Глава 10

Я покидаю салон общественного транспорта и оказываюсь под проливным дождём. Не прячусь под крышей остановки, как это делают другие, и приподнимаю голову к небу. Тёплые капли бьют по моему лицу и освежают тело. Наслаждаюсь ощущениями.

Прохожие бросают на меня косые взгляды и суетливо раскрывают свои зонты, пробегая мимо. Я грустно улыбаюсь. Раньше я вела себя так же, как и они. А сейчас мне хочется почувствовать стихию на себе, прожить это мгновение, слиться с природой и стать её частью.

Я начинаю двигаться в сторону дома. Мокрый, прилипший к телу сарафан стесняет движения, но не обращаю на это внимание. Шагаю, слушая мелодичные удары капель об асфальт, и вдыхаю свежий аромат. После долгих жарких дней дождь кажется мне Божьим благословением.

«Я тебя оберегаю», — в очередной раз всплывают в сознании слова Рустама. С тех пор, как он это произнёс, я повторяла их про себя бесконечное множество раз.

«Почему? Почему ты меня оберегаешь? Зачем возишься со мной? Ради чего?» — хотелось мне выкрикнуть ему, вытрясти из него правду, потребовать ответы…

Но эмоции душили меня, и я так и не смогла произнести ни звука. Бушевала внутри себя, как море, за которым мы наблюдали, сидя на берегу. Я закрылась. Ненавидела себя за желание ему верить. Так отчаянно мечтала, чтобы все его слова оказались правдой.

Впервые за долгое время, находясь рядом с Рустамом, я вспомнила другого мужчину. Того, кому доверилась настолько, что отдала не только своё сердце, но и тело. Он тоже говорил красивые слова, казался рыцарем на белом коне, а в итоге оказался негодяем и подлецом…

Мне давно не было больно из-за поступка бывшего возлюбленного, я перевернула эту страницу своей жизни. Но Рустам и алкоголь в моей крови напомнили, какой горькой любовь бывает на вкус.

В тот день мы вернулись домой в полной тишине. Я вновь закрылась в комнате и не выходила, пока не услышала, как утром Рустам уходит из дома.

Когда я остыла, а алкоголь, дурманящий сознание, улетучился, задумалась о своём поведении на ужине, и мне стало стыдно. Я не должна была вести себя подобным образом и давать волю эмоциям. Вполне естественно, что Рустам не хотел, чтобы его приятели узнали подробности моей биографии. У него безупречная репутация, статус и уважение в обществе, которое я могла запятнать собой.

Я надеялась, что моя выходка не создаст проблем. Переживала, что бывшая жена Рустама заявится и начнет задавать вопросы. Но было тихо. Никто не пришёл. Ничего страшного не случилось.

Дни шли. Каждое утро я спешила в дом престарелых. Общение с Амалией Ратмировной — единственное, что спасало меня от мыслей о Рустаме. Понимала, что начинаю испытывать к нему симпатию и влечение. Этот факт пугал меня настолько, что было страшно смотреть ему в глаза. Вдруг он догадается?

Покидая «Пристанище», я всегда молилась, чтобы его не оказалось дома. Быстро готовила ужин, убиралась и пряталась в своей комнате. Я решила, что мне необходимо срочно накопить денег и съехать от него. Найти другую работу и стать независимой. Решение жить с ним под одной крышей, быть всё время на виду — моя самая большая ошибка.

Поступки Рустама, его прямота и отношение ко мне подкупали. Я предчувствовала, что моё сердце в опасности. В смертельной опасности. Влюбиться в сына человека, чья смерть на твоей совести, сродни самоубийству.

Чтобы не терять контроль, я уверяла себя, что все происходящее — часть какой-то игры. Но с каждым днем делать это становилось все труднее…

Я подняла руку и коснулась кулона на своей шее. Вспомнила, как он появился у меня.

В прошлую субботу Рустам вернулся с огромными пакетами и коробками. Он положил их под ёлку и сообщил, что сегодня приедут Даниэлла и Арина. Я так обрадовалась, что сразу принялась готовить любимый лимонный пудинг девочки.

Я уже знала рецепт. Пробовала его печь несколько раз, чтобы как-то занять себя и отвлечься. Скажи мне кто раньше, что кулинария может быть увлекательной, а сам процесс успокаивает нервную систему, я бы рассмеялась. Впервые мне пришлось столкнуться с готовкой, когда мама слегла из-за болезни. Раньше кухня для меня была местом, где правила она.

Я угостила Амалию Ратмировну пудингом, который получился самым удачным. Женщина съела его с большим аппетитом и заверила меня, что он очень вкусный. Я надеялась, что смогу угодить и Даниэле, хоть это и было сложно, если учесть, каким хорошим поваром была Луиза.

Стоило Даниэле зайти в дом, как всё вокруг словно преобразилось. Увидев, какой сюрприз приготовил для неё Рустам, она с восторгом подбежала к ёлке. Запрыгала вокруг неё, а затем бросилась в объятия дяди и чмокнула его в нос много раз.

— Ты самый крутецкий дядя на свете! — произнесла она с обожанием, обнимая его за шею.

Разместившись на полу, они вдвоём распаковали ёлочные украшения и начали развешивать их. Через пару минут по всей гостиной были разбросаны разноцветные игрушки. В комнате звенел весёлый смех и щебетание девочки. Рустам посадил её к себе на плечи, а она вешала игрушки на верхушку, куда не дотягивалась рука взрослого. Эти двое создали волшебную атмосферу новогоднего праздника, хотя на улице стояла знойная жара. Они погрузили нас в настоящую сказку.

Я смотрела на Рустама, ловила каждый его взгляд на племянницу, каждое слово и прикосновение и не понимала, почему его бывшая жена была против детей. Как можно не хотеть родить ребёнка от любимого мужчины, тем более, когда ты видишь, каким чудесным отцом он может стать?

Они закончили наряжать ёлку, и Даниэла позвала нас присоединиться к ним. И только когда мы сели рядом с ней на пол, она начала открывать подарки. То, с каким восторгом девочка пищала, заглядывая в каждую коробку, говорило о том, насколько хорошо Рустам её знает.

— Дядя, а это что? — спросила она, доставая из пакета прямоугольный футляр.

— Это Дамле, — ответил он, бросив на меня беглый взгляд. — А тот красный пакет для Арины, — добавил хриплым суховатым баритоном.

— Ох, как здорово ты придумал, — залилась смехом Дани и, схватив подарки, кинулась вручать их нам. — Вот это мы везучие. У нас целых два раза будет праздник!

Мы с Ариной удивлённо переглянулись и, поблагодарив, приняли их. Это был очень неожиданный жест со стороны Рустама. Я не успела заглянуть в футляр, отвлеклась на восторженный крик Даниэлы.

— Дядя, это же Бианка, — рассматривая огромную коробку, закричала она. — Ты нашел её!

— Нашёл, принцесса. Дядя для тебя всё, что угодно найдет!

Посмотрев на Рустама, я поймала себя на мысли, что впервые сталкиваюсь с настолько мужественным проявлением нежности.

Как только с подарками было закончено, мы сели пить чай. Даниэла искренне обрадовалась, когда увидела, что я испекла лимонный пудинг.

— М-м-м, какой вкусный. Даже вкуснее, чем у Лулу! — хитро протянула она.

Во время чаепития она долго и эмоционально рассказывала, что Бианка — персонаж из её любимого мультфильма и продаётся в другой стране.

— Дядя, это что же получается, ты специально полетел, чтобы купить для меня Бианку? — вдруг задумавшись, задала она вопрос.

— Я попросил, чтобы её доставили сюда, — ответил Рустам сдержанно. Он не пил чай и не притронулся к пудингу. — Принцесса, мне снова нужно уехать на некоторое время, — сказал он, поглаживая волосы Даниэлы. — Как только я вернусь, мы с тобой сходим, куда пожелаешь. Договорились?

Узнав про его предстоящий отъезд, я насторожилась. Недавно, развешивая белье, я услышала, как он разговаривал с кем-то по телефону на террасе. Он спрашивал у собеседника, обязательно ли ему приезжать. В его голосе слышались раздражение и злость.

— Я не готов к такому. Это рискованно, — нервно говорил он в трубку.

После замолчал, слушая ответ с того конца провода, и в конце добавил:

— Да, я предпочитаю этот чертов исход!Это лучше, чем… — он не договорил, заметив меня.

Сообщил собеседнику, что свяжется с ним позже и быстро отключился.

Тогда мне показалось, что у него проблемы, связанные с бизнесом. Я должна была радоваться, что Рустам уедет, но почувствовала досаду и беспокойство от того, что его не будет в городе какое-то время.

— Договорились, — театрально вздохнув и не скрывая грусти, произнесла девочка, отвлекая меня от мыслей.

Я была покорена ею. Такая маленькая, но столько положительных эмоций она дарила своим детским лепетом о незначительных вещах.

— Дядя Рус, только ёлка пусть ещё постоит, не убирайте её. Может, когда ты вернешься, под ней ещё появятся подарочки! — Дани многозначительно стрельнула в Рустама глазками, заставив нас рассмеяться.

Как и в прошлый раз, Рустам сам отвёз их домой. Я осталась одна и принялась за уборку. Когда закончила — прошла в гостиную и, наконец, решилась взглянуть на содержимое футляра. Я была взволнована и даже не могла предположить, что было внутри.

Открыв его, я обомлела от того, насколько утонченным и красивым оказался подарок. Это была цепочка из белого золота с кулоном из бриллианта в виде капли.

Когда Рустам вернулся, я всё ещё сидела на диване и рассматривала украшение. Хотела примерить, но была убеждена, что недостойна его.

— Я не могу это принять, — сказала я, как только он подошёл ко мне.

Встала на ноги и протянула ему футляр.

— Очень красивый, — добавила я. — Правда. Но я догадываюсь, сколько это стоит. И считаю неуместным дарить мне подобное.

Рустам посмотрел на меня острым, режущим, словно лезвие, взглядом. Пару часов назад с Даниэлой он был весел и казался беззаботным. Но сейчас я чувствовала, что внутри него мрак. Он молча взял из моих рук футляр и открыл его. Достал цепочку и, обойдя меня, встал за спину.

Моё сердце сжалось, будто в него всадили острый клинок кинжала. Мне стоило отойти, отпрянуть, но я стояла так, словно из меня вытекала жизнь. Обездвиженная и безвольная, я наблюдала за происходящим будто со стороны.

Рустам убрал мои волосы на плечо и, приложив цепочку к моей шее, ловко застегнул её.

— Пусть напоминает обо мне, — сказал он бархатным баритоном, наклонившись к моему уху.

Замер на пару секунд, затем прикоснулся губами к вене на моей шее. Казалось, он словно вслушивался, как бежит по ней кровь. Это не было поцелуем. Скорее мимолетным прикосновением.

Я была настолько взволнована, что у меня чуть не случился разрыв артерии.

— Помни. Всё, что происходит ночью, в ней и остается, — произнёс он у моего уха.

Затем развернулся и ушёл, бросив напоследок:

— Спокойной ночи.

Естественно, эта ночь не была для меня спокойной. Впрочем, как и предыдущие, и последующие.

Я была в таком смятении, что моё чертово сердце грохотало как гром до самого утра. Я понимала, что ничего подобного раньше не испытывала. Даже влюбившись впервые, я не была настолько потрясена и выбита из колеи, как сейчас. Я подозревала, что он пытается соблазнить меня. Эти прикосновения, его слова о том, что он меня оберегает, что хотел поцеловать. А теперь и украшение.

Все признаки указывали на это. Я проходила эти стадии. Понимала, чего он добивается. Но, несмотря на всё осознание происходящего, не могла не поддаться искушению. Очевидно, чем старше мужчины, тем искуснее становится их мастерство в обольщении.