Глава 11

Озир, в красивом темно-фиолетовом кителе, как яркое пятно на фоне светлых стен, ждал меня в на лифтовой площадке. Широко и радостно улыбнувшись, механик подал руку, предлагая опереться.

– Терри, вы сегодня великолепны, – еще бы. Почти на полчаса больше потратила, приводя себя в подобающий вид. Скромно улыбнувшись, кивнула, принимая комплимент. С этим мужчиной было весьма легко и приятно общаться. Ни малейшего дискомфорта или волнения. Конечно, хотелось немного страсти, но, может, она не сразу появится? Вечер все же только начался. – Пойдемте, покажу вам внутренности нашего корабля. В какой-то мере это похоже на строение тела.

Лифт вынес нас в небольшой коридор, оканчивающийся широкими металлическими дверями. Помимо биометрического замка, здесь требовался еще дополнительный пропуск. Когда система мигнула, принимая данные, двери с шипением разошлись.

Это на самом деле было весьма удивительное зрелище. Огромное помещение, высотой в этажей пять-шесть, довольно шумное, но какое-то стерильно чистое. Под потолком, по стенам змеились трубы разного диаметра и из различных материалов. Между уровнями тянулись воздушные переходы мостов, соединяя разные участки. В глубине, по центру, находилась панель контроля с несколькими экранами, за которыми наблюдал валор в горчичном комбезе. Присмотревшись, заметила других работников, мелькающих среди невероятного выверено-точного нагромождения машин.

По правой стороне стояли какие-то огромные чаны, все с датчиками и множеством соединительных элементов. Дальше, за пультом управления что-то страшно гудело, так что даже вибрировал пол. Мне совсем не хотелось бы туда приближаться. Едва успела осмотреться, крепко держась за локоть Озира, как по машинному отделению раздался громкий сигнал. Прозрачная, огромная труба, идущая от гудящей машины в конце зала, вдруг заполнилась паром, который с невероятной силой, шумом и гулом рванул вверх. Волна тепла докатилась до нас минут за пять, вызывав резкие ассоциации с пустыней, хоть я там раньше никогда и не бывала, а поток все не прекращал подниматься вверх, оседая конденсатом на стенах трубы.

– Это что такое?

– Некоторые двигателя Парадокса нуждаются в периодическом охлаждении. Три единицы попеременно нагнетают мощность и их обшивка расширяется. Если из вовремя не охладить, может произойти серьезная авария. Лучшим вариантом является шоковая волна. А излишки пара, которые получаются, прочищают систему и дают дополнительную энергию на обеспечение внутренних потребностей корабля. Идемте, посмотрим ближе.

Мы медленно двинулись по кругу, обходя этот странный организм.

– Внутренние потребности восполняются сопутствующими элементами. А для чего тогда те три двигателя?

– Военная мощь, защитный купол.

– А двигатель? Тот, который позволяет нам лететь? – было немного стыдно, но я совсем не понимала, что к чему здесь привязано и как взаимодействует.

– Совершенно отдельная система. Самостоятельная и замкнутая.

Автономное «сердце»?

– Это значит, если с ним что-то случится, мы застрянем в космосе? И будем просто дрейфовать, пока... пока что-нибудь не случиться?

Озир тепло рассмеялся, глядя на меня искрящимися глазами. Это было весьма мило, так как я ощущала себя в его компании маленькой и наивной. Давно забытое ощущение.

– Что вы. Всегда есть запасные двигателя. Маневровые элементы, которые, пусть и не очень мощные, но вполне применимы в случае чего. Да и пока не бывало случаев, чтоб основной двигатель вышел из строя. Не на судне подобного уровня. Не стоит об этом переживать. Осторожнее здесь, покрытие перфорированное.

Крепкая рука быстрым движением обвила мою талию, прижимая к бедру. Пол и правда был с дырками, но они были не настолько крупными, чтобы угрожать моим каблукам. Впрочем, тепло и сила, идущие от мужчины, немного волновали, так что все шло как надо.

Сумудин.

Проследить, куда направилась Ольса, было очень просто. Еще пару дней назад я привязал геолокацию ее ретронслятора к своему киверу. Еще не зная, как стану поступать с этой женщиной, уже создавал условия, при которых можно действовать. Так или иначе.

Стоило увидеть, куда навострила шпильки эта особа, как в голову закралась тревога. Просто так в машинное отделение попасть было не возможно. Спустившись к боковому входу, прошел в цех через толстую стальную дверь, внимательным взглядом окидывая огромный зал. Отыскать светлую головку Ольсы удалось не сразу, а потом едва сдержался, чтобы не раскрошить зубы. Челюсти свело, стоило рассмотреть, как мужские руки скользят по тонкой талии, прижимая это нежное, но такое непонятное создание к неправильному телу. Стоя в стороне, через все отделение, я был готов одним прикосновением парализовать Озиру, которого узнал по светлому ежику и развороту плеч. Его появление в поле зрения Ольсы совсем меня не устраивало. А такое близкое нахождение и вовсе было каким-то испытанием для моей выдержки.

Озир нагнулся к ней ближе. Мне было не разглядеть, но сомнений в том, что происходит, не было никаких. Он ее целовал. А я стоял в стороне и смотрел. Запоминал. Чтобы потом выставить Озиру счет за нарушение границ.

Ольса

Увлеченная собственными мыслями и планами, пропустила момент, когда меня стали обнимать с намерением. Одна рука мужчины уже во всю гладила спину, а вторая крепко держала за талию. Почему-то вспомнились студенческие годы, когда любой, самый легкий поцелуй превращал парня в осьминога. Озир вел пока себя вполне прилично, но мысль в голове зацепилась. Прекрасно понимая, что дальше будут поцелуи, пыталась для себя решить, хочу ли пробовать сейчас. По всему выходило, что так правильнее. С первого поцелуя всегда можно понять, подходит ли тебе мужчина, чувствует ли тебя, как будет относиться. Так что прикрыв глаза, не глядя в эти искрящиеся голубые глаза, отдалась ощцщеним.

Руки механика, крепкие и уверенные, тем не менее держали нежно, позволяя в любое мгновение отстраниться. От него пахло чем-то терпким, невероятной смесью горючего и ягод. Бензин и малина? Что-то очень похожее. Не встречала раньше такого сочетания. Это было одновременно и странно, и слегка волнительно.

Озир действовал осторожно, лишь слегка коснувшись губ, точно пробовал незнакомое блюдо, впрочем, это было не далеко от истины. Поцелуй, приятный, нежный, несколько волнительный, в целом мне понравился Хотя какой-то эмоциональности и страсти мне не хватило, возможно, она появится не сразу.

Немного отстранившись, я смущенно улыбнулась Озиру. Мол, на первый раз достаточно. Валорец не выглядел расстроенным или сильно взволнованным. Спокойно принимая мое решение, отступил на шаг, предлагая вновь опереться на руку.

Мы гуляли еще с полчаса, заглянув в какой-то отсек, где было только прозрачные трубки, по которым перемещались жидкости разных цветов, создавая сходство с химической лабораторией.

– Это системы очистки. Помимо химического и молекулярного анализа и других проверок. На этом этапе можно провести визуальную оценку качества. Так как в жидкости добавляют маркерные вещества, по интенсивности цвета можно определить, сколько ненужных примесей в составе. – Это было мне знакомо. Рассматривая зону очистки, все еще не переставала удивляться, как внутренняя система судна может быть столь похожа на организм. Больше всего привлекала внимание система, наполненная ярко-малиновой жидкостью, настолько неестественной, но такой яркой, что непременно хотелось узнать, насколько она густая. Присмотревшись, поняла, что содержимое трубы очень напоминает кисель. Вишнево-ягодный. Определенно, жидкость должна быть такой же тягучей и вязкой.

– Это что?

– Импульсная жидкость.

– Что? Но это соп… жидкость должна быть голубой и более густой.

– Плотный вариант используется в панелях управления, В мед капсуле же применяется другая версия. У них общая основа, но совершенно разные свойства и назначения. Здесь мы видим лечебный вариант, который проходил процесс насыщения. Голубой цвет появится позже, когда жидкость будет охлаждена до нормальной температуры. Сейчас он 62-64 градуса.

– Означает ли это, что при высоких температурах с ней невозможно работать? – это была новая, и наверное, весьма важная информация для моей работы. Если, к примеру, в следствие каких-то причин температура на корабле подскочит, или нужно будет проводить эвакуацию с горячего, в прямом смысле слова, места, то использование медкапсул невозможно?

– Не совсем, – было видно, что Озиру приятен мой интерес, но это не самый лучший вариант свидания по мнению мужчины. Но пока меня все устраивало, и разговор представлялся более подходящим времяпровождением, – Жидкость плохо реагирует на внешние перепады температуры. Ее нужно прогнать через пластины с высокой степенью излучения, чтобы вызвать движение молекул. Иначе никак.

Интересное вещество получается. Любопытно, как его еще используют в медицине? Мне срочно был нужен доступ к планшету. А лучше сразу отправиться в лабораторию. Кончики пальцев стали зудеть в предвкушении интересного.

= Спасибо вам за прогулку. Это был один из самых интересных вечеров на Парадоксе, но к сожалению мне сейчас нужно попасть в медблок.

Озир сдержано кивнул, предлагая первой следовать к выходу.

Сумудин.

Дожидаться окончания свидания я не стал. Не хватало еще в присутствии Ольсы дел наделать, чтоб потом не разгрести. Успокоившись, сделав несколько глубоких вдохов, отправиться в кабинет. Были нужны идеи. Конечно, можно было дернуть на этот счет Селену, но пока происходящее казалось несколько сумбурным и неопределенным, чтобы вовлекать оджу в мои проблемы.

Сидя за столом и практически на автомате выписывая новые варианты для крепления компенсирующих обручей, параллельно пытаясь придумать что-то менее громоздкое и чуть более удобное, прокручивал в голове ситуацию Нарина и Лени.

Оджа как-то упоминала, что земные девушки любят подарки. Впрочем, как и валорки. Но практичная оджа и эмоциональная Олса явно обладают разными вкусами. Сомнительно, что вариант, подходящий Лени, будет по достоинству оценен маленьким доктором. Однако, если не заявить намерения, можно все же опоздать. Как сегодня.

Сигнал о внеочередной проверке системы неожиданным не был. На несколько секунд планшет покрылся рябью, с неяркой эмблемой в центре. После случая взлома и похищения Селены, Нарин частенько проводил самоличную диагностику, не желая больше быть застигнутым врасплох. Глядя на личный символ капитана, вдруг сообразил, что может быть приемлемо в качестве подарка. Если все получится, может мне удастся показать себя этой женщине и с другой стороны.

Ольса.

Проведя еще почти три часа в лаборатории, уснула я, конечно, поздно. Из-за этого утро началось невообразимо поздно и совершенно неэнергично. С трудом приведя себя в приемлемый вид, кое как собрав волосы и стараясь справиться с зевотой, отправилась в кабинет Сумудина. Вчера возникло несколько идей, который вполне можно использовать в наших исследованиях. Спорные и пока не проверенные, но в целом интересные варианты.

Стоило открыть двери кабинета, как меня облаком окутали запахи. Было что-то свежее, лимонное и терпко-травяное. Немного взбодрившись, огляделась по сторонам. Старший судовой медик сидел за столом, что-то вычисляя. Судя по хмурому выражению лица, результат его пока совершенно не устраивал. Не будучи уверенной, что сейчас самое подходящее время отвлекать валора, тихо прошла к выделенному мне рабочему месту. Чуть позже у нас была запланирована встреча с Тораде.

– Вы выглядете усталой. Возможно, вам стоило бы еще отдохнуть? – Сумудин не поднял головы, а голос был настолько безэмоциональным, что мне не удавалось поняь, говорят со мной серьезно, в шутку или обвиняют в нерабочем состоянии.

– Благодарю, но я вполне способна справляться со своими обязанностями.

– В этом я не сомневаюсь, – на меня наконец подняли этим невероятные глаза, от чего по телу вдруг побежали мурашки а в голове невольно вспыхнули сравнения вчерашнего поцелуя и того, что произошел несколько дней назад в этом кабинете, – однако вы вчера до середины ночи занимались, и как мне кажется, недостаточно бодры для качественного мозгового штурма. Вы завтракали?

– Не успела, – ему снова удалось меня удивить. Такое несвойственное внимание к моему состоянию, пристальная оценка и какая-то благожелательность совсем не вязались с образом этого мужчины.

– Это вполне соответствует вашей легкомысленности. Закажите себе что-нибудь. Голодный обморок в вашем исполнении совсем не скрасит мой день. Да? – принимая внутренний вызов, Сумудин отвернулся к столу, – попробуй вторую группу препаратов. Дозу увеличь. Да. До полутора. Следи за реакцией. Меня не отключай, пусть весит. Что же ты все не хочешь нормально работать?

Последняя фраза была сказана куда-то в пространство, не больше размышления вслух.

– Терри, у вас возле стола стоит коробка. Откройте и примерьте, будьте так добры. – Я не сразу сообразила, о чем идет речь, вяло потягивая местный чай и просматривая вчерашние записи. Коробку из какого-то пластика заметила сразу, но в кабинете было много различных вещей, чтобы интересоваться ее содержимым.

Отставив кружку и открыв коробку, непонимающе уставилась на содержимое. Пара туфель изумительного лимонного цвета, очень похожих на те, что обычно носила я, но все же неуловимо отличных. Присмотревшись, заметила чуть более толстую подошву, словно небольшая платформа, и более круглую форму носа. Удивило изображение лейба. Такие же значки были на файлах с документами, на моем планшете, на рукавах рабочих комбинезонов. Эмблема Парадокса.

– Это что? –

– А на что похоже? – Сумудин, опершись на сцепленные руки, смотрел на меня.

– Ну , туфли…кажется.

– Терри, иногда вещь является только тем, чем кажется на первый взгляд. Примерьте, так как наша служба снабжения все еще ждет вердикт. Им было не очень просто работать по тем параметрам, что имелись.

– А зачем? У меня прекрасная обувь, – то ли утро было слишком тяжелым, то ли на самом деле не было причин для такого явления, как новые туфли.

– Затем, терри, – видимо, потеряв терпение, Сумудин подошел ко мне и вынул одну лимонную лодочку из коробки. Присев, доктор спокойно, словно происходящее в порядке вещей, снял мою чуть потрепанную малиновую туфлю, отставив ее в торону. – Затем, что как мы с вами экспериментально выяснили, ваша обувь не то, что не пригодна, а попросту опасна. По крайней мере на Парадоксе. Но ваше невероятное упорство в этом вопросе не оставило мне вариантов, как выдать творческое задание отделу снабжения. Ребята потратили пять дней, пока сообразили, как совместить вашу уверенность, а именно для этой цели предназначена такая опасная обувь, если я хоть что-то понимаю, и некоторые основные функции.

Я была настолько шокирована видом доктора у своих ног, да и всем происходящим в целом, что просто замерла и смотрела, как на мою ногу надевают туфлю. Полюбовавшись результатом, Сумудин не остановился, а принялся за воссоединение пар, вынув из коробки вторую лимонную лодочку.

– В частности, здесь менее скользкая подошва, совсем другое строение каркаса, так что каблук не отойдет. В целом, меня заверили, что в экстренной ситуации им можно даже вполне неплохо вскрывать двери и использовать как оружие. Не уверен правда, но не думаю, что это вам понадобится. Основная функция же в том, что здесь есть магниты. Нормальные гравитационные электромагниты, которые не позволят вам независимо перемещаться от пола к потолку и обратно. Раз уж вы пренебрегаете всеми мерами безопасности, какими только возможно, предстоит исходить из того, что есть. Пройдитесь. Кажется, они вполне по размеру, но мало ли какие нюансы.

Доктор отступил, жестом предлагая мен совершить небольшой променад по кабинету. Туфли были немного тяжелее моих, но определенно устойчивей. Круглый нос уменьшал давление на пальцы, только со стороны пытки было чуть больше свободного места, чем хотелось бы. Удивленная до глубины души, я прошлась до стены и обратно. Это было поразительно, неожиданно и просто невероятно. Сам факт, что этот мужчина сделал подобные выводы в следствие той ситуации…

– Хм, кажется неплохо. По крайне мере, выглядите вы теперь не так травмоопасно, как раньше. Ваше мнение?

– Думаю, сюда была бы хороша шлейка. Они чуть велики и при случае я из них просто выскользну. А так весьма удобно.

– Как вам цвет? – я не верила в реальность происходящего. Мы с Сумудином обсуждаем цвет моих новых туфлей, заказанных им же. Какая-то страна чудес.

– Цвет отменный. Люблю такие яркие.

– Я так и понял. Вам нужно выбрать еще два, и если есть какие-то замечания к конструкции, не забудьте отметить.

– Но как же. У меня нет финансов на такие обновки.

– Терри, рассматривайте это в качестве своей формы, раз уж нам никак не удалось прийти к консенсусу другом способом. Я пока еще не решил, что делать с вашими платьями и этими накидками, но признаться, не было особо времени, чтобы обсудить, а без вашего мнения, за это браться не имеет смысла. Так что пока ограничимся самым важным. Еще две пары. У вас на планшете есть все данные, занимайтесь. Через полчаса вы мне будете нужны.

Я просто не могла сосредоточиться, то и дело бросая взгляд на новую обувь Туфли. Мне подарили туфли. Отменные, по моей ноге и невероятно мягкой стелькой. Но это не самое важное. Туфли! Яркие, новые, замечательны и…усилием воли возвращаясь взглядом к экрану планшета, не могла решить, как поступить. Еще две пары – это как-то слишком. Слишком необычно, слишком волнительно. Но как приятно! Хотелось хихикать и смущенно опускать глазки. Сдерживалась я от этого с трудом, периодически поглядывая и на сосредоточенного Сумудина. Странный мужчина. Непонятный. То рычит, то ворчит, а в другой раз приносит подарок. И практичный и приятный для женской души.