я, силясь отбросить в сторону подозрительно тяжёлое одеяло и сесть. Охрипший от криков и пережитого испуга голос плохо слушался, поэтому я кашлянула, пытаясь вернуть ему былую плавность и звонкость. — Что происходит?

Поморщившись, потому что сказанное всё равно напоминало треск не смазанных петель, я потянулась к прикроватному столику, заприметив там графин с водой. Но не смогла. Что-то придавило меня сильнее к постели, а потом ещё и потянуло назад, притягивая ближе к... Твёрдому, горячему и определённо мужскому телу.

Окончательно придя в себя, я опустила взгляд и поняла, что меня обнимали чьи-то руки, в собственническом жесте оплетаясь вокруг талии. Какая вопиющая наглость!

«Раэль», — не сомневаясь, поняла я. Кому ещё хватило бы нахальства завалиться спать со мной в обнимку, пользуясь тем, что я потеряла сознание?

Кровать определённо была не моей, что я определила по собранному в изголовье знакомому балдахину. «Стало быть, ночуем опять у него», — посетила меня мысль, заставив недовольно скривиться. Слишком уж мне не понравился мой внутренний тон, пропитанный неизбежным принятием подобного рода вещей.

«Нужно выбираться отсюда, пока он не проснулся», — следом подумала я, прислушиваясь к размеренному и тихому дыханию мужчины позади. Страшно и одновременно по-своему волнительно было представить, что случилось бы, если бы тот не спал. Я боялась этого, и одновременно почти хотела узнать, пусть и упорно отказывалась признавать последнее.

«Эмоции — это наркотик. Особенно для эмпатов», — строго напутствовала я себя, пытаясь отгородиться от лишнего с помощью своего дара. Только вот легче не стало.

Движение, ещё и ещё одно — я по сантиметрам начала выбираться из хватки Раэля, увеличивая расстояние между нами до почти приемлемого. Каждый раз мне казалось, что вот-вот его руки сомкнутся, ещё немного — и он проснётся, чтобы как-то остановить меня, но нет.

С бешено колотящимся сердцем я наконец осторожно отодвинулась от него, планируя, как бы незаметнее встать и проскользнуть в свою комнату. Поверх одеяла заворочался Золотце, чья небольшая, но уже довольно увесистая тушка дополнительным уровнем защиты удерживала меня в постели. Его светящиеся в ночной полутьме глаза открылись, тускло освещая моё раскрасневшееся от смущения лицо и часть постели на манер маяка.

Дракончик заворчал и дыхнул в мою сторону колечком дыма, словно намекая, чтобы я оставалась на месте. Честно сказать, смысл в его незамысловатом, но читаемом послании был. Пока рядом со мной находился Раэль и он — маленькая ожившая легенда, что несмотря на возраст уже стала грозным защитником, в чём я убедилась недавно лично, мне ничего не грозило. Ничего, за исключением окончательной капитуляции в руки дражайшего... мужа.

Я поморщилась снова.

Слишком трудным было осознавать, что мы заключили брак и даже спали сегодня в одной кровати. И что от Раэля, в отличие от де Вилье, не особо хотелось куда-то бежать.

Осторожно привстав, я всё-таки решилась на более активные действия и опустила босые ноги на холодный пол. Кровать тихонько скрипнула, прогнувшись под моим весом, но меня снова никто не остановил. Лунный свет, проникая сквозь неплотно зашторенные окна, квадратами прокладывал мне дорогу вперёд, словно указывал направление. До заветной двери, за которой скрывалась моя спальня, было рукой подать.

«Пробегу и закроюсь. Даже если он и проснётся, я буду у себя. А утром поговорим», — рассудила я, пусть в душе и признав, что такого рода поведение было детским и несерьёзным. Но бежать от проблемы, даже если это лишь объятия красивого мужчины и по совместительству супруга, было гораздо легче, чем оставаться и разбираться с её последствиями.

Раз, два, три...

Вскочив на ноги, я рванула вперёд, однако меня почти сразу схватили в охапку и увлекли назад. Золотце метнулся в сторону, лишь благодаря нечеловеческой реакции избежав участи быть раздавленным и, случайно разодрав подушку когтями, взмыл в воздух. На нас сверху посыпались перья, балдахин заколыхался от воздушных потоков, разгоняемых крыльями дракончика, и некстати проснувшийся Раэль усмехнулся.

— Далеко собралась? — спросил он с таким видом, словно мы вели беседу на светском рауте, а не лежали друг на друге в довольно сомнительной позе.

— От тебя подальше! — огрызнулась я, барахтаясь в разорённой постели и тщетно пытаясь выбраться из-под него. Отодвигаться в сторону этот... плохой человек не спешил.

Он беззвучно рассмеялся, в полумраке комнаты блеснули его глаза, скользнув по моему злому от безысходности лицу.

— Дорогая жена, я и не думал, что мой храп может вызвать в тебе столь сильную ненависть.

— Ты не храпел, — попавшись на его уловку, ответила я и тут же об этом пожалела.

Отчаянное желание хоть как-то ему возразить, выразить свой протест, сыграло со мной злую шутку. Раэль склонился ещё ниже, отчего его дыхание защекотало мне ухо, и прошептал:

— Нет, конечно. Трудно, знаешь ли, спать, когда у тебя под боком бедовая девица, покушения на которую происходят чаще, чем ваши с ней поцелуи.

Из-за темноты было не понять, с иронией он говорил или всерьёз.

— Так ты притворялся?! Видел, как я ползу, и ничего не делал? — Моё возмущение можно было понять. Не всем, понимаете ли, приятно, когда кто-то оказывается умнее и хитрее тебя.

Убрав с моего лба прядь растрепавшихся волос, Раэль наконец передвинулся, давая мне больше пространства, но не отпуская меня до конца.

— Как истинный джентльмен, я не стал мешать своей даме строить пусть и, увы, обречённые планы побега. К тому же ты забавно пыхтела, не хотелось смущать тебя несвоевременными вопросами.

— Почему обречённые? Я добежала бы до комнаты, если бы... — начала я, но прервалась.

Он понимающе кивнул, и мне захотелось врезать ему подушкой. К несчастью, до него было тянуться далековато, а моя превратилась в распоротое и растрёпанное нечто, чьи белые перья усеивали половину кровати и путались в волосах.

— Ты почти встала с кровати, потому что я тебе это позволил. Добраться до двери у тебя бы просто не получилось, поскольку я не хочу вновь нестись через ползамка и бояться, что не успею, — медленно и раздельно, словно маленькой, проговорил Раэль. — Так что ложись и спи, пока я не предпринял других попыток тебя успокоить.

Устроившийся было на тяжёлой люстре, занимавшей добрую треть потолка, Золотце спикировал вниз и уселся на его плечо, словно выражая своё немое согласие. Не до конца веря увиденному, я непонимающе прищурилась, а дракончик чихнул в мою сторону дымом, заставив закашляться.

— Умничка, — по-доброму усмехнулся Раэль, мимоходом почесав ему подбородок. Эти двое выглядели так, словно между ними не было никаких разногласий, вроде завязывания огнедышащей пасти бантиком или «случайно» сгоревших на днях запасных сапогов герцога.

— И когда это вы успели стать лучшими друзьями? — подозрительно спросила я, чувствуя себя почти преданной. Привычка к тому, что Золотце видел кого-то родственного лишь во мне, теперь больно била по моему эго. Кажется, я полноценно ощущала себя матерью драконов и не хотела делиться этой привилегией с кем-то ещё.

— Сразу после того, как он услышал твои крики и выбил дверь, оплавив перед этим замок, — как бы невзначай обронил Раэль, возясь с уже переползшим ему на колени малышом.

Картина выглядела мило, и я даже почти пропустила его слова мимо ушей, но потом вздрогнула и обернулась к двери, что вела в коридор. Ей потемневшее от огня дерево, с потёками железа от действительно выплавленного замка, выглядело устрашающе. Я и не думала, что мой довольно тихий и болезненный Золотце был способен... на нечто такое.

С другой стороны, он уже устроил пожар, в котором я едва не погибла, довёл до истерики служанку и поджарил горе-наёмника, пытавшегося украсть меня накануне.

«Если один маленький дракон способен на нечто такое, то на что будут способны все четверо, когда остальные вылупятся и вырастут?», — задумалась я и поёжилась. Представления о том, что мы могли натворить в руках герцога де Вилье, были слишком страшными и кровавыми.

Золотце сжался в комок и притих, улавливая моё настроение. Раэль задумчиво посмотрел на меня.

— Не волнуйся, я забаррикадировал дверь на ночь дубовым столом, как видишь. Он тяжёлый и до утра нас точно никто не потревожит. Завтра слуги поменяют замок, и я придумаю, как обезопасить всех нас от дальнейших... притязаний на тебя и драконов.

И я ему верила. Не было смысла не верить после всего, что этот мужчина уже сделал для меня и моего малыша. Возможно, нас связывали не самые простые взаимоотношения, многое стоило ещё прояснить и ко многому привыкнуть, но он мог защитить и защищал. Держал слово и с упорством двигался вперёд, даже и не задумываясь отказать мне в помощи или укрытии.

— Хорошо. Но спать я пойду к себе. Могу оставить дверь открытой, если ты пообещаешь не заходить без острой необходимости, — под конец немного поспешно сказала я, заметив в его глазах опасные огоньки. — Просто... Раэль, мне так удобнее. И я буду очень благодарна, если ты дашь мне время и возможность во всём разобраться.

Некоторое время посверлив меня пытливым взглядом, он наконец неохотно кивнул. Аккуратно устроил на одеяле дракончика, откинулся назад на подушку.

— Даю фору в пять секунд. Успеешь добраться до порога спальни, ночуешь у себя. Нет — остаёшься и без требований всё переиграть. Я хочу быть уверен, что в случае необходимости ты сможешь добежать до меня, если к тебе нагрянет очередной наёмник или убийца.

— Но... — начала было я, однако этот негодяй не пожелал меня слушать.

Просто прикрыл глаза и начал скучающим тоном:

— Один.

Не став терять время, я подскочила с кровати и бросилась к себе. Пяти секунд мне более чем хватало, чтобы стремительно пробежать через комнату, дёрнуть засов, провернуть ручку и оказаться за спасительным в этой игре порогом.

Только вот Раэль не стал считать дальше. Он последовал за мной и подхватил на руки где-то в промежутке между третьей и четвёртой секундой. Перекинул через плечо, принёс обратно к постели, надёжно замотал в одеяло. Потом вернулся к двери и снова закрыл её.

— Наёмники не будут ждать, Ана, — вернувшись ко мне, сообщил он, наблюдая за тем, как я наконец выворачиваюсь из импровизированного кокона и отплёвываюсь от попавших в рот перьев. — Ни пяти секунд, ни трёх, ни даже одной. Ты и добежать не успеешь, как тебя уволокут в портал, раз уж в этой старой рухляди, гордо именуемой замком, нет от них никакой защиты.

— Тогда какой смысл мне находиться здесь рядом с тобой? — вызверилась я, запуская в него и без того истерзанную подушку. — Раз они могут появиться где угодно и даже не спрашивать разрешения?!

— Потому что тогда им не отделаться от меня. И поверь, куда бы не вёл их портал, тебе будет лучше, если я успею прыгнуть в него следом, — усмехнулся Раэль, а потом посерьёзнел. — Теперь ложись спать, Ана. Здесь. Вместе со мной. Пока мы не укрепим магическую защиту Кейбрана, которая позволила сделать портал в самом его сердце, пока я не разберусь с этим всем, ты останешься тут. И ни на шаг от меня не отойдёшь. Поняла?

— Как будто если бы я сказала «нет», это что-нибудь изменило, — фыркнула я, вызвав его улыбку.

— Постель, конечно, после наших полуночных развлечений обратилась в хлам, но попробуй поспать. Я, знаешь ли, не железный, а потому перед завтрашним днём планировал отдохнуть, обнимая красивую женщину.

— Только попробуй!

Золотце, которому наша перебранка мешала спать, издал страдающий и протяжный вздох.