глава 6

Смолов подлетел к Славе и быстро прошелся по ее телу руками, ощупывая на предмет повреждений.

– Ты цела?

У Славы от облегчения голос сел. Она настолько была рада видеть Даню, что слова застряли в горле. Она лишь энергично кивнула.

– Цела, спрашиваю?

– Да.

– А чего молчишь? Замерзла?

Убивать ее прямо на месте он не планировал, это уже хорошо.

– Не… немного.

– Немного, говоришь…

Смолов провел рукой по щеке Славы и выругался.

– А где, мать твою, шапка?

– Там…

Слава указала куда-то в сугроб.

– Зашибись.

Он взялся за капюшон и натянул его на голову Славы.

– Он тебя тронул?

Никогда еще голос Смолова не звучал так могильно. Почему-то именно это определение пришло Славе на ум.

Она мотнула головой. Ощущение надвигающейся беды усилилось.

Что-то будет. Ой, мамочки…

Слава открыла рот, чтобы ответить.

Но не успела.

Потому что пространство рассеял свет приближающегося авто.

Они оба молча смотрели на приближающуюся тачку.

– Та-а-ак.

А вот эта интонация Даньки была Славе очень даже знакома. Слава прикрыла глаза.

Смирнов, ну что ты творишь? Нет, наверное, все-таки неплохо, что в нем взыграла совесть и он вернулся. Но момент… Не тот уже.

Смирнов остановил тачку и вышел.

– Это тот хер, да? – негромко уточнил Смолов.

Хорошо, что хотя бы уточнил.

– Дань, поехали до… домой.

Как бы не так.

Даня обманчиво ленивой походкой выдвинулся к Илье.

– Ты ее тронул?!

Интонация Смолова изменилась. В ней появились откровенно угрожающие ноты.

– Чего?.. Я… не-е, не тронул... Не дала...

– Не дала?!

Слава мысленно крикнула Илье заткнуться. Неужели не видел, что глупыми репликами себе могилу роет.

Или сломанные кости.

– Дань… Дань, мне холодно.

Она намеренно топталась рядом. Господи, пусть все обойдется. Пусть все закончится благополучно. А она… Она никогда ни за что в жизни больше не поедет кататься с малознакомыми парнями! Она вообще никуда не поедет!

– А ты кто такой?

– Кто я такой? Сейчас узнаешь!

– Даня!

Он успел нанести первый удар. Слава вскрикнула. Данил с детства занимался спортом – выделял хоккей и бокс. И удар у него был поставлен.

– Сука-а… Ты… – прохрипел Смирнов.

– Даня! – Слава повисла у него на руке. – Пошли в машину. Пожалуйста! Пожалуйста!

Данил тяжело дышал. Рвано. И даже Славе стало страшно. Она не могла разглядеть его лицо. Может, и к лучшему.

– Еще встретимся.

– Да ты кто такой… Ты…

– Смирнов, заткнись! – не выдержала Слава.

Они же сейчас схлестнутся! А у Дани в машине бита. Она это знала! Поэтому надо уводить Смолова, иначе быть беде.

– Дань…

– В машину иди.

– Без тебя не пойду.

– Пошла, я сказал!

Да что ее сегодня все гонят?

– Нет!

Слава не выдержала и разревелась. Щеки тотчас обожгли ледяные капли.

– Смирнов, значит…. Завтра жди в гости.

– И буду ждать! Ты че думаешь, я зассал? Зассал, да?

– Вот и узнаем, зассал ты или готов ответить, за то, что, падла, девчонку из машины выкинул.

Слава почти вздохнула с облегчением, когда Данил схватил ее за руку и потащил в сторону своего «Рафа». Она едва успевала за мужчиной, но старалась не отставать.

Главное – они уезжают. Беда миновала. Вроде бы.

С ней не особо церемонились, когда усаживали в машину. Слава не сказала ни слова. Потом… Сейчас надо, чтобы Данил сел за руль, а не вернулся к Смирнову. Поэтому, когда он захлопнул с шумом дверь – что раньше попадало под расстрельную статью, – Слава припала к окну, наблюдая, куда направляется Смолов.

К рулю…

Слава богу.

Даня с таким же шумом закрыл и свою дверь. Ой, мамочки…

– Взрослая стала, да? Пиздец какая взрослая! Просто умница-разумница!

Вот и ее очередь настала.

Он не глушил движок, поэтому поехал сразу.

Откинувшись на спинку кресла, Слава втянула голову в шею. Она ненавидела, когда Даня на нее кричал. Готова была сделать все что угодно, только бы он сбавил обороты. Нет, одно дело, когда они ссорились, другое – когда она нашкодила.

– Не ори, Дань...

– Не орать?! Не орать, нахрен? –Он ударил ладонями по рулю. – А если бы здесь не было связи? А если бы ты не дозвонилась?

Слава подтянула к себе ноги.

– Ну не кричи... пожалуйста...

Она готова была расплакаться. Она даже взбучку от мамы Таси переносила легче.

А недовольство Дани равнялось трагедии.

Так и сейчас. И неважно, что каждое слово Смолова обосновано. И заслуженно.

Она и сама знала, что сглупила. Поехала черт-те куда.

И вот!..

Не удержавшись, она обхватила себя руками.

– Чего теперь ревешь?

– Я не реву.

– Ревешь!

Она упрямо смотрела впереди себя.

Пусть ругает дальше... Заслужила.

– Не говори... маме Тасе.

– Да блядь!

Смолов резко вывернул руль и остановился.

После чего резко распахнул дверь и вышел.

Слава зажмурилась. Ей так плохо!.. Так плохо! Кто бы только знал.

Некоторое время было затишье. Только в ушах набатом били раскаяние и сожаление.

Потом холод коснулся лица Славы. Это Даня открыл дверь и присел на корточки.

– Ты как? Совсем холодно? Печка работает на полную.

Вот что за человек? А?

Две минуты назад орал, того и гляди, под раздачу пустил бы, а сейчас говорит ровно. Значит, успокоился немного?

Он сгреб ее ладони в свои и принялся интенсивно растирать их. Слава и не думала сопротивляться. Вскоре кожа начала гореть.

– С… Спасибо.

– Спасибом не отделаешься. Поехали дальше.

Больше он ничего не говорил. А она не спрашивала, куда они едут.

И лишь когда поняла, что он привез к себе домой, мысленно ахнула.

Слава мазнула взглядом по пустой гостиной.

Бутылки, еда, подносы, стаканы... Много чего...

– Ты что... – Она икнула не то от волнения, не то от холода. – Всех разогнал?

– Нет, блядь, они все сами ушли!

Психоз у Дани не проходил. В машине было небольшое затишье. Сейчас он его, собственно, снова не скрывал. Смотрел на Славу так, точно хотел прибить. Положить на одну руку, а второй прихлопнуть.

Слава притихла. Она заслужила все те обидные слова, которые ей говорил Даня. Сколько раз он и его друзья говорили о безопасности? Ей говорили! Оберегали, предупреждали.

И так вляпаться... Феерично просто.

Стыд окатил щеки.

И еще было холодно. Безумно. Она так и не согрелась. Холод шел изнутри.

Не придумав ничего лучшего, она обняла себя за плечи и снова огляделась по сторонам.

– Можно мне чай? – жалобно проскулила Слава.

– Нет! – Смолов рявкнул так грозно, что она вздрогнула. – Какой нахуй чай, быстро в ванную!

– А где... она?

Смолов на мгновение замер. Она тоже. Парадокс заключался в том, что этот дом прошел «мимо» Славы. Даня ремонтировал его последний год. Именно в это время между ней и Смоловым произошло отдаление. Он привозил ее сюда пару раз. Опять же, как привозил. Она напрашивалась вместе с мамой Тасей.

Ее больше интересовали кухня и спальня Дани.

А вот ванную она не помнит. Хоть убей.

– Пошли.

Смолов снова оказался рядом с ней. Бесцеремонно взял за плечи, развернул и подтолкнул к лестнице. Слава подчинилась.

– Туда.

Надо полагать, он указал подбородком на второй этаж.

Туда так туда. Слава не сказала ни слова.

Ей бы согреться.

Она поднималась.

И отчего-то ее задница горела. Точно по ней уже прошлись ремнем. Или крепкой мужской ладонью...

Данил поравнялся с ней в коридоре. Толкнул ладонью вторую дверь и, не сбавляя грозного тона, сказал:

– Полотенца чистые. И да-а, у тебя пятнадцать минут.

– П-почему именно пятнадцать минут?

У нее зуб на зуб не попадал.

Выругавшись и зыркнув недобро на Славу, Даня процедил:

– Двадцать.

Оставшись одна, Слава принялась раздеваться. Руки не слушались. Она не подозревала, что настолько замерзла.

Быстро скинув одежду, она шагнула к душевой. Уже взявшись за ручку, передумала и устремилась к ванне. Этот вариант будет лучше.

Сначала она поливала себя из лейки. Когда вода немного набралась, легла.

Хорошо... Божечки, как же хорошо.

А еще...

Тут в каждой вещи ощущался Даня. Строго и сурово.

Согреться получилось не сразу. Слава растирала кожу – плечи, предплечья, бедра. Не особо помогало. Пришлось настроить воду погорячее. А там Славу сморило.

Она задремала. Знала, что ни в коем случае нельзя закрывать глаза, но не справилась с искушением. Веки нестерпимо потяжелели.

По иронии судьбы стука в дверь Слава не расслышала. То ли подумалось, что это во сне, то ли еще что-то. Ей было хорошо в теплой воде, и выбираться не хотелось.

Ей снился Даня. Как он ее снова целовал. И не только.

– Славка, черт тебя побери...

Девушка очнулась от более сильных ударов в дверь.

Неуклюже села, соскользнула, отчего ушла под воду, щедро хлебнув.

Сплевывая и пытаясь сообразить, где она и что вообще происходит, Слава вцепилась в бортик ванны.

Удар в дверь повторился. Полотно опасно затрещало.

Слава в панике крикнула:

– Сейчас открою...

– Я сейчас дверь нахер снесу! – бесновался Даня.

Слава не помнила, как выскочила из ванны, как схватила полотенце и кое-как обмотала его вокруг себя. С волос нещадно текла вода.

Дверь все же удалось спасти.

– Ты какого черта закрылась? – обрушился на нее Смолов.

Его лицо не предвещало ничего хорошего.

И Слава, повинуясь какому-то шальному инстинкту самосохранения или продолжая находиться под влиянием небольшой дремы, сна, который не отпускал, а пульсациями разгонял по телу возбуждение, пытаясь всеми правдами и неправдами избежать гнева молодого мужчины, пошла на отчаянный шаг.

Она распахнула полотенце.

– С днем рождения, братец. Такой подарок тебя устроит?