Глава 7. Здесь я решаю!

Первым делом решил испытать кастет, надев на правую руку, направил его на стоящий вдалеке манекен и начал медленно вливать магию, вначале поочерёдно, а затем сразу четырёх основных стихий. Влил небольшую часть, едва ли пять процентов от своих внутренних источников и примерно столько же от накопителей — кристаллов, которые я теперь всегда ношу с собой на запястье. Буквально через долю секунды с кастета ударил поток мощного огненно-воздушного шторма вперемешку с камнями и льдинами. Длилось всё это около трёх секунд и разнесло крайний манекен в мелкую пыль. Заклинание вышло очень мощным, похоже, я переборщил с вливанием энергий в него, да и использовал я явно не правильно.

Подумав немного, я пришёл к выводу, что маги османов использовали одну основную энергию и три как дополнение. Можно, конечно, и так лупить по врагам, но показывать слишком мощную технику я не хотел, пусть лучше мой потенциал останется для противника не раскрытым полностью. Выбрав в качестве атакующего плетения огонь, я залил его так же пять процентов, а вот остальных стихий добавил буквально по одному проценту.

Мощный фаербол сорвался с конца моего кулака, в котором был зажат кастет и очень быстро улетел в цель. Скорость его была намного быстрее обычного, а эффект был точно такой же.

Значит, используя в общем вместо двадцати процентов всех энергий только восемь, я добился такого же эффекта, да и заклинание работало быстрее, что давало меньше шансов для противника увернуться.

Следом начал экспериментировать с разной последовательностью заполнения кастета магическими энергиями и менять их количество. В итоге сумел ещё больше сократить напитку основной энергией до трёх процентов, а другими до половины процента. Эффект сохранялся прежний, а вот мощность взрыва не менялась. За это время я перебил все манекены, размолотив их в мелкий песок.

Следом занялся кольцами, их рисунок кардинально отличался от браслета и кастета, а значит, они имеют разное назначение, при этом на каждом из колец указана одна из основных стихий. В каждое кольцо был вмонтирован камень, наподобие горного хрусталя, не имеющего магического применения. Пытаясь подать энергию, указанную на кольце, оно вспыхивало на мгновение в магическом зрение, а потом тут же гасло. Взяв кольцо с изображением воды и надев на палец, я сделал множество попыток, вливая разные порции энергии, а при попытке влить несколько — кольцо просто не отзывалось. Психанув, я влил треть всего источника и получил странный отклик. Часть энергии, которую не поглотило кольцо, отправилось обратно в мой источник, при этом само кольцо на секунду загорелось стихийным цветом, голубого оттенка. Тут меня осенило, что кольца, возможно использовались не для передачи энергии и заклинаний, а наоборот, помогали собирать магическую энергию извне.

Сев на песчаный пол арены, я сосредоточился и, найдя очень слабый ручеёк энергии воды неподалёку от себя, потянулся к нему, как я делал раньше, создав водяной жгут энергии, видимый только в магическом зрении. Как только подключился им к струящейся жиле магии воды, то потянул её на себя, так же пропуская энергию через кольцо, и, к моему удивлению, то вспыхнуло пять ярко голубым светом и стало втягивать энергию воды очень быстро. Скорость постепенно увеличивалась до тех пор, пока вся жила не загудела от напряжения. Скорость закачки, конечно, ниже, чем у источника, но в разы быстрее, чем я это делаю сам, а значит, смогу очень быстро заряжать кристаллы и пополнять свои источники. Дальше я проверил оставшиеся три кольца и научился очень быстро подключаться и настраивать скорость наполнения, при этом я пожалел, что не нашёл кольцо со знаком живы, но теперь я знал, что искать, и, возможно, мне повезёт его найти. Тогда зарядка кристаллов живой станет очень быстрой, но это я ещё не все закрома антикварщика осмотрел, а значит, надежда есть.

Закончив с кольцами, приступил к изучению кулона. Для начала продиагностировал, на какую магическую энергию он отзывается сильнее, и ей, к счастью, оказалась вода, после этого подал пять процентов энергии воды и по одному проценту остальных энергий для верности вытянул руки в сторону разбитых манекенов. В момент активации моё тело окутала энергия воды, которая мгновенно превратилась в лёд. Причём приняла форму доспехов странного вида, напоминающих османские. Прочность доспехов определить сейчас не представляется возможным, но я решил испытать всё сразу. Активировал доспехи, щит и выпустил фаербол в место, где раньше стояли манекены. Просадка маны была незначительной, а значит, я смогу использовать свои новые покупки одновременно. Шит возьмёт на себя весь удар, а доспехи поглотят техники, наподобие моих гранат. Заодно проверил возможность запускать свои гранаты и мини-бомбы.

На всё у меня ушло более полутора часов, и, когда я закончил, мне пришлось доплатить за лишний час.

Выйдя с тренировочного полигона, я задумался, чем мне заняться дальше. В принципе, можно пойти домой и поужинать, но меня тянуло просто погулять и посмотреть на город, в котором я буду жить, поэтому отправился гулять по нему. Проходя мимо булочной с кафетерием, я заглянул туда и, заказав себе кофе с ароматными булочками, присел за столик, наблюдая за жизнью, которая текла за окном. Ещё меня привлёк большой и мощный жгут живы, проходивший на высоте второго окна, к которому я с удовольствием подключился и начал напитывать свои кристаллы, оставшиеся не заполненными. Обязательство сдавать раз в неделю десять кристаллов с меня никто не снимал, да и лишними деньги не бывают, к тому же такая тренировка очень полезна для развития каналов, особенно в моём переходном возрасте.

Городок мне, в принципе, понравился, но хочется глянуть, как живут в более развитых городах. То, что это провинция, чувствовалось по медленно текущей, размеренной жизни, которая всегда выдаёт провинциальные города. Старые здания соседствуют с только что построенными, новый стиль построек контрастно выделяется на фоне старины, требующей срочного ремонта. Если центр можно списать на стиль старой архитектуры, то ближе к окраинам заметна мешанина стилей, а на самих окраинах откровенное старьё. Да и люди ближе к окраине одеты менее броско, в поношенные одежды, а местами и в откровенное рваньё, совершенно не стесняясь этого, хотя в центр городка они старались не соваться, а возможно, и одевались в таком случае лучшие одежды. Город, в принципе, был ухоженным и не сказать, что тут были кучи грязи, за этим тут действительно следили, а вот состояние многих домов, вызывало откровенное уныние. Пока я наблюдал за происходящим за окном, как в экране телевизора, доедая последнюю булочку, за окном послышался визг тормозов и нервный сигнал местного автобуса. Дети, игравшие рядом в аналог лапты между двумя домами, закинули мячик очень далеко, и он вылетел на проезжую часть. Маленькие дети, наблюдающие за игрой, сорвались с места и наперегонки бросились догонять мяч, который выкатился на проезжую часть. Как на зло, в этот момент проезжал большой автобус полный людей. Дети, не замечая опасности, гурьбой выбежали на проезжую часть в попытке успеть первыми схватить мяч и не смотрели по сторонам. Отчаянно сигналя, автобус попытался обогнуть детей, но они заняли всё окружающее пространство, поэтому водитель, отчаянно вывернув руль, попытался объехать их по тротуару с противоположной стороны дороги. Когда я уже подумал, что ему это удалось, правое, переднее колесо лопнуло с оглушительным шумом, и автобус, резко вильнув, завалился на землю, врезавшись в стену, прямо рядом с кафе.

Пока все были в ступоре от увиденного, сидящая рядом девушка, лет шестнадцати, одетая в форму какого-то из местных училищ или академии, бросилась к выходу, начиная формировать на ходу шар живы.

Тут уже и я сообразил, что нужно оказать помощь пострадавшим, а для меня это ещё и практика, поэтому я, не задумываясь, рванул вслед за ней.

Подбежав к автобусу, я увидел, что она пытается забраться наверх, чтобы попасть в автобус.

— К заднему окну, там больше доступа и проще выносить пострадавших, — скомандовал я, огибая её и отмечая краем глаза, что она последовала за мной.

Подбежав к окну я удивился, что оно целое, и, похоже, тут не обошлось без магии, так как её следы были видны на структуре окна. Возможно, так делается во всех автобусах, я этого не знаю, но нужно немедленно разрушить преграду, а если это сделать магией, то я ещё больше пораню людей, находящихся внутри автобуса.

— Отойди в сторону, — скомандовал я, мгновенно облачаясь в стихийные доспехи изо льда. Убедившись, что она отскочила в сторону, я приложил руку к стеклу и сформировал заклинание льда за стекло в виде щита, добавил немного энергии огня и земли, которые мгновенно преобразились в тонкий слой раскалённой лавы и дёрнул его на себя.

В итоге небольшого хлопка в окне появилась дыра размером метр на полтора, что открыло доступ к лежащим вповалку людям. Изнутри слышались стоны и плачь, оттолкнув меня, изнутри выскочило около десятка людей, не сильно пострадавших, которые сразу отходили в сторону.

— Посторонись, парень, дальше мы сами, — услышал я голос сбоку и увидел трёх мужиков в простых одеждах, похоже, крестьян, которые перекусывали вместе со мной.

Я отошёл в сторону и сказал:

— Выносите пострадавших и укладывайте в ряд, попробуем оказать им первую помощь, — сказал я, взглянув на девушку, которая уже вынула жетон лекаря, первой степени. В ответ девушка кивнула и закатала рукава белой блузки. Я последовал её примеру, скинув пиджак, и закатал рукава на белоснежной рубашке.

Первым вынесли женщину с переломанной ногой, следом за ней мужчину со сломанной рукой и ушибам внутренностей, я немного растерялся, не зная, с чего начать. Но увидев, как девушка подскочила к женщине и влила в неё немного живы, сняв боль, я тут же повторил это за ней, попробовав чётко повторить структуру напитки пациентки. На ощупь действовать очень тяжело, но одно радует, что навредить живой практически невозможно, поэтому с первой попытки влить немного живы мужчине, которого усадили тут же, и ему стало немного легче, а вот вторая порция, направленная на нервные окончания, заметно облегчила его боль.

Следующим вынесли паренька, у которого был открытый перелом бедра, девушка немного растерялась, не зная, что делать, и, глянув на неё, я увидел, что её источник уже на половину пуст, а сил вправить кость и срастить разорванные сосуды ей не хватит. Не задумываясь, я вынул два кристалла: один с маной, а второй наполовину наполненный живой — и передал ей. Пока она удивлённо смотрела на меня, я сказал:

— Этого я попробую сам, только подскажи, если что неправильно сделаю, опыта мало.

Из открытой раны фонтаном выходила кровь, поэтому действовать нужно было очень быстро.

Разорвав штанину, я приложил руку прямо с края раны и начал вливать ману с небольшим количеством живы. В кость прямо под моими руками она хрустнула, и нога заняла немного другое положение, теперь я стал вливать живу, одновременно и в кость, и в разорванный сосуд, который занял своё правильное положение. Прямо на глазах рана стала затягиваться.

— Оставь немного не зажившей, чтобы был дренаж, — поправила она меня.

— Ага, — ответил я, стараясь не потерять концентрацию. В этот раз вливать живу в повреждённый участок было не так просто.

Тут вынесли ещё несколько человек, и я, убедившись, что опасности для пострадавшего нет, переключился на следующего. Живу и ману нужно экономить, так как пострадавших на удивление много. Следующими были двое с открытыми ранами, которые я наполовину срастил, оставив края не зажившими, так как времени на чистку ран у меня не было, при этом ещё требовалось обезболивать их. На этом жива у меня закончилась, как и у девушки, ману я ещё мог получить, соединяя энергии четырёх стихий, хотя это и не так просто.

— Всё, я пустая, — сказала девушка, устало усаживаясь рядом с последним больным, в которого влила остатки живы из моего кристалла, после чего осмотрелась и громко спросила: — У кого-нибудь есть жива? Я потом верну, — но все отрицательно покрутили головой.

— Я тоже пуст, — сказал я, вправляя последнему пациенту сложный вывих, при этом делал я это уже без обезболивания, так как живы у меня уже не осталось.

— Помогите, моя девочка не дышит, — резанул по сердцу отчаянный крик женщины, выбравшейся последней из автобуса. Внутри всё сжалось от осознания, что помочь ей я уже не смогу. Жива на нуле, да и внутренние источники так же опустошены. Холодок страха за ответственность в чужой смерти, что я не рассчитал силы и всё потратил на других пациентов.

— Сюда, — сказал я, указывая на крышу автобуса.

Все не понимающе уставились на меня, только девушка удивлённо вскрикнула:

— Там жгут живы? Ты — видящий?

— Да, слабый, может не хватить, но я попробую, — сказал я, с трудом забираясь на крышу автобуса.

— Помогите поднять девочку и держите её, если понадобиться, он попробует помочь, — произнесла девушка, толкая своим маленьким кулачком в плечо стоящего рядом мужчину, который помогал вытаскивать людей из автобуса.

Жива располагалась в самом начале автобуса, и я, пройдя по нему, осторожно наступая на стёкла, которые на удивление не вылетели, подошёл к ней. Протянув руку, стал впитывать её, при этом показал взобравшемуся мужчине положить девчушку ко мне под ноги.

Девочка лет шести, платье спереди порвано и в крови.

— Разорви платье, мне нужно осмотреть повреждение, — дал я команду, продолжая собирать крупицы живы прямо в тело. Но её было очень мало для полноценного лечения.

Взглянув на грудную клетку девушки, я увидел огромную гематому. От сильного удара. Неестественная вмятина говорила о серьёзно травмированной груди и возможном повреждении внутренних органов, включая сердце. Синие губы говорили в пользу моей версии. Вторую руку я вытянул в сторону двух слабых линий земли и воздуха, проходящих метрах в двадцати, используя надетые на руки перстни, я притянул их и стал, в буквальном смысле всасывать их в себя. Они к моему удивлению поменяли своё положение и впились своими концами прямо в перстни. Отчего загудели, и этот гул отозвался тревожной дрожью по телу. Мою руку начало трясти как у паралитика, но я не останавливался и, сжав губы, старался не терять концентрацию. Скорость запитки росла посекундно, у меня заболели руки и те энергоканалы, по которым шла энергия двух стихий.

— Время — восемь минут, — крикнула девушка, намекая, что тянуть больше нельзя, иначе я не смогу оживить её. В моём времени мозг человека с остановившимся сердцем мог прожить до пятнадцати минут, а десять уже считается очень опасным. Пять минут уже угрожают гибели нейронов головного мозга, а это означает, что затягивать нельзя. Опустившись на колени, я продолжал впитывать живу правой рукой, подняв её вверх, а левую положил на грудь девочки, начав вливать ману, которую концентрировал из энергий земли и воздуха. Получить чистую ману не получалось, но я надеялся, что этого должно хватить для восстановления грудной клетки, чтобы снять давление на сердце и внутренние органы. Начав вливать ману, я постепенно усиливал поток до тех пор, пока грудная клетка резким щелчком не встала на место. И это произошло в последний момент, когда накопленная мана у меня закончилась. Секунды очень быстро утекали, и я, стряхнув руку, начал переливать живу из накопленного в кристалле, расположенном на манжете моей руки. Жива уходила как в бездну, исчезая без следа.

— Помоги мне, что я делаю не так? — попросил я девушку, которая стояла внизу, наблюдая за мной.

— Подсадите меня, — тут же сказала она двум парням, стоящим рядом.

Поднявшись, она протянула руку над девушкой и сказала:

— Она практически мертва. Её тело уже умирает, ты не сможешь ей помочь. Тут нужен целитель очень высокого уровня.

— Хрен вам, — ругнулся я, закрыв глаза, и стал вливать свою собственную живу, расположенную в теле, поток резко увеличился, я добавил в него крохи воздуха, направляя эти капли в кровь, стараясь немного повысить концентрацию кислорода в крови. Но этого явно мало, сейчас бы дефибриллятор, чтобы запустить сердце. Молния — воздух, можно попробовать. Оторвав руку от груди девушки, я поднял её вверх и, растопырив пальцы, влил крохи маны воздуха, огня и воды, создав небольшой вихрь, который через пять секунд начал искрить, после чего соединил его двумя тонкими струйкам воды справа и слева от сердца. Разряд, проскочивший по этим водяным проводам, ударил в грудь ребёнка и заставил её вздрогнуть. Объяснять окружающим, как делать искусственное дыхание, очень долго, поэтому я скомандовал:

— Зажми ей нос пальцами.

Девушка сориентировалась первая и сделала, что я просил.

Наклонившись, я, предварительно вздохнув, сделал глубокий выдох, прямо малышке в рот, при этом пустил с этим капли живы, накопленные перед этим.

Грудная клетка выпрямилась, и я, оторвавшись от губ, скомандовал помощнице:

— Убери руки, — и как только она это сделала, послал следующий разряд в девочку из небольшого вихря, крутившегося надо мной.

— Она уже не оживёт, — прошептала юная целительница, плача, и слёзы текли по её лицу, капая на лицо ребёнка.

— Зажимай, — зло скомандовал я и, набрав полную грудь, одновременно с этим приложил обе руки к её груди, убрав смерч.

В свой выдох я вложил все свои остатки магии, опустошая свои резервы и забирая жизненную энергию из самого тела, не глядя на последствия. Сильнейшая боль сковала моё тело, я чувствовал, как жизнь в буквальном смысле уходит из меня, но я не уступлю, пусть я — упрямый баран, но сейчас и здесь я не сдам назад, эта девочка будет жить, даже если я волью в неё всю свою жизнь. Я уже пожил и готов на эту жертву, а смерть пусть уходит, здесь ей нечего делать, здесь я решаю, кому жить, а кому умирать, и эта малышка будет жить! Так я решил! Оторвавшись от её губ, я наблюдал, как мои руки ссыхаются от ладоней к локтям, но зато я уже почувствовал, что практически вырвал её с того света и вернул её в этот мир.

— Есть, ещё чуть-чуть, — вскрикнула девушка, а я потерял сознание.