Глава 38

Николас

— У Орлова неплохие выходы на строительные площадки. Иногда мне кажется, что он продал душу дьяволу, настолько гладко у него всё по жизни прёт, — делится своим поучительным тоном отец. — Ты знаешь, что в следующем году он планирует основаться на дальнем востоке и ведёт переговоры о строительстве делового комплекса в Китае?

— Да, — киваю в подтверждении. — Мы просчитывали первоначальные расходы на размещение и оценивали рынок труда по месту.

— А вот после Китая, Максим метит на японские территории, и эти проекты принесут слишком серьёзные деньги. К тому времени я хочу безбоязненно быть частью этих проектов.

— Тебе ничто не мешает вкладывать капитал в партнёрство с Максом, — никак не могу понять, что хочет от меня отец. — Орлов порядочный, держит слово, у него отличная репутация в деловых кругах.

— В этой репутации есть огромное чёрное пятно, — хмыкнул мой собеседник. — Эта мутная история с разводом и женитьбой на русской из низших слоёв.

— Дарья очень приличная женщина, — возмущаюсь и встаю на её защиту. — Она умная, добрая, домашняя, не сосёт из мужа деньги и помогает детдомовским детям.

— В её уме никто не сомневается. То, что она провернула с мужиком, при чём с мужиком, имеющим деньги и власть… Это надо же… — тарахтит от смеха отец. — Женить на себе огромный мешок денег, повесить на него кучу детей от первого брака и уговорить взять ещё партию обездоленных из детского дома. И ладно, если бы была молодой, охеренно красивой и богатой. Прям, блядь, роковая женщина.

— Прекращай, отец, — рычу сквозь зубы. Большое желание ткнуть его рожей в стол и приложить сверху бутылкой вискаря. — Яр мой друг, а его семья приняла меня как родного.

— Да не рычи, — отмахивается он. — Это же нам на руку, что его Дарья оказалась такой предприимчивой. Деловая репутация хорошая вещь, но лучше её крепкие связи и родственные отношения. Вот какая польза была бы от него, останься он женат на Саре? Единственный сын, никакой перспективы для нас. Могло, конечно, получиться, если бы вы с его Джейком были геями, но…

— А теперь давай с прелюдий переходи к делу, — не выдерживаю, догадываясь к чему тот клонит. — Я уже взрослый мальчик, мне не обязательно всё разжёвывать в кашу.

— Благодаря нездоровой любви Дарьи к соплям и памперсам, ты имеешь большой выбор невест, — подливает себе ещё выпивки и хрюкает от удовольствия. — Старшую Макс пристроил внутри семьи. Умный, чертяга. Самую красивую сплавил собственному сыну, но ничего. Других я не видел, может тоже вполне себе, так это неважно. Косметология и пластическая хирургия творят чудеса. В идеале будет, если ты обратишь своё внимание на средненькую. Возраст подходящий, партия в данной ситуации лучше некуда. Правда говорят, она с норовом, но таких объезжать одно удовольствие.

— Мне двадцать четыре, — чувствую, как ходят под кожей желваки. Планы в отношении малышки у меня серьёзные, но жить по указке отца я не собираюсь. — Не рано собираешься связать меня по рукам и ногам.

— Если она тебе не по зубам, через пару лет подрастёт ещё одна, — как будто не слышит меня.

— Через четыре. Сестре Яра всего четырнадцать, — выплёвываю, сдерживаясь из последних сил.

— Лучше бы чистокровную дождаться, но за шесть лет ты поизотрёшься, да и гарантии нужны сейчас, до выхода в Китай и Японию, — чешет подбородок, брезгливо морщится и задумчиво смотрит на меня. — Жаль, твоя мать не родила мне второго наследничка, был бы запасной вариант с родной дочерью Макса. Ну, на безрыбье и рак рыба. Твоя задача влюбить в себя кобылку и жениться на ней.

— Зачем влюблять? У вас же всё просто. Договоритесь с Орловым о слиянии капиталов, позовите весь свет общества, распишите двух пешек в вашей игре, — с нескрываемым сарказмом даю совет. — Дети должны быть послушными и исполнять волю родителей.

— Не получится. Тут мы опять возвращаемся к чёрному пятну в репутации. Макси никогда не заставит детей плясать под свою дудку, — зло ворчит отец. — Я уже намекал ему на слияние, раскладывал по полочкам все плюсы, исходящие из вашего брака.

— И? — сквозь злость пробивается любопытство. — Что он?

— Дурак он! — бьёт по столу кулаком. — Говорит, пусть Аля сама решает за кого замуж выходить. Её жизнь, её дело. Сказал, что поддержит при любом выборе, лишь бы девочке была счастлива. Представляешь? Вот как с таким подходом доверять полностью свои капиталы? Человек у руля должен быть жёстким, властным, амбициозным, а он? Как кисейная барышня в сопли расплывается, когда дело касается семьи. Эх. Всё-таки молодец баба. Так размочила мужика, хуже бумажного полотенца стал.

— В бизнесе Максим достаточно жёсткий и властный, — немного расслабляюсь от слов о поддержки любого выбора дочери.

— Согласен, но это до тех пор, пока жена не влезет. У тебя есть гарантии, что через пару лет ей не надоест заниматься детдомовцами и не потянет в большой бизнес к мужу? Женщина в бизнесе и политике — обезьяна с гранатой в толпе. Никогда не знаешь, когда выдернет чеку и подорвёт всё вокруг. Безопаснее такие дуры, как твоя мать. Бутики, салоны красоты, такие же подружки и любимый врач — пластический хирург. Только успевай отстёгивать деньги. Ничего её больше не интересует.

Задумываюсь. А ведь и правда. Мама — продукт того самого брака по слиянию капиталов. Как говориться — деньги к деньгам. Сначала бесполезно паразитировала на шее своего отца, затем переползла на мужа, как пиявка, сосущая кровь, только от вторых пользы больше. Она, конечно, тискает меня, когда долго не видит, уверен, даже радуется некоторое время, но, если речь идёт о лифтинге или блефаропластике, сын с мужем перестают для неё существовать.

Накладываю материны привычки на образ Алёны и морщусь. Не представляю Альку такой пустышкой. Малышка умная, сильная, строптивая, горячая, взрывная, красивая, самая лучшая. А мой отец мудак. Связал себя с глупой куклой и радуется. Ни чувств, ни привязанности, ни уважения. Потерянный человек. Ухожу в комнату и набираю Яра.

— Страдаешь в одиночестве? — интересуется бро.

— Родители решили переночевать здесь и проконтролировать работу клининга, — обречённо жалуюсь ему.

— Ну ладно, тогда не отвлекаем, — прыскает Яр. — И, ты не вовремя.

— А чем вы там занимаетесь, пока я страдаю? — рычу в трубку, представляя в красках их развлечения.

— Можешь остаться на связи и послушать, — издевается Яр, похотливо подвывая в динамик.

— Говнюк ты, братец, — сжимаю челюсть и кулака. — А ты, Алёнушка, ему потакаешь. Завтра вырвусь и устрою вам пришествие Санты. Плохие мальчики посидят запертыми в туалете, а плохие девочки громко покричат, крутясь на моём красавчике.

— До завтра, Николасик. Сладких снов под крылышком мамочки, — прерывает разговор Яр, а я, немного попыхтев, расслабляюсь и заваливаюсь на кровать. Завтра родичи свалят в гостиницу, а я к своей малышке. Буду трахать её, пока звёзды из глаз не посыплются.