Глава 28

Римир

Возможно, я становился подкаблучником. Или дамским угодником. Или просто влюбленным придурком, который не мог отказать своей женщине.

Ей – не смог. И с легкостью согласился объявить амнистию для Серафимы. Ровно до следующего ее залета или очередного гениального, с ее точки зрения, плана.

Я мог воевать с кем угодно, но только не с женщиной. Которую я уже обозначил как свою. Я искренне не понимал, зачем тратить нервы на препирательства, если можно просто согласиться. Мне несложно, ей приятно, а дальше по обстоятельствам. Экономит силы, время и нервные клетки.

На которых Юлька виртуозно умела играть. Разгон от полного охреневания до состояния пушистого зайки был ровно в пару сказанных ей предложений.

Два подкидыша из ада снова ввели меня в ступор. Они просто поболтали, а я прошел все стадии глухой ревности.

Однако я не мог не согласиться сам с собой: если бы не тот разговор, все могло бы сложиться иначе, и эта девчонка сейчас была бы где-то, где нет меня. А меня такой вариант уже не устраивал.

Я наконец познал чувство настоящей влюбленности и, как пацан, писал ей сообщения и водил на романтические прогулки. С романтикой у меня были сложные отношения, но старался как мог.

И дымился от желания каждый раз, когда она находилась на расстоянии вытянутой руки. Но я дал ей слово, и своих обещаний я не нарушал. Да и самому страшно было. А вдруг ей не понравится? Или я сделаю что-то не так, и ей будет больно?..

Загнался так, что чуть было не пошел в библиотеку – искать нужную литературу. Представил, как будет ржать библиотекарь, и передумал. Как-нибудь сам разберусь!

Юлька сияла и светилась, а я… Тоже сиял оттого, что ей хорошо.

Меня даже перспектива вечернего пришивания страз не сильно опечалила. Напрягла, но не опечалила.

Она медленно выбралась на улицу, а я пошел за ней, вспоминая слова классика из опергруппы, что с этой девчонкой мне никогда не будет скучно.

Юлька умела держать в тонусе и уже пыталась мной управлять. В ее неповторимом, чуть наивном стиле, но так, что отказать уже не получалось.

Я вышел на улицу, щурясь от яркого солнца, взял Юльку за руку и повел в места обитания пищи телесной.

А она уже начала привыкать ко мне. Сама доверчиво вкладывала свою ладошку в мою, иногда сама тянулась за поцелуем, немного смущаясь и краснея.

Потихоньку, но я приручал этого дикого котенка к рукам. И даже начал получать от этого удовольствие. От самого факта ухаживаний.

Над головой звякнул колокольчик, а в нос ударили божественные запахи вкусной еды. Мой желудок напомнил, что мы не ели со вчерашнего дня, и заурчал, что не укрылось от Юльки.

– Вчера в обед ел в последний раз, – объяснил я в ответ на ее негодующий взгляд.

– Всю ночь преступников арестовывал? – с живым любопытством спросила она.

А я добавил очередной плюс в ее копилку. Юльке правда было интересно узнавать, где я, что со мной, о чем я думаю, чего хочу от жизни. Не показной интерес, а искренний, настоящий.

За эту неделю она задала мне тонну вопросов и ничего не забывала.

И такое со мной тоже было впервые. Обычно девушки не интересовались, какой мой любимый цвет и что я люблю есть на ужин. Отношения проходили в основном в горизонтальной плоскости, а разговоры я не очень-то и любил.

Но Юлька действительно хотела знать. И я с удовольствием ей обо всем рассказывал.

Иногда казалось, что я совсем ее не знал до того момента, пока мы не начали наши с ней отношения.

– Почти, – подмигнул я, – про работу мы не говорим, помнишь?

– Помню, это запрещено, – согласилась она. – Мир, а хочешь, я тебе буду готовить на работу? Чтобы ты всю смену голодный не ходил.

– А спать ты когда собралась? – я показательно нахмурился.

– Это недолго. К примеру, картофельное пюре или макароны с сыром или с мясом. И мне будет приятно, правда. Ты сегодня даже не побрился. Проснулся и сразу ко мне поехал? Голодный…

– Я скучал, – честно признался я.

Мы заняли столик у стены и дождались, пока официант принесет нам меню. Сделали заказ и смотрели друг на друга. На щечках у Юльки появился румянец, она кусала губы и прятала улыбку.

Жить хорошо! А хорошо жить еще лучше.

И пока я плыл на волнах без весел, к нам подошла смутно знакомая девица.

Кажется, она с подружкой сидела за соседним столиком, но я лишь краем глаза перехватил движение.

Неинтересно мне стало на других смотреть, за Юлькой бы успеть углядеть.

– Юль, привет. Римир…

Я вздрогнул и приподнял брови. Лицо девчонки мне было знакомо, а вот где я ее мог видеть, вспомнить не получалось.

А вот над головой Юльки уже собирались тучи.

– Привет, Таня, – сухо ответила она.

Девочка Таня села с нами, заняв стул рядом с Юлькой, и сложила подбородок на ладошки, призывно глядя на меня.

Нет, так нагло меня еще не клеили. Я к такому повороту событий был не готов.

– Как дела? – стреляя в меня глазами, пропела Таня.

– Вы знакомы? – ровно спросила Юлька.

– Да, пару недель назад в баре, помнишь, Римир?

Я кашлянул от неожиданности и застопорился. И готов был полцарства и погоны отдать, что с ней у меня ничего не было и быть не могло.

А вот Юлька напоминала фурию. Ее глаза гневно засверкали, и если бы могла, она бы мне младшего товарища взглядом испепелила. Или шепоток какой наложила, чтобы высох и отпал.

А я наконец вспомнил, где я видел Таню, – в баре.

В тот вечер мы с Димоном снимали стресс, а эта конкретная барышня пыталась к нам присоединиться.

– Что вы там делали? – Юлька развернулась к своей знакомой.

– Мы с девчонками…

– Пытались соблазнить взрослых дяденек и были вежливо отправлены домой допивать «Агушу» перед сном, – жестко перебил я.

Хам, знаю.

Но нафига мне лишние стрессы и подозрения? Только начали нормальные отношения.

Таня сузила глаза и сжала губы в тонкую линию.

– Юльчик, это подруга твоя? – смягчать тон я не собирался.

Юлька же напоминала взбешенную кошку. Только что хвост трубой не задрала.

– Учимся вместе, – задрала она носик.

Еще немного, и выпустит коготки и полетят клочки по закоулочкам. И чувствовала моя печень, что мне тоже плюшек достанется.

Ни за что пострадаю, получается!

– Значит, завтра в институте и поболтаете, да? – с нажимом спросил я, косясь на Таню.

– Да я хотела узнать расписание, – зло прошипела Таня.

– Я тебе сообщение пришлю, – елейно улыбнулась Юлька.

– Знаешь, а ты права была. Парень на любителя. Глуповат. И характер вредный, – улыбаясь во все тридцать два, как кролик из рекламы, изрекла Танюша.

Встала и красиво удалилась к своему столу, взяла сумку, жестом позвала вторую матрешку, напоследок звякнув колокольчиком над дверью.

Юлька отвела взгляд, а я подавился смехом, но принял серьезный вид.

– На любителя, значит, – побарабанив пальцами по столешнице, все-таки уточнил я у клубнички, которая делала вид, что ее тут нет.

Смотрела по сторонам и невинно хлопала ресничками.

– В баре, значит, – тем же тоном отбила Юлька, мгновенно вспыхнув.

– Глуповат?

– Соблазнить? – режим кошки она до сих пор не выключила, а меня это так завело, что я про еду забыл.

Которую нам принесли. И пока официант выставлял перед нами тарелки, мы с кудряшкой играли в игру «кто кого первый взглядом на лопатки положит».

Я кивком поблагодарил девушку, снова возвращая все свое внимание кучерявой ревнивице.

– Юлек, внеси в протокол, что соблазняли меня, а не я. Я просто пил с другом. А вот ты про меня такие слухи нехорошие пускаешь. Не стыдно тебе?

– Нет! – отрезала она и потянулась за вилкой.

Меня эта невинная дерзость с ума сводила. Младший уже почти устроил бунт, угрожая второй подряд ширинке.

– Кошка дикая, – хрипло пробормотал я. – Не было ничего, не смотрел я на нее даже.

– Зато она смотрела! Танюха у нас вообще девушка добрая, наши гипотетические сто свиданий, которые могли бы быть, – детский сад по сравнению с ее поисками!

– Я жертва, Юлек!

Она фыркнула и подцепила вилкой кусочек мяса.

– Мне, значит, никуда нельзя, а сам…

– Я ж глуповатый. И характер у меня так себе. С первого раза не всегда понимаю, но сегодня понял, – ухмыльнулся я.

Юлька подозрительно на меня косилась, сжимая в ладони вилку. Надеюсь, она не представляла, как убивает ей меня.

– А ты маленькая ревнивая фурия, – улыбнулся я.

Было так забавно, когда она устраивала сцены ревности. Словно сладкая патока по груди лилась.

Приятно это, оказывается. Почему раньше я эти разборки так не любил?

Если бы еще и закончить их можно было в постели, то мой день можно было назвать идеальным, но пока я довольствовался тем, что было.

– Маленькая? – Кажется, я нашел ее триггер.

И разбудил в ней ведьму.

– Так, все! Скандал объявляется закрытым до окончания трапезы! Ешь, потом доскандалим. Не нравится она мне, поняла? Мне нравишься ты, я выбрал тебя, и отношения у меня с тобой. И ты очень красивая, когда злишься.

– Дамский ты угодник, – выдохнула Юлька, но смутилась.

И даже поутихла немного.

– Юлькин угодник. Почти святой, учитывая мое ангельское терпение. Ешь.

Мы ели в тишине. Я быстро проглотил обед и ждал, пока моя ревнивица дожует последний кусочек.

Позвал официанта, попросил счет, оплатил и позвал:

– Поехали.

Я задержался, а Юлька молча поднялась, пошла вперед, вышла за дверь, запнулась о сколотую на ступеньке и ласточкой улетела вперед.

– Шкода! – я испугался.

Настолько, что в глазах потемнело. Подскочил к ней, поднял и увидел в глазах кудряшки слезы; левую руку она прижимала к груди.

– Ну что ж ты у меня такая травматичная, – посетовал я, – тише, маленькая, иди ко мне. Больно?

– Угу.

– В травму, быстро! – хватая ее на руки, решил я, – не сломала?

– Кажется, нет.

Я бегом донес ее до машины, посад на сидение и рванул в травмпункт, кажется, точно нарушив половину учебника правил дорожного движения.

Плевать!