Глава 15

Утро началось с того, что мне вдруг стало жарко и тесно. По холостяцкой привычке я любила спать поперёк кровати, раскидав конечности, и зачастую к утру одеяло оказывалось смятым где-то в районе ног. А сейчас я не могла пошевелиться толком, к спине прижималось чьё-то большое и жаркое тело, а в ухо сонно и очень уютно сопели. При этом мужская ладонь удобно и совершенно естественно устроилась на моей груди, идеально вписывавшейся по размеру, а попой я чувствовала, что Хант, может, ещё и спал, но некоторые части его тела уже очень даже нет. Захотелось мурлыкнуть, как мартовской кошке, и потереться, но я не стала хулиганить. Только улыбнулась сквозь сон, длинно, довольно вздохнула и потянулась, развернувшись в уютных объятиях.

Рефлексы у Роберта работали отлично. Едва я пошевелилась, как меня сграбастали, прижали теснее к мужской груди, отчего я сдавленно пискнула, и мой телохранитель перевернулся, уложив на себя и что-то сонно пробормотав. Какая милота, такой большой и сильный мужчина, а до сих пор скучает по плюшевой игрушке в постели. По крайней мере, именно так я себя ощущала в данный момент. Не удержалась, тихонько фыркнула, сдерживая смех, и уткнулась лицом в Ханта, с наслаждением вдыхая его запах.

– И что смешного? – пробурчал вдруг он, слегка охрипшим со сна голосом.

Но рук не разжал, что радовало. Устраивать разборки с утра, честно говоря, не очень хотелось, поскольку я сама ещё смутно представляла, что и как делать дальше. Вот проснусь окончательно, соберу мозги в кучу… Ленивый мыслительный процесс прервали пальцы Ханта, зарывшиеся в мою растрёпанную шевелюру. Они начали тихонько массировать, и – всё, я пропала для общества, медузой распластавшись по мощному телу и была близка к тому, чтобы в самом деле обнаружить у себя способность мурчать.

– Доброе утро, – кротко поздоровалась я, не поднимая головы, и вытянула губы, коснувшись тёплой кожи лёгким поцелуем.

Хант слегка вздрогнул подо мной от мимолётной ласки, и я довольно прижмурилась. Чувствительный. Вчера я так толком и не успела проверить, где у него эрогенные зоны, но надеюсь вскоре пополнить запасы знаний.

– Ну и что нам делать, а? – задумчиво поинтересовался Роберт, и пальцы второй руки медленно провели по моей спине, от поясницы до основания шеи.

Ай! Вот это было подло, ибо именно такие прикосновения, едва ощутимые, нежные, зажигали внутри настоящий пожар. Я невольно прогнулась, потом подняла голову и поставила подбородок на скрещенные на груди Ханта ладони. Бровь при этом выгнулась сама в ироничном жесте.

– Если ты имеешь в виду конкретно это утро, то у меня есть отличное предложение, – не без ехидства произнесла и в отместку провокационно прижалась к моему мужчине низом живота, словно невзначай осторожно задев коленкой кое-что твёрдое и давно готовое к претворению моей идеи в жизнь.

Хант тихо зашипел, строго глянув на меня, потом обхватил руками и выпрямился, сев и прислонившись к спинке кровати.

– Не хулигань, – внушительно произнёс он, аккуратно устраивая меня на коленках. – Я серьёзно, Рая. У тебя свадьба скоро… – он поморщился, как от зубной боли, но я не дала ему договорить, прижав ладонь к губам.

Потом прищурилась, извернулась и села верхом, наплевав на предупреждение Роберта. М-м-м, так, дорогая, соберись, хотя бы на чуть-чуть.

– Если ты планируешь делать вид, что между нами ничего не происходит, – проникновенно начала я, наклонившись к Ханту. – Наплюю на всё и сбегу к тебе домой, – проворковала, наслаждаясь его озадаченным лицом. – А свадьбы не будет, Роб, не с Лайнелом точно, – ласково закончила я и придвинулась ближе, собираясь сделать утро ещё приятнее.

В конце концов, серьёзный разговор можно продолжить и за завтраком, я ещё не узнала, что там накопал вчера Хант на допросе. Ладони Шинна замерли на моей талии, и он тяжело задышал, но не попытался остановить, к моей тихой радости. Я приникла к нему, слегка поёрзав, и услышала резкий выдох, а зрачки Роберта расширились, почти скрыв серо-стальную радужку. Тихо улыбнулась, убрала ладонь от его рта и положила руки на быстро поднимавшуюся грудь. Под пальцами колотилось сердце Ханта, и видеть его реакцию – и чувствовать тоже – было прямо-таки упоительно.

– Или отдашь меня ему? – шепнула провокационно, испытывая настоятельную потребность подразнить и убедиться, что моему мужчине вовсе не безразлична моя дальнейшая судьба.

И угадала. Взгляд Ханта потемнел, губы сжались, и в следующее мгновение я оказалась на спине, придавленная сильным телом к постели и с зажатыми в его пальцах запястьями.

– Нет, – коротко и категорично заявил он и заткнул рот поцелуем.

Люблю решительных мужчин! Особенно таких, от которых крышу сносит напрочь, и которые целуются так, что здравый смысл складывает полномочия и уходит в бессрочный отпуск. На поцелуях Хант, естественно, не остановился, и утро в самом деле стало ещё чудеснее. Надеюсь, меня никто не искал в моей комнате, но на всякий случай надо бы придумать легенду. Придётся некоторое время шифроваться, как школьникам, но эта мысль скорее позабавила, чем смутила или разозлила. Может, я мелочная и мстительная, но осознание, что я за спиной Дагалла втихаря обманываю его, строя свои планы, несказанно грела и воодушевляла. Прямо окрыляла, если не сказать больше. Стоя вместе с Хантом под тугими струями душа, я широко улыбнулась и ткнула ему пальцем в грудь.

– И не смей шарахаться от меня, понял? – заявила ему, пока моё тело бережно намыливали.

Настроиться на серьёзный лад пока получалось плохо, и я надеялась, что за завтраком это выйдет лучше. Роберт хмыкнул, одарил меня выразительным взглядом, после чего развернул и прошёлся мочалкой по спине, до самого копчика.

– А что прикажешь, обжиматься по углам, как каким-то школьникам? – фыркнул недовольно Хант, и его ладони мягко скользнули по моей попке, а потом переместились на грудь.

– А по-моему, клёво! – хихикнула я, чуть повернув голову, и прижалась к нему, такому большому и надёжному. – Опасность быть застуканными так бодрит, – понизив голос, томно протянула я.

За спиной послышался вздох, и меня отстранили, засунув обратно под воду.

– Вот сейчас я верю, что тебе двадцать три, ведёшь себя, как девчонка-малолетка, – проворчал Хант. – Но иногда впечатление, что тебе гораздо больше… – задумчиво добавил он, не сводя пристального взгляда.

На добрый десяток, родной мой, но об этом мы поговорим как-нибудь позже, не сейчас. Я с независимым видом дёрнула плечом, забрав у него мочалку.

– Я же говорила, иногда резкие перемены в жизни заставляют быстро взрослеть, – небрежно ответила и сосредоточилась на помывке моего мужчины, надеясь, что он не будет развивать тему.

Не стал, слава богу. Мы выбрались из ванной, я натянула ночнушку и со вздохом оглянулась на Роберта.

– Встречаемся на террасе? – полуутвердительно уточнила наши дальнейшие планы. – Я попрошу там завтрак накрыть.

– Угу, – кивнул он, уже натягивая свободные штаны.

Так не хотелось уходить, но – надо. Пока придётся скрывать от всех наши отношения и всерьёз заняться решением, как избежать свадьбы без последствий для себя. И Ханта, конечно, тоже. Прежде, чем выйти от него, я осторожно приоткрыла дверь и обозрела коридор – никого. Выскользнув из комнаты, юркнула к себе и перевела дух, придирчиво оглядев свою светёлку: вроде никто не вламывался. Новый браслет взамен потерянного в очередном похищении мне ещё не принесли, поэтому я была уверена, что сюрпризов сегодня не предвидится. И планировала провести этот день спокойно, вместе с Хантом. Быстро переодевшись в короткое платье сочного лимонного цвета, завязала небрежный хвост, позвонила на кухню, попросив накрыть на террасу, и вприпрыжку побежала туда, ждать моего телохранителя и обсуждать с ним серьёзные вещи.

Хант догнал меня, когда я спустилась с лестницы, и пристроился рядом, глядя перед собой и засунув руки в карманы. Покосившись на него, невольно залюбовалась обтянутыми тёмно-зелёной футболкой бицепсами, вспомнила, как эти руки жарко обнимают… Подавила неслышный вздох и дала пинка мечтательной мысли о том, как ладонь Роберта ложится на мою талию и привлекает ближе. Нет уж, оставлю нежности, когда мы наедине окажемся и подальше от возможных камер. До террасы дошли молча, но в таком уютном, спокойном молчании, которое мне нравилось. Я забралась с ногами в плетёное кресло и с аппетитом принялась за завтрак, поглядывая на Ханта.

– Что там с допросом? – немного невнятно спросила, уплетая многоэтажный бутерброд с ветчиной, сыром и помидорами.

– Ничего хорошего, – мой мужчина с досадой поморщился, а я чуть не выронила недоеденный бутерброд.

– В смысле? – не совсем поняла его.

– Этот ублюдок всем блок поставил, да и не откровенничал, как я понял, – Хант отправил в рот здоровенный кусок омлета. – Ничего они не знают. Встречались или в этой лаборатории, или в том доме, который Хардаген спалил. Остальные явки никто из его команды не знает.

– Вот засранец, – с чувством выругалась я, отпив чая, и услышала хмыканье.

– Ты где таких слов нахваталась? – иронично поинтересовался Хант. – Вроде приличная девочка с виду.

Я не повелась на подколку.

– А ночью ты о приличиях ничего не говорил, – невозмутимо отозвалась и с некоторым трудом вернула разговор в деловое русло. – Так, ладно. Хардаген затаился, его люди ничего не знают. О заказчиках в том числе?

Хант кивнул, посерьёзнев.

– С клиентами всегда Гарт связывался, – пояснил он.

Я помолчала, прикидывая в уме расклады.

– Ты ему знатно хвост прищемил, так что Хардаген затаится, и если у заказчицы хватит мозгов, то и она тоже повременит с нападениями, – наконец произнесла, задумчиво глядя вдаль.

– Кстати о птичках, – Роберт поднял палец. – Давай-ка подробнее, насчёт заказчицы. Какие соображения?

– Ну, – я махнула рукой с зажатым бутером и едва не уронила из него помидор. – Начнём с мотива, наверное, – начала рассуждать вслух. – Я могу мешать в двух случаях: если кто-то хочет выйти замуж за отца и заделать ему своего наследника, тогда я точно лишняя в этих раскладах, – отвлеклась на чай, промочила горло и прожевала ещё кусок и продолжила. – Тогда с Гартом связывалась его любовница. Пока у меня кандидатура – только Фиона, – призналась со вздохом, заметив, как Хант, подперев кулаком подбородок, пристально и без тени улыбки наблюдает за мной. Воодушевлённая таким вниманием моего мужчины, развила мысль дальше. – И второй мотив, любовница Лайнела. Тут простор для подозрений больше, как минимум та дамочка, что мы видели в ресторане, она же была в торговом центре. Гламурные стервочки, которые претендуют на звание моих подружек, одну я точно видела на приёме в свою честь, как она заигрывала с Паксом. Ну и, думаю, ещё найдутся желающие.

– Серил? – обронил Хант.

– А вот не знаю, – призналась я. – С одной стороны, близкая подруга – любовница жениха, слишком банально. Да и не заметила я за ней, чтобы она Лайнелом интересовалась. С другой… – нахмурившись, вспомнила Серил, прислушиваясь к интуиции. – Нет, слушай, не думаю всё-таки, – определилась с ответом. – Слишком рискованно с её стороны затевать встречу и тут же на ней организовывать моё похищение. И вроде искренне себя ведёт, – протянула, вспоминая встречу с Серил после моего возвращения, и потом. – Короче, надо проверять гарем Лайнела, – подвела я итог и посмотрела на Ханта.

Он улыбался. Уголком губ, но всё же.

– А ты сообразительная, – одобрительно произнёс Шинн. – Квинк и Вист уже проверяют, у кого могла появиться возможность организовать твоё похищение. Да и вообще окружение Лайнела, – его улыбка стала заметнее. – Поскольку спугнуть можно, то делают это очень осторожно и тихо. Думаю, первые результаты будут не раньше, чем через пару-тройку дней. Но я рад, что наши догадки совпадают.

До меня медленно доходило, что… Чёрт, да он уже проанализировал ситуацию, набросал план и начал работать над его воплощением! А зачем тогда было меня спрашивать?! Я сердито засопела, возмущённо уставившись на него и ощущая себя круглой дурой.

– Уверен, неделя спокойная у нас точно есть, эти двое затаятся, пережидая, – словно не заметив моей реакции, невозмутимо продолжил Хант. – А вот там уже надо подумать…

– Я тебя сейчас стукну, – наконец оформила я в слова клокотавшее негодование тем, как меня легко провели.

Брови Ханта поползли вверх, он весьма натурально удивился.

– За что, Рая? – переспросил он.

– Ты и так всё решил и до всего додумался! – обвиняюще наставила на него палец. – Зачем меня спрашивать было? Чтобы дурой выставить?!

В непроницаемых глазах мелькнула хитринка, хотя лицо осталось по-прежнему невозмутимой.

– Да боже упаси, – он поднял ладони перед собой. – Я просто хотел посоветоваться, мы же команда, правда? – Хант усмехнулся и подмигнул, но высказать, что я думаю по этому поводу, не успела.

Наши милые посиделки с Робертом прервало неожиданное появление того, кого я сейчас меньше всего хотела видеть. Раздались шаги, и знакомый голос Лайнела громко произнёс:

– Райна, дорогая, доброе утро!

На террасу вышел Пакс, широко и фальшиво улыбаясь, но я подметила в глубине взгляда притаившуюся настороженность. Твою ж мать, а утро начиналось так хорошо… Порадовавшись, что успела всё же доесть бутерброд и допить чай, выпрямилась и встала, смерив жениха неприязненным взглядом.

– Доброе, – сдержанно поздоровалась, не имея никакого желания общаться. – Что ты хотел?

Чуть не спросила, почему не позвонил, но вовремя вспомнила, что нового браслета у меня нет. Лайнел шагнул ближе, глядя только на меня и словно не замечая Ханта.

– Заехал проведать, как ты после вчерашнего, заодно подарок завезти, – его взгляд прогулялся по мне, и я едва не поёжилась, пожалев, что выбрала это платье.

Ну кто знал, что этот недоженишок заявится! Я же не для него одевалась-то! Заметила в руке Пакса небольшую коробку, перетянутую лентой. Вот ещё подарков от него не хватало, спасибочки!

– Спасибо, нормально. Что за подарок? – осторожно поинтересовалась я, бросив взгляд на его руки.

– Райна, – он показательно вздохнул, повертел коробочку и покосился за мою спину – полагаю, на Ханта. – Могу я поговорить с тобой наедине? – и прежде, чем успела отказаться, пошёл сразу с козырей. – Твой отец просил кое-что передать тебе. Думаю, ему не понравится, если об этом разговоре узнает кто-то ещё.

Вот зараза. И браслета нет, чтобы проверить верность слов Пакса. Хотя думаю, Дагалл не обрадуется, если я вдруг позвоню ему с вопросом, в самом ли деле он что-то передавал и просил, чтобы никто больше не услышал. Сама буду глупо выглядеть. Да и что Лайнел мне сделает, в конце концов? Колечко, что ли, сподобится подарить в преддверии свадьбы? Которая, кстати, не состоится, это уже точно. Я через плечо оглянулась на Ханта, подметила его внимательный взгляд на Пакса и непроницаемое лицо, и успокоилась. Уверена, он будет поблизости, и я не собиралась далеко уходить от террасы. Молча кивнула, вышла в гостиную, дождалась, пока Лайнел тоже перешагнёт порог, и ровно произнесла:

– Что отец просил передать?

Когда Пакс двинулся ко мне, я, признаться, чуть не отпрыгнула в сторону, выставив перед собой руки. Ох ты, нервы совсем ни к чёрту. Ни в коем случае нельзя показывать, что я его боюсь, да и краем глаза заметила, как за большим французским окном в пол, прикрытым светлой, но плотной шторой, мелькнула тень. Отлично, Хант бдит, если что. Осталась на месте, внутренне насторожившись и готовая в любой момент дать дёру, буде у женишка взыграет… что-нибудь. Очень уж не нравился его взгляд, признаться.

– Подарок, – голос Лайнела приобрёл вкрадчивые, кошачьи интонации, и я снова пожалела, что надела то платье, что сейчас было на мне.

Как-то слишком подозрительно смотрел на мои коленки Пакс, будто впервые их видел. Я протянула руку, желая как можно быстрее закончить эту встречу.

– Так от тебя или от отца подарок-то? – с отчётливым раздражением буркнула я. – Ты бы определился уже. Хорошо, спасибо, давай. Это всё? – выпалила, стремясь закончить встречу побыстрее.

Потом разберусь, что за подарок и от кого.

– Не совсем, – усмехнулся Лайнел, вручив мне коробку. – Ещё, я приехал сказать, что завтра благотворительный вечер, на котором мы с тобой должны присутствовать.

Чуть не выдала иронично «Да ты чё?!», но сдержалась. Молча открыла коробку, достала новый браслет связи. Мда, если похищения меня любимой будут продолжаться с завидной регулярностью, Дагалл разорится на новых игрушках для доченьки. Я застегнула ремешок, потом подняла на Лайнела взгляд.

– Это обязательно? – уточнила, не скрывая недовольства таким поворотом.

Шляться по светским тусовкам в компании Пакса я не горела желанием, но в глубине души понимала, что – это роль Райны Хэнсли, послушной дочери и лица его компании. Той Райны, которая была до похищения, а я и так наломала уже дров, и Дагалл может заподозрить неладное, если слишком сильно начну взбрыкивать. Рановато пока, мне нужно продумать стратегию отступления в безопасное место и как порвать с Дагаллом без плачевных для себя последствий. Ну и поймать Гарта и заказчицу моей смерти, конечно.

– Райна, ради бога! – фыркнул раздражённо Лайнел, уже не пытаясь играть в заботливого влюблённого. – Конечно, обязательно! Ну перестань, дорогая, неужели ты всё ещё дуешься на меня за тот инцидент в ресторане? – смягчив голос, попробовал он зайти с другой стороны и даже шагнул ко мне, видимо, чтобы обнять. – Я же сказал, всё в прошлом…

– Мне перпендикулярно на твой гарем, Лайнел, – любезно известила я, отступив на шаг и сохраняя между нами расстояние. – Хоть в прошлом, хоть в будущем. Просто не пытайся играть в заботливого жениха, ты не умеешь врать, – не удержалась от насмешливого замечания.

Зря, поняла в следующий момент. Глаза Лайнела вспыхнули нездоровым огнём, этот неумный вдруг ухватил меня за запястье и дёрнул к себе, стиснув в железных объятиях и лишив возможности к сопротивлению. Ну, то есть, это он так думал. Признаться, я на несколько драгоценных мгновений растерялась от возмущения, и этого Лайнелу хватило, чтобы притиснуть меня к стене, выдавливая воздух из груди, и с придыханием выдать:

– А знаешь, Раечка, такой ершистой ты мне нравишься гораздо больше! – сообщил этот придурок, обслюнявив мою шею – голову я резко отвернула, избегая поцелуя в губы, и меня аж передёрнуло от отвращения. – Уверен, процесс приручения понравится нам обоим!

Какая потрясающая самонадеянность. Я не стала убеждать его в том, что он козёл, если так думает. Набрала воздуха в лёгкие, потом со всей силы наступила пяткой на пальцы – на Лайнеле, как заметила, были ботинки из мягкой кожи, и представляю, как ему сейчас больно. В подтверждение моих слов он зашипел, чуть ослабив хватку, чем я и воспользовалась. Резко развела руки, разрывая объятия, потом сильно толкнула Пакса, тяжело дыша и сверля злым взглядом. Высказать всё, что думаю по поводу его поведения, не успела. За спиной Лайнела раздался спокойный, ровный голос:

– Думаю, ваш разговор закончен. Я провожу вас, господин Пакс, – и на плечо незадачливого женишка легла широкая, тяжёлая ладонь Ханта.

Он вздрогнул, повернул голову, покосившись на моего невозмутимого охранника. Только взгляд и выдавал Роберта, чуть прищуренный и предупреждающий. Лайнел самоубийцей не был. Зыркнув на меня последний раз, он дёрнул плечом, освобождаясь, поправил галстук и коротко кивнул.

– До завтра, дорогая. Я заеду за тобой к приёму, – после чего быстрым шагом направился к выходу из гостиной.

Хант, естественно, за ним, чтобы убедиться, что неприятный гость в самом деле уехал. Я вернулась на террасу, задумчиво обозрела остатки завтрака и сунула в рот ветку укропа, заев оставшимся сыром. Мда. Со свадьбой надо что-то решать. Лайнел больно борзый стал, не нравится мне это. А ещё благотворительный вечер. Отмазаться не получится, я отлично понимала, Дагалл, если понадобится, за шкирку притащит. Настроение слегка упало, я с досадой вздохнула, вяло поболтав чаем в чашке. Хант вернулся довольно скоро, брезгливо отряхивая руки.

– В следующий раз морду набью, – коротко и внушительно сообщил он, усаживаясь обратно. – Даже рискуя увольнением, – он покосился на меня и, схватив кружку, залпом выпил оставшийся чай.

Я прислонилась виском к спинке кресла, глядя на него, на лице расплылась улыбка. Оказывается, это так мило, когда тебя ревнуют.

– Хант, – тихонько позвала и попросила. – Увези меня отсюда, а. Куда-нибудь, где нас никто не найдёт.

Он не стал задавать глупых вопросов, легко поднялся снова и кивнул.

– Ладно. Жду в машине, – коротко произнёс мой мужчина и направился к выходу с террасы.

Подорвавшись с кресла, я помчалась туда же, обогнала Ханта, одарив по пути сияющим взглядом, и почти взлетела на второй этаж, в свои комнаты. Ну не могла я больше находиться в этом доме, просто не могла. Мне понадобилось пятнадцать минут, чтобы переодеться в джинсовый сарафан, обуть ноги в плетёные босоножки и прихватить планшет, подаренный Хантом. После чего я таким же галопом сбежала обратно в холл и на крыльцо. Нырнула в прохладный салон тёмно-синего скарта, плюхнулась на сиденье и с наслаждением потянулась, как кошка, прикрыв глаза.

– Я готова, – выдохнула, чувствуя, как настроение стремительно выправляется.

Целый день. Наедине с Хантом. И дело даже не в том, что мне снова хотелось заняться с ним сексом, а просто, что буду с ним рядом, могу нежиться в объятиях, прикасаться без оглядки. Целовать. О-о-о, мать, да ты поплыла, поздравляю. Симптомы ясны.

– Заедем по пути в магазин, еды купим, – отозвался Хант, выруливая на дорожку.

– Угу, – послушно согласилась я, хотя голодной вроде себя не чувствовала.

Но если мы на весь день из дома, то да, мысль здравая. Я поудобнее устроилась в кресле и расслабилась, прикрыв глаза. Тишина, разбавленная тихой музыкой, ничуть не мешала, уютно обнимая мягким облаком. Я погрузилась в приятную полудрёму, позволив себе унестись немножко в мечтания о том, как всё будет, когда наконец история с Гартом закончится. И я получу свободу от семейки Хэнсли и Лайнела… Это было приятно, да. Минут через пятнадцать я почувствовала, что мы остановились.

– Есть какие-то предпочтения? – осведомился Хант, и я встрепенулась, вынырнула из астрала. – Надеюсь, ты не против бутербродов, нарезки и жареного мяса? – он повернул ко мне голову, и по губам скользнула та самая, особая улыбка, от которой я млела, как девчонка.

– Жареного мяса? – уцепилась за ласкающие слух слова.

– Угли куплю, складная решётка в багажнике, – невозмутимо ответил Хант. – Ты же хотела, где нас никто не найдёт. Вот и поедем на природу.

А-а-а, меня ждёт аналог шашлыков!!! Боже, я обожаю этого мужчину, спасибо, что он появился в моей жизни!

– Пива вкусненького, какой-нибудь закуски и фруктиков, – с немного застенчивой ответной улыбкой произнесла я. – Остальное на твой вкус.

– А тебе нравится пиво? – брови Ханта удивлённо поднялись, он заинтересованно глянул на меня.

– Если есть, нефильтрованное, – подтвердила я, и аж чуть слюной не подавилась, так вдруг захотелось почувствовать лёгкий, пшеничный вкус на языке.

– Всегда считал, что девушки из высшего общества употребляют исключительно вино, – хмыкнул Роберт, открыв дверь скарта.

– Ага, а ещё какают радугой и пукают духами, – ехидно поддела я и насмешливо фыркнула, поймав несколько ошарашенный взгляд Ханта. – Да, вот такая я неправильная леди, нечего так смотреть, – с тихим смешком добавила, подтолкнув его к выходу. – Давай, иди уже. Я хочу моё пиво! – попыталась сказать это капризно, надув губки, но судя по скептической ухмылке Ханта, получилось откровенно плохо.

– Я скоро, – кивнул он и вышел.

Через полчаса мой добытчик вернулся с объёмным пакетом, который я проводила жадным взглядом. Кажется, Хант обладал зачатками телепатии, потому что сначала открыл дверь, достал из пакета знакомую жестяную банку – в этом мире они тоже имелись, – и протянул мне. Следом появилась… упаковка чипсов. Ну, в смысле, здесь это называлось «жареный картофель», но суть не менялась. Попискивая от восторга, я тут же вскрыла упаковку и с упоением вдохнула умопомрачительный аромат и захрустела кусочками, жмурясь от удовольствия. В самом деле, просто натуральный жареный картофель, порезанный кружочками. А в сочетании пива, которое я немедленно отхлебнула из банки – вообще божественный вкус. Чуть-чуть иной, конечно, едва уловимо отличающийся, но всё же знакомый, хмельной.

– Как мало тебе для счастья надо, – посмеиваясь, отметил Хант, уже уложивший еду в багажник и вернувшийся за руль.

– Простые, незамысловатые радости жизни, – немного невнятно отозвалась я и широко усмехнулась. – Говорю же, я очень неправильная леди.

Роберт как-то странно, слишком уж пристально глянул на меня, и я осеклась. Так, стоп, не стоит больше на эту тему. А то мой мужчина чересчур догадливый, между прочим, даром, что тоже ментал.

– Далеко ехать? – непринуждённо поинтересовалась, переводя стрелки, пока Хант выруливал со стоянки у магазина.

– Полчаса где-то по скоростной трассе, – Хант тоже не стал развивать тему моей неправильности. – Потом пешком надо пройтись. Я туда обычно не на скарте езжу.

– Не вопрос, – легко согласилась я. – Пешком, так пешком.

Кажется, я поняла суть выражения «за любимым хоть на край света». За Хантом я в самом деле готова была пойти, куда угодно. Пусть с любимым пока не стала бы торопиться, но – он сильный. Надёжный. Мужчина. И мой.

– А у тебя родители есть? – спросила, желая узнать больше о Ханте.

– Есть, но они давно живут в другом городе, на побережье, – кивнул он. – Я иногда к ним езжу.

Разумно, при его-то работе. А то всякие пакостные типы любят брать близких родственников в заложники. Я не стала больше отвлекать Ханта от дороги и углубилась в планшет – Квинк накидал мне туда кроме практических заданий ещё и статьи по теории.

– Напомни попросить твоего башковитого коллегу научить меня пробивать блок наручников, – пробормотала рассеянно, попивая пивко и сосредоточенно читая.

– Я лучше позабочусь, чтобы они больше никогда на тебе не оказались, – ворчливо отозвался Хант, и в душе потеплело, и там чуть не начали цвести пошлые розочки.

Ничего не ответив, тихонько хмыкнула, и остаток дороги прошёл в тишине. Вскоре мы выехали за город, и по обеим сторонам трассы потянулся светлый, лиственный лес. Я любила природу, а потому немедленно бросила планшет и прилипла носом к стеклу, с нетерпением ожидая, когда мы окажемся под зелёными сводами.

– А тут ягоды или грибы уже есть? – поинтересовалась, когда Хант съехал с трассы на специальную стоянку сбоку.

– Можем поискать, – улыбнулся уголком губ Роберт, выходя из скарта.

Он достал вещи из багажника – мой мужчина оказался ужас каким продуманным, у него там кроме мангала лежала ещё и сумка, куда Хант всё сложил, – и мы направились прочь от трассы, в глубь леса. Я обнаружила, что на планшете есть камера, причём весьма неплохого качества, и моя персона была потеряна для общества. Ещё в родном мире я увлекалась макросъёмкой, любила снимать моим «Никоном» всякие цветочки, живность и прочие красивости. Так что, то и дело сходила с тропинки и ныряла в кусты, завидев что-нибудь интересное. Кстати, ягоды обнаружила: крупные, похожие на землянику, только насыщенного тёмно-синего цвета, приятные на вкус, что-то среднее между клубникой и малиной. Хант сказал, они съедобные, и я горстями употребляла их, естественно перемазавшись в сладком соке. Мой мужчина только снисходительно усмехался, наблюдая за скачущей вокруг мной.

Тропинка закончилась внезапно, упёршись в берег небольшого лесного озера, и я замерла в восхищении, разглядывая пейзаж, залитый солнцем, так до боли напомнивший родной мир, что в груди кольнуло. Но всего на мгновение, потому что рядом остановился Хант, положил сумку на землю – кажется, он даже не запыхался, – и его ладонь опустилась на мою талию. Так естественно, удобно, что я тут же прижалась к нему, пребывая в тихой радости и умиротворении.

– Сюда сбегаю, если хочется уединения и отдыха, – пояснил Хант. – Нравится?

– Тут потрясно! – искренне заверила я и чуть не пожаловалась, почему он не сказал про озеро, я же без купальника.

Хотя… С другой стороны, а зачем он мне? Посторонних нет, и чего там Роберт у меня не видел ещё. А погодка стояла жаркая, ни ветерка, и чистое небо. Купайся, загорай, сколько влезет. Ура!

– Тогда пойдём устраиваться, – Хант легко подхватил сумку и зашагал вдоль озера. – Тут полянка недалеко есть, там остановимся.

День в самом деле обещал быть просто чудесным!