Глава 41

Алёна

— Малыш. Нужно всего лишь выбрать. Я, или Яр? — расползается в ногах Ник, оттанцевав программу новогоднего огонька.

— Старое надо оставлять в прошлом. Пора определиться и двигаться дальше, — вторит ему Яр, располагаясь рядом с другом.

— Вы не понимаете. Это, как спросить с чем я буду кофе? С сахаром или молоком? Нет. Конечно, я могу выпить чёрный кофе с сахаром, или несладкий с молоком, или вообще отказаться ото всего, но я люблю капучино и латте с двумя кусочками сахара! Почему, для спокойствия родственников, я должна отказать себе в любимых продуктах? Почему, ради общественного мнения, я должна отказаться от любимых мужчин? Можно всё оставить как есть, никому ничего не говорить, продолжать скрываться.

— Нет, Алён. Скрывать больше не получится, — не поддаётся уговорам Яр, и всё жужжит, жужжит, поправляя время от времени обтянувшие хозяйство трусы. — Родители Ника встали в стойку, наши смотрят косо. Лучше признаться самим, пока не стало поздно.

— Родители Ника улетят через две недели, а наши никогда не вмешиваются в личную жизнь детей, — как ребёнок дую губы и хлопаю себя ладошкой по коленке.

— Они уедут, ты права. Только вряд ли забудут о своей идее фикс. Кого они начнут сватать Нику? Подумай? Кто следующий идёт после тебя?

— Янка, — выдыхаю, понимая, как сильно мы попали. — Она же совсем ребёнок.

— Всего четыре года, — берёт мою руку Ник и заставляет посмотреть на него. — Четыре года пролетят очень быстро, и в то же время за этот срок можно обработать девчонку, внушить чувства ко мне, сделать нашу жизнь невыносимой. Можешь себе представить подростка с промытыми мозгами?

— Ну почему всё так сложно? — с отчаянием смотрю на них.

— Ты можешь упростить ситуацию, достаточно выбрать одного, другой уедет, — даёт мне альтернативу Яр.

— Это ничего не упростит, — мотаю головой. — Я не в состоянии выбрать между молоком и сахаром, тем более между вами.

— Тогда нам нужно просто набраться храбрости и рассказать родителям о нас, малыш. Мы будем стоять до конца, как бы они не отреагировали, будем защищать наши отношения. Все вместе, — уверенно заявляет Ник, а меня вдруг разбирает на смех. Такие серьёзные выражения лиц, готовые свернуть горы, и так комично на этом фоне выглядят красные трусы, белые бороды и колпаки.

— Прекрати ржать, Алён. Мы обсуждаем будущее, а ты ведёшь себя как неразумный ребёнок, — возмущается Яр.

— Прости, — заикаюсь от смеха. — Просто ваши маскарадные костюмы настраивают на потрахаться, а не на серьёзные разговоры.

— Никаких потрахаться, — сжимает через плавки член Ник. — Пока окончательно не определимся и не приведём в исполнение, секса не будет.

— Как это? — в один голос спрашиваем с Яром. — Совсем охренел?

— Если всё оставить как есть, ты будешь метаться до бесконечности, — нагло заявляет Ник, уже в открытую поглаживая восставшее хозяйство и соблазняя меня. — А так есть шанс, что воздержание заставит тебя ускориться.

— Ты ещё трусы сними и подрочи при мне, чтобы я лучше прочувствовала свою потерю, — цежу сквозь зубы, тыкая его в бок.

— Хорошая идея, — растягивается в похабной улыбке Ник, стягивая бороду, колпак и красный кусок тряпки с задницы. — Будем изучать тантрический секс. Давай, малыш, покажи, что у тебя под юбочкой.

Я в наглую задираю подол, расставляю ноги и прохожусь пальцами по влажному шёлку. Яр издаёт булькающий звук, избавляется от остатков одежды и встаёт на четвереньки, приблизившись лицом к моим расставленным ногам.

— Разденься, — приказывает он, не отпуская взгляд от промежности. — Поторопись, сестрёнка. Не вынуждай меня рвать твою одежду.

Тантрический, так тантрический. Такое мы ещё не проходили. Лишаю себя одежды, оставив только чулки и бесстыжее возбуждение, сажусь обратно на диван и плавлюсь под их голодными взглядами.

— Облокотись на спинку, поставь пятки на край и широко расставь ноги, — не терпящем возражений тоном произносит Яр. — Поласкай себя, сестрёнка, покажи, как красиво твоя киска пульсирует и течёт.

От этих слов я вся начинаю пульсировать и течь. Делаю, как он сказал, раскрываюсь полностью под частым и шумным дыханием, провожу пальцами по лепесткам, выписываю спираль по чувствительному клитору и издаю стон, выходящий с хрипом из груди.

— Хорошо, малыш, — замирает Ник, сглатывая слюну. — Засунь пальчики в себя, а другой рукой сожми грудь. Да. Так. Покрути сосок и оттяни его. Сильнее. Представь, что это я тяну.

Исполняю их указания, возбуждаюсь ещё сильнее от порочности происходящего. Они жадно впитывают каждое касание, каждую ласку, поглаживая в ответ себя. Мы, как три озабоченных придурка, занимаемся рукоблудством, пожираем эмоции друг друга, насыщаемся стонами, рваным дыханием.

Не знаю, как называется то, что мы проворачиваем — тантрический секс или обычная коллективная мастурбация, но кончаю я не хуже, чем под ними. Парни догоняют сразу, выплёскиваясь одновременно и набрасываясь с поцелуями на меня.

— Нужно собираться к родителям на вечеринку, — смотрю на время и потягиваюсь кошечкой. — Семейную встречу Нового года никто не отменял.

— Карнавальные костюмы надевать? — перегибается через подлокотник Ник и поднимает с пола трусы и бороду.

— Вряд ли родители оценят такой видок. Хотя… Это может их отвлечь от новости, которую я собираюсь сегодня рассказать. Если повезёт, ваши трусы перетянут на себя основное внимание и разбавят тяжёлую обстановку, — ставлю ребят в известность о своём решении.

— И какую новость ты им сообщишь? — перестаёт паясничать Ник и зависает в ожидании.

— Боюсь, не очень радостную. Не повезло им с дочерью. Мало того, что совратила братика, так ещё позарилась на его друга и сына партнёра отца. А самое главное, признаюсь в своей никудышности и неразборчивости. Не могу выбрать между сахаром и молоком. Предпочитаю всё сразу. Очень сладкий кофе с густой, молочной пенкой.

— Ради такого нужно получше одеться, — выдыхает Яр, упираясь лбом в моё плечо. — Бороды будет достаточно. Пусть сразу видят, как мы любим тебя.

— Глупый, — глажу его по голове, зарываясь в волосы и массируя кожу. — Любовь, она в сердце, а не в стоячем члене.

— Предлагаешь распороть грудную клетку и продемонстрировать неровное, срывающееся в истерию, биение?

— Предлагаю просто быть рядом.