Глава 29

Маир собрала всех: и самых могущественных колдуний, и тех, кто только начал осваивать свои навыки, — всех. Ведьмы взялись за руки, образуя живой круг с Грозовой башней в центре. Их было и много и мало одновременно. Слишком мало, чтобы охватить территорию больше, чем средний человеческий городок, и слишком много, чтобы потом устроиться на этом клочке пространства с необходимым комфортом.

Маир смотрела на родные земли — и сердце обливалось кровью. Она любила здесь каждое дерево, каждую тропку, заросшую травой. Знала, сколько в этих густых лесах птиц, сколько рыб в озёрах, когда волки выходят на охоту и где прячут своих щенков. Она чувствовала, как содрогается в муках земля, как в панике бегут животные, как плачут у воды ивы и скрипят под ветром старые дубы. Их боль была её болью. Эта потеря — их общей. Сегодня они все лишались дома.

По щекам Кенры текли слёзы. Наам стояла бледная, до крови закусив губу. Сёстры смотрели на Маир, словно ожидая, когда натянутое спокойствие древней ведьмы даст трещину. И Маир отворачивалась, дышала глубоко и часто, сжимала кулаки до боли. Знала: если сорвётся она — в истерику ударятся все.

«О Первая Тёмная, ты не готовила нас к такому!»

Маир опустилась на корточки, зарываясь пальцами в мох. Прислушалась. Из глубины земли, из самых недр, доносился нарастающий гул, но время оставалось. Они должны успеть. Обязаны!

Над Башней сгущались тучи. Вспышки молний следовали одна за другой. В воздухе разливался запах озона. В самом высоком окне под разрушенным чердаком мерцал огонь, едва заметный на таком расстоянии. В светящемся проёме мелькнул силуэт: Дэа подала знак. Пора! Маир разбила ближайшую пару и заняла место в круге. Крепко сжала пальцы сестёр. Женщины закрыли глаза, подставили лица ветру и начали медленно, нараспев читать заклинание.

Стройный гул голосов усиливался, поднимаясь над шумом ветра, заглушая удары грома и грохот обрушившегося дождя. Косые струи хлестали по щекам. Кололи кожу. Одежда промокла. Ноги по щиколотки утопали в раскисшей земле. К концу заклинания ведьмы кричали, вторя безумствующей стихии. Лёгкие горели огнём, но каждое слово наполняло Маир покоем, словно вводило в транс. За спиной ветер выкорчёвывал деревья, закручивал вихрями листья. В воздухе и под кожей искрилась магия.

* * *

Полночи Ева обдумывала идею, пришедшую в голову. Насколько это рискованно? Осуществимо ли? Решив, что терять нечего, пленница вздохнула и закрыла глаза. Для того, чтобы вызвать демона, необходимо представить его лицо или мысленно произнести имя. Таким образом, Ева оказалась сильно ограничена в выборе: знакомых среди жителей Пустоши у неё не было. Сосредоточившись, девушка попыталась воспроизвести в памяти однажды увиденные черты. Сидя в темноте, она собирала чужое лицо, как мозаику, фрагмент за фрагментом. Красные глаза, бесцветные брови, белые волосы, стянутые на затылке в хвост. Когда с визуализацией было покончено, Ева растерялась. Не зная, как обратиться к демону, она в деталях представила его лицо и вложила эту картинку в мысленный зов.

При мысли об альбиносе руки непроизвольно сжимались в кулаки. Стоило признать: не предупредив о порядках, царящих в Ордене, белобрысый виртуозно её подставил. Чего и следовало ожидать от исчадия тьмы. И ведь демон не лгал — просто воспользовался человеческим заблуждением относительно рая.

Больше часа ничего не происходило. Ева старательно удерживала в памяти чужое лицо, но терпение таяло. Может, она делала что-то не так? Был ли другой способ призвать демона? Упоминал ли альбинос своё имя? Ева нахмурилась, пытаясь вспомнить, но тщетно.

Девушка раздражённо вытерла выступивший на висках пот. Скоро рассвет. Она должна сделать это сегодня — сейчас! — иначе сойдёт с ума.

«Я больше не выдержу в этом хлеву ни минуты!»

Ева попыталась максимально сосредоточиться. На этот раз старания увенчались успехом. В голове раздался тихий, но отчётливый голос: «Кто ты и что тебе надо?»

Это был он! Белобрысый! Его интонации! Сердце подскочило и громко заколотилось в груди.

«Я… — Ева запнулась. Как представиться? — Я бывшая жена Велара».

Повисло продолжительное молчание. На какой-то миг она испугалась, что альбинос ушёл, но затем в звенящей тишине разума осторожно и неуверенно прозвучало: «Спи. Я сейчас спущусь». И Ева почувствовала, как тяжелеют веки. Она словно падала в бесконечный колодец, наполненный мраком, но кромешная тьма рассеялась — в призрачной дымке Ева увидела силуэт.

«Зачем ты меня позвала?»

Расстояние, которое их разделяло, не позволяло разглядеть лиц, но в каждом жесте читалось, насколько её собеседник растерян.

«Ты меня подставил!» — Ева не собиралась начинать разговор с обвинений, но гневные слова слетели сами собой.

Демон хмыкнул.

Ева взяла себя в руки и продолжила миролюбиво: «Я хочу заключить контракт».

Рука альбиноса, нервно потянувшаяся к волосам, замерла в воздухе. Инфернальный собеседник поперхнулся воздухом и закашлялся.

«Что?» — прозвучало на октаву выше.

Ева сделала шаг вперёд и, чеканя слова, повторила: «Я предлагаю тебе контракт».

«Мне? Почему мне?» — Демон испуганно отшатнулся и огляделся по сторонам, что-то прошептав на своём языке. Что-то явно ругательное.

«Мне нужно выбраться отсюда. Помоги мне. Пожалуйста!»

Снова повисла напряжённая тишина. Ева кусала губы. Сжимала и разжимала пальцы. Как же не хотелось заключать сделку с этим вероломным предателем! С любым представителем тёмной расы! Альбинос молчал — смутный силуэт, опутанный клубами дыма. Секунды ожидания падали на плечи камнями. Наконец демон заговорил — пренебрежительно, с ехидством, знакомым по первой встрече.

«Какая мне выгода от такой сделки, человек? Контракт мы заключаем в одном случае: чтобы заполучить избранницу. Ты не моя пара. Твои душа и тело мне не нужны».

«Я не предлагаю душу и тело! — оскорблённо воскликнула Ева. — Неужели все демоны способны думать лишь об одном?! Это будет фиктивный брак. Мы заключим контракт, а потом расторгнем. Орден меня выгонит, и ты поможешь мне вернуться на Землю. — Как же стучало сердце! Её всю трясло. — Разве ты не хочешь отомстить Велару? — продолжила Ева вкрадчиво. — Представь, в какое бешенство он придёт, узнав, что я заключила контракт с другим».

Альбинос дёрнулся.

«Да, я представлю его бешенство, — как-то странно произнёс он, словно разговаривая сам с собой. — Ты не понимаешь, о чём просишь».

Прежде чем Ева успела что-то сказать, крылатый растворился в тумане, а спустя мгновение и саму её вышвырнуло из сна в темноту барака. Ева спрятала лицо в ладонях. Засмеялась. Заплакала.

«Это не конец, — прошептала она сквозь слёзы и повторила свою мантру: — Ещё один день. Ещё один. Последний».

* * *

В понимании демонов то, что сделала Ева, было равносильно измене. Предложить контракт другому мужчине… Немыслимо! Недопустимо! Как она могла?! Ярость моя не знала границ. В себя я пришёл, обнаружив, что разгромил полкомнаты.

Бледный до синевы Дарк переместился ближе к двери, дожидаясь, когда закончится этот приступ бешенства. Я метнул взгляд в его сторону, и друг дёрнулся, опасаясь, что моя неконтролируемая агрессия выльется в желание разделаться с соперником, пусть и мнимым. И да, не отрицаю, какая-то часть меня, эгоистичная и очень рассерженная, отчаянно жаждала его крови.

Перед глазами, доводя до исступления, пронеслась вереница образов: Ева в чужих объятиях, обнажённая, стонущая. С воем я вырвал из камина решётку и запустил в окно. На пол посыпался град осколков. Дарк вцепился в дверную ручку, готовый в любую секунду бежать.

Гадкая девчонка! Как она додумалась до такого?! А если бы я действительно вернул Еве половину души? А если бы вместо Дарка она наткнулась на настоящего моего врага? Этот безобразный план мог оказаться жизнеспособным! Я, тьма побери, мог её потерять! Вслед за каминной решёткой в окно полетела коллекция глиняных кошек. За ней — напольная ваза: подарок Махаллат.

Неужели Ева ненавидит меня настолько, что готова предложить себя любому, лишь бы не возвращаться? Значит, мои прикосновения ей омерзительны, а чужие — она терпеть согласна? Повернувшись, я в упор посмотрел на Дарка. Тот отпрянул, вскинув руки в оборонительном жесте.

— Эй-эй, полегче, — сказал он, попятившись за порог. — Не смотри на меня так. Я тут ни при чём. К тому же твоя малышка ясно дала понять: никакого секса.

Так не могло больше продолжаться. Игра зашла слишком далеко. Если раньше ожидание было невыносимым, то теперь стало опасным. Кто знает, что выкинет Ева в следующий раз?

— У меня есть одно зелье, — осторожно начал Дарк, — помогает от нервов…

Распахнув крылья, я стрелой вылетел в разбитое окно.

* * *

За время полёта я пришёл в себя, но решения не изменил: ждать не было смысла.

Скоро я увижу Еву! Смогу подмять её под себя. До боли стиснуть в объятиях. Взять. Ворваться. Подчинить. Утвердить власть. Заполнить собой так, чтобы она и думать не смела о других мужчинах.

Ева! Ева! Ева! Моя! Только моя! Наконец-то я её увижу! Верну домой! Сегодня же! Даже если придётся связать её по рукам и ногам!

Похоже, наш тщательно продуманный план провалился с треском. И в бездну его!

Солнце в светлой империи клонилось к закату. Работа на каменоломне сворачивалась, люди останавливались и смотрели в сторону порозовевшего горизонта в надежде на долгожданный отбой. Я описал над карьерами круг — Евы нигде не было — и отправился в кабинет главной жрицы, чувствуя себя необычайно взволнованным. Хаос, у меня руки дрожали от предвкушения!

Услышав скрип открывающейся двери, Аилин оторвала взгляд от бумаг и при виде меня изменилась в лице. Впервые на моей памяти верховная жрица света (эталон хороших манер, каменная Аилин, женщина — непробиваемое спокойствие) так открыто демонстрировала эмоции. Крылья тонкого носа трепетали. Глаза, обычно смотрящие на всех с одинаковым чуть снисходительным выражением, метали молнии.

— Что тебе надо, Велар? — выплюнула со злостью эта всегда такая невозмутимая женщина.

Я, признаться, опешил.

— Я пришёл за своей женой.

Аилин неприятно оскалилась:

— Её нет в Ордене.

Всё внутри заледенело. Стало тяжело дышать.

— Что значит «нет»?! — голос сорвался. Я решил, что ослышался. Не так понял. Ошибся. Ошибся же? Проклятье, Аилин, скажи, что ты пошутила! Что, бездна дери, происходит?!

— Евы нет в Ордене, — повторила Аилин по слогам. — При всём моём к тебе уважении, Велар, твоя супруга ужасна! Сначала она пыталась заключить контракт с демоном…

— С Дарком, но…

— Да хоть со всей Пустошью! Это мелочь по сравнению с тем, что она сделала потом, — богиня закрыла глаза и шумно выдохнула. — То, что она сделала потом… просто чудовищно!