Глава 25

В пятистах метрах от входа в пещеру закручивались три смерча, соединённые общим грозовым облаком. Потемневшее пространство озарялось зигзагами молний. Вращаясь, воронки неслись на Молоха и, касаясь земли, взметали столпы пыли. Едва переместившись, жнец почувствовал, как его поднимает в воздух. Он как будто парил в невесомости, а затем ухватился за выступ в скале и телепортировался. К сожалению, гранитные катакомбы не пропускали далеко: он оказался в пещере, всего в трёх шагах от выхода, но зато твёрдо стоял на ногах.

Как-то раз, собирая души учёных, отправившихся ловить торнадо, Молох отвлёкся и его затянуло в воронку, где крутило, как в центрифуге, три не самых приятных в жизни часа. Коллега, с которым он в тот день отправился на жатву, не нашёл, как помочь напарнику, а телепортироваться Молох не смог и внезапно вспомнил забытое человеческое чувство беспомощности. Так он и болтался, словно подхваченная ветром песчинка, среди металлических обломков, выдранных фонарных столбов, покорёженных автомобилей и прочего мусора, пока спустя часы смерч не рассеялся, выпустив измученного жнеца из своей ловушки. Сейчас у Молоха не было времени на подобные аттракционы. А вот ощущение собственной ничтожности казалось таким же.

Увидев красные волосы на фотографии в дневнике и вспомнив другую обладательницу таких же, бог понял, догадался: торопиться некуда — он опоздал. Но всё равно в панике мчался по тоннелям, словно смертник, спасающийся от косы жнеца: падал, вставал, бежал в темноте наугад, не глядя по сторонам, не разбирая дороги. Быстрее! Быстрее! Он дважды выбирал неверное направление, успевая остановиться на краю пропасти. Вывихнул ногу. Чуть не разбил очки, с размаху влетев в выросший за поворотом тупик. И всё это время перед глазами призраком маячил образ красноволосой ведьмы, с лёгкостью взломавшей защиту Крепости. С такими выдающимися способностями магические цепи, удерживающие Росса, — игрушка. Если девчонка на стороне сумасшедшего бога, если она его сообщница…

Почему, проклятый Хаос, он не всмотрелся в лицо незнакомки из пустыни внимательнее? Почему не решил разобраться с дневниками раньше? Почему Танатос, самоуверенный идиот, не принял Алую в Крепость? Он просто взял и отправил талантливую ведьму, умеющую разрушать чужие заклятия, восвояси — развивать опасный дар в другом месте. Безумие! Просто безумие!

Задыхаясь после бега, Молох замер на краю ямы и с содроганием посмотрел вниз. Он надеялся найти закованного пленника там, где оставил его год назад, но был уверен, что обнаружит разбитые магические оковы. Он готовился увидеть расстёгнутые, болтающиеся на цепях кандалы, пустую темницу, возможно, насмешливое послание, но не это. Сначала жнецу показалось, что истлевшее тело на дне принадлежит его брату, но потом он заметил не только пустые глазницы черепа и торчащие из остатков одежды кости, но и длинные волосы, алой лентой разметавшиеся по камням.

«Он толкнул её на сталагмит».

Росс сбежал и, судя по состоянию тела внизу, давно. Сколько ключевых фигур в мировой истории он успел за это время убить? Одна-единственная смерть могла полностью переписать события прошлого, изменить настоящее, в котором жили миллиарды людей. Всё перепутать! Обратить в хаос!

Больше нельзя было верить информации в дневниках. Тысячи людей, которые не должны были родиться в этой новой, изменённой реальности, сейчас спали, ели, занимались любовью, продолжая род, прервавшийся несколько десятилетий назад. Стёртые с лица земли города стояли на своих местах. В эту самую секунду в школах изучали войны, которых никогда не было. Где-то покупали книги писателей, умерших во младенчестве, и читали эти несуществующие романы по дороге домой в метро, которое к тому времени не проложили или, возможно, даже не изобрели.

Каждая бессрочно оборвавшаяся судьба создавала цепочку парадоксов, от которых равновесие вселенной трещало по швам, и Молоху делалось дурно при мысли, сколько месяцев синеволосый маньяк безнаказанно творил всё, что вздумается. Если Росс не остановился, если продолжил свою кровавую жатву, то пусть великая Смерть будет к ним милосердна…

Часть III. Верь ведьме