Глава 9

Рита

Завтрак получился семейным. Тина приготовила огромную гору оладьев и, вопреки отказам, усадила Льва за стол вместе со всеми: сонным взъерошенным Германом, Ритой и пятилетней Алиной. Старшая дочь Тины, Лера, в выходные раньше десяти вставать не изволила. Никто и не настаивал. Сонный Герман тоже поспал бы еще пару часиков, но узнав, что приехал Лев, не упустил возможность посмотреть этот спектакль.

Лев смотрелся за этим столом странно. Молчаливый, с идеальной осанкой, он спокойно взирал через стекла очков на то, как зевает Герман, Арина размахивает оладышком и получает выговор от Тины. На лице вежливая едва заметная улыбка, которая не имеет никакого отношения к настоящей, Рита уже научилась различать.

Сейчас Лев надел маску и готовится с честью принять любой приготовленный ему удар. Нанесла его маленькая девочка со светлыми косичками. Хитро прищурилась и заговорческим шепотом произнесла:

— Дядя Лева, а ты сгущенку любишь?

Лев молча пододвинул к ней свою пиалку со сгущенкой. Девочка расцвела. Ещё бы, взрослый и сразу всё понял, без лишних намеков.

— Дядя Лева, а ты конфеты любишь?

Тут логика сломалась, потому что никаких конфет на столе не было. Рита, беззвучно хихикая в кулачок, наблюдала как изменяется бесстрастное лицо Льва: приподнимаются брови, глаза становятся чуть больше. Потому что мелкая хулиганка уже вскочила со стула и полезла в один из ящиков на кухне. Достала оттуда конфетку “Белочка” и протянула обалдевшему мужчине.

— Меняю на конфетку. Дядя Лева, а ты вообще говорить умеешь?

Напряжение за столом затрещало по швам, от смеха покатились все. Рита больше не скрывалась за ладошкой, Герман фыркнул в чашку, а Тина просто и звонко рассмеялась.

Девушка было подумала, что у господина Залесского легкая боязнь детей, что странно. Все-таки на семейных посиделках с детьми он бывал очень часто.

Удивительно, теперь угол зрения будто повернулся под другим углом и Рита чувствовала, что невольно прикидывает, как Лев будет общаться со своим ребенком.

— Спасибо, — хмыкнул Лев, конфетку взял — Умею говорить, но когда я ем, я глух и нем.

— Вот и мне в садике так говорят, — фыркнула Арина и положила конфетку на протянутую ладонь.

— Хоть кто-то призвал эту егозу к порядку, — одобрительно произнес Герман. — Ариша, заметь, это не я сказал. Ешь давай.

Рита переглянулась с братом, тот едва заметно пожал плечами. Вот ей сейчас кажется ил Герман Льва, как бы получше выразиться, одобряет?

Убедиться в этом пришлось буквально через полчаса, когда она сменила одежду на давно забытые здесь джинсы и толстовку Германа. Пора было проверить студию, а так же собрать вещи.

— Что это?

Лев уже в полной боевой готовности стоял у двери и сжимал в руках ей старый серенький пуховик. Хотел помочь надеть, но внезапно начал хмуриться и прощупывать давно примятый пух.

— Это пуховик, Лев. Знакомься.

— Рита, ты в курсе, что тебе нельзя болеть. Да? — протянул он угрожающе медленно. — А это не пуховик, это…я даже не знаю, как назвать. Там же нет пуха. Сколько ему лет?

— Восемь, — сдал опирающийся на косяк брат.

Рита подавила в себе желание залепить ему подзатыльник.

Пуховик, и правда, был старый. Проверенный временем и продуваемый всеми ветрами. Его покупали на втором курсе университета вместе с мамой и Германом. С тех пор Рита просто плыла по течению: носила его в химчистку весной, прятала в шкаф и зимой доставала. Старая проверенная схема.

— Хороший пуховик! — вырвала у него из рук и надела сама. — Удобный.

— И он не греет. Завтра едем в магазин. Видимо, и за сапогами тоже, — выразительный взгляд на заплатку на носу.

Да что он себе позволяет? Рита хмурилась, застегивая молнию с третьей попытки. Все-таки влезла сапоги — ровесники пуховика.

- Лев, — прошипела угрожающе, заворачиваясь в шарф.

— Это не обсуждается. Если ты не можешь о себе позаботиться, это сделаю я, — спокойно и ровно, без единой эмоции.

Рите так хотелось его как следует пнуть, но голос за спиной заставил остановиться.

— Наконец-то! Лев, если будут проблемы, зови. В четыре руки мы точно затащим её в магазин. Господи, наконец-то у моей ненормальной сестренки нормальный мужчина.

— Ты ему еще в любви признайся, — раздраженно поежилась и натянула шапку. — Поехали? — это уже Льву.

К счастью, Рита не заметила, как двое мужчин за её спиной обменялись многозначительными взглядами. Герман для верности даже подмигнул, на что получил сдержанный кивок от Льва.

— Ты невыносим, я уже говорила? — ворчала Рита, подходя к знакомому внедорожнику.

— Тебе напомнить, что я на это ответил? — невозмутимо.

Пискнула сигнализация. Мужчина открыл дверь, приглашая внутрь.

— Лицо расцарапаю.

— Сначала дотянись.

Снова этот смеющийся взгляд. Почему, когда она его видит хоть секунду, сердце заходится? Когда Лев такой живой, настоящий — это с ума сводит. Одной маленькой искры достаточно: улыбки, взгляда, жеста.

Вот только он будто сознательно закаляет её: то заставляет вспыхнуть, то окатывает ледяной водой.

Одно мгновение и снова в глазах лед.

Лев

— Какой ужас!

На Риту было больно смотреть.

Они только что переступили порог студии. Николай хоть и говорил, что они все осмотрели и немного прибрались, но девушка выглядела так, как будто пришла к руинам.

Следующие полчаса она бегала от одной фотозоны к другой и охала над разбитыми лампами, порванным софтбоксами и помятыми фонами.

Льву хотелось схватить её за плечи и усадить на диван, как-то успокоить. Но он понимал — бесполезно. Сейчас лучше прикинуться мебелью и позволить Рите выплеснуть эмоции.

Мужчина расположился на потертом диване рядом с заваленным бумагами столом, чуть поморщился, глядя на этот хаос, и достал записную книжку.

— Кошмар! Они тут все разнесли! — наконец, заряд батарейки закончился.

Девушка устало рухнула на диван рядом с ним.

— Хорошо, что следующие два дня тут нет съемок. Подождешь, я составлю список, что нужно купить?

— Такой? — Лев улыбнулся и вырвал листок из записной книжки.

Рита удивленно пробежала глазами по записям, сделанным аккуратным, почти каллиграфическим почерком. Крупные ровные буквы с округлыми завитками, как в прописи.

— Когда ты успел?

— Пока одна особа бегала вокруг и причитала, — пожал плечами Лев. — Количество сама проставишь, я в этом ничего не понимаю.

— Ты….спасибо.

Она была такая забавная в этот момент. Смотрела так, как будто он не просто составил список, а как минимум, совершил подвиг. Убил дракона, спас её от морского чудовища. Так и тянуло встряхнуть её со словами: “Это же просто список!“.

Но момент был упущен, батарейка снова подзарядилась и Рита принялась копаться на столе, сшибая бумаги на пол.

— Ну и где эта ручка?

— Держи.

Лев достал свою и протянул девушке.

— Лучше скажи мне, что-то пропало? Деньги, документы, оборудование?

— Нет, все на месте. Важные документы у меня наверху, деньги на карте, остальное просто испорчено, — она увлеченно расставляла цифры в списке.

Прозвучало правдоподобно. Он внимательно вглядывался в каждый жест, каждое движение. Нет, девушка точно и понятия не имеет ни о каком компромате на Джокера. Спросить бы её напрямую про Ольгу, но нет повода. А рассказывать беременной девушке, что за ней может охотиться целая банда — безумие. Она только себя накрутит.

Возможно, это попытка запугать. Не Риту, а её отца.

Значит, нужно очень быстро познакомиться с Дутовым.

— Рит, я тут подумал. Ты когда собираешься отцу сказать, что он скоро станет дедушкой?

— Не знаю, — пожала плечами. — Он сегодня вечером возвращается из Сочи, какие-то важные переговоры. Завтра позвоню.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Позвонишь? Ты не думаешь, что мы должны официально познакомиться?

Нажимать на неё было ошибкой. Лев понял это, когда девушка поднял на него взгляд и чуть поджала тонкие губы.

— Зачем?

— Не знаю, вроде бы, у нормальных людей так принято.

— По-моему, ты слишком стараешься быть нормальным.

Свернула, как попало, листок и сунула в карман серой толстовки явно с плеча брата. Она висела на ней чуть ли не до колен, плечи тоже велики. Но Рита выглядела в ней такой уютной, что приходилось бороться с желанием то ли обнять, то ли раздеть и все равно обнять.

Отогнал непривычные мысли. Сейчас не до этого. Девушка задумала укусить Льва, ответ сорвался с губ раньше, чем он успел остановить приступ цинизма:

— Прости, что стараюсь.

Рита задержала на нем долгий, грустный голубой взгляд.

— Я наверх, собирать вещи…

Через час в машине она сидела хмурая и напряженная. Он явно задел и своим разговором про отца, и утренней трепкой за слишком холодные вещи. Лев это понимал, но как тут найти подход? Старается же как лучше, а получается ерунда.

— Так и будешь дуться? — спросил он, выруливая на один из центральных городских проспектов.

— Я не дуюсь, — засунула нос в шарф, только подтверждая, что очень даже дуется.

— Макс прислал сообщение, квартира готова. Ключи у консьержа. Едем сразу туда или заедем пообедать?

— Не хочу есть. А за твоими вещами мы не поедем?

Поежилась, явно от перспективы возвращения в его квартиру.

— В багажнике два чемодана.

Рита

Вот же самоуверенный. Значит, предсказал, что она согласится? Был уверен, что сможет убедить? А выглядел таким растерянным.

Настроение скакало от раздражения до злости. Есть тоже хотелось, но несильно и, желательно, земляничного печенья, которое они ели вчера вечером дома у Льва. Глупость, но как же хочется.

— Ты самоуверенный.

— Нет. Просто решил переехать независимо от того, что ты скажешь. Я бы все равно не сдался. В любом случае.

Эти слова повисли в салоне автомобиля теплым облаком, пощекотали кончик носа, который Рита удивленно высунула из шарфа и теплом скользнули по шее.

— Лев… — немного погодя протянула девушка.

— Что?

— Давай заедем за земляничным печеньем. Очень хочется.

— Далековато от студии, но я буду подвозить тебя на машине. Не проблема, — кивнул Лев, помогая ей выбраться из автомобиля.

Они припарковались около высокой “свечки” в спальном районе города. Вокруг сплошные хрущевки и тут это чудо с панорамными окнами, огороженным внутренним двором и расчищенной стоянкой, ключей от которой у них пока не было. Совсем недалеко, Рита это точно знала, парк с горкой. Там часто проводили городские масленичные мероприятия, очень весело.

Вот. Теперь еще и блинов захотелось со страшной силой. Готовить она никогда не умела, кажется, придется экстренно осваивать курс молодой хозяйки.

— А мы сходим в парк? — как-то само вырвалось.

— Как только купим тебе нормальную зимнюю одежду, — эхом ответил этот долбанный манипулятор.

Не удержалась и все-таки хлопнула его ладошкой по плечу.

Они поднялись на самый верхний этаж. Рита запоздало вспомнила, что Лев говорил что-то про пентхаус. Мягким теплым светом их встретила квадратная лестничная клетка с одной лишь входной дверью, которая по надежности, кажется, не уступала её старинной на станции. Рядом с ней в стену был вбит какой-то крюк непонятного назначения.

Рита первой переступила порог квартиры и замерла на месте. Стоило открыть дверь, как зазвучала тихая мелодия, какой-то ремикс на “Jingle Bells”. Прихожая и короткий узкий коридор засветились разноцветными огоньками. Над дверью напротив входа висел плакат: “Добро пожаловать!”.

Улыбка появилась на лице и не хотела уходить. С этим сумасшедшим домом Рита и забыла, что до нового года осталось меньше недели. Праздничное настроение стряхнуло с себя пыль и тоже засветилось внутри изо всех сил.

— Что это?

— Это Максим Кравцов. Зарабатывает себе баллы, чтобы стать крестным нашего ребенка…