Глава 31

— Я больше не буду, — Толик смотрел в пол.

Острые коленки тряслись от страха перед суровым взглядом отца. С матерью на него хоть иногда обращали внимание, а когда ее нет второй месяц… В доме хозяйничают чужие тетки. Убирают. Готовят. Воспитывают. Только четырехлетний мальчик чувствовал себя брошенным, никому ненужным. Что делают дети, когда их перестали замечать? Правильно! Толик пакостил.

— Ты уже «не был» вчера, когда насыпал няне в туфли земли из цветочного горшка. И позавчера, на кухне вывалил всю крупу в кучу, сказав, чтобы «Золушки» все разделили. Мою машину зачем перманентным маркером изрисовал? То-ля-а-а! Ты меня слышишь? — прикрикнул так, что мальчик вздрогнул.

— Пап, ты меня не любишь. Тебе нужна дочка… Я подслушал, как ты говорил по телефону. К маме хочу-у-у, — всхлипнув, заревел во весь рот, прикрыв глаза ладошками.

Ильин замер. Посмотрел на сына, захлебывающегося в крике. Его плач бил по ушам, дергал за нервы. Толя казался жалким и изнеженным. Дико раздражал. Хотелось снова прикрикнуть: «Ну-ка, веди себя как мужик! Сопли подбери! Чего, как нюня разнылся?».

«Будь Полина его матерью, сын бы не вырос таким рохлей» — подумал с горечью. Стоило вспомнить о сероглазой женщине, как что-то светлое коснулось души, погладило мягкой лапой, развернув все его чувства на сто восемьдесят градусов.

Отец шагнул вперед, еще больше напугав ребенка. Толик попятился, заверещал, как загнанный в угол звереныш. В кабинет заглянула нянька, решив, что там кого-то убивают.

— Я, можно… Артем Денисович, уведу его, — промямлила и бочком попыталась подкрасться к мальчишке, не спуская с хозяина глаз, будто тот какой-то монстр и вот-вот кинется всех покусать.

— Стоять! Вон отсюда! — зашипел Ильин. Женщина кивнула, и быстро ретировалась, прикрыв за собой двери. По полу прошел холодок.

Опустившись на колени, Артем обнял рыдающего Толю. Его маленькое тельце содрогалось от спазмов. Похлопал тихонько по спине. Толик уткнулся лицом в грудь отца и затих. Заикал, подпрыгивая, как зайка. Ильин гладил его по голове, чувствуя, как медленно, но верно успокаивается ребенок.

— Мама скоро приедет? — тихо спросил мальчик, дернувшись в спазме.

— Скоро, обязательно скоро. Она очень по тебе скучает, — пообещал Артем, и его лицо пошло рябью от внутренней борьбы. Илону он хотел отселить, чтобы создать другую семью. Настоящую. Вот только, сын привязан к матери… Даже такой, которой на него «ровно».

«Как же все не по плану!» — хотелось взвыть.

Мужчина отстранился немного, заглянул в зеленые заплаканные недоверчивые глаза. В них плескалось сомнение, страх… и робкая надежда.

— Честно? — прошептал Толик, шмыгая мокрым носом.

— Обещаю, Толя, мама твоя скоро вернется. Она очень сильно болела, — тяжелый вздох, словно грудь придавило камнем. Хотелось скинуть. Толика отставить в сторону, но мальчик вцепился в плечи папы, радуясь редкому проявлению чувств у родителя.

— А, та девочка… Она кто? — Толик смекнул, что сейчас самое время у отца выспросить про «дочку».

— У тебя есть сестра, Толя. Я только недавно узнал о ней. Хочешь с ней познакомиться? — в мозгу у Ильина щелкнуло: «Ну, конечно же! Нашлась веская причина, чтобы подобраться к Полине и Асе. Дети друг другу — брат и сестра. Они должны знать».

— Хочу, — Толик прикинул, что именно такого ответа ждет от него папа. И обрадовался, что угадал.

Артем расцвел в доброй улыбке. Еще погладил сына по голове, будто хвалил. Поднялся, взяв сына за руку.

— Пошли извиняться перед няней и домработницей. Попьем какао и решим, как будем действовать дальше, — повел мальчика за собой.

Толик перебирал рядом ножками и постоянно задирал глаза наверх, проверяя: не передумал ли папа?

Они пили сладкий ароматный напиток, и Артем рассказывал о той, другой женщине — враче и ее Асе. Толик хлопал глазами, еще не до конца понимая, что к чему. Только, отец с ним говорил, как со взрослым, советовался.

— Смотри, вот твоя сестренка. Правда, хорошенькая? — Ильин развернул экран телефона, хвастаясь Асей. — На тебя очень похожа, — в голосе папы звучала гордость.

Толик, вытянув тонкую шею, присматривался. Девчонка — как девчонка: Руки. Ноги. Кудряшки. Рядом светловолосая женщина ее обнимает. Обе довольные, будто конфет объелись и много какао выпили.

— Сейчас мы им позвоним, и ты сам скажешь, что хочешь встретиться с Асей, — Ильин подмигнул сыну, который не очень понимал, что от него хотят.