Глава 2

В общем, пробыла я в палате целые сутки. Или всего сутки. Никто кроме старшекурсницы-целительницы, приносящей отвары и иногда водящей над моей головой ладонями, ко мне ожидаемо не заходил. Зато удалось почти полностью восстановить хронологию жизни сиротки. Почти, потому что какие-то детали обязательно позже вылезут. Невозможно помнить каждую мелочь, не лежат они на поверхности. И не факт, что важные для меня сведения были важны бывшей обладательнице тела.

Зато я теперь знаю магические пассы и могу щелчком пальцев создавать светлячки! Развлечение интересней компьютерной игры оказалось. Щелк — появляется яркий шарик, прокачиваются магические каналы. То есть не просто источник света, но и упражнение. Поэтому тренировать надо все пальцы на обеих руках, это вершина мастерства. Лежала, баловалась, вся в лампочках. Одна рука устанет, привлекаю другую, не палата, а сплошная иллюминация. Благо до меня никому нет дела, да и жизнь светляков можно регулировать: пять секунд и спящий режим. То есть пшик и испарился. Удобно.

На следующий день, к выписке, мне принесли форму — чистый отглаженный брючный костюм темно-зеленого цвета. Георгина вообще платья не носила и презирала (возможно, после приютских балахонов) значит, ей и мой гардероб понравится. Хоть в чем-то наши вкусы сошлись.

Покопавшись в памяти реципиента, узнала, что девушки в академии одеваются по желанию, в зависимости от их привычек и предпочтений. Есть форменные платья и юбки — носите на здоровье. Исключение делается только для физкультуры и верховой езды, но Георгина носила штаны постоянно даже на лекции. Ну, с такими ножками просто грех путаться в метрах ткани.

Переодеваясь, я в полной мере оценила пропорционально сложенное тело, длинные стройные ноги, аккуратную грудь "двоечку". Нормально в принципе, почти никакой разницы с собственным прошлым телом. Даже рост совпадает: примерно, по ощущениям, сто семьдесят сантиметров. Внешность пока неясна: зеркала в палате нет, но я решила не спешить и рассмотреть себя постепенно. Что досталось, то досталось. К чему торопиться и нервничать, переживая, как я выгляжу? Тем более память уже не раз подкидывала образ Георгины. Личико симпатичное, даже красивое по моим представлениям. Аккуратный носик, правильный овал лица, большие серые глаза-хамелеоны, меняющие оттенок радужки от голубого до зеленого в зависимости от цвета одежды. Не совпадали только цвет и длина волос: в прошлой жизни я была натуральной блондинкой с короткой модельной стрижкой, а теперь являюсь обладательницей густых каштановых волос до пояса. Но это не проблема, что я, дочкам косички не плела? Еще какие! Специальные курсы покупала даже, чтобы украшать своих принцесс.

Интересно, они уже "познакомились" с новой мамой? Ничего она там не выкинула? Надеюсь, ума хватило не рассказывать, что ее подменили? Санитаров и из Австралии можно вызвать, через бабушку, если что. Ой, нет, не буду о грустном. Не настолько девчонка дура. Дура, но не настолько. Это не в укор девочке, она не виновата. Просто некому было воспитывать подкидыша, вот и вышло, что вышло.

Ничего, приедет к маме — та ее быстро обработает. Обнаружит признаки депрессии, окружит заботой и воспрянет малышка. То есть обмен действительно равноценный, если смотреть с этой стороны, а вот мне еще два года постигать магическую науку. Кому меньше повезло еще неизвестно, похоже, мне. Жить-то придется не одной в шикарной квартире, а с тремя злобно настроенными "папиными дочками". Специально что ли так представлялись сироте безродной? Вот, мол, мы какие не то, что некоторые. Реально, в памяти Георгины не отложились их имена! Вот и пойду принимать первый "бой" с безымянными девицами.

Всё, щемитесь по углам, я — головой ударенная, здесь помню, здесь не помню, поэтому пошли нафиг с новым годом. Будете, как мои продавцы, через раз дышать. С ними я строга была, чтобы не расслаблялись, но справедлива.

Оказавшись на улице, вдохнула полной грудью свежий воздух, поражаясь теплой погоде ранней осени. Из зимы практически в лето угодила. Хотя, что уж теперь удивляться смене времени года, находясь в другом теле? Ведь естественно, что разные миры существуют абсолютно независимо друг от друга.

Направилась в общагу, с интересом поглядывая на пробегающих студентов, но по дороге меня неожиданно перехватил секретарь и велел идти к ректору. Ничего себе! Память подкинула: ректор — милый дедушка, но настолько старый, что почти не появляется на людях. Скинул дела на зама с помощниками и, по-сути, рулят академией они. А меня, то есть Георгину, которая его смутно помнит, вдруг лично пригласил. Зачем, интересно? Еще и этого пыжика припряг.

Бежала всю дорогу за важным секретарем — полноватым мужчинкой с залысинами на полголовы, пока тот не вошел в приемную и сразу, отдуваясь, уселся за свой стол с недовольной гримасой на лице. Ну как же, побегать заставили, пятую точку оторвать от кресла. Знаю этот тип людей.

Внешне я теперь молодая, зеленая, но мозги-то остались сорокадвухлетней здравомыслящей тетки. Спасибо, кстати. Хотя, зачем благодарю? Как без собственного опыта, нажитого непосильным трудом, мне прогресс двигать? Рецепт борща — штука сложная, его помнить надо. И эту трудную миссию, похоже, я не скоро исполню: на академическую кухню студентам дороги нет. На уроке зельеварения? А нет, я же на факультете общей магии обучаюсь. Это маг-универсал в итоге получится. Умеет всего понемножку: кристаллы заряжать, пыль уничтожать, недолго управлять иллюзией, чуть-чуть артефакторики, немного левитации, оказание первой медпомощи пострадавшему. В общем, сборная солянка, как раз для такого человека-коктейля, как я — и вашим и нашим, но почетно. Потому что если ты, например, на бытовом факультете учишься, то по окончании прямая дорога только облагораживать помещения и тому подобное — узкая специализация, а универсалы могут найти работу по душе.

Когда я разобралась в тонкостях направлений, то порадовалась что Георгине хватило способностей поступить на универсала. Учиться сложней, конечно, но есть к чему стремиться, чтобы не довольствоваться крохами, а совершенствоваться во всех направлениях. И надо отдать должное девочке, она добросовестно учила материал, вникая в тему, а не просто зубрила. Мне остается просто не ронять планку.

Злобно зыркнув, мужчина молча махнул в сторону двери. Мол, топай, ждут. Пантомима наше всё, да? Расслабься, дядя, мне твой речевой аппарат без надобности и провожать тоже не надо. Ах, вы и не собирались распыляться, джентльмен? Ну да, было бы перед кем.

Мысленно поёрничала, но, тем не менее, состроила благодарное личико и взялась за ручку. Даже захватывающе: Ника в теле Георгины, как шпион в тылу врага. Все думают, что видят глупышку, а не тут-то было. Но главное себя не переоценивать: возраст — не показатель ума. Особенно, если ты в чужом мире первый день и адреналин так и прет. Правда, бешеные перепады настроения начались, когда вышла из палаты — мне то смеяться в голос хочется, то рыдать. Всё вокруг вроде бы незнакомое, с одной стороны, а с другой — все знаю.

Смело перешагнула за порог и оказалась в классическом средневековом личном кабинете начальника. Ну, в смысле: ковры, картины, дубовая мебель. Вау! И это не декорации, это "взаправдашнее", как говорили мои малышки в пятилетнем возрасте. Ох, и намучилась молодая мать сразу с двумя любознательными непоседами! Хотя, сейчас совсем не к месту ностальгировать, Ника. То есть Геор… Гера. Да, буду Герой. Для себя и "своих" в дальнейшем. Я-то друзьями обзаведусь, надеюсь. Меня мама с детства приучала социализироваться.

Ректор оказался сухощавым высоким старичком с белоснежной шевелюрой и такой же седой бородкой, подстриженной профессорским клинышком, и сразу вызвал симпатию. Потому что на папу похож! Если очки надеть. Он ведь у меня не молоденький, маму на двенадцать лет старше и сейчас выглядит примерно так.

— Здравствуйте, — слегка оробев, промямлила я в духе забитой сиротки. Не хотела, но, то дочурок вспомнила, то вот папочку… и голос слегка сорвался.

— Студентка Георгина Буше, — словно припоминая, кого вызывал, тихо промолвил ректор, заглядывая в бумаги и встал из-за стола. Подошел, дружески похлопал по плечу, заставляя опуститься на диванчик, у которого я замерла, и сам присел рядом. — Девочка моя, мне доложили, что ты упорно отказываешься посещать целительский факультатив и не развиваешь свой дар. Да, у универсалов большая нагрузка, но дар игнорировать нельзя. Если честно, впервые встречаю студентку, скрывающую восхитительную способность. Милая, пойми, твой дар, вкупе с целительством, будет приносить огромную пользу и не только страждущим. Тебе, в первую очередь. Труд целителя ценен и после получения диплома ты сможешь хорошо устроиться в жизни. Разве ты этого не желаешь?

Пока ректор вещал я, во-первых, вспомнила его имя — лорд Михаст Ставроль. А, во-вторых, с ужасом выловила из закромов памяти, о чем идет речь.

Это глупышка Георгина, после обнаружения у нее магии и особенно дара, вбила себе в голову, что ее не бросили какие-то пьянчуги, а потеряли добропорядочные аристократы высокого пошиба. У них ее украли, отняли и прочая глупость. Возможно, какая-нибудь неграмотная уборщица мимоходом наплела ребенку небылиц (в памяти не отложилась такая мелочь, а много ли обиженному дитю надо?), или директриса постаралась, но девочка возомнила себя чуть ли не потерянной принцессой. С тех пор дар удалять шрамы(!) и видеть магическим зрением внутренние органы (!), она посчитала недостойным своего положения занятием. Лечить плебеев?! Ни за что!

Вот это нехилое приданое получила сиротка в приюте — самомнение!

И постоянное ожидание: ее скоро найдут, заберут и никакой дар (смотреть на мерзкие шрамы, еще их и убирать — это руками трогать — брр…) не пригодится.

Честно? Я обалдела.

То есть не от нее люди шарахаются, а она от них. И кто? Сирота безродная. Сообразить, что если до сих пор богатые родственники не объявились, то уже и не появятся, видимо, не… хотелось. Сломали ей психику, вывернули на неправильную дорожку. Верно сказал божественный голос: Георгину в этом мире ждало жалкое будущее. Надеюсь, на моем месте она оттает и успокоится. "Слуги", в виде продавцов, у нее будут, мама с папой аристократы, зашибись в каком поколении. И это почти не сарказм, мама, кстати, обращалась в контору по поиску "корней", желательно именитых, и раскопала, кто бы сомневался. Мы там потомки чуть ли не Екатерины Великой. Вот тут точно сарказм — контора веников не вяжет, ей "покажешь медный грош и получи, что хошь". В смысле, тешь самолюбие от родства с царями, даже бумажку выпишут с печатями. Новой Нике это бальзам на душу, будут на пару с мамой умиляться. Мамуля офигеет от метаморфоз: дочь наконец-то взялась за ум. Лишь бы ничего не заподозрила и не начала демона из нее изгонять. Она-то в эту фикцию серьезно не верит, но ничего, решит, что Ника прикалывается или подлизывается. Надеюсь, девочка сориентируется, да и божество обещало за ней приглядывать.

— Ты три года раздумывала, не пойму, честно говоря, над чем, но начался четвертый год обучения, а ты так не записалась на факультатив по целительству, Георгина! Куратор факультета возмущен…

Голос ректора вернул меня в действительность и я, повернувшись, посмотрела на старика восторженным взглядом. Вовремя нас поменяли местами, эта дурочка сейчас устроила бы безобразную сцену, отбиваясь от ненавистного дара, а я…

Снова медицина!

Ну, не зря же я в свое время выбрала именно мединститут! А потом, полученные с огромным трудом знания, похе… проср… Да-да! Грубо, но именно так! Иначе и не скажешь, плевать, что потомок королевы. В результате-то что вышло? В осадке? Муж ушел, дети выросли и разлетелись, а профессия меня никогда бы не предала. Поэтому второй шанс я не упущу.

— Лорд ректор, извините за доставленные неудобства. Я немедленно запишусь на факультатив и начну развивать дар. Спасибо, что вы заботитесь обо мне.

Огромнейшее спасибо, а то когда бы еще память подсказала правильное решение или вообще не подсказала. Именно эти обстоятельства, похоже, глупая сиротка засунула подальше и вообще старалась забыть, теша себя иллюзиями. А иллюзии — они иллюзии и есть. Существуют в мечтах, в руки не возьмешь, в карман не положишь.

— Ну, вот и славно, — удовлетворенно кивнул ректор, словно выполнил определенную миссию по перевоспитанию, встал и пошаркал к столу, бросив на ходу: — Иди, деточка.

Иду, дедушка, иду, миленький… тьфу ты! Молодое тело на меня так действует что ли? Спасибо, что хоть не вслух цитирую земную классику. Хотя, старухой я и не была. Кризис просто словила в переходе на пятый десяток. Звучит жутко.

Тихо прыснула в ладошку, попрощалась и выскочила из кабинета.

Домой, домо-о-ой! Как прекрасен этот путь домой!

И где у нас дом? В общаге, вестимо. Пора познакомиться с соседками вживую. И вот теперь точно — не стой под стрелой: я признала свой дар и стала эксцентричной. Де-вач-ки, вы меня не узнаете, хи-хи… Сама себя не узнаю.

На территории академии я ориентировалась прекрасно. Спасибо Георгинке бархатной, интровертке моей пугливой, она все облазила. Даже чердаки и подвалы. Укрытие искала, дурочка, от ненавистных плебеев. Ну да, аристократы подлые не признавали в ней "свою", а с деревенщинами ей самой общаться было западло. Однако… Честно, неожиданно узнать такое о сиротке из приюта.

Ладно, начнем писать с чистого листа другими чернилами, но тем же пером.

Вежливо поприветствовала вытаращившую глаза комендантшу общежития и помчалась по лестнице на второй этаж. Извините, мадам, вы повышены из плебеев до "ах, какая чудесная брошка". Я точно знаю, с кем надо придерживаться хороших отношений. И как. "Ему немного подпоешь, и делай с ним…" Тьфу, лиса Алиса, отвянь уже со своим котом Базилио, а? Хотя, что поделаешь, если песня прям в тему. На все случаи жизни.

Вот и комнатка моя под номером двадцать два. Уже знаю, что ожидает, что потешит взор: четыре кровати, четыре стола, стула тоже четыре, куртка замшевая… Ой, вот снова здорово… Главное присутствуют три курочки неощипанные, которых не грех и пощипать. Кстати, на трех надменных гусынь смахивают по окрасу: блондинка, брюнетка и рыженькая. Тоже мне — пупки. Потомок великой царицы вам будет не по зубам.

Стопэ, Гера, не подхвати заразную болезнь: тщеславие с высокомерием. А то вдруг и правда наследственность в крови какая-нибудь затаилась. Кто этих беспризорных сироток знает, откуда они появляются. Не, не подхвачу: Ника не позволит, она никуда не делась, ждет случая наварить борща. Кстати, рассольничек у меня лучше получается, но не горю желанием двигаться в направлении поварского искусства. Божество ведь это для примера, наобум ляпнуло? Я им лучше стельки в сапоги изобрету. Или уже есть?

Но почему хочется именно мыловарню свою открыть? Синдром попаданки? Ой, срочно лечиться! Ха-ха…

В отличном настроении я влетела в комнату и автоматом выдала:

— Привет, девчонки!

— Явилась, сирота безродная, — презрительно фыркнула блондинка.

— Быстро подлечили, — скривилась брюнетка. — Я надеялась, что хоть чистым воздухом вторую ночь подышим.

— Без этой грязной нищенки, — подхватила рыженькая.

Мда, человеколюбие, ау-у!

Я честно звала, но оно свалило в неизвестном направлении от столь теплого приема. Ну и ладно. Подошла к своей кровати, на которой ворохом валялись чужие платья, и, для начала и чистоты эксперимента, вежливо попросила:

— Девочки, уберите свои вещи, пожалуйста.

— Да-да, вот ты и прибери, — хихикнула брюнетка и обозначила: — Мое нужно почистить.

— А мое — постирать, — вякнула рыжая.

— А мое — погладить! — ну куда же без третьего белого "гуся".

Я в непритворном удивлении приподняла бровь.

— Вы же бытовички!

Точно знаю, что эта троица учится на бытовом факультете, то есть домохозяйки из них выйдут дипломированные.

— А мы о твоих способностях печемся, — нагло улыбнулась брюнетка, она же дочка барона. — Тебе необходимо практиковаться почаще, сиротка. Мама-то ничему не научила.

— У нее и мамы-то не было, — вступила в диалог блондинка. Дочь торговца.

— Цени, приютка подзаборная, — вставила свои пять копеек дочка купца.

Ах, стервозины, по болевым точкам пошли? Вот так прямо сапогами? Без тонких подковырок? Сами-то что из себя представляете? Похоже, вас самих ничему не учили.

Короче, поначалу я не сразу поняла расстановку, чем отличается купец от торговца, а когда пораскинула мозгами (в переносном смысле, разумеется) сообразила: купец это как бы владелец сети лавок, по которым он товар развозит, а торговец: держатель одной торговой, но крупной точки, сиречь, магазина. То есть я в своем мире, Ника, не бизнес-леди, хозяйкой, а торговкой была. Фи, блин… Но, пожалуй, здесь это почетно, не зря сиротка так воодушевилась после просмотра "видео". С дочкой барона понятно — низшая ступень, но аристократии. Вах!

То есть, получается, после обмена, Георгинка моя получила сполна все, о чем мечтала. И титул (пусть из пальца высосанный), и состояние, и положение в обществе. Хотя, напирала больше на семью. Большую и любящую. И от мужчины в восторг пришла. Ну, Арсений красавчик, что есть, то есть. Теперь Ника помолодела: выглядят оба как ровесники, наверное, она даже младше. А ему больше притворяться не надо будет что "окучивает старушку". Или я предвзята по отношению к нему, не знаю, но официально замуж все равно бы не вышла: береженого бог бережет. Нечего на одни и те же грабли наступать. Сначала тебя люблю, а потом — другую.

В общем, опять впала в прострацию, ничего с собой не могу поделать: нет-нет, да и соскакивают мысли в свой мир. Как там, что там? Все-таки родные люди остались рядом с копией, и что она может учудить — неведомо.

Однако девчули же ждут реакции, то есть рьяно следят за обучением соседки. Пекутся, колобки слоеные. Не стоит их разочаровывать, Герочка, девочки в предвкушении. Они мечтают жить своей компанией и прекрасно знают твои болевые точки.

Как бы поступила Георгина Буше в такой ситуации — настоящая, головой не ударенная, не признавшая свою эксцентричность? Помню-помню, шарахнулась бы от чужих плебейских тряпок и, сдерживая горькие слезы, убежала бы на излюбленный чердак. Но, ни за что не стала бы чистить и гладить. Вот за это я тобой горжусь, малышка, но спать предпочитаю на мягкой кровати в выделенной академией комнате, а не на подстилке, как собака.

Поэтому тяжелехонько вздохнула и приняла бой.

— Вы правы, девочки, практиковаться необходимо, — увидев такую мою улыбку, продавцы обычно прячутся под прилавок, а эти курицы лишь удивленно вытянули лица и переглянулись. Ну да, сиротка в первый раз согласилась на них поработать. А вот и не угадали. И не обольщайтесь: мне лишний раз поблагодарить ангельским голоском ничего не стоит. — Вы такие заботливые, спасибо. Сейчас-сейчас, попрактикуемся. Так, как там надо? Пасс и выпустить силу… Ох, головой ударилась, побаливает еще, но сейчас вспомню.

Я сосредоточилась и мысленно запрыгала от радости, когда задуманное получилось. Все-таки странно применять умения, о которых до сего момента не представляла: сравни чуду, но память — молодец, подсказала правильно.

Ворох одежды медленно приподнялся, повинуясь моей силе, сместился в центр комнаты и завис… ненадолго. Эх, работать еще и работать над собой, учиться и учиться… Но все равно чудо в действии — платья шлепнулись на пол, а я даже пальцем к ним не прикоснулась! Пол, кстати, грязный, твердая двойка будущим домохозяйкам с дипломом. Лентяйки.

— Ты что сделала? — три голоса завопили одновременно.

— Как что? Потренировалась в левитации. Вы же сами заставили. Спасибо-спасибо, вы такие милые. — И не давая опомниться, подскочила к своей кровати, продолжая тараторить: — Так, покрывало пора освежить, да и постельное тоже. Магия магией, но водичка с этим справится лучше. Ведь так? Так! — Стянула пододеяльник, наволочку, простыню, сграбастала белье в руки и, улыбаясь гусыням как родным, пообещала, направляясь к двери: — Скоро вернусь, не переживайте. И полы помойте что ли… Вы же не грязнули, в самом деле. И имя вам не Нуф-нуф, Ниф-ниф и Наф-наф? Если что: это сказка о трех поросятах.

И плевать, что они ничего не поняли, пришибленные небывалой активностью, а главное благодушным настроем соседки. Я вам не из приюта, я столько фильмов про злых мачех пересмотрела. Со злыднями надо исключительно ласково разговаривать, они от этого ломаются. И вообще, нашли на ком интриги испытывать: там, где они только учатся, я преподаю.

В прачечной, устроенной в подвале, не стояли машинки-автоматы, нет. В средневековой прачечной стояли тазы, бадьи, шайки. Я даже все архаизмы-синонимы вспомнила. Короче, много тары разного объема. Память подкинула как, используя душистое, даже не хозяйственное на вид, мыло (надо же, не обманул голос — оно существует!) и магию, забацать стирку. К счастью, Георгина владела этим мастерством в совершенстве, и я довольно быстро простирнула постельные принадлежности. Потом развесила их на натянутые веревки и просушила. Тоже магией, да. Все-таки три курса учебы в академии не прошли для сиротки даром, но моя машинка-автомат ей понравится больше: там процессом руководить не надо и над душой у нее стоять тоже. А тут — воду налей, прокрути, слей, налей… канитель. Но студентки-первокурсницы, тоже решившие устроить постирушки в это время, поглядывали завистливо. Вот вам и стимул хорошо учиться, девочки. Старайтесь-старайтесь, в академии слуг нет.

Кстати, физический труд положительно влияет на работу мозга. Я вспомнила, что свою территорию, то есть небольшой кусочек площади, вмещающий в себя кровать со столом, можно защитить охранным контуром, чтобы всякие гусыни не кидали там свои потные тряпки. Почему Георгинка так не делала? Потому, что звуки он пропускает. Но я-то и сама могу звуки издавать, еще неизвестно, кому от кого прятаться придется.

Примерно через час я павушкой вплыла в комнату, неся перед собой стопку свежего белья. С удовлетворением отметила, что на голом матрасе не лежит куча чужих шмоток и подошла к кровати. Память подкинула: матрас можно почистить магией. Можно, но нужно вспомнить, как именно. Положила чистое на стол и задумалась, мотивируя мозг искать решение проблемы.

— Вернулась, сиротка безродная? — отвлекая от важной задачи, зло прошипела в спину блондинка. У девчуль, похоже, программа в мозгу установлена даже примитивней, чем в самой дешевой машинке-автомате. Только быстрая стирка без изысков: "вкл" — "выкл" и все. То есть ушла — пришла.

Сюрприз, да? Я обернулась и, состроив самое жалостливое личико, тяжело вздохнула, соглашаясь. Самая верная и бесячая тактика: всегда соглашаться с противником, особенно, если он говорит правду. Я вернулась, и я сиротка. В чем оскорбление? Ни в чем. Поэтому надо быть вежливой.

— Ой, и не говори, безродная я, совсем безродная, — завелась с пол-оборота. — Тебе вот хорошо, знаешь всю свою подноготную до десятого колена. У тебя отец торговец, дед был торговцем и прадед, и прапрадед. И замуж ты выйдешь за торговца, и рожать будешь исключительно торговцев.

— Ты чего это? — опасливо покосилась блондинка, не ожидавшая бурного словесного потока.

— Сбрендила, — фыркнула рыжая.

И я радостно переключилась на нее.

— А у тебя отец купец, и дед купец, и прадед купец. И ты выйдешь замуж за купца и начнешь рожать купечиков. Ой, хорошо вам, девочки, с вашей родней никаких проблем и белых пятен нет. Все ясно и понятно. А я без роду без племени.

— Приютская, — не распознав сарказма, скорее по привычке, прошипела брюнетка.

— Вот именно! — тут же согласилась я с очевидным фактом и перескочила на новую жертву: — А у тебя папа барон, дедушка барон, прадедушка барон. И замуж ты выйдешь за барона, папа явно побеспокоился: сосватал с колыбели за какого-нибудь своего старинного друга барона, такого же презентабельного господина, и будешь ты рожать маленьких барончиков. Каждый год. Одного за другим, одного за другим… Чтобы род не угас. Вот такая счастливая судьба вас ожидает, де-вач-ки…

Ну что выкусили? Чистая правда ведь, не придерешься. Я сирота, а у вас все давно схвачено. Просто, если с этой точки зрения посмотреть, через призму жизни, то будущее не очень приглядно вырисовывается. Про жениха, которого барон прочит дочери, Георгина как-то слышала. Брюнетка говорила о нем с придыханием, возможно, не видела ни разу вблизи и в мечтах превратила в красавчика принца. А сопоставить возраст батюшки — явно немолодого мужчины — и слово "друг" не сообразила. Так я им все сейчас доступно объяснила, разжевала, более того, не поленилась и добила:

— А еще вы бытовички. В девках точно не засидитесь. Таких невест с руками оторвут и торговцы, и купцы, и бароны. Вы ведь не только рожать будете, но и дом в порядке содержать. Ах, только представьте: какая прелесть! С утра встанете и на кухню: проверять готов ли завтрак, отдраены ли котелки должным образом. Если нет, за волосы слуг нерадивых оттаскаете, да и сами встанете у плиты. Потом мужу стол накроете, накормите, губки ему жирные салфеточкой промокнете, посуду помоете, детишек сопливых оденете, пробежитесь по дому, пыль сотрете, дорожки перетрясете, родите еще одного между делом, а уже и обед. Хорошая вас ожидает жизнь, де-ва-чки…

Мой восторженный монолог имел успех! Соседки, вытаращив глаза, впали в ступор и мне показалось, что я слышу скрип шестеренок. Это мозги заработали, хороший признак. Но если дочери торговца и купца еще более-менее получили ожидаемую информацию, то брюнетка решила переиграть судьбу.

— А с чего ты решила, что я за барона выйду? Может, в меня граф влюбится.

— Граф может и влюбится, да вряд ли женится. Ты чё? Это же для графьев моветон! Нектара в уши нальет, попользуется и бросит. Нет, ты уж, пожалуйста, присмотрись к папиному другу. Думаю, не такой уж он и старый. Лет пятьдесят-шестьдесят всего. Да?

Повернулась к кровати, сверля глазами свалявшийся матрас, и вдруг почувствовала покалывание на кончиках пальцев. Мозг неохотно выдал скрываемую бывшей хозяйкой информацию: дар просится наружу. Почему? На матрасе шрамов нет и внутренних органов тоже. Неожиданно руки по локоть покрылись синей дымкой, и до меня дошло: это стерильность, дезинфекция. То есть дар у меня все-таки целительский и магия побеспокоилась об очищении. И этому даже учиться не надо. Во-первых, не у кого, во-вторых, дар сам подсказывает нужные действия. Он просто ведет. И сейчас понимая, что я хочу очистить кровать от микробов, дар вызвался помочь.

Вот свезло, так свезло! Не дар, а сокровище. Я довольно улыбнулась и "залила" матрас полезной синевой. Антисептиком. Сухим, но очень действенным. Матрасу прямо сейчас полостную операцию можно делать и не будет никаких осложнений. Выживет.

Вау, я крутая!

Спасибо, милый дар, не покидай меня никогда и я от тебя никогда не откажусь.

Дураки съехали.

Поменялась у тела начинка, ты это понял, давай жить дружно.

Конечно, глупо разговаривать со способностью, но в этот момент я была предельно счастлива. Настолько, что забыла о соседках, которые ахнули, узрев синие руки, и боязливо расползлись по своим углам. Ну да, вдруг это опасно. Гнобили, гнобили девку и догнобились — с ума сошла, страх потеряла, самим теперь страшно. Как в частушке Вашукова и Бандурина: "Мама девочку, бывало, всегда милицией пугала. А вот выросла девица, теперь милиция боится".

Застелив постель, бросила защитный контур (вспомнила-таки формулу) на свою территорию, чтобы антисанитарию мне там своими тряпками не разводили, причем, все что ни делала, я сопровождала бесконечной трескотней. О том, какие девочки счастливые, удачливые и везучие. Все у них в жизни на мази. Даже отцы в юности завели друзей, чтобы потом, через двадцать лет, втюхать им своих дочерей. Вот как их папы с мамами любят! Не то, что я — сирота приютская.

Самое интересное, парадокс, можно сказать — говорила я чистую правду, и заткнуть меня повода не находилось.

Сбегала на ужин в столовую, там встретила одногруппников, попросила задание у тихой девочки по имени Марисель: все-таки сутки отсутствовала, и вернулась на свои законные пять квадратных метров. Чистые и благоухающие свежестью. И относительно тихие. Соседки изредка о чем-то переговаривались, но ко мне больше не цеплялись.

Вот и ладушки.

Мне есть, о чем подумать в тишине.