Глава 20

Дополнительное занятие Мэйсон не отменял, поэтому после обеда я направилась в ректорат. Дверь в его кабинет была приоткрыта, и я услышала, как он с кем-то разговаривает. Ему вторил другой едва различимый голос.

– Боюсь, мне понадобится подкрепление, – говорил Мэйсон. –  Хотя бы человек двадцать поставить по периметру.  Может, это поможет предотвратить ускользание дарков в город… Да, я уверен, что пока проход и проводник есть только в Академии… Хорошо, полковник, буду ждать… Селина?

Я вздрогнула от собственного имени.

– Проходи, чего ты там стоишь? – позвал Мэйсон.

– Не хотела мешать, – я переступила порог.

– Я уже поговорил, – его рука лежала на кристалле для связи. – Теперь свободен. Сегодня тренировочный зал занят, поэтому придется заниматься здесь. Попробуем упражнение на быстрое переключение из состояния покоя на полную магическую концентрацию. Это позволит почти мгновенно использовать магию в экстремальной ситуации.

Он поднялся, подошел сзади и взял меня за плечи, осторожно, едва касаясь, но я четко ощущала тепло его ладоней сквозь ткань платья.

– Закрой глаза, – попросил Мэйсон тихим завораживающим голосом, – почувствуй магию, как ты уже делала не раз. Затем удержи это ощущение. Открой глаза. Отпусти… Теперь снова попробуй найти его, уже не закрывая глаз, чем быстрее, тем лучше. И так несколько раз. Потом усложняй. После того, как сможем спокойно ловить это состояние, выпускай магию по телу. Быстрее, потом еще быстрее… До тех пор, пока от первой ступени до второй не останется и секунды. Мгновение – и магия твоя уже наготове. Всегда. В любой ситуации. Давай!

Он так резко это скомандовал, что я вздрогнула и растерялась, замешкалась.

– И это еще не самая внезапная ситуация, – Мэйсон убрал руки. – Ты знаешь меня, не чувствуешь опасности… И все равно теряешься. Именно для этого нужно умение полнейшей концентрации. Чтобы за секунду выйти из состояния стресса в состояние действия. Пробуй.

Это занятие было как никогда утомительным, а Мэйсон – чересчур требовательным. Выходила я от него, вся выжатая до дна. Хотелось только одного: лечь и заснуть. Что я и сделала сразу после ужина, даже к лекциям назавтра не готовилась.

Кэрол решили оставить в лазарете под присмотром до конца выходных, чем она была несказанно рада: Лакрэйн пока тоже пребывал там.

– Как он себя чувствует? – спросила я подругу, когда нас следующий день забежала ее навестить. – Знает, что остался без магии?

– Фил переживает, – печально призналась Кэрол. – Старается не показывать этого, отшучиваться, но видно, что он в отчаянии. А еще боится, что придется покинуть академию. Я тоже этого боюсь. Мне так не хочется его терять, мы ведь только-только сблизились, – она шмыгнула носом.

– Но пока его еще никто не выгоняет, поэтому не стоит переживать заранее, – попыталась успокоить ее я. – Лучше заботься о себе.

– Да, наверное, ты права, – подруга вздохнула. – Селина, можно тебя кое о чем попросить?

– Конечно, – охотно ответила я.

– Не могла бы ты сходить в лавку к госпоже Тайлин и занести ей мой заказ, я как раз в начале той недели заберу его.

– Хорошо, схожу даже сегодня, – легко согласилась я. – Мне как раз тоже не помешает кое-что у нее заказать.

Госпожа Тайлин владела маленькой галантерейной лавкой. У нее можно было найти сотню симпатичных вещиц из кожи и ткани, а если чего не было в наличии, то она принимала заказы, и ей доставляли их в считаные дни. Особенно мне нравились у нее ремешки и перчатки. Конечно, Виола сказала бы, что это не тот уровень, они слишком простенькие для графини, но я не собиралась отказывать себе в этом маленьком удовольствии.

Вспомнив о Виоле, я вспомнила и о том, что совсем скоро они с братом возвращаются домой. Мэйсон вчера рассказывал, что связывался с Дэном, и тот подтвердил, что у них билеты до Лестервильда уже на руках. Похоже, скоро моя свобода подойдет к концу. Особенно я страшилась сезона балов, который начнется в первый зимний месяц. Одна мысль о светских мероприятиях вызвала отторжение.

– Чего желаете? – обратилась ко мне госпожа Тайлин, когда подошла моя очередь.

– Вот заказ моей подруги Кэрол Хоуп, – я передала ей список подруги. – А мне несколько кружевных лент в волосы и вон те голубые перчатки.

Перчатки были очень милые и сидели как влитые. Я шла по дороге назад и все время ими любовалась. Пока мой взгляд не зацепился за знакомый силуэт. Тод. Снова. Я хотела развернуться и побежать в другую сторону, но поздно: он уже меня заметил и направился ко мне.

– Что тебе опять от меня надо? – я уже не стала разводить любезности, сразу встретила его в штыки.

– Ой, чего так грубо, Селина? – Тод ухмыльнулся. – Я просто поздороваться. Вот, завтра уезжаю…

– Наконец-то, – отозвалась я. – Здесь тебе не место.

– Что? По-твоему, я слишком прост для столицы? – глаза Тода сузились. – Не достоин находиться здесь?

– Это твои слова, а не мои, – я сглотнула. Он стоял слишком близко, перекатываясь с пятки на носок, а во взгляде читалась злость. – Я не то имела в виду.

– Я все правильно понял, – процедил Тод. – А ты, графиня? На своем месте здесь? Как твой братец, жениха богатого тебе подыскал? А он в курсе, что его сестрица порченная? Что она потаскуха, а не графиня?

– Да как ты… – я вся задрожала от возмущения и страха.

– Что? – он нагло смотрел прямо в глаза, наслаждаясь моим унижением. – Это ведь правда. Кому ты такая нужна? Кто на тебе женится? Если только братец хорошо приплатит жениху, чтобы скрыть твой позор. Если сам не отвернется.

Я с размаху влепила ему пощечину, а он перехватил мое запястье и прошипел прямо в лицо:

– Потаскухи никому не нужны, запомни это.

Я была настолько ошеломлена этим заявлением, что не смогла ничего ответить. Тод отпустил меня и, зло ухмыляясь, зашагал прочь. Я же не могла сдвинуться с места, ощущая себя раздавленной и опустошенной. Говорят, слово может убить. И сейчас, похоже, со мной происходило подобное. Я вдруг поняла, что этот негодяй Тод прав. Все мои давнишние мечты о счастливой семье и детях были разбиты им же самим. Унизив и растоптав меня, он лишил меня моего будущего. От осознания этого в глазах потемнело, закружилась голова. Я прислонилась плечом к какой-то стене, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами и слабостью.

– Милая, все в порядке? – около меня откуда-то появилась полная краснощекая женщина в платье с глубоким декольте.

Я неопределенно мотнула головой.

– Тебя тот парень расстроил? – женщина не унималась. – Я видела, как вы ругались. Идем, тебе надо присесть, – и она, заботливо обняв за плечи, повела меня за собой.

Я не сразу поняла, что мы оказались в баре. А когда увидела перед собой мужчин, выпивающих за столиками, дернулась было назад, но женщина меня удержала:

– Не бойся, я тебя в обиду не дам. Это мое заведение. Здесь тебя никто не тронет. Кстати, меня Фелиса зовут.

Она усадила меня около барной стойки, затем поставила передо мной стакан, налила в него что-то золотисто коричневое.

– Выпей, тебе сейчас надо прийти в себя, отпустить всю эту нервную дрянь. Давай, давай, это не очень крепкое, но тебе хватит, полегчает быстро.

Я посмотрела на стакан. И что я теряю? Взяла его и осушила залпом. Горло обожгло горечью, и я закашляла.

– Тихо, тихо, – засмеялась Фелиса. – Сейчас пройдет. Запей вот пуншем яблочным.

Я сделала несколько глотков, прогоняя пожар в горле. А через насколько минут ощутила тепло во всем теле. Мышцы расслабились, и в груди перестало давить.

– Ну что, полегчало? Еще дать? – спросила хозяйка бара.

Следующую порцию я пила, уже не так морщась.

Я потеряла счет времени. Фелиса постоянно болтала, у стойки время от времени появлялись клиенты заказать очередную выпивку. Некоторые пытались заговорить со мной, но Фелиса их прогоняла, требуя не доставать ее гостью.

– Селина! – знакомый голос гулко раздался прямо над ухом, а вскоре перед глазами появилось расплывчатое лицо Мэйсон. – Что ты здесь делаешь? В каком ты состоянии? Ты пьешь? Сумасшедшая…

Он забрал у меня стакан, а я возмутилась:

– Отстань, мне можно. Потому что я потас…

– Нельзя, – не дав закончить мне, твердо сказал Мэйсон. – Мы уходим. Можешь идти?

– Могу, – я поднялась и тут же споткнулась, хихикнув.

– О, боги… – вздохнул Мэйсон, подхватывая меня под мышки. – Что ж так опьянела? Много она выпила? – бросил он Фелисе.

– Да бокала три бетиса, – ответила та.

– Ясно.

Он поднял меня на руки и вынес на улицу. Там было уже темно и очень свежо. Я поежилась.

– Давай, проветривай голову, – сказал Мэйсон. – Не тошнит?

– Нет, – отозвалась я мрачно.

Дальше мы ехали в коляске, и ветер обдувал мой лицо. Хмель тоже уходил, но я не хотела этого и пыталась удержать ощущение расслабленности и безразличия как можно дольше.

– О, мы идем к тебе, – заметила я, когда мы завернули к боковому входу общежития.

– Оставлять тебя сейчас одну себе дороже, – услышала ответ.

В своих апартаментах Мэйсон поставил меня на ноги и вперил в меня свой серьезный взгляд:

– Ну и что случилось?

Я тоже посмотрела на него затуманенными глазами, вздохнула и поинтересовалась:

– Ты хочешь меня?

***

Мэйсон Лофт

Этот вопрос поверг Мэйсона в ступор. Сейчас все его мысли были, как привести эту девчонку в чувства, а она тут такое спрашивает. Что же случилось такого, что ее заставило говорить подобное? Еще и на «ты» решилась перейти…

Во время ужина Мэйсон обнаружил, что Селины нет. Ни в комнате, ни в библиотеке ее тоже не оказалось. Конечно же, он снова наведался к ее подруге Кэрол, и та сказала, куда девушка отправилась. Вот только это было после обеда, и она уже давно была вернуться. Кэрол сама заволновалась, узнав, что Селины до сих пор нет. И в этот раз не было видно, что адептка Хоуп что-то скрывает.

Мэйсону ничего не оставалось, как отправиться на поиски Селины. В лавке, куда она, собственно, и ходила, сказали, что девушка уже несколько часов как ушла от них. Тогда Мэйсон стал обследовать каждый закоулок, каждое заведение на пути от лавки до Академии, интересовался у людей, не видели ли они похожую девушку. Отыскалась беглянка в баре, пьяная. Мэйсон так рад был видеть ее живой и невредимой, что даже не разозлился. Очень хотелось поругаться с хозяйкой заведения, что та позволила девчонке столько выпить, но в тот момент было важнее поскорее увести Селину из злачного места сначала на воздух, а потом как-то провести в академию, чтобы никто не увидел.

– Ты же хочешь заняться со мной любовью? – повторила Селина не очень четко и потянулась к пуговицам на своей блузке.

Она что, раздеваться собирается?

– Селина, что ты делаешь? – Мэйсон прочистил горло. – Что за вопросы?

– Но ты ведь этого хочешь? Или нет? Ты же целовал меня… И тебе ведь все равно, с кем это делать, – говорила она, продолжая расстегивать блузку. – Ну, давай, пользуйся моментом…

– Прекрати, – Мэйсон перехватил ее руку. – Что ты вытворяешь? Ведешь себя…

– Как потаскуха, да? – хохотнула Селина. – А я и есть потаскуха.

– Что ты сделала, Селина? – в груди Мэйсона похолодело от догадки.

– Я? Ничего, – ее губы искривились, то ли в усмешке, то ли в отвращении. – А что тебе тоже нужны только невинные девицы?

– Селина, – Мэйсон взял ее за плечи, – посмотри на меня. Что случилось? Тебя кто-то… обидел?

В глазах девушки блеснули слезы, но она сцепила зубы и отрицательно мотнула головой.

– Это тот парень? Что он с тобой сделал? – Мэйсон не собирался сдаваться. Внутри уже все клокотало от дурного предчувствия.

– Какая тебе разница? – тихо отозвалась она.

– Мне есть разница, – и он легонько встряхнул ее. – Говори. Что он с тобой сделал? Надругался над тобой?

Ее молчание и взгляд, полный боли, были ответом. Мэйсон отпустит Селину и протяжно вздохнул. Она же сразу сжалась и будто стала ниже ростом, обхватила сама себя за плечи.

– Он это сделал сегодня? – голос Мэйсона против воли заледенел.

Селина снова отрицательно мотнула головой.

– Он… Он был моим женихом, – произнесла она потом едва слышно. – Ему не понравилось, что я оказалась графиней…

– Не понравилась что? – переспросил Мэйсон возмущенно.

– Он ненавидит таких… как я теперь, – прошептала Селина.

– И поэтому он сделать это с тобой? – Мэйсон был в ужасе. – Ты кому-нибудь рассказывала об этом?

– Нет! – ее голос взлетел и сорвался. – Это позор! Кому я могу рассказать такое? Ведь я и тебе сейчас отвратительна, правда? Еще вчера ты готов был меня целовать, а теперь…

– Это неправда, – твердо произнес он. – Я готов тебя и сейчас целовать, но ты к этому не готова. И теперь я понимаю почему.

– Только не надо меня жалеть, – Селина вздернула подбородок и посмотрела на него с вызовом. – Мне это не нужно!

– Хочешь, чтобы я тебя сейчас поцеловал? Ты уверена?

Она продолжала смотреть на него, не отводя взгляда. Тогда Мэйсон сделал к ней шаг. Наклонился, почти касаясь губами ее губ. Селина ждала, не шевелилась. Соблазн впиться в ее губы поцелуем, провалиться в него с головой, было слишком велик, но разум оказался сильнее. Он позволил себе лишь коснуться ее губ легким, почти невинным поцелуем, и выпрямился.

– Я сделаю тебе чая, – сказал он, отходя к столику, где на огненных кристаллах стоял всегда горячий чайник.

Мэйсон украдкой добавил в него пару капель отрезвляющей настойки. И похмельем завтра мучится не будет, если только чуть-чуть, с непривычки.

Селина взяла чашку и села в кресло. Вид у нее был отрешенный, потерянный.

– Он еще в городе, этот твой жених? – поинтересовался Мэйсон. – Ты же с ним сегодня виделась?

– Не знаю, в городе ли еще, – хрипло ответила она, не отрицая факт встречи. – Сказал, что собирается уезжать. А что?

– Да так… – задумчиво протянул Мэйсон.

– Не надо ничего делать, – попросила Селина, – не надо искать его. Мне хочется одного: забыть его. И больше никогда не встречать. Надеюсь, что так и будет.

Она надеялась, а Мэйсон был уверен: этот мерзавец еще проявит себя. Поэтому не собирался пускать все на самотек. Осталось узнать его имя.