Глава 14

Мы ехали в его скарте в поместье Дагалла. В разгромленной лаборатории работали специалисты, дом, где она находилась, был оцеплен прибывшими законниками. Арестованные люди Гарта уехали с отрядом Ханта, а сам Роберт повёз меня домой. Я с большой радостью обнаружила, что мой браслет для связи сорвали где-то по пути к лаборатории Хардагена. Слушать сейчас встревоженную трепотню подружек не хотелось. Как и их фальшивые сочувственные фразочки. Так и подмывало ехидно поинтересоваться у очередной подружайки, а сколько раз она спала с Лайнелом за моей спиной и не потому ли дружит со мной, чтобы быть поближе к любовнику. Фу, гадость какая. А Пакс потом этими же руками ещё и ко мне тянется! Меня аж передёрнуло, и я поспешила переключиться на более приятные мысли.

Хант. Он сидел за рулём, руки расслабленно лежали на баранке. Взгляд моего телохранителя был направлен вперёд, и я не отводила глаз от чеканного профиля, так напоминавшего североамериканских индейцев из моего мира. Сама я сидела на сиденье рядом, забравшись с ногами, и повернувшись боком, не отрываясь, смотрела на Ханта. Просто смотрела, любовалась и наслаждалась покоем, исходившим от этого мужчины.

– Всё в порядке? – он заметил мой взгляд и мельком глянул, оторвавшись от дороги.

– Да, – коротко ответила я.

Ну вот ещё, посвящать в свои сокровенные мысли виновника оных. Буду эгоистично смаковать сама.

– Точно? – на всякий случай переспросил Хант, и я не удержалась от понимающей усмешки.

– Истерить больше не буду, если ты об этом. Рыдать у тебя на груди тоже, расслабься.

– М-м, – глубокомысленно отозвался Роберт с явным облегчением.

Я покосилась в окно, отметив, что уже вечер. В салоне точно проторчала часа два-три, не меньше, плюс похищение-спасение – переведя взгляд на панель, нашла циферблат и выяснила, что натикало семь вечера.

– Отец что-нибудь сказал обо всём этом? – я пошевелила пальцами в воздухе, имея в виду недавнее приключение.

– Сказал держать его в курсе и привезти тебя домой, – невозмутимо отозвался Хант, сворачивая на шоссе, в конце которого виднелся знакомы тоннель – мы подъезжали к поместью.

– Угу, – рассеянно кивнула я.

В салоне вновь воцарилась уютная тишина, и я даже ухитрилась вздремнуть за оставшееся время до конца дороги. Проснулась от того, что меня потрепали по макушке.

– Приехали, Райна, – негромко позвал Хант.

Я встрепенулась, осоловело хлопнула ресницами и зевнула, с хрустом потянувшись. Скарт стоял у знакомого крыльца, и на сей раз нас никто не встречал. Ну конечно, Дагалл переложил заботу о моей безопасности на чужие плечи и спокойно продолжил заниматься своими делами. Раз Хант на связи, значит, всё под контролем, полагаю, так думал Хэнсли. Роберт вышел из скарта, обошёл машину и распахнул передо мной дверь. Даже странно было наблюдать роскошный закат, слушать тишину, наполненную птичьим щебетом, видеть покой вокруг и осознавать, что совсем недавно тебя пытались похитить в очередной раз.

Мы поднялись по крыльцу и зашли в дом, а вот там, в холле нас встретила – кто бы вы думали? – рыжая Фиона, помощница Дагалла. В строгом деловом костюме, с собранными в пучок волосами и при этом с крайне встревоженным лицом.

– О, Райна! – едва завидев меня, дамочка бросилась навстречу, и я неосознанно шагнула ближе к Ханту, с подозрением уставившись на неё. – Боже, какое счастье, с тобой всё в порядке! – она остановилась рядом, с тревогой оглядывая меня. – Ты не ранена?..

– Нет, я в порядке, – поспешно ответила ей.

Пара синяков не в счёт, к утру пройдут, надеюсь.

– Твой отец попросил посидеть с тобой, у него важное совещание, с которого он никак не может уйти, – зачем-то сказала Фиона, и моя настороженность возросла.

Она ведь звонила мне днём и спрашивала, куда и во сколько я еду. Якобы, чтобы быть в курсе, если Дагалл спросит. А ещё, имелась любовница Лайнела на стоянке. И та фифа среди моих подружек, любительница флирта. Чёрт. Умиротворение как рукой сняло, я неосознанно вцепилась в руку Ханта, отчаянно не желая, чтобы он уходил.

– Спасибо, я побуду в своей комнате, – вежливо ответила я и поспешно добавила. – Отдохну и приведу себя в порядок.

Конечно, с моей стороны было крайне невежливо обрывать разговор и тянуть Ханта за собой, но ничего не могла с собой поделать. Похоже, пока Роберт не вытрясет из подручных Гарта все сведения, я буду шарахаться от всех особ женского пола в своём окружении. Слава богу, Фиона не стала навязываться и осталась внизу. Мы с Хантом поднялись до моей комнаты, он распахнул передо мной дверь, и я вошла, остановилась на середине гостиной.

– Райна, – позвал Шинн, и я обернулась, вопросительно глянув на него. – Мне надо уехать на несколько часов, я говорил. На допрос, – Хант помолчал, разглядывая меня со странным выражением. – Можешь обещать посидеть тихо и не вляпаться в очередную историю? Чтобы я не разыскивал потом тебя снова по всему городу?

Я едва не рассмеялась такому завуалированному беспокойству за свою скромную персону. Сумев сохранить серьёзное выражение лица, приблизилась к моему телохранителю, посмотрела в его непроницаемые глаза, а потом поднялась на цыпочки, обхватила ладонями слегка колючие щёки и крепко прижалась к твёрдым губам на несколько мгновений.

– Я шагу не ступлю за порог этой комнаты, Хант, – необычайно ласково ответила, широко улыбнулась и вытолкала его за дверь.

Как же грело моё женское самолюбие ошарашенное выражение на его обычно невозмутимой физиономии! С чувством выполненного долга я направилась в ванную. Нужно устроить себе релакс и расслабон после такого стресса, но сначала… Я затормозила у окошка прямой доставки с кухни, нажала кнопочку и попросила принести мне что-нибудь поесть. А вот теперь можно и к водным процедурам приступить.

Моего спокойствия хватило ровно до одиннадцати вечера. Точнее, я старательно отвлекала себя от мыслей о Ханте. Копалась в планшете, прошла несколько тестов от Квинка – утром мы не всё успели сделать до моего отъезда. Посмотрела по телеку какой-то фильм, поужинала. Фиона не отсвечивала к моей радости и не пыталась навязать своё общество. Я даже пыталась думать, кому может быть выгодно моё устранение. Или тому, кто нацелился на отца, и я – нежелательная помеха в плане старшей наследницы для возможного будущего ребёнка. Или кому-то из многочисленного гарема Лайнела, кому его женитьба поперёк горла. И в том, и в другом случае, подозреваю, предполагаемых заказчиц найдётся достаточно, и копать придётся долго. И вообще, ну где там Хант?! Он что, по горячим следам решил сразу и Хардагена найти?

Когда совсем стемнело, и даже Дагалл приехал – я видела остановившийся у крыльца скарт, – а Ханта всё ещё не было, в душу начала потихоньку заползать тревога. Я отложила планшет, побродила по гостиной, рассеянно трогая предметы. За полчаса до полуночи, в очередной раз выглянув в окно и не увидев там знакомой машины, я спустилась в тёмную кухню и поохотилась там на пирожные. Нашла их в холодильнике, и прихватив молоко, снова поднялась к себе. Несмотря на насыщенный день, сна не было ни в одном глазу, а нервозность отчего-то нарастала. Ханта не было. Время перевалило за полночь… Я плюнула на всё и, почему-то разозлившись, ушла в спальню. Сижу тут, как дура, жду, когда вернётся, а он, небось решил на работе заночевать, подальше от бедовой подопечной! Фыркнув под нос, я переоделась в коротенькую ночнушку из белого шёлка, на тонких лямках, и уже практически собралась ложиться. Как вдруг чуткий слух уловил за окном какой-то звук, и я, разом позабыв про раздражение, бросилась к окну. На улице, у крыльца, стоял знакомый скарт, а по ступенькам поднималась такая же знакомая фигура в куртке. Хант вернулся.

Настроение моментально скакнуло, дыхание перехватило, и я метнулась в гостиную, к двери, и даже взялась за ручку. А потом замерла, осознав, что собираюсь сделать. Выскочить в ночнушке в коридор, к мужчине, только что вернувшемуся с работы, а время, между прочим, давно за полночь. «Ну и что?! – упрямо возразил детский голосок внутри. – Мы же хотим узнать, что он там надопрашивал, и поймал ли в результате Гарта?» Хотим, да, но… Не среди ночи же это выяснять. Роберт, наверное, устал, хочет отдохнуть, душ принять, в конце концов. Ой, да он голодный наверняка, а прислуга вся спит, а шариться по кухне Ханту точно не позволит воспитание!

Мои пальцы снова уверенно сжали ручку, но дверь я открыла не сразу – сначала подождала, пока в коридоре стихнут шаги, и поздний гость уйдёт к себе. После чего выскочила из гостиной и босиком помчалась на кухню. Очень довольная собственной сообразительностью, я быстро собрала из холодильника остатки ужина – на блюде как раз лежал приличный кусок буженины, – добавила к нему ещё по мелочи, прихватила кувшин с соком и бодро потрусила обратно наверх. Я очень старалась не думать о том, что еда – всего лишь предлог, чтобы зайти к Ханту, как и о том, что если мужчина голоден, никакие приличия его не остановят от поисков съестного. Особенно такой мужчина, как мой телохранитель.

– Дурик ты, Райка, – шепнула я под нос, остановившись у двери и мгновение поколебавшись, тихонько постучала.

Кому врала, конечно, не в ужине дело. Я просто соскучилась, и… Не додумав, толкнула дверь, так и не дождавшись ответа. Не буду же, как дура, с этим подносом стоять посреди коридора, или тем более нести обратно на кухню. Осторожно переступив порог, я огляделась и негромко позвала:

– Хант?

Волнение медленно, но верно расползалось из центра живота, сердце прыгало в груди бешеной белкой. Я уже знала, что не уйду из этой комнаты, пока не получу то, что мне надо. Ханта. Однако его в небольшой гостиной не оказалось. Здесь свет не горел, и я, поставив поднос на стол, повернулась в сторону приоткрытой двери в спальню. Оттуда доносился приглушённый шум воды – видимо, Роберт принимал водные процедуры. Ой. Не стоило думать о том, как обнажённый мужчина стоит под струями воды, опираясь ладонью о стену, и они красиво так стекают по мускулистой фигуре…

О-о-о, м-мать, да ты созрела. Справившись со слабостью в ногах и уговорив коленки не подгибаться, я медленно направилась к второй комнате, сражаясь со сбившимся дыханием и понимая, что если мой телохранитель вздумает выставить меня отсюда, точнее, попытаться это сделать, я за себя точно не отвечаю. Вдруг вспомнилось сегодняшнее похищение, моя уверенность, что Роберт придёт за мной, облегчение и радость, когда это всё-таки случилось. Мысли пошли дальше, к поцелую на смотровой площадке, и пришлось остановиться, прикрыть глаза и сделать несколько глубоких вдохов, унимая пожар в крови и бардак в эмоциях. К чему все эти длинные вступления и размышления, если все мои желания и стремления сводились к одному: я хотела Ханта. Вот так просто и незатейливо. Всего, целиком. В постели, в жизни, рядом. И не нужно мне никаких шикарных особняков и горничных с экономками, вполне устроит типовая двухкомнатная квартира в городе. И плевать, что он там думает по этому поводу.

И нервная дрожь разом улеглась, едва я мысленно озвучила всё это себе, и последний шаг к двери в спальню сделала твёрдо и решительно. Занятая своими мыслями, не сразу поняла, что изменилось, а поняла, уже стоя на пороге спальни. Вода стихла. А Хант, закончив принимать душ, вышел из ванной в одном небрежно замотанном на бёдрах полотенце, и вторым вытирал голову. А я, как зачарованная, не могла отвести взгляда от красивого рельефного тела, и пальцы зудели от желания прикоснуться к нему, провести по стальным мышцам и ощутить их крепость… Низ живота отозвался знакомой тяжестью и жаром, гормоны были со мной полностью солидарны в этом. Тело среагировало раньше сознания и качнулось вперёд, делая ещё шаг навстречу, и Хант почувствовал, что он не один. Замер, опустил руки, уронив полотенце, и уставился на меня слегка ошарашенным взглядом.

Я не удержалась от тихого смешка: взъерошенный после душа Роберт выглядел чертовски мило и в то же время безумно сексуально. В эти широкие плечи хотелось вцепиться, к груди – прижаться щекой.

– Ра-айна? – крайне удивлённо протянул Хант, следя за мной настороженным взглядом. – Ты что тут делаешь?

– Соскучилась, – просто ответила я, продолжая медленно подходить к нему и буквально облизывая взглядом.

Я не собиралась с ним спорить или в чём-то убеждать, что-то доказывать. Остановилась рядом, вдохнув едва уловимый запах морского бриза и сосен – его запах, запах моего мужчины.

– Ничего, что уже ночь, а? – буркнул Хант, и не думая прикрыться к моей тихой радости. – Я вообще-то спать собирался…

Мой палец коснулся его губ, я улыбнулась, встретившись взглядом с Робертом.

– Ну и отлично, – проникновенно ответила, поднявшись на цыпочки, и моя рука спустилась ниже, ладонь легла на грудь, слушая размеренные, но чуть быстрее обычного, удары сердца Ханта. – Мне нравится твой план, – тише добавила, пока мои пальцы медленно скользили дальше, и я с каким-то детским восторгом отметила, что – да, мышцы в самом деле крепкие.

Они резко напряглись под подушечками, а Хант так же резко выдохнул, и по спальне разнеслось тихое рычание:

– Р-райна!..

Его широкая ладонь накрыла мою, прижала, не давая хулиганить дальше, а от грозного голоса моего мужчины внутри всё задрожало. Не от страха, совсем нет, было бы, чего бояться.

– Что, отшлёпаешь? – выгнув бровь, шепнула я провокационно и нагло прижалась к сильному телу, едва не захлебнувшись от рванувшего по венам огня. – Как непослушную девчонку?

Ого, а под полотенцем-то тоже всё в порядке, судя по тому, что я почувствовала. На мне ведь оставалась лишь тонкая и короткая ночнушка, ну и кружевные трусики, да. Кажется, я сумела его удивить ещё больше своими словами, не говоря уже о поведении. Но ах, как же понравился огонёк, вспыхнувший в непроницаемых глазах моего упрямца! Он был мне отлично знаком, и меня едва не затрясло от возбуждения. Боже, как я его хотела. И он меня тоже, как бы ни пытался отрицать очевидное и держать себя в руках.

– Прекрати и отправляйся к себе! – предпринял Хант последнюю попытку избавиться от моего присутствия, но при этом его ладонь неосознанно сжала мои пальцы, не отпуская. – Это глупо, Райна…

Я лишь улыбнулась шире, и ноготками второй руки легонько царапнула вожделенные кубики, о которых грезили женщины моего мира через одну. И прижалась теснее, провокационно потёрлась о его бёдра, жаждая, чтобы это чёртово полотенце наконец упало. Глаза Ханта вспыхнули, он шумно выдохнул, и спустя мгновение меня сгребли в ничуть не нежные объятия и крепко притиснули спиной к двери ванной.

– Что… – прошипел донельзя разозлённый и возбуждённый не меньше Роберт, но договорить не успел.

Я, воспользовавшись тем, что он поднял меня над полом, просто обняла за шею, притягивая к себе, и запустила пальцы в неожиданно мягкие, влажные волосы. Прижалась к плотно сомкнутым губам, игриво скользнула по ним языком, и это последнее, что мне позволили сделать самостоятельно. Хант крепче обнял одной рукой, прижимая к себе, а ладонь второй упёрлась в дверь рядом с моей головой. И теперь целовал уже Роберт, по-настоящему, без всякой нежности и осторожности. По-взрослому. Наверное, думал напугать… Наивный. А я взяла и ответила. Жадно, нетерпеливо, так же, как Хант. Поцелуй смял мои губы, заставив раскрыться навстречу, требуя впустить настойчивый язык, и я с воодушевлением отдалась давно забытым эмоциям. Ярким, вкусным, свежим. Головокружительным…

Как мои ноги оказались на поясе Ханта, ума не приложу. Просто так удобно вдруг стало, только вот полотенце мешало, и моё бельё. Вот надо, надо было снять его!.. Без всякого стеснения, не прерывая поцелуя, я выгнулась и прижалась к выразительному твёрдому, намекая, что преграды уже лишние. Меня чувствительно укусили за губу и отстранились, и от нахлынувшего разочарования я едва не застонала. Уставилась на Ханта шалым, пьяным от эмоций взглядом, дыша, как после марафонского забега.

– Девочка, ты что творишь? – тихо-тихо произнёс он, и от хрипловатых, вибрирующих ноток тело чуть не растеклось киселём самым пошлым образом.

Я чувствовала, как суматошно колотится его сердце в унисон с моим. Я знала, что мы оба хотим одного и того же. Наверное, потому и ответила насмешливым и тоже слегка осипшим голосом:

– Хант, заткнись и делай своё дело. А то уламываю тут тебя, как будто девица у нас ты, – не удержалась от ехидной подколки.

Адреналин и огонь в крови зашкаливали, срывали стоп-краны и толкали на безумства. Мне дико нравилось дразнить Роберта, как сейчас, например, и рвать его шаблоны, которые он пытался примерить на меня. Похоже, он явно не ожидал от домашней двадцатитрехлетней девочки поведения опытной соблазнительницы. Может, когда-нибудь я и расскажу ему, в чём дело, но не в этот раз. Да и сложно говорить, когда рот тебе затыкают бешеным поцелуем, от которого тело словно пронзает разрядами тока. И – о, счастье!! – наконец-то я ощутила, что полотенца на Ханте больше нет, а тонкое кружево трусиков совсем не мешает прочувствовать твёрдость и горячность намерений моего мужчины. Всхлипнув, я лишь теснее прижалась к нему в отчаянной попытке стать ещё ближе, категорически не желая разрывать поцелуй. И плевать, как Хант решит проблему моего раздевания.

Горячая ладонь нырнула под тонкую ночнушку, провела по спине, оставляя на коже огненный след. Я мурлыкнула в губы Роберту, прихватив пряди на затылке и легонько потянув за их. А в следующий момент меня с тихим рыком снова прижали к двери, сдёрнули тонкие лямки сорочки и спустили её до талии, убрав наконец мешающую преграду между нами. Какой же кайф, когда Хант накрыл аккуратные холмики, чуть отстранившись, и довольно чувствительно их сжал!.. Голова откинулась сама, прервав поцелуй, я прерывисто вздохнула, ноготками вцепившись в плечи Ханта, и выгнулась. Где-то на периферии сознания снова мелькнула мысль про свою возможную девственность, но благополучно канула в бездну. Какая разница, даже если так, это совершенно ничего не меняет.

Губы Роберта заскользили по моей шее, прихватывая кожу – наверное, засосы останутся, да ну и пусть. Ладони спустились на попку, настойчивые пальцы проникли под тонкое и уже влажное бельё и медленно провели по самому сокровенному. С моих припухших, саднящих от сумасшедших поцелуев губ сорвался громкий вздох, перед глазами вспыхнули искры. Хант обжёг горячим дыханием ухо, сжал зубами мочку, и меня неслабо тряхнуло от всплеска удовольствия, а потом… его палец оказался во мне, и я окончательно потеряла контроль над собой. Подалась навстречу и сквозь стиснутые зубы прохрипела:

– Д-давай уже!..

Изнутри как напалмом плеснули, накопившееся напряжение требовало выхода. Я сходила с ума по этому мужчине, по его запаху и прикосновениям, хотела до боли в сведённых сладкой судорогой мышцах.

– Я не умею быть нежным, девочка, – прозвучало почти угрожающе, но внутри всё встрепенулось и замахало красными флагами от этих слов.

«Да, ДА, чёрт возьми!!» Нужна мне нафиг твоя нежность… В следующий момент мои руки оказались над головой, и запястья Хант легко сжимал одной ладонью. На миг наши взгляды встретились. Его напряжённый, тёмный, не отрывался от моего лица, и я умирала от восторга, читая в нём всё то, что со мной собирались сегодня делать. Не удержалась, рассмеялась слегка задыхающимся смехом.

– Засунь себе эту нежность знаешь, куда?

И поглубже, поглубже. Хант снова шумно выдохнул, отодвинул второй рукой моё бельё, продолжая пристально смотреть. А в следующий момент между ног скользнуло нечто горячее и очень твёрдое, настойчиво проникая в меня всё дальше. И… Я громко охнула, широко распахнув глаза, а Хант замер, видимо тоже не ожидая такого подвоха. Что ж, Рая, поздравляю, ты девственница. Была только что. Роберт ошалело уставился на меня, осознавая случившееся.

– Райна… – услышала я полный растерянности и изумления голос, но закончить не дала.

– Остановишься – убью, – категорично заявила охрипшим голосом и в доказательство серьёзности своих намерений подалась вперёд, чувствительно прикусив Ханта за нижнюю губу.

Это был самый верный ход, потому что дополнительного приглашения Роберту не потребовалось. Его сильное тело буквально впечатало меня в стену, дыхание забрал очередной безумный поцелуй, и мы сорвались в бешеный ритм, полностью отдавшись разбуженной страсти. Хант подхватил под попку, освободив руки. Вцепившись в его плечи, царапая крепкие мышцы и совершенно не заботясь, что причиняю ему боль, я задыхалась от огня, полыхавшего во всём теле, срывала голос в стонах, не думая, что меня может кто-то услышать. Умирала с каждым толчком, чувствуя, как Хант проникает всё глубже, делая своей окончательно, и понимала, что – не отпущу. Теперь уже точно нет.

Боже, я купалась в этом живительном фонтане, улетая за грань, позволяя себе наконец-то быть свободной и настоящей. Я не сдерживалась, двигаясь в одном с Хантом ритме, захлёбываясь от восторга и остро чувствуя нашу близость, то единение, от которого зашкаливал пульс и отключалось сознание. От пронзительного ощущения счастья, охватившего от шеи до самых кончиков пальцев на ногах, внутри как спустили невидимую пружину. Мой крик заглушил поцелуй, неожиданно нежный, и я забилась в руках Ханта, ослеплённая и оглушённая обрушившимся наслаждением. А спустя несколько особо сильных, резких толчков, Роберт последовал за мной, подарив ещё одну волну, и кажется, я таки отключилась на несколько мгновений…

Пришла в себя от ощущения, что меня куда-то несут, бережно обняв, а я по-прежнему вишу на Ханте, уцепившись за шею, и припухшие, саднящие губы расплываются в глупой улыбке. Внизу было чуть-чуть неуютно, но я не обращала на это внимания – думаю, душ исправит всё дело. И вообще, мой второй первый раз всяко лучше, чем в родном мире в далёкой юности. Поскольку я так и не разжала рук, Хант вместе со мной забрался в ванну и включил воду. Пришлось немного отстраниться, мои ладони соскользнули на плечи Роберта, а голову я подняла, чтобы смотреть ему в лицо.

– Ну и что ты наделала, девочка? – буркнул он, явно пытаясь за хмурым выражением лица скрыть некоторое замешательство.

Небось, не каждый день его девственницы соблазняют, да ещё так успешно. Хант навис надо мной, опёршись ладонью о стену позади меня, и пытаясь изображать раздражение. Конечно, так я и поверила.

– Уже женщина, между прочим, твоими стараниями, – со смешком отозвалась я, ничуть не стесняясь собственной наготы, и прислонилась к прохладной плитке, чуть задрав голову. – Только вот не ври, что ты недоволен результатом.

Роберт выглядел очень забавно, голый, мокрый и с укоризненным видом смотревший на меня.

– Для девственницы ты что-то слишком решительная, – наконец отозвался он и потянулся за мочалкой и гелем. – Сдаётся мне, твой жених не одобрит, когда обнаружит…

– А кто сказал, что я собираюсь за Лайнела замуж? – посерьёзнела я, послушно отлепившись от стены, когда Хант начал медленно намыливать меня.

Он замер на мгновение, внимательно посмотрел, но промолчал. Я же с каждым его прикосновением к моему телу понимала, что… Да чёрт. Да, снова хочу. Мои пальцы коснулись литых мышц на груди, медленно повели вниз, скользя за струйками воды, и Хант, шумно вздохнув, поймал мою шаловливую конечность. Попытался внушительно так посмотреть на меня, словно призывая к порядку, а я просто потянулась к нему, прижавшись всем телом и с восторгом ощущая, как кое-что расслабленное стремительно переходит в боевой режим. Ничего не могла поделать, рука сама нырнула вниз, нащупала и медленно провела по всей длине, а чтобы кое-кто слишком совестливый не начал вдруг возражать, прижалась к губам Роберта. Мой мужчина попытался сделать поцелуй нежным, но моя шаловливая рука не дала ему, продолжая поглаживать рычаг управления настроением. Который, кстати, уже бодро стоял на девять…

– Р-рая, – хрипнул Хант, с некоторым трудом оторвавшись от моих губ и попробовал воззвать к моему здравому смыслу. – Прекрати! Ты что творишь… – он запнулся и судорожно сглотнул, потому как я аккуратно сжала его напряжённый член и коварно улыбнулась.

Здравый смысл? Не, не слышали.

– Хочу тебя, снова, – кротко озвучила свои немудрёные желания, совершенно их не стесняясь. Потом обняла за шею, притягивая его голову ниже, и выдохнула в губы. – И ты меня тоже, судя по тому, что я чувствую, да, Хант?

Его дыхание сделалось тяжёлым, взгляд потемнел, но всё же мой упрямый мужчина предпринял последнюю попытку остановить меня.

– Тебе… не стоит… – прерывисто проговорил он, а рука между тем уже обвила мою талию, прижав к боку, и бёдра Роберта плавно двигались за моей ладонью. – Снова… Б-больно будет, – он замолчал и сглотнул.

Мда. Мой брутальный телохранитель точно первый раз имеет дело с девственницами, да ещё такими решительными, как я.

– А давай, проверим, м-м? – проникновенно произнесла я, поднявшись на цыпочки и провокационно потёршись об него.

И снова нежно сжала твёрдый ствол, окончательно обрывая все возражения. Хант сдался, шумно вздохнул и заткнул мне уже рот, опустившись на широкий бортик ванной и потянув за собой. Я жадно припала к его губам, с готовностью опёрлась на плечи и удобно устроилась на коленях, на несколько мгновений прижавшись к нему низом живота. А потом, так и не прерывая поцелуя, привстала и медленно, растягивая удовольствие, опустилась, ошалев от восторга и ощущения Ханта внутри себя. Большого и горячего. Откинув голову, я тихо застонала, крепко зажмурившись и смакуя, и впилась пальцами в тугие мышцы на плечах, качнув бёдрами. Хант зашипел сквозь зубы, стиснув мою талию, и тёплые губы сомкнулись на моём соске, добавляя остроты переживаниям.

– Полетели… – вырвалось у меня шёпотом.

В этот раз было немного по-другому. Я не торопилась, а Роберт отдал мне бразды правления, позволяя самой задавать ритм. Он лишь придерживал за талию, направляя, а ещё целовал так, что кружилась голова и в ней не оставалось ни единой связной мысли. Страсть разбавилась капелькой нежности, Хант безбожно врал, говоря, что не умеет. Всё он умеет, мой мужчина, просто пока что не попадалось подходящей женщины… Например, меня. Когда надоело дразнить, и ожидание внутри накалилось до предела, я сорвалась в бешеную скачку, задыхаясь от шквала эмоций и доводя нас обоих до сладкого конца. А потом повисла на Ханте безвольной тушкой, снова с глупой, счастливой улыбкой во всё лицо. Так здорово было ощущать быстрый стук его сердца, шумное дыхание около уха, и бережные, уютные объятия, из которых ужасно не хотелось выбираться.

Я пребывала в расслабленной, мягкой полудрёме всё время, пока меня вытирали, закутывали в полотенце и выносили из ванной. Чувствовала себя сытой кошкой, как ни банально звучало, и когда Хант замешкался, остановившись посреди спальни, я сонно проворчала, не открывая глаз и не поднимая головы с его плеча:

– Только попробуй отнести в мою комнату…

Он аж тихо крякнул от неожиданности моего заявления.

– Дурёха, а если утром кто-то обнаружит, что тебя нет в спальне?! – буркнул он, но тем не менее, к моей тихой радости, не торопился проявлять упрямство.

– Но твои же комнаты закрываются на ключ, – я всё же оторвала голову от такого ужасно удобного плеча и с сонной улыбкой посмотрела ему в лицо. – Смирись, Роб, ты от меня уже не отделаешься, – я длинно зевнула и уткнулась носом ему в шею, обвив руками.

– Угу, вот это и страшно, – услышала я очередное бурчание.

Только почему-то обиды не почувствовала никакой. Может, потому, что в суровом голосе моё чуткое ухо уловило едва слышные ласковые нотки?.. В любом случае, все разговоры – на утро, потому что сейчас тело требовало отдыха после такого насыщенного дня и половины ночи. Смутно помнила, как меня выпутали из полотенца, аккуратно уложили в кровать и накрыли одеялом. Я тут же наощупь подползла к Ханту, закинула на него конечности и пристроилась на плече, и когда сильные руки бережно обняли, осторожно прижимая, я довольно вздохнула и окончательно уплыла в сон. Всё будет хорошо, Рая. Я уверена.