Глава 9

Если человек страдал, значит ему это было нужно. Во всяком случае, мне это было необходимо – страдать, лажать и снова страдать, потому что знатно так налажал.

Поцелуй с Аней – это апофеоз моей глупости, как личности взрослой, самостоятельной и, вроде бы, готовой к жизни. Хотя какой жизни, Господи? Мне тридцать, а я не сумел удержать собственный брак, из-за меня погибла дочь, а моя жена ушла к лучшему другу. Неудачник Рома – дважды два равно четыре в кубе.

Именно поэтому разглядывая обстановку пафосного модного ресторана, имеющего кучу звезд и рейтингов, я старался прикинуть, как теперь себя вести. К примеру, сделать вид, что ничего не было. Или заявить Ане, чтобы не питала никаких надежд. Можно еще было бы сказать, мол, сорвался, прости. Бес в ребро, кризис среднего возраста заиграл по бубенцам.

Представил, как она мне нос ломает за одну только попытку ляпнуть нечто подобное, и приуныл. Она будет права. Я сбежал трусливо, подхватив папку, спешно попрощавшись и не дав вставить ни слова. Не взял трубку, не ответил на кучу смс и теперь прятался от нее в одном из модных районов Москвы, дожидаясь Елену. Я ведь ей все-таки позвонил, вопреки своим убеждениям в самом начале. Подобраться, придумать план, разработать стратегию или, может, убедится в правильности сделанных выводов.

Однако, когда до разума дошла вся суть бредовости моей спешки – Воронцова уже входила в двери. Все в той же шубе, с очками на пол лица, вежливо улыбнувшись администратору на входе. Он чуть поклонился. Помог снять шубу, кивая на столик. Где я уже дожидался ее, сидя прямо лицом ко входу, окруженный бессмысленной роскошью и обилием деталей, давящих на сознание. В расписных интерьерах с обилием лепнины, рисунков и смеси стилей, выдающих жажду дизайнеров создать место, как можно более пафосное – совершенно неуютно. Не только мне, судя по беглому взгляду Елены – ей тоже не все нравилось.

- Роман, – она выглядела гораздо лучше, чем в нашу первую встречу. Светлый брючный костюм подчеркивал хрупкость фигуры. Такая женщина могла и умела носить не только дизайнерские вещи, но также золотые украшения, никогда не перебарщивая с их количеством.

- Елена, очень приятно видеть вас в добром здравии, - отвечаю, касаясь губами прохладной, холеной нежной кожи ее руки.

Одного моего беглого взгляда достаточно: Лена была женщиной, знающей себе цену. На ногтях маникюр, волосы идеально уложены в салоне и улыбка светит ровным рядом белых зубов так, что хочется отправить ее на кастинг рекламы зубной пасты.

На ее лице, наверняка, нанесен профессионально макияж, и лишь одно выбивается из картины – затаенная настороженность во взгляде. Такая, скрытая, будто она сама не знает, чего от меня можно ждать. Едва рассаживаемся по местам, покончив с приветствиями и любезностями. Пытаюсь проследить за сменой эмоций на красивом лице, однако меня постигает разочарование – Елена абсолютно закрыта для считывания по первому взгляду. Прямая осанка да напряженные плечи выдают в ней нервозность, а еще она изредка постукивает пальцами гладкой поверхности стола. Покрытого темной скатертью.

- Едва не забыл про него, но нашел вашу визитку и решил, что стоит вернуть пропажу, - едва перед ее глазами оказывается обручальное кольцо, в миг проносятся тысячи эмоций. Смеются друг друга страх, разочарование, печаль, боль и какой-то легкий ужас. Я не понимаю, разве обручальные кольца, пуст даже при неудачном браке, должны вызывать такие чувства у человека? Это всего лишь драгоценная безделушка.

- Спасибо, - она неловко улыбается, сгребая колечко. Всего на секунду, кажется. Что она вот-вот бросит его в небольшую сумочку, висящую рядом на спинке стула. Но в последний момент надевает на палец и снова улыбается.

Натянуто и совершенно искусственно. Ладно, Лена, что ты скрываешь? Нравится играть в игры. Давай попробуем сделать первую ставку.

- Раз уж мы здесь, почему бы не попробовать что-то из меню? – улыбаюсь, как можно обаятельнее. Лена бегло оглядывает почти пустое помещение – середина дня, конские цены и обилие бархата с позолотой отлично отпугивают посетителей. С сомнением косится на меню, затем поднимает взор карих глаз, встречаясь с моим.

- Знаете, Роман, - кладет руки поверх кожаной обложки с золотым теснением, подбирая слова для отказа. - Я вам очень благодарна за находку, однако вынуждена извиниться и уйти. У меня еще есть дела личного характера, - подскакивает со стула раньше, чем успеваю даже встать и помочь.

Ха, вот тебе и пробный раунд. Бой проигран, не начавшись.

- Лена, подождите! – спешно зову. Заставляя прикусить полноватую нижнюю губу. Сегодня помада не такая вызывающая, как в прошлый раз. Мечется взглядом от меня до выхода, заставляя меня вздохнуть разочарованно.

Очнись, Сташенко, куда дел свое наработанное обаяние?

«Спустил в унитаз, целуясь с малолетками, дундук», - ехидно отозвался противный внутренний голос.

Совесть, пошла вон, тебя никто не спрашивал.

- Знаете, вы мне сразу понравились, - хлопает длинными ресницами, приоткрыв рот. А мне себя стукнуть хочется за идиотский метод подката. Так уже даже малолетки в ВКонтакте не делают, не то что взрослые парни. – Не в смысле, ну… я хотел… правильно извиниться…  за аварию… вот… - запинаюсь, давая ей возможность додумать собой.

Воронцова хлопает глазами, после чего улыбается вдруг уже мягче и дружелюбнее, оттаивая на глазах.

- О, вы чувствуете себя виноватым? Ничего страшного, я же говорила, все в порядке. Тем более все произошло из-за моей невнимательности.

Бинго. Раунд номер два остается за мной. Женщины такие жалостливые.

Улыбаюсь шире, мы рассаживаемся вновь. Теперь все гораздо легче. Ненавязчивые вопросы ни о чем, изредка касающиеся чего-то личного. Лена рассказывает мне немного о своей работе, об увлечении садом и книгами. Все то, что я успел прочесть в папке на нее и услышать от супруга. Ничего особенного: скучная жизнь эдакой степфордской супруги, посвящающей себя еще и семейному бизнесу. Будь я в розовых очках и чуть более романтичен, как раньше, поверил бы в кристальную честность этой женщины.

Вот только у меня давно нет ни того, ни другого. Бегающий взгляд, заинтересованные взоры с каждым произнесенным мною словом оценивают мою личность. Лене нравится, что я разделяю ее интересы к искусству, к музыке. Могу обсудить Сальвадора Дали, а также творчество сестер Бронте или Диккенса. Судя по всему, драгоценный супруг от всего этого далек.

- Леонид не любит оперу, да и в целом считает творческих личностей просто клоунами, - пожимает она плечами, подтверждая мои подозрения.

Это ошибка большинства – не считаться с вкусами твоего партнера. Люди либо пытаются обесценить то, что не считают значимым и ранят близким, либо вовсе игнорируют, заставляя вторую половинку искать что-то общее в стороне. Совсем не обязательно любить, но можно попытаться найти баланс. На первых порах брака у нас с Лерой это получалось, хотя может дело было в том, что мы были очень похожи. Нам нравились одни и те же фильмы, одна музыка, одни кафе. В то время как Илья любил экстрим, мы с Лерой предпочитали спокойный отдых где-нибудь в глуши.

До поры, до времени все ведь было хорошо.

- Я понимаю, о чем ты, - киваю, вдруг решаясь впервые за все время своей работы упомянуть свой брак. – Мы с бывшей женой были в этом плане схожи.

- Бывшей? – вскинула она брови, а я сглатываю, снова чувствуя эту неприятную горечь на языке и слышу собственные брошенные слова вслед Лере.

- Развелись, - улыбаюсь, скрывая эмоции, едва перед нами ставят первое блюдо – грибной суп-пюре в маленькой тарелочке с позолоченной ложкой.

- Почему?

Еда избавляет от необходимости отвечать и дает обдумать правильный ответ на вопрос. Тот, который может расположить. Элементарная манипуляция – от себя самого становится противно. Создаю тут ауру трагичности в попытке завоевать женщину, которой мне предстоит сделать больно. Впрочем, моя работа никогда не была совершенной. Я это знал и шел на нее сознательно, открывая свой бизнес.

- Просто поняли, что нам тяжело. Устали от этих отношений, - осторожно подбираю каждое слово. Суп пресный, на вкус просто кошмар. Если тут едва должна показаться райской амброзией чисто за антураж и цены, то стоит разочаровать хозяина. Ресторан «Моцарт» просто ужасен.

- Тебе тоже не нравится? – вдруг шепчет она, подмигивая так озорно и откладывая ложку. Вытираю пальцы салфеткой, смотря на почти полное блюдо и вздыхаю. Где-то там наши десерты: малиновое парфе для меня и что-то там очень заумное с мороженным для Лены.

- Мы же не будем сбегать? – вскидываю брови, вдруг прочитав ее идею во взгляде. Елена расслабилась, почувствовала себя очень комфортно. Вздыхаю, растягиваю губы в ответной улыбке и бросаю взгляд туда, куда скрылся официант за барной стойкой, где скучающий бармен протирает бокалы по второму кругу.

- Нужно что-то более вкусное и менее гламурное, - она окидывает взглядом зал, скривившись от тяжелого бархата штор, закрывающих панораму окон. – Идеи?

- Фаст-фуд? – хмыкаю, доставая кошелек, кивая идущему официанту. Его темные брови даже не приподнимаются в удивлении, он просто смиренно и обреченно шагает к нашему столику с подносом, с грустью осознавая очередной провал.

- Заверните нам, пожалуйста, десерты с собой, - мягко просит Лена, чуть касаясь рукава светлой рубашки парня и тот мигом сияет. – И принесите счет.

- Сию минуту, - кивает, бросаясь вновь к бару.

- Я плачу, - показываю портмоне, вызвав у нее тихий смех в ответ.

- Тогда не настаиваю.

В какую-то секунду я поверил, что наша встреча настоящая. Мы вышли на улицу, ощущая на щеках легкий мороз и смеялись, вспоминая ужасный суп, памятуя о поговорке: «Дорого не значит качественно». Слишком быстро заканчивающийся день подходил к концу и, к своему стыду, я ни разу не вспомнил про Аню за эти пару часов, что провел в компании Елены. На самом деле, с небольшой погрешностью, у нас оказалось довольно много общего: картошка фри вместо супов-пюре, вредные бургеры в «KFC» через дорогу и сладости на холоде.

Вокруг яркие огни вечернего мегаполиса, сотни машин и усталые лица прохожих. Я даже не сразу понял, как Лена остановилась, улыбнувшись мне, едва к обочине подъехал тонированный автомобиль. От своей собственной машины я уже достаточно далеко, начисто забыв и про нее, стоило выйти прогуляться с Воронцовой, о чем вспомнил лишь сейчас. Ладонь в перчатке легла поверх открывшейся двери, и она выдохнула:

- Было приятно познакомиться, Ром.

- И мне, - кивнул, едва успев кончиками пальцев коснуться ее щеки, улавливая аромат фруктовых духов, стоило ей скрыться в салоне.

На секунду мне показалось, что она совсем не хочет уходить. Желает остаться, боится возвращаться в реальность, где у нее есть муж и семейный бизнес, который сейчас стоит под угрозой. А я словно пытался вместе с ней забыться и затеряться в таких простых радостях, как обычная прогулка с разговорами без натужного изображения из себя кого-то конкретного.

Магия прошла, едва хлопнула дверь. Осознание обрушилось тяжелым грузом на плечи, сдавливая виски и гроза раздавить череп под мыслительным прессом. Развернулся в сторону парковки ресторана, потерев переносицу и устало вздохнув, поднял глаза к нему, вытаскивая пачку сигарет.

- Да уж, - мрачно изрек сам себе, пытаясь разглядеть хоть одну загорающуюся звезду на небе. – Сходил на «дело».

Едва выдохнул дым, как несколько раз пискнул айфон в кармане, заставляя потянуться туда рукой. Ира настойчиво просила приехать, завлекала манящими фразами и вкусным ужином. Господин Воронцов интересовался состоянием дел, Аня просила перезвонить шесть раз – прямо не нарасхват сегодня. Вот только едва придумал, что ответить Ирине, как услышал голос, от которого внутри все замерло.

- Рома?

Ну да. Окончание хорошего вечера без встречи с одной из своих бывших «жертв» - это же что-то из ряда вон.

Втянул носом воздух, резко оборачиваясь к стоящей в паре шагов симпатичной курносой блондинке, смотрящей на меня с неверием.

- Привет Оля, - отозвался, сжимая айфон. – Так разойдемся, или снова разобьешь мне лобовое? – уточнил на всякий случай, мигом превратив удивленную девушку в разъярённую тигрицу, наступив сразу на все мозоли и уязвленную гордость.

- Хорошо, что напомнил, - мрачно изрекла Ольга, а симпатичное личико искривляет жуткая гримаса, - как раз думала о том, чем тебе лучше проломить голову.

И кто сегодня Мистер Удача?