Глава 17

Ли Илинь

— Как ты сюда попал?! — У меня от ужаса едва коленки не подкосились.

Еще бы, меньше всего я ожидала увидеть эту массивную фигуру на территории Запретного города. В эти сады не смеет ступить ни один мужчина, не ставший кастратом или не получивший особого разрешения в императорской канцелярии.

И что мне теперь делать с этим дураком, нарушившим один из строжайших запретов?! Я так рассчитывала на его помощь, а вместо нее теперь придется самого спасать!

— Да что ж ты застыл?! Двигайся! — Мои перепуганные трепыхания и попытки затащить мужчину за поворот, в кусты, куда-нибудь, где его сразу не заметят, выглядели смешным нападением молочного котенка на сторожевого пса: много суеты и никакого толку. Да что ж такое-то!

— Госпожа, — лицо в маске наконец качнулось и приблизилось, когда мужчина наклонился, — успокойтесь. Я здесь не просто так, я…

У меня все внутри оборвалось. Зачем он пришел, зачем так рисковал? Неужели что-то случилось?

— Семья? Кто? Что?!

— Госпожа, все хорошо с вашей семьей. Я просто здесь работаю.

— Что значит «работаю»? — прошипела я, оглядываясь по сторонам. Каменные дорожки сада казались слишком открытыми и светлыми. Любая служанка, любой евнух — и ему конец.

— Меня перевели во внешнюю охрану Западного сектора, — спокойно сказал он. — Я не внутри павильонов.

Я уставилась на него.

— Ты… устроился в дворцовую охрану?

— Да, госпожа.

— Как?

Он чуть качнул головой.

— Через посредников. Вы же сами говорили, что мне стоит обзавестись полезными знакомствами.

Я прищурилась. Говорила — на рынке, в контексте защиты поместья. И никак не ожидала, что этот варвар окажется настолько инициативным!

— Ты понимаешь, что если выяснится, кто ты и откуда, то тебя казнят без разговоров?

— Понимаю.

— И все равно пошел?

— Да.

Я резко вздохнула и наконец отпустила его рукав.

— И зачем? — спросила уже холоднее.

— Ваша безопасность — моя забота, госпожа, — пожал плечами варвар. — Я не могу обеспечить ее, оставаясь вне стен Запретного города. Я поклялся. Вы сами потребовали эту клятву.

— Я требовала подчинения!

— Нет, госпожа, — серьезно покачал головой мужчина. — Вы хотели клятву, что я буду защищать вас и вашу семью ценой своей жизни. О бездумном послушании ни слова не было. И к лучшему, ведь тупое орудие не может по-настоящему спасти, только то, что имеет разум.

— Разум?! Это разум заставил тебя совать голову в петлю?!

— Госпожа, поверьте, мои связи вполне надежны. Я здесь на законных основаниях. И могу помочь. Например, сейчас. Что вы хотите, чтобы я для вас сделал?

Я проглотила множество слов, не ругательными из которых были только предлоги. Выдохнула.

Ничего не изменить, он уже здесь и уперся, как дурацкий мул в камень на дороге. Что ж… ладно, пусть помогает. Для начала, например, попробует перехватить похищенную дочь Циси, когда роды начнутся в одном из павильонов Запретного города.

— Хорошо, — процедила я наконец. — Раз уж ты проявил инициативу, проявляй ее с умом.

Он чуть наклонил голову.

— Слушаю.

— В павильоне министра ткачества у западной стены Запретного города скоро роды. Госпожа Циси должна родить в течение ближайших недель. Возможно, раньше.

Он кивнул, не перебивая.

— После родов ребенка попытаются подменить, — продолжила я, глядя ему прямо в глаза сквозь прорезь маски.

— Вы уверены?

— Да. Мне нужно знать, кто будет стоять на внешней охране в ночь родов. Кто дежурит у задних ворот и кто отвечает за вынос мусора и отработанных тряпок. Особенно ночью.

— Понял.

— Если появится закрытый сверток, который не должны видеть лишние глаза, ты его перехватишь.

Он не дрогнул.

— И что дальше?

— Дальше ты передашь его тем людям, которых я укажу. Никакой самодеятельности, никакого героизма. Если будет опасно…

Он чуть склонил голову.

— Если будет опасно, я выполню задачу быстрее.

Я стиснула зубы.

— Это приказ.

— Я вас услышал.

Вот именно — услышал, но не пообещал.

Я раздраженно выдохнула.

— И еще. Мне нужен список повитух, которые имеют доступ в дом министра. И имена тех, кто приносит отвары госпоже Циси. Особенно новые лица.

— Сделаю.

— Шэн, если тебя поймают, я не смогу тебя вытащить.

— Я не рассчитываю на это, госпожа. Не беспокойтесь.

— С тобой нельзя не беспокоиться. — Я не выдержала и ткнула его кулаком в грудь. — Ой…

— Осторожнее, госпожа, — хмыкнул каменный идол, о которого я только что едва не сломала руку. — Это все, что вы хотели бы мне поручить?

Почему мне показалось, будто его глаза как-то слишком внимательно впились в мое лицо? Впрочем… наверняка он опасается, что я пошлю его заняться чем-то более опасным, чем слежка за домом не самого влиятельного чиновника внутри запретных стен.

— Все. — Я пожала плечами. — И постарайся сделать все именно так, как я приказала. Когда я брала с тебя клятву, я подразумевала, что, если тебе велено идти на север, ты не побежишь на юг!

— Слушаюсь, госпожа, — низко поклонился варвар. — Я рад, что мне не придется шпионить за императором и его женами. Или носить им послания. Это слишком опасно.

— Что? — Я уже почти ушла, но теперь резко обернулась. — С какой стати ты ждал от меня таких поручений?

— Хм… простите, госпожа. — Шэн заметно смутился, опустил глаза и стал разглядывать пион на одной из клумб возле дорожки. — Я подумал… что вы захотите занять более высокое положение… с вашим умом…

— В другой раз не думай, — резко оборвала я. — А делай что сказано. И запомни раз и навсегда. Интриги императорских жен нас не касаются. Мы здесь ненадолго и уйдем, как только получится сделать это, не уронив достоинства семьи Ли. Понял?

— Понял, госпожа.

Слишком быстро и ровно, чтобы быть искренним.

— И еще, — добавила я, стараясь, чтобы голос звучал твердо. — Если услышишь хоть слово о том, что в доме министра появилась новая женщина — не служанка, не родственница, а именно женщина, докладываешь мне сразу.

В его взгляде мелькнуло что-то едва уловимое.

— Уже появилась, — спокойно сказал он.

Я замерла.

— Что?

— Три дня назад. Представлена как дальняя кузина из южных провинций. Поселена в боковом крыле. Слуг к ней не подпускают без особого распоряжения.

Холодок пробежал по спине. Похоже, в этот раз все идет даже быстрее, чем в прошлой жизни. Или же я тогда слишком поздно обратила внимание?

— Она молода? — спросила я тихо.

— Да.

— Красива?

Он чуть наклонил голову.

— Достаточно.

Значит, наложница уже введена в дом. Я медленно выдохнула.

— Хорошо, что ты здесь, — вырвалось у меня невольно.

Он никак не отреагировал на похвалу, продолжая смотреть на меня внимательно и неотрывно.

— Госпожа, — произнес он после паузы, — вы сказали, что мы уйдем отсюда, как только это станет возможно. Но чтобы уйти, нужно сначала пережить то, что внутри.

Я нахмурилась.

— Это философия?

— Нет. Наблюдение.

— Тогда наблюдай молча.

Он склонил голову.

— Да, госпожа.

Я развернулась, собираясь уйти, но остановилась.

— И еще.

Он замер.

— Ты слишком много думаешь о моих амбициях. Перестань.

— Как прикажете.

— Мне не нужен трон, — сказала я твердо. — И не нужна милость императора. Мне нужно, чтобы семья Ли осталась цела. И чтобы несколько людей остались живы.

Он чуть качнул головой.

— Тогда вам придется играть осторожнее, чем те, кто хочет власти.

Я резко посмотрела на него.

— Ты забываешься.

— Простите.

Шэн отступил на шаг, но я успела заметить: извинение было правильным по форме, но не по сути. Он слишком уверенный для раба и слишком спокойный для человека, рискующего головой.

— Возвращайся на пост, — сказала я наконец. — И больше не появляйся рядом со мной без крайней необходимости.

— Да, госпожа.

Он растворился за поворотом дорожки так тихо, что через мгновение казалось, что его и не было. Я осталась одна среди цветущих кустов. Мне не нужен трон. Я повторила это мысленно, как заклинание. Мне не нужен дворец. Не нужен наследник. Не нужен…

Я резко оборвала мысль. В прошлой жизни я влюбилась, как последняя дура, с первого взгляда. И когда настал опасный момент, выбрала неправильно. Именно из-за того, что я осталась верна своему мужу и императору, погибла моя семья.

Это был страшный выбор… который стоил мне слишком дорого. На этот раз все будет иначе. В этой жизни, мой повелитель, мы с вами не встретимся. Вам придется справляться самому.

Вот только в голове всплыла неожиданная мысль: если я не иду к власти, кто идет к ней сейчас?