Глава 20

Сейчас как раз репетируем новый мини-спектакль под названием "Организм человека". Название странное, но, на самом деле, сюжет полезный и очень смешной, а сам спектакль состоит из двух актов.

Первый акт называется "Внутренние органы леди".

Сцена поделена на две части, действие происходит параллельно. Справа спальня девушки, она потягивается, зевает и встает с кровати. Слева: кучка детишек, играющих внутренние органы. Сердце, печень, легкие… Актеры обвешаны картонками, изображающими "свои роли" и роли тех органов, которые "не поместились" в тело. И стоят они на ступенечках, как положено настоящим органам: в определенной последовательности. Над ними возвышается "мозг", он-то и оповещает остальных:

— Леди проснулась.

— Да, хорошо, — отвечает девочка-сердце, ладошками отбивая стук.

— Прекрасно, — восторженно говорят легкие.

— Ура, завтрак! — предвкушает желудок.

Девушка на сцене справа подходит к тазу, умывается, затем садится за стол и пьет чай с булочками — организм доволен, периодически переговаривается и хихикает.

— Зря радуетесь, — обламывает хорошее настроение мозг и со вздохом сообщает: — Леди собирается на бал.

— Что? Опять? Нет! — возмущаются органы и начинают испуганно дрожать.

Зрители тихо хихикают, представляя, что будет дальше. И да — двое рабочих сцены уже подтаскивают декорации из картона и сжимают артистов по бокам с двух сторон.

Леди на сцене справа надела корсет!

Органы поначалу негодуют, толкаются, отвоевывая место, но потом просто пытаются выжить.

— Нам нечем дышать! — сипло жалуются легкие. — Катастрофически!

— Не дави на меня, желчный, — истерично просит печень.

— А куда мне деваться? — злорадно огрызается желчный пузырь. — Я ж тут под тобой обретаюсь. Сама подвинься.

— Куда? Везде ребра!

— Зачем она напихала в меня булки? — слезно вопрошает желудок и пытается растолкать соседей. — Хватит на меня давить со всех сторон!

— Ах, как мне тяжело, — жалуется сердце и обращается в высшую инстанцию: — Мозг, это невыносимо! Сделай что-нибудь!

— А что я могу? — флегматично вздыхает мозг.

— Запрети ей носить корсет, — еле дышат легкие. — Нам плохо! Скажи, что это вредно!

— Да как я могу? Я же мозг леди. Я же так и думаю. Но от ваших воплей склонен к тому, чтобы отключиться.

— Отключайся! — визгливо орут все органы хором.

Леди справа на сцене падает в обморок. К ней подбегает служанка и расслабляет корсет. Рабочие сцены слегка раздвигают картонные декорации.

— Фу-ух, — выдыхают легкие, — передышка?

— Конечно, временная — на бал она все равно пойдет, — заверяет включившийся мозг.

— Да за что нам это? — вопят хором органы. — Требуем другого человека!

— Достаточно будет другого мозга, — желчно шипит желчный пузырь.

— А я чо? А я ничо, — оправдывается мозг. — Этикет, так положено, так все леди должны делать. А вы уже должны привыкнуть! Заколебали меня отключать.

Актеры играют непосредственно, полностью вживаясь в роль. Со стороны смотрится очень смешно, наблюдать за ними забавно. Простые зрители, особенно женщины, не отягощенные этикетом, заливисто хохочут и осуждают леди за издевательство над организмом. А вот они не такие! Не мучают свои кишки, не затягиваются, почем зря.

Занавес, акт второй: "Внутренние органы мужчины".

Мужики в зале удивленно ропщут, но предполагают, что органы в данном случае будут чувствовать себя привольно. По крайней мере, мозги не станут в обморок падать. Кстати, слушать комментарии зрителей не менее забавно.

Теперь вместо леди на сцене справа появляется "мужчина". Грим: сборная солянка из мужика и лорда. Ну, чтобы никому обидно не было.

— Хозяин проснулся, — почесываясь, вальяжно сообщает мозг.

— Да чего? Еще бы поспал, — недовольно ворчит печень.

— Не, пора, пора, — облизывается желудок, — жрать хочу. Я голодный.

Мужчина садится за стол и опрокидывает стопочку.

— Ёлки-моталки! — взвизгивает желудок. — Ну зачем же сразу с утра-то? Совсем охренел. Фу, огурец? Мясо? Эй, кашки бы, мозг. Хочется чего-нибудь полегче иногда. Блин, щас спою.

— Что тебе хозяин: ребенок, что ли? Кашей питаться, — невозмутимо отвечает мужской мозг. — Нормально завтракаем, нам же силы нужны.

Актер, играющий мужика, берет трубку, собираясь закурить. Один из актеров "органов" незаметно дует в специальный бутылёк и легкие заполняются "дымом". И, разумеется, начинают кашлять, задыхаться и требовать у мозга повлиять на человека. На что мозг категорически не соглашается, уверяя, что так и надо.

Мужская часть зрителей тушуется, не курящие хохочут и отбивают ладони. Ну, в принципе, неплохо, я даже замечаний почти не делала сегодня. Молодцы! Еще несколько репетиций и игра пойдет, как по маслу. Ребятки вжились в роли и отрабатывают прекрасно.

Вообще, театр в таверне задумывался для привлечения клиентов или, скорее всего, просто по привычке. Если есть уже обученные актеры, то их надо задействовать — продолжать улесовские традиции, так сказать. Но ведь нет никаких билетов и, соответственно, денег. А артисты должны себя окупать и, желательно, приносить прибыль. Зря, что ли вкладывается столько труда?

Я задумалась над проблемой, и она разрешилась неожиданно: проезжающий купец подсказал. Бесхитростный мужик, оплатив счет за ужин, просто спросил у официантки: " Куда за спектакль золотой кинуть?".

Так в таверне появился красочный ящик с прорезью, стрелкой и надписью "За представление". Работники еще и объявлять начали, и напоминать периодически. "Еще песню? Так вы за "Течет река Олга" ни монетки в ящик не кинули, а просите. Не стыдно?".

И дело пошло на лад. Актеры больше не чувствуют себя обузой — они теперь добытчики! И очень-очень хорошие, хоть и наплыв посетителей пока небольшой. Но летом будет аншлаг — аттракционы заработают в полную силу.

Развлекательный комплекс" Ника" покорит всех.

* * *

Мой второй год отработки получился еще более насыщенным, чем первый. Даже боюсь: что от третьего ожидать?

Не успела оглянуться, а мои первокурсники на второй курс перешли и передают от ректора привет с просьбой: прийти на выпускной сбор и напутствие какое-нибудь ребятам сказать.

— Это в расчете на концерт, что ли? — догадливо усмехнулась я и ломаться не стала — согласилась.

Обещали же поддерживать друг друга молодые специалисты, а мне не трудно устроить выпускникам праздник. Да и ребята горят энтузиазмом. Подобрали репертуар, договорились взять Ольшика: вот мальчишка обрадовался! Побывать в академии и спеть для кучи народа! Вау!

Пусть поет пока мелкий и до мутации голоса есть время. За этим строго буду следить.

Разумеется, приглашение было на двоих: куда же без придворного мага. Он, бедный, переживал за студентов в начале года: пусть теперь полюбуется на "выживших" в конце.

Выжили все и даже счастливы: никого новый энергичный ректор не замучил. Интор, наоборот, многое улучшил и усовершенствовал, но одно правило осталось неизменным: академия для студентов на лето закрывалась. Об этом я вспомнила, когда Тимка с Максом сказали, что соседи по комнате в общаге приехали издалека, поэтому они пригласили их на каникулы в Уречье. Мол, родители согласны и они научат друзей кристаллы копировать — обузой парни не станут.

Я вспомнила, как металась в свое время, подыскивая жилье с работой, и взгрустнула. Подумалось: вдруг среди студентов есть еще один-два горемычных человечка, которым деваться некуда беднягам?

Поэтому после окончания концерта, с самыми благородными намерениями на пике душевного порыва, обратилась ко всем присутствующим:

— Ребята, если среди вас есть те, кому по разным причинам негде провести лето, то я приглашаю обездоленных и далеко живущих в Уречье. Это не работа, сразу говорю — жалования не будет, но и не безделье — за проживание придется отплатить добрыми делами. Чем сможете. Приветствуется любая ваша помощь за крышу над головой и отличное питание. Например, разбить клумбы, прибраться или просто ягод из леса принести. Лес безопасный, хищников нет. У нас в развлекательном комплексе "Ника" еще очень много работы. Возможно, вы о нем от Тимсана с Макстеном слышали. Ну, на всякий случай приглашаю, вдруг, кому пригодится. Не сумеете устроиться или возникнут другие проблемы. Тогда, добро пожаловать, смело можете добираться в "Нику". От столицы даже пешком дотопать можно, по прямой западной дороге. Предъявите в таверне студенческий значок дядьке Профиту: значок станет пропуском, и вас поселят в удобной комнате.

— Пусть нам предъявляют, — хмыкнул Макс, чувствуя себя хозяином положения, — мы своих и без значков в лицо знаем.

— Доберётесь, вестник пришлите, — дала напоследок указание своим детишкам. — А друзей в имении поселите: на первом этаже рядом с гномами, чтобы родителей ваших не стесняли.

Пацаны у меня шустрые и деловые: выпросили у ректора взятых напрокат коней на все лето под предлогом, что ухаживать будут. Мало того и друзьям по лошадке выклянчили. Хитрый Интор сделал вид, что от сердца отрывает аж четырех жеребцов, но, на самом деле, ректор с трудом сдерживал радость: меньше расходов для академии. Их же не просто кормить, но и выгуливать надо, а то застоятся. Тот случай, когда вроде один другого обманул, но каждый остался доволен.

Ольшик светился радостью и спешил домой, чтобы рассказать всем как ему хлопали и восхищались.

Эх, каникулы! Золотое время.

Студенты меня теперь полностью освободят от копирования кристаллов. Лепота!

Распрощалась с мальчишками у академии, Лилите просто помахала, мол, и ты приезжай в любое время, и поспешила на работу, тем более что уже торопят некоторые, недовольные задержкой, боссы. Ну как же: половину понедельника потратили на песенки и болтовню. Любит магистр Фториндо иногда позанудствовать по-стариковски.

— Магесса Буше, скорее. Мы и так много времени потеряли, — пришпоривая своего коня, недовольно пробурчал придворный маг. — Со всеми вам поговорить надо, лишь бы ничего не делать. Работа не ждет.

Непосредственное начальство сполна получило плюшек за изобретение патефона, и снова начало ворчать, контролируя мои прогулы. Зря. Спровоцировал, я и подумала: "Это не есть гуд. Пора опять обезвреживать".

— Магистр, а как, по-вашему, можно так направить магические потоки, чтобы на кристалл записывалось изображение?

— Изображение? Нет. Конечно, нет. Да ну, вы как ска…же…те… — поначалу привычно возмутился маг, но постепенно ухватился за подкинутую идею и начал рассуждать: — Изображение… ммм… А если… Нет, ну…

Так задумался, что рулить забыл. Подхватила повод его коня и укорила в ответ:

— Вам лишь бы прогуливать. А ну правьте в свою лабораторию. Свет… он же может отражаться, правильно? Через линзу, кинес…коп. Хм… Допустим, если кристаллы видоизменить и пропускать через них магические волны… С музыкой же получилось, а вы поначалу тоже сомневались.

Наплела с три короба, стараясь заинтересовать новой идеей, и подумала: в самом деле, а что я про видеокамеры знаю? Только то, что они существуют. Значит, задача выполнимая в принципе. Сорри, магистр, тут вы сами, я, вообще, не в курсе, помню только братьев Люмьер. В смысле, только факт существования ученых мужей, а не суть их изобретения. Но главное ведь: воодушевить человека, да? Предложить идею и пусть себе снова в лаборатории прячется.

Часа через три я получила вестник от Тимки: "Гера, мы дома!". Ответила: "Встретимся, через четыре дня, пока отдыхайте" и довольная отправилась проверять свои владения.

Шеф ожидаемо засел в лаборатории, окрыленный новой затеей.

Вот и ладушки, но опять вся работа на мне!

Хотя, какая тут работа? Сплошной отдых от своих земель. Проверяй да подправляй защиту с рунами. Когда у принцесс закончатся уроки, они прибегут меня упрекать: "Магесса Гера, ты с нами вообще не играешь, не любишь, сообщения не шлешь". Такие лисички! И уже научились вестники принимать. Отправлять еще не умеют, но распаковывают лихо. Вот что значит постоянный наставник. Умнички, разводят меня на новые игры и сказки тоже лихо. А мне хорошо: душой отдыхаю в их компании и с удовольствием провожу время с маленькими почемучками. Сегодня, например, устрою им театр теней. С участием бумажных куколок, для которых мы нарисовали кучу платьев. Девчонки тоже увлекающиеся, как магистр: стоит что-то необычное показать и неделю их потом не увидишь.

Что еще из дворцовых дел?

Иногда появляются богатые пациенты — это любимая часть работы, ведь лорды платят. Стоило заверить одного, что я храню врачебные, то есть целительские тайны, господа осмелели. Можно подумать, кому-то нужны чужие болячки и секреты, связанные с ними. Магистру же грыжу вылечила и что? Была и нету. Все в курсе. Чего стыдиться, не понимаю. Это ж вроде политика орков — уят, наукыс.

И, конечно же — совещания-планерки! Люблю это мероприятие. Все свои идеи в первый месяц вывалила, теперь отдыхаю.

На следующий день, сидя как раз на очередном совещании, я мысленно продолжала строить планы на будущее. Мои дела не заканчиваются теперь никогда. Мне всё нужно, надо и необходимо. Купить, заказать, улучшить, изобрести… На такое хозяйство Интор Бургамис нужен с даром организатора, а не я со своими антисептиками. Вылечила в своих владениях всех по два раза, в надежде, что они от меня, как орки бегать начнут, но нет — люди от халявного лечения никогда не отказываются. Особенно, бабулечки.

Так вот, сижу я на собрании светлых умов, мужчины обсуждают очередную проблему, никак меня не касающуюся, я жду очереди, чтобы предъявить новую песню. Вернее, музыку.

С оркестром получилось!

Королевские музыканты втихаря протоптали дорожку в мое имение и с удовольствием репетируют новые мелодии. Но у нас уговор: пока его величество не прослушает с кристалла, не обнародовать свое умение. А когда Герхард попросит их сыграть и произнесет название композиции (оно является кодовыми словами), то значит, он уже ознакомился с записью и можно исполнять вживую. И все, ради чего? Конечно, ради сюрприза.

Король так искренне изумляется: "Это и мой оркестр может сыграть?" Я только тихо посмеиваюсь — нет, блин, это мы на бутылочных ксилофонах сбацали "Вальс цветов". Отобрали скрипку у кузнечика и дудочку у пастушка. Профессионалы играют почти один в один!

Так вот, сижу себе тихо-мирно, и вдруг появляется вестник. Схватила, взглянув украдкой на присутствующих, и развернула.

"Гера, а на втором этаже можно ребят заселять?" Быстро сотворила ответную записку и насмешливо спросила: "А что на первом уже комнат свободных нет?"

Не поняла, может, парням рядом с гномами жить не комфортно. Хотя, какая им разница? Выбирают еще, деловые. Вот и зови в гости обделенных бедолаг. Неблагодарные какие страждущие пошли.

Следующее сообщение не внесло ясности, наоборот, заставило призадуматься: "Девочки хотят на втором, можно?"

И явно с какой-то издевкой спрашивает, негодник, а я подтекста не пойму. Что за шутки? Приеду — уши пообрываю.

"Тим, какие еще девочки?", — прошипела в созданный вестник и виновато улыбнулась глядящим на меня с укоризной мужчинам. Ну да, здесь совещание, а я, как двоечница на уроке: записками балуюсь.

— Извините, это дети, — на всякий случай извинилась, но, получив следующее сообщение, закашлялась и округлила глаза. "Ну, ты же сама пригласила. Вчера приехали десять студентов и сегодня восемь. Мы расселяем".

— Десять плюс восемь, плюс четыре, — вслух сложила пример и громко воскликнула: — Караул! У меня сейчас в имении двадцать два бесхозных ребенка! Ладно, Тима с Максом не считаю, но все равно — двадцать студентов! Они же там все разнесут!

— Как студенты оказались в вашем имении, магесса Буше? — вопросительно вздернул бровь король, готовый вершить суд.

— Я сама пригласила на лето. Но я думала, будет два, от силы три, человека! — тяжело вздохнула, схватила еще один прилетевший вестник и прочитала вслух: — "Приехали еще четверо". Не поняла, ко мне вся академия, что ли заявится? Двадцать шесть! Летний филиал сговорились устроить, да?

— А зачем вы их пригласили? — с усмешкой спросил магистр, присутствующий на прощальной линейке и ему тогда не понравилась именно эта задержка.

— Потому что вспомнила, как сама осталась на улице, когда… решила больше не возвращаться в приют. А куда мне было идти? Спасибо гномам, выручили. Вот и я хотела сиротинок каких-нибудь выручить, а… Откуда их столько из неблагополучных семей в академии учится? Двадцать шесть!

Воображение нарисовало отряд неуправляемых дикарей, крушащих все направо и налево. Орки блекнут по сравнению с распоясавшимися подростками. Потому что каникулы, свобода, безделье и вообще — акуна матата!

Мое нервозное состояние передалось и окружающим. Мужчины сообща решили, что я не смогу, не изводя себя, нормально доработать до выходных и его величество, войдя в положение, благосклонно дал отпуск до следующего понедельника.

Пять дней? Щедрый подарок.

— Мы в субботу приедем с проверкой, припугни их там. По шее надаем! — пообещал Шарлен в спину, когда я уже бежала к дверям. Оттуда в конюшню за Барсиком и… дальше по прямой западной дороге — спасать свое имение.

Фантазия разбушевалась не на шутку, и я подгоняла и подгоняла коня.

Барс и сам всегда с удовольствием мчался в Уречье, зная, что его там ожидают просторы и отличный уход, но сейчас даже он удивился спешке: недоуменно оглянулся на хозяйку пару раз, кося лиловым глазом. И мне стало стыдно: чего разнервничалась, спрашивается? В деревне взрослые люди живут, три старосты, дед Фортун, да и сами студенты — не глупые детишки. И приехали не в пионерлагерь. Не устроят они никаких погромов. Мир другой, подростки взрослеют рано и ведут себя соответствующе.

Сбавила скорость и потрепала жеребца по гриве:

— Зря я себя накручиваю, да, Барс? Что говоришь? Зато отпуск дали? Вот тут ты совершенно прав, дорогой, у тебя точно будет самый настоящий отпуск на пять дней. Ох, порезвишься на просторах! Это не в конюшне стоять хоть и королевской.

Квартира моя благополучно ожеребилась еще весной, но мне Барсик понравился, и я оставила девочку в табуне. На сколько этой матери года хватит? А я уже привыкла спокойно ездить без всякого магнетизма со стороны транспорта. Никто не пристает, не тыкается мордами, не нарушает правил движения. Тем более, Кристиан, как и обещал, выкупил запасного королевского коня и к Барсику я привыкла. Он славный, послушный, непривередливый.

Дальше ехала спокойно, положившись на скорость жеребца.

В деревню мы прибыли вечером, и она встретила нас тишиной и покоем. Не совсем, конечно: где-то кто-то переговаривался, из мастерских доносился стук молота, но это обычные повседневные звуки, издаваемые работающими людьми.

Я подумала, что студенты, наверное, в особняке. Выбирают комнаты, обживаются. Мельком с опаской взглянула на дом, но по внешнему виду строения ничего не определишь — он, по-прежнему, стоит монументальным прямоугольником и ничего подозрительного в нем не происходит. По крайней мере, снаружи.

Только спешилась, ко мне сразу подскочили улыбающиеся пацанята — Надик с Валдиком — протягивая ручки к коню. Все им мало животинок, пострелятам, везде успевают. Сын Лунии — Тарел у нас теперь старший конюх, а дети и ему помогают — принимают у приезжих транспорт, и на выпас бегают.

Первым подоспел русоволосый коренной житель Уречья Валдик.

— Магесса Гера, мы вас сегодня не ждали! Давайте поводья, я позабочусь о Барсике. Привет, мой хороший!

Мальчишка сиял, как начищенный пятак, и готов был позаботиться не только о коне, но и о магессе-баронессе. Потому что, второго Квартиркиного жеребенка я подарила ему. Ну, подумала: мальчишки дружат, один растит подарочного коника, пусть и второй тоже обзаведется собственностью. Приятнее же дружить на равных условиях. Мне от лошадиных детишек ни шатко-ни валко, одни проблемы, а пацанам — счастье немереное. Только ради комплекта сама именовала новорожденного Коттеджем. Гаражик и Коттеджик теперь у нас имеются. Родится в следующем году девочка: назову Виллой. Потом даже не знаю, что буду придумывать.

А благодарный Валдик через неделю притащил мне котенка. Мол, вот вам, наша кошка принесла, и я самого лучшего выбрал. Ну, нормально отдарился. Милый черный котеночек в белых носочках, разумеется, именовался Максимусом в память о моем земном котище и был приставлен к кухне. Шеф-поваром там работает жена дядьки Профита тетушка Релия, ей и вручила на воспитание. Потому что я не сижу на одном месте, а за питомцем нужен уход. Не во дворец же забирать непоседливую крошку, наш дом здесь.

Шкода обжился, стал всеобщим любимцем, иногда даже на сцену выскакивает во время представления, добавляя всем хорошего настроения. Но к удивлению, редко приезжающую хозяйку узнает: на колени сам запрыгивает и ластится. Котик мне нравится больше жеребенка, всегда кошатницей была. Так что, Валдик с подарком не ошибся.

— Так, милые мои, где студенты? — после приветствий спросила мальчиков, передавая поводья, и сразу предупредила: — Мы пробудем до понедельника, поэтому расседлывайте и ведите Барсика сразу в табун.

— Ой, здорово! — обрадовались любители четвероногих и Надик махнул рукой в сторону таверны: — Так ужинают они, магесса Гера. Вот понаехало!

— Наверное, Тимка с Максом их примагнитили к себе, как Квартирка, — хихикнув, предположил Валдик причину нашествия студентов и переключился на коня. — Пойдем, Барсик, избавим тебя от седла.

Не стала больше ни о чем расспрашивать озабоченных новым постояльцем ребятишек, только потрепала по волосам и направилась в таверну.

Вошла и окинула помещением цепким взглядом.

Сидят галчата! Действительно, понаехало. Некоторые смутно знакомы, но когда я училась на старших курсах, на младших, как водится, внимания не особо обращала. Хорошо запомнила только братьев портальщиков, но их, к счастью, держат под неусыпным контролем и каникулы они проводят под присмотром наставника. Это радует, хотя парней жалко, но у меня и без них сейчас целая группа собралась в общей сложности — несколько столов заняли. Это хорошо, что посетителей сегодня мало, то есть для выручки плохо, конечно. Всего за четырьмя столиками ужинали проезжающие купцы, за одним устроились наши гномы.

— Так будет представление? — проворчал кто-то из мужиков.

— Дарния сказала, будет, — подтвердил, видимо, постоянный гость, который официанток уже знает по именам.

— Ой, Гера, ты приехала, — подскочил Тимка, заметив меня, криво улыбнулся и начал оправдываться: — А я же просто спросил. Ждал-ждал ответного вестника… А ты… коня там случайно не загнала?

— Еще и ехидничаешь, — строго шикнула на парня, снова обвела взглядом притихших детей и сдержано поздоровалась: — Добрый вечер, ребята.

— Добрый вечер, магесса Буше, — хором отозвались галчата.

Глазки почти у всех бегали, некоторые виновато опускали головы к столу, но кое у кого хватало наглости смотреть прямо. Вот только тронь, и взовьются: сами же пригласили!

Спору нет, но приглашала я только обделенных и бездомных, а не пол-академии. Вот явно же половина прибывших — из столицы. Особенно, которые сегодня приехали, потому что вчера у родителей отпросились. Но, может, побудут немного, хлебнут лиха, как говорится, и разбегутся?

— Так, студенты, — вкрадчиво заговорила я, как преподаватель, понимающий, что урок не выучен. — То есть вы все живете очень-очень далеко? И вам всем негде провести каникулы? Вот прям всем?

— Но, магесса Буше, — встала одна девочка, похожая на старосту, и буквально взмолилась: — У вас же так интересно! Макс с Тимкой столько рассказывали об этом месте. И мы не будем обузой, обещаем, да, ребят? — студентка обратилась к друзьям и когда те усердно закивали, продолжила: — Я, например, в ладу с растениями и могу заняться озеленением. Пятый курс.

— А я тоже пятый, с землей работаю, — подхватил один из парнишек. — Мастера-гномы уже оценили, как я утрамбовал часть площадки.

— А мы бытовички, на четвертый курс перешли, — подскочили три девчонки. — Везде за чистотой будем следить.

Студенты начали по очереди выкрикивать и перечислять сферы деятельности, в которых они будут усердно приносить пользу. Я только успевала поворачиваться и запоминать.

— А девочки сегодня из лесу земляники принесли, — под конец с гордостью добавила тетушка Релия, выбежавшая на шум из кухни. — Магией собирали — ни листочка, ни соринки! Такая чистая ягода, загляденье! Магесса Гера, я считаю хорошо, что студентики к нам приехали. Они много пользы принесут.

— А вы прокормите столько народа?

— Сами будут готовить, — повариха, которую я назначила заведовать рестораном, гордо подбоченилась и указала на парнишку с девчонкой. — Вот эти двое уже на кухню пробрались. Им так нравится пиццу печь.

За год жизни в Улесье я, устав от пирогов, поделилась с женщинами многими земными рецептами. Пицца, среди прочих блюд, прижилась, даже в меню вставили.

— Гера, да они отработают! — заступился за ребят Макс и заверил: — Никто не приехал бездельничать, мы строго за этим будем следить.

— Да! Да! — согласно загомонили студенты. — Мы хотим помогать! Здесь интересно, а дома скучно. Мы будем стараться! Ну не отправляйте нас обратно…

Я поиграла бровями и подняла вверх указательный палец, после чего наступила тишина.

— Хорошо, но… Давайте сразу договоримся и установим правила. Итак: каждый из вас находит дело по душе. Никто не будет заниматься тем, что ему не нравится. Все слушаются старост, деда Фортуна, тетушку Релию, в имении — тетушку Лунию. И Тимку с Максом — они главные, потому что хозяева здесь, хоть и перешли всего на второй курс. Кому надоест, говорите честно и сразу — отвезем в столицу за свой счет. А еще… поскольку вы тоже как бы не гости, то столы в таверне попусту не занимаете. Представления будете смотреть, сидя справа от сцены на складных стульчиках или тюфяках. Как местные ребята. Потому что таверна в первую очередь заботится о комфорте посетителей. Нам надо держать марку и привлекать клиентов. Есть места — едите за столиками, нет — за стойкой или на кухне. Понятно?

— Понятно! — радостно заликовали студенты и принялись собирать свою посуду.

— А что за складные стульчики? — заинтересовался Бартос.

— А у нас нет? — удивилась я упущению и, достав из сумки лист бумаги, положила его на стол гномов и под внимательными взглядами мастеров быстро набросала самый простой вариант складной мебели — крестообразные ножки и матерчатое сиденье. — Можно из дерева, а можно вот такие: из железа.

— Так даже проще, — одобрил второй вариант Герольд. — Быстро наделаем. Штук тридцать, да? А вон там у стены плоский ящик потом сколотим для складирования. Красиво будет и удобно.

Из-за кулис на сцену выскочила Линка, взвизгнула, увидев меня, и сообщила:

— Магесса Гера, а мы сегодня решили "Красавицу и чудовище" показать.

— Так, парни! — щелкнул пальцами Тимка, привлекая внимание студентов, и спросил: — Кто со мной за подстилками?

— Мы, мы, — отозвалось сразу несколько голосов, и вдруг кто-то испуганно или удивленно ойкнул и все притихли.

Я оглянулась, чтобы посмотреть на причину странного поведения и сама на секунду замерла. Всего лишь на секунду, а потом… зазудевшая рука непроизвольно сжалась в кулак и проделала ритуал приветствия: один удар в грудь, один в плечо и помахать ладошкой.

Потому что, в дверях стояли два орка. В шкурах, здоровые, шрамированные и незнакомые. Ну, я и не могу всех детей степи знать в лицо, вождя и то не с первого раза узнала.

Улесовцы — Тим, Макс, Линка, стоящая на сцене, тетушка Релия, официантка Дарния и гномы, как по команде, проделали то же самое. Потому, что сюжет спектакля все знают практически наизусть.

Орки автоматически ответили, но глаза у них при этом стали размерами с блюдца. Опомнились лишь через пару секунд и один удивленно спросил:

— Вы знаете, как здороваются орки? Люди и… даже гномы?

— А чего ж не знать? — проказливо хихикнул Бартос, складывая чертеж пополам, и подмигнул громиле снизу вверх. — Мы про вашу жизнь все знаем.

— Откуда? — с подозрительностью рыкнул здоровяк.

Нет, объяснять не будем. Как говорится: лучше увидеть, чем услышать. И я засуетилась, захлопотала как радушная хозяйка заведения, одновременно разгоняя руками студентов и приглашая к столу орков.

— Гости дорогие, проходите. Вы ведь поужинать заехали и переночевать?

— Ночевать не будем, только ужин, — пробасил степняк. — По делам мимо ехали. Давно не ездили по эта дорога и удивились. Решили смотреть, что стало тут.

Мысленно хихикнула, отметив: как тяжело прикидываться тупым, когда умный. Даже фразу сильно исковеркать не получилось.

— Ой, вы на ящерах что ли? — испугалась задним числом, не зная, какие условия нужны и справятся ли с динозаврами конюхи.

— Не, ящеры только в степи. Мы на конях, мальчишки у входа забрали, обещали почистить и покормить.

— Это хорошо, плохо, что ночевать не останетесь. Просто у нас сейчас будет спектакль про орков, — мимоходом бросила я и крикнула актрисе: — Линка, давайте сегодня "Приключения сиротки-студентки" покажем. По заявкам, так сказать… то есть по контингенту и обстоятельствам.

— Ура! — обрадовалась девочка любимой постановке и спросила у парня: — Тимка, будешь петь свою партию "Босиком да по звездам" или Ольшика звать?

— Буду, конечно, погоди, только места приготовим.

— Да не спешите, — благосклонно махнула рукой наша прима. — Там грим под орков сложный, еще ждать придется. Этот шаман, пока все амулеты напялит, час пройдет.

Гости с недоумением переглянулись и сели за стол со свирепыми выражениями на мордах, прикрывая злобностью непонимание происходящего. Но кого они захотели обмануть? Игирму? Я-то в курсе, что они добрые — просто никогда раньше в человеческой стране не слышали подобных разговоров.

И теперь не уйдут, пока не посмотрят представление.