Глава 12

Игнат не переставал удивляться, как мало времени на сборы мне нужно, а я удивлялась в ответ — что можно делать два часа, собираясь на выход.

Тер Егор подъехал к самому дому, мы сели и поехали. Чемоданы остались в домике, но думаю, мы не на долго, а время ещё только обеденное. Надеюсь, успеем искупаться ещё разок.

Ехали целую вечность, по моему ощущению, и двадцать минут по часам Игната. Водитель привёз на улицу Навагинскую, по его словам, популярную у туристов благодаря множеству кафе, магазинчиков и развлекательных заведений.

— Игнат, тут наверное всё самое дорогое, — осторожно заметила я.

Хотя у моего мужа вроде бы много денег, но зачем их тратить впустую.

— Это не страшно, но ты права в другом. Здесь не будет старых мастеров, а тебе наверное нужны они, — ответил Игнат.

Я пожала плечами — понятия не имею.

— Сейчас поймёшь.

Игнат взял меня под руку и повёл в ближайший ювелирный магазин. Витрины сияли, украшения блестели, но ничто не шевельнулось в душе. Нет отклика магической силы, пусто.

Мы вышли из магазина и свернули в небольшой переулок. Там лишённая блеска центральной улицы притаилась небольшая лавочка. Обшарпанная, с покосившейся вывеской, она притягивала и приглашала зайти.

Звякнул колокольчик на двери, привлекая внимание немолодого мужчины.

— Здравствуйте, уважаемые теры, — начал он и вдруг просиял, — Тер Игнат, мой дорогой. Давненько не захаживали. Чем могу помочь?

— Тер Яков Иосифович, моей супруге, тере Дине, нужна серебряная цепочка, подходящая к артефакту,— ответил Игнат, с радостью пожимая руку старому знакомому.

— Есть у меня такое, что-то было. Покажите ваш артефактик, тера Дина. Нужно, чтобы они понравились друг другу, иначе цепочка будет постоянно рваться.

Я не без усилия разжала ладонь и протянула своё сокровище продавцу. Тер Яков Иосифович взял камень и восхищённо поцокал языком: “Слеза моря, да какая чистая, какой интересный окрас!”.

Он выложил на прилавок несколько цепочек и один серебряный шнурок и рядом мой артефакт. Шнурок, как живой пополз к камню, проделся в отверстие и сомкнул концы. Ни замочка, ни узелочка не наблюдалось.

— А как же надевать? — с недоумением поинтересовалась я.

— Он подстраивается под размеры, не сомневайтесь тера. Попробуйте.

Никаких сложностей не возникло. Надела и всё. Камешек скользнул мне в декольте и там уютно устроился, а я себя чувствовала, как будто обрела что-то раньше утраченное, но явно моё, родное.

— Спасибо большое. Сколько мы Вам должны?

— Нисколько, дорогая тера, это я — давний должник Вашего супруга. Носите с удовольствием!

Я ещё раз поблагодарила, и мы вышли.

— Ну что, куда хочешь? Кафе, кинотеатр с эффектом присутствия или по магазинам? — спросил меня муж.

— Хочу ещё раз искупаться в море! — отмела всё предложенное я.

— Ну поехали, — засмеялся Игнат, — я так и думал. Полностью поддерживаю.

День пролетел незаметно. Купание полностью восстановило мои силы и подлечило нервы. Появилась приятная усталость, которая бывает после активного отдыха на свежем воздухе.

— Устала, Лисёнок? — заботливо спросил Игнат за ужином.

Мы решили поесть на веранде. Отсюда открывался прекрасный вид.

— Так не хочется уезжать… Нам уже пора?

Игнат хитро посмотрел на меня.

— Хочешь домой?

— Остаться бы… — мечтательно отозвалась я.

— Договорился о двух днях отдыха. Можем тут переночевать.

Радостно взвизгнула. Кажется, всё-таки повезло с мужем.

Игнат помог унести посуду в кухню, хлопнул трижды в ладоши и всё — чисто. Мне бы так, пока я присматривала за братьями.

А потом этот взрослый серьезный мужчина закричал: “Кто первый добежит до кровати, у того будет больше метательных снарядов!” — и рванул вперёд. Я закатила глаза — мальчишка, за что и поплатилась: в меня прилетела подушка.

“Ах ты так!” — возмущённо завопила я и стала искать, чем запустить в ответ. На диване тоже нашлось кое-что полезное — плюшевый медведь и три подушки. Маловато, но ничего страшного — неприятель подкидывал снаряды, и я, ведя экономную оборону, бережно копила их для решающего контрудара, отделываясь пока редкой точечной стрельбой. Да и высовываться из-за спинки дивана было опасно — противник предпочитал вести ковровую бомбардировку.

Потом залпы стали редкими, видимо, ничто не бесконечно, вот и запасы Игната подходили к концу. А вот я намеревалась отыграться. Ну, ты у меня теперь получишь! Бах! Бах! Бах!

Так увлеклась, что расстреляла почти все подушки, последняя осталась. Она лежала на краю кровати. Я стала подкрадываться. Перебежками, пригнувшись, как и положено.

С другой стороны подкрадывался Игнат. Мы одновременно оказались на равном расстоянии и, сделав решительный бросок, схватили подушку.

Игнат потянул к себе, но я не сдавалась и тянула в свою сторону. Так и перетягивали, пока подушка не лопнула, осыпав нас легчайшим пухом. Мы отлетели на кровать и захохотали. Война закончилась в ничью.

Игнат трижды хлопнул в ладоши и всё вернулось к тому идеальному порядку, который был до нашего приезда. Вот что значит высокий уровень сервиса!

— Мы в детстве с моими закадычными друзьями, Ромкой и Лексом, часто так воевали, — вспомнил Игнат.

— Если бы в моем детстве было так просто убирать, я бы наверное тоже была не против.

— Да нет. Мама заставляла наводить порядок без магии, но нас это не останавливало. А ты как развлекалась?

Я задумалась. Кажется, это было так давно.

— Когда родились близнецы, я стала помогать маме за ними ухаживать и времени ни на что не оставалось.

А до десяти лет я играла в лавку артефактора. Как будто куколки приходили за покупками. Я им “продавала” камешки и травинки — жутко волшебные артефакты. Давай попьем чаю? Ты завари, а я заполню дневник. На это задание выходные не распространяются. Игнат не возражал.

Уселась на кровать, подложив подушки под спину, и стала писать:

«24 марта.

Море — удивление, восторг, благодарность.

Находка камня силы — интерес, восторг, благодарность.

Бой подушками — оживление, энтузиазм, ликование.

Ночёвка в домике — радость (не нужно уезжать, можно завтра ещё купаться в море), недоумение (где мы будем спать?), неловкость (неужели мы будем спать на одной кровати? Не готова, несогласная я)» .

Игнат заварил чай из ромашки с ягодами клубники, очень вкусный. Мы его попили и устроились спать на этой огромной кровати. Мне всё-таки стало жаль мужа — не на диванчике же ему ютиться. Тем более, после того как он мне устроил такой сюрприз, это было бы просто свинство. Мы взяли по одеялу, прекрасно поместились, и я, уже завернувшись с головой, сонно пробормотала:

— Спокойной ночи, Игнат. Сегодня был потрясающий день! Спасибо.

— Спокойной ночи, Лисёнок. Мне тоже очень понравилось.

***

Я почесала нос и поудобнее взбила подушку. Хотела взбить. Не получилось. Потому что рука вместо подушки наткнулась на крепкое мужское плечо, на котором уютно устроилась моя голова. Как так получилось, что засыпали мы на разных концах огромной кровати, (тут при желании поместилось бы ещё человека два), а проснулись посередине в обнимку? Во сне положила голову на плечо мужа, закинула на него ногу и крепко прижалась, а сверху всей этой конструкции мы были ещё замотаны одеялом. Я попробовала высунуть из-под него нос и зябко поёжилась — из окна тянуло очень прохладным воздухом, таким прямо по весеннему свежим. Ничего, скоро солнце прогреет воздух и станет хорошо. Я надеялась воспользоваться возможностью и ещё целый день нырять и плавать.

Начав ворочаться, разбудила мужа. Он сонно открыл глаза, обрадовано улыбнулся и нежно чмокнул меня в носик.

— Доброе утро, Лисёнок. Как спалось?

— Не помню, но по ощущениям выспалась хорошо. Может ты меня всё-таки отпустишь?

Игнат усмехнулся и нагло ответил:

— А зачем? Меня всё устраивает.

Я возмутилась:

— Как это зачем? Это как-то неприлично!

Игнат усмехнулся ещё раз и лениво спросил:

— Неприлично обнимать собственную жену без свидетелей?

Мда… Звучит глупо, конечно.

— Временную жену, — попробовала возразить я.

— Брось, Лисёнок, ну не будь врединой. Я просто замёрз ночью и греюсь, а вставать, чтобы закрыть окно, пока не хочется. Ты, кстати, тоже ночью металась по кровати в поисках тепла, вот мы и встретились на середине.

— Замёрз? — ласково спросила я. От такого тона мои братья тут же прятались куда-нибудь, но муж только поддакнул:

— Ага.

— Так я знаю отличный способ тебя согреть!

Игнат закрыл глаза и дурашливо вытянул губы трубочкой, думая, что я собираюсь его поцеловать. Жаркое конечно занятие, но я запланировала кое-что другое.

Извернувшись, дотянулась до подмышки мужа и пощекотала. Результат превзошёл все ожидания. Игнат тоненько взвизгнул, разжал объятия и попытался скатиться с кровати, но одеяло крепко держало в своих объятиях, да и я, оседлавшая его, как наездник коня, не давала уйти.

Мой «конь» вскинулся, сбросил-таки седока, и, завершая побег мягким глухим ударом о ковер, дважды хлопнул в ладоши: «Окно закрыть!» — и тут же принялся собирать снаряды для обстрела. Вчерашнее сражение возобновилось с новым азартом, ведь теперь мы знали слабые места друг друга.

Я, наученная горьким опытом, избегала открытых пространств и атаковала короткими перебежками, используя диван как главный укрепрайон. Игнат же, в свою очередь, уже не устраивал бездумную «ковровую бомбардировку», а работал на опережение, отрезая мне пути к отступлению. И вновь наши подушки скрестились вничью. Я была агентом хаоса, он — гением стратегии, и ни один из стилей не мог взять верх над другим.

Мы согрелись, запустив кровь в жилах веселой возней, и тут же почувствовали зверский голод — я так точно.

— Давай ты организуешь завтрак, а я никому не выдам твою страшную тайну: ты боишься щекотки?

— Согласен. Только маленькая поправочка — я не боюсь щекотки. Ты просто застала меня врасплох.

— Ага, конечно, — ехидно ответила я.

Тройной хлопок в ладоши и комната приведена в порядок. Игнат открыл холодильник и стал выбирать, чем бы нам подкрепиться.

— Пиццу будешь?

Я поморщилась — хотелось чего-то свежего, лёгкого.

— Ты ешь, если хочешь. А я возьму… — подвинула мужа и, покопавшись, выудила всё для салата.

Порезала кубиком огурец, варёное яйцо, авакадо, заправила греческим йогуртом и посыпала измельчёнными листьями салата и рукколы. Нашла в шкафу цельнозерновые хлебцы и почувствовала, что в таком виде завтрак будет идеальным. Странно, никогда не любила рукколу, но попробую.

Муж почему-то отказался. Я пожала плечами — мне больше достанется. Игнат подогрел себе несколько больших кусков пиццы и стакан томатного сока.

Я с удовольствием уплетала салат, стараясь не принюхиваться к пицце. Её запах почему-то вызывал отвращение, а раньше ела без проблем, даже с удовольствием. Ну может быть там были другие ингредиенты. Не важно.

Подкрепившись, я помчалась на пляж. Воздух уже достаточно прогрелся, а воду подогревали магически. Муж, посмеиваясь, отправился следом.

Интересно, почему мне так понравилось море?

— Думаю, у тебя просто есть склонность к определенной стихии. При взаимодействии с ней ты быстрее отдыхаешь и восполняешь запас сил, — пояснил Игнат.

Ныряя, он натаскал мне красивых ракушек. Я очень обрадовалась — получатся красивые заколки. Надо будет подумать только, как укрепить магией, чтобы материал не был таким хрупким.

К вечеру мы собрали вещи и отправились на вокзал. Пока впечатлений было достаточно.

“Мы ещё сюда вернёмся!”, — пообещал муж. Благодарная улыбка была ему ответом.