Глава 5

Рита

Стоять на сцене. Удивительное чувство, от которого дрожь пробегает по телу. И страшно, и приятно, и голова опять немного кружится. Рита чуть не подвернула ногу и обернулась, чтобы поймать успокаивающий взгляд брата. Всё в порядке.

Снова выпрямилась и повернулась к залу. Как её инструктировал Герман? Сосредоточься на одном человеке и говори для него. Зацепиться взглядом за лица в полумраке никак не получалось. Она говорила на автомате, но, кажется, зрителей её речь вполне устраивала.

Зацепилась. Рядом с фуршетным столом стоял мужчина, при виде которого итак разогнавшаяся в венах кровь резко ударила в голову

Вольский. Ей не показалось? Это был Вольский!

Человек, который сломал её жизнь, но по-прежнему наслаждается каждым прожитым днем в объятиях очередной красотки. Обласканный критиками, заваленный деньгами от заказчиков.

Она точно знала, что Алексей Вольский, её первая любовь и первый учитель по фотоделу, живет припеваючи. Но Рите и в голову не могло прийти, что у него хватит наглости явиться на открытие выставки.

Герман никогда бы его не пригласил.

Организм сдался и выключил свет

Лев

— Вы врач? — блондин помог ему подняться на сцену.

Лев на вопросы не отвечал. Не до них сейчас. Пощупал пульс — на месте. Дыхание тоже. Похоже на банальный обморок, но кто знает…

— Она пила что-то? Стакан есть? — первая мысль про яд.

Не убить, иначе она была бы уже мертва, а просто напугать.

— Нет, я не дал. Чтобы не набралась раньше времени на нервной почве, — отрапортовал Герман.

— Хорошо, это ты молодец, — бегло осмотрел руки и шею.

Если был какой-то укол в толпе, то его могли сделать и через тонкую ткань платья. Нужно в больницу. Маска спокойствия и сосредоточенности отлично скрыла острый приступ страха, граничащий с паникой. Потерять её вот так? Закончить историю, которая так и не успела начаться. Неужели игра началась? Так быстро?

Но как всегда в такие моменты, в голове включался холодильник. Он замораживал эмоции, только логика. Только факты и быстрые, выверенные действия.

— Лев, что с ней? — это уже Лиля. Видимо, бежала за ним.

— Похоже на простой обморок, но я не могу гарантировать точно. Едем в больницу.

Легко подхватил девушку на руки и под взглядами сотни приглашенных вынес из зала. Только за спиной успел расслышать:

— Лиль, он правда доктор?

— Что-то вроде того.

Молодец, Никитина, не сдала. Она-то точно знала, что Лев Залесский никакой нахрен не доктор.

В гардеробе одной рукой достал номерок и закутал девушку в свое пальто. До машины всего пара метров. Уже в дверях его догнал Герман.

— Я поеду с вами! Ребята здесь все разрулят.

— Хорошо, нужно её придержать в машине, — кивнул Лев. — Если будет рвать, переверни на бок. Мало ли, она могла принять успокоительные или другие таблетки?

— Если только дома.

— Понятно.

Двигатель проторного внедорожника взревел. Лев выкрутил печку на максимум и врубил подогрев сидений. Набрал номер Павла.

— Мне нужна больница. Быстро. Отдельная палата. Нет времени объяснять.

— Понял. Повиси секунду, — спокойный мужской голос. Меньше минуты стандартной мелодии. Голос вернулся в эфир. — Центральная больница номер один. Ехать десять минут. Назовешь в приемном свое имя, вас проводят.

— Хорошо, — отключил и бросил Герману. — Нас примет первая центральная.

Тот только кивнул. Явно, не соображая, с каких пор врачи так хорошо зарабатывают и выбирают больницы, куда везти пациента. Но вопросов решил не задавать, его больше волновала закутанная в пальто рыжеволосого незнакомца сестра, чья голова сейчас лежала у него на коленях.

Седой коротко стриженный доктор с хитрым голубым взглядом выгнал Германа и Льва из палаты. Мужчины замерли в коридоре, глядя друг на друга.

— Лев, — первым протянул руку Залесский.

— Герман, — пожал фотограф. — Её брат.

— Очень приятно.

Дальше разговор не клеился. Все мысли двух мужчин были за белой дверью с цифрами 321, так похожими на обратный отсчет. Вот только до чего?

Рита

Темнота сменилась светом, а тишина — голосом. Вонючая ватка под носом, Рита скинула её в сторону.

— Очнулись? — незнакомый мужской голос.

— Где я? — голова все еще немного кружилась.

- В больнице. Упали в обморок на мероприятии, — пояснил седоволосый доктор.

Зрение, наконец, сфокусировалось и Рита смогла разглядеть невысокого мужчину в белом халате.

— Я заболела, да?

Странно. Рита не чувствовала жжения в горле, температуры или желания кашлять. Если и заболела, то это не простуда.

— Пока я думаю, что просто перенервничали. Температуры нет, но давление подскочило сильно. Сейчас возьму у вас кровь на анализ. Уколов не боитесь? Вы в первой центральной больнице лечились когда-нибудь?

Он нажал какую-то кнопку и спинка поднялась вверх. Рита устроилась поудобнее уже сидя. Она все еще была в праздничном платье, только теперь на ней сверху лежало черное мужское пальто с меховым воротником. Совершенно незнакомая вещь.

Рита погладила рукой пушистый теплый мех.

— Это молодого человека, который вас принес. Сейчас закончу осмотр и приглашу. Там вас двое дожидаются светленький и рыженький, какого звать первым? — веселился доктор, сверкая яркими голубыми глазами.

Рыженький? Нет. Не может быть. Она не приглашала Льва на презентацию, как он мог там очутиться? Да и мало ли рыжих мужчина на свете. Может, кто-то просто помог.

Она убеждала себя в этом, коротко отвечая на вопросы доктора.

— Я у вас наблюдаюсь постоянно при женской консультации, и мне тут же вырезали аппендицит три года назад, — отчиталась девушка.

— Хорошо, сейчас кровь. А потом подниму ваши данные, — доктор пристально на нее посмотрел. — И с учетом вашего возраста, должен спросить. Вы случайно не беременны? Задержки были? Обморок может быть связан с…

— Нет, — оборвала Рита, на автомате вспоминая, когда красные дни календаря были в последний раз. — Я не могу иметь детей. Вы увидите диагноз в карте. У меня задержка полтора месяца, но это бывает. Особенно, на нервной почве.

— Так, моя дорогая, — доктор достал из коробки еще одну пробирку. — Давайте-ка я у вас еще немного крови возьму и съездим на УЗИ.

— Это всё не нужно, — нахмурилась Рита.

— Маргарита, давайте так. Доктор здесь я, и я провожу обследование.

— Да как хотите, — буркнула себе под нос блондинка и послушно положила руку на подушечку. Как же раздражает этот доктор. Сказала же, никаких детей быть не может. — Сами все увидите.

— Увижу, значит, увижу. Сейчас кровь соберу и поедем, — примиряюще кивнул доктор. — Я должен быть уверен, прежде чем назначать вам какое-либо лечение, Маргарита. Вы уж извините меня за дотошность.

— Простите, я тоже зря разнервничалась, — кивнула Рита, чувствуя себя неуютно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌И что на нее нашло? Взъершилась на доктора. Он просто качественно, въедливо делает свою работу. Если бы все люди в белых халатах были такими, она не рассказывала бы ему сейчас о бесплодии.

— Вот и прекрасно, сейчас привезут кресло и поедем.

— Я могу сама дойти.

— Рита, еще раз напоминаю…

— Я поняла!

— Ты как? — в коридоре к ним тут же подскочил Герман.

— С девушкой все в порядке. Перенервничала, давление подскочило, со всеми бывает. Сейчас проведу небольшое обследование и, если все в порядке, отпущу домой, — ответил ровным голосом доктор.

— Гер, я правда, в норме. Это просто перестраховка, — стукнула ладошкой по креслу-каталке.

— Если человек в норме, он не падает в обморок, — от насыщенного низкого мужского голоса у Риты по спине пробежали мурашки.

Мало ли на свете рыжих? Мало! Иначе почему ей все время попадается один и тот же. Лев поднялся с мягкой больничной скамьи. Тяжелый взгляд сквозь стекла очков.

— Прежде, чем отпустите её домой. Убедитесь, что она полностью здорова, — этот выпад уже доктору.

— Лев Эдуардович, я достаточно квалифицированный специалист. Думаю, вы должны об этом хотя бы догадываться.

— Извините, — все таким же ровным ледяным тоном. Ни один мускул на лице не дрогнул.

У Риты же в голове одновременно взвились в воздух, как поднятые ветром пылинки, сотни вопросов. Увы, ответы на них так и остались у Льва.

А ее повезли в кабинет узи, куда можно и не ездить.

— Что?! — Рита в ужасе смотрела на черно-белый монитор и ничего не понимала.

Женщина-гинеколог, которую доктор пригласил для профессионального осмотра, улыбалась.

— Поздравляю вас, вы — беременны, — тряхнула она светлыми кудрями. — Я вам сейчас распечаточку сделаю на память. Вот здесь вот, — указала на странную ерунду на мониторе, — ваш ребенок. Удивительно, что вы только сейчас узнали, что беременны. У многих на вашем сроке уже дикий токсикоз.

— Простите, — в голове не укладывалось. — У вас же есть моя карта?

Сидящая рядом женщина кивнула. Взяла со стола карту, открыла и подняла на Риту не менее удивленный взгляд.

— Подождите, но как? Нет, вы точно беременны. Совершенно, на сто процентов. Возможно, когда вам ставили диагноз, произошла ошибка.

— Да я в кучу больниц ездила. Все говорили однозначно одно и тоже. Так же не бывает? — сердце колотилось, как безумное.

— Всякое бывает. В любом случае, вам нужно встать на учет в женскую консультацию, пройти обследование и готовиться стать матерью. У вас сейчас…

— …восьмая неделя, — закончила вместо врача Рита.

За последние полгода у неё был только один партнер и сейчас он сидит около её палаты. Зато симптомы встали на место: утомляемость, внизу живота последние дни слегка тянуло. Она думала, что скоро красные дни порадуют. А теперь их, оказывается, не скоро дождешься.

— Держите, — ей в руку сунули черно-белый снимок.

Прекрасно. Осталось сказать Льву, что он скоро станет папой…

Доктор, ввозя её в палату, светился, как лампочка Ильича. Еще бы, многолетняя чуйка не подвела. Он еще во времена своей работы в скорой помощи беременных с первого взгляда определял, как детектор. Такая вот врачебная интуиция.

— Так кого к вам звать первым рыженького или светленького? — спросил он уже в дверях её палаты.

— Рыженького, — устало выдохнула Рита и запустила пальцы в волосы.

Тянуть не имеет смысла. Если сейчас обманет, то потом уже не скроешь. Да и ребенок, в конце концов, может быть на папу похож.

Лев

— Лев Эдуардович, Маргарита вас зовет. Одного, — доктор выглянул из палаты и бросил выразительный взгляд на Германа.

Гений современной фотографии удивленно глянул на Льва, но ничего не сказал. Просто пожал плечами, мол, иди. Вот только недоумение: “Какого хрена моя сестра после обморока зовет к себе левого мужика?” — очень ярко читалось на его вытянутом лице.

— Во-первых, я Евгеньевич. Эдуард Залесский официально не является моим отцом, хоть и дал свою фамилию. Буду благодарен, если вы это запомните. Во-вторых, Герман, я с ней поговорю и тебя позову.

Холодно расставил все по местам Лев. Что за черт? Почему она зовет его, а не брата? Интуиция, похожая сейчас на небольшую гибкую львицу, рычала что-то невразумительное и тревожное.

Рита полусидела на кровати и теребила в руках какой-то маленький листочек.

Тиски, которые все это время сжимали грудь, ослабили захват. Дышать стало легче. Жива и выглядит вполне здоровой, для начала этого достаточно.

— Лев, сядь, пожалуйста, — девушка говорила тихо, но голос эхом разлетался по палате. — Вы можете выйти на пару минут? — это уже прошмыгнувшему в палату доктору.

— Да, конечно, — засуетился, но вышел за дверь с явной неохотой.

Лев, как она просила, молча опустился на табурет рядом с кроватью. На лице девушки маской застыла молчаливая решимость.

— Сидишь? Сейчас главное, не падай и дай мне договорить. Обещаешь? — теперь все та же решимость и сосредоточенность в голосе.

— Хорошо. Что случилось? Готов ко всему, выкладывай.

— Я беременна. Восемь недель, — подняла на него взгляд и протянула снимок узи.

Ко всему? Это он погорячился. К такому невозможно подготовиться. Обухом по голове, смычком по натянутым нервам и совершенно не по нотам.

Взял снимок в онемевшие на секунду пальцы Разумеется, на нем и при свете дня Лев ничего бы не понял, а в полумраке палаты — это вообще гиблое дело. Но фото посмотрел и положил на тумбочку.

Подсчет сроков в голове завершился.

Ну отлично! Теперь Рита не просто девушка, за которой гоняется опасный преступник. Теперь она девушка, которая носит его ребенка. И переменную с преступником в этой задаче никто не отменял, Джокер может объявиться в любое время.

Впервые за много лет Льву Залесскому стало по-настоящему страшно.

Рита

Он держался молодцом. Рита вглядывалась в непроницаемую маску лица. Спокоен. Такое чувство, что в его голове в эту секунду не паника-шок-ужас, а там во всю работает бесстрастный компьютерный процессор. Просчитывает числа, варианты событий и, возможно, успевает задним числом решить судьбы Вселенной.

— Значит…

— Подожди, — Рита остановила его, вытянув вперед ладонь. Стоп. — Прежде, чем ты что-нибудь скажешь, будешь обвинять и так далее. Да, ребенок от тебя, других партнеров у меня в эти полгода не было. Чтобы ты ни думал, я не сплю с кем попало.

— А я не кто попало? — чуть приподнял широкие брови. Этот цепкий взгляд поверх прямоугольных очков прямо под кожу.

— Ты нет, — отрезала, но осеклась. Сама поняла, что ляпнула. — Сейчас это не имеет значения. Дослушай. Несколько лет назад я сделала аборт. Забеременела по глупости в восемнадцать, он меня бросил и швырнул деньги. Я, идиотка, испугалась и пошла в первый попавшийся центр. Все прошло ужасно и были серьезные последствия. Врачи считали, что детей у меня никогда не будет. То, что произошло сейчас, это чудо. Понимаешь? Чтобы ты сейчас ни сказал. Я не буду убивать чудо, Лев. Возможно, это мой последний шанс стать матерью. Я уеду, исчезну из твоей жизни, ты о нас не услышишь, только не …

Всё. Не выдержала, треснула, внутренне переломилась пополам и вспыхнула. Слезы текли по её щекам, туша невидимое пламя. Вся боль, весь страх. что столько лет копился внутри, вышел наружу.

Лев пересел на кровать и рывком притянул к себе. Рита уперлась лбом в грубую ткань пиджака и не смогла остановить слезы.

— А теперь слушай меня внимательно. Я бы никогда не отправил тебя на аборт, — произнес он спокойно, поглаживая её по обнаженной спине ладонью.

Приятное, щекочущее тепло успокаивало, необычный запах одеколона, похожий на смесь табака и со сладостью меда, с каждым вдохом проникал все глубже в легкие.

Лев дождался, пока девушка в его руках немного успокоится, и продолжил:

— Я не хочу, чтобы ты уезжала.

— Что? — Рита подняла заплаканный взгляд.

— Кто знает, может, это и мой второй шанс? — улыбнулся уголками тонких губ, тонущих в идеально подстриженной густой бороде. — Вынести беременность одной тяжело, и как ты планируешь воспитывать ребенка и бегать по съемкам? Я останусь с тобой. Мы вместе через это пройдем, а как только родится, решим, что делать дальше.

— Ты серьезно? — стерла слезу со щеки, еще сильнее размазав по ней остатки туши.

— Более чем. Вместе явно лучше, чем одной неизвестно где. Не так ли?

— Да, наверное, — голос дрожал.

Рита все еще слабо верила в реальность происходящего. Кто-кто, а Лев Залесский никогда не казался ей идеальным кандидатом на роль отца. Сдержанный и отстраненный большую часть времени, он превращался в человека только раз в год. В искалеченного, измученного болью человека.

— Тогда можешь начинать думать о переезде. Твоя студия небезопасна, и я молчу об узкой и очень крутой лестнице в комнату. Как только вырастет живот, ты…

— Стоп-стоп!

Эйфория еще не прошла. Рита улыбалась, как чокнутая, прижимаясь лбом к его плечу. Но вот так командовать она ему не позволит. Тем более, когда есть более насущные вопросы.

— Ты лучше скажи, как мы всем объяснять будем?

— А ты думаешь, они не знают, откуда берутся дети? — хмыкнул Лев.

— Скажем, что случайно перепихнулись с похмелья? — фыркнула в ответ Рита. — Мой отец будет в восторге. Герман тоже.

— С ума сошла? Ты еще скажи, что ребенку так объяснишь, как мама с папой познакомились и как он получился, — поморщился Залесский. — Мы встречаемся. С первого июня? Тебя устроит?

— Угу.

Легенда рождалась на глазах, а Рита офигевала. Потому что всё дело шло к…

— И да, думаю, нам нужно пожениться. Избежим формальностей при оформлении ребенка, и вопросов от родни, друзей и так далее.

— Стой, давай мы такие радикальные меры будем обсуждать в спокойной обстановке. Я сейчас с ума схожу и всерьез думаю грохнуться обратно в обморок. Я не могу, как ты, в такой ситуации сразу и логично.

— Всё, понял. Тогда просто встречаемся с июня, всё серьезно. Никаких абортов, побегов и других глупостей, хорошо?

Подцепил её лицо за подбородок и внимательно посмотрел в покрасневшие глаза. Впервые они были так близко в реальной жизни. Не в том безумии на пожарной станции, а в реальном мире. Где Лев не помятый с похмелья алкаш, а серьезный мужчина в костюме. Где Рита не девочка в домашнем халате, а в меру успешный фотограф, сегодня еще и при параде. Была.

— Хорошо, — красноречиво моргнула в ответ девушка.

Хотелось откровенно сделать деру отсюда, но, кажется, теперь она под колпаком.

— Забыл сказать, ты сегодня очень красивая. На сцене хорошо смотрелась.

Пристальный взгляд. Льва, кажется, размазанная косметика в эстетическом плане вообще не смущает. Тут Рита вспомнила, что и как между ними произошло: лохматая, в халате и без какого-либо макияжа. Именно такой он её поцеловал.

Губы закололо. Они хотят повторить и вот-вот поднимут восстание. Но вместо этого тихий ответ:

— Спасибо. Ты позовешь Германа?

— Да. Надеюсь, мне не снесут челюсть сразу, — снисходительный смешок.

Что-то подсказывало Рите, что снести челюсть Льву не так-то просто. Как бы он не изображал из себя интеллигентного типа. Она-то прекрасно знала, что за зверь живет внутри него.