Глава 16

Вероника

Я, действительно, искренне не понимала, что он сделал с моим отцом. Папа всегда ревностно относился к моим ухажерам. А сегодня даже не возразил против нашего совместного с Максимом проживания. Пришлось самой держать оборону, а это было не просто.

Ещё сложнее было отказаться от приглашения Максима. Но я понимала, что если мы продолжим в том же духе ночью, завтра я просто не встану. Такого фантастического удовольствия я, конечно, ни с кем не получала, но его было слишком много. И судя по состоянию Максима, он готов был продолжить прямо здесь и сейчас.

Однако мой вопрос его отрезвил.

– Мы просто поговорили, – пожав плечами, выдал он. – И я смог убедить его в своей надежности.

– Надежности? – переспросила я со скепсисом. Этого обычно отцу мало.

– А отчего ты плакала две недели назад? – Максим технично сменил тему разговора. Очень эффектно. С учетом того, что я вообще не хотела, чтобы вампир знал о той истерике. – А то Михаил Алексеевич обвинял меня в том, что это я довел тебя.

– Да сильно мизинцем стукнулась о кровать, – попыталась я отмазаться.

– Врунишка,– заявил он и снова нажал пальцем на кончик носа. Что ещё за детские шалости?! Я тоже так могу. Уцепила его за нос двумя пальцами и сделала сливу, точнее попыталась, но он перехватил мою руку. И завел её мне за спину, удерживая второй рукой за талию. Потянулся за новым поцелуем, но я упрямо сжала губы. – Почему ты плакала? – отстранившись, снова уточнил вампир.

– Просто я была пьяна и зла на тебя. Ещё и палец ударила, думала, что его сломала, но обошлось, – с самым серьезным видом углубила я рассказ для большей достоверности.

– Не верю, – шепнул он и снова меня поцеловал.

– И не надо, – буркнула я, пытаясь вывернуться из его хватки.

– Чем я тебя так обидел? – мягко и проникновенно произнес Максим.

– А сам не понял? – тихо уточнила я, сдаваясь под таким напором. – Ты же прямо заявил, что считаешь, что я с любым «эльфом» пересплю. Неужели ты, действительно, так думаешь?

– Прости, я сказал это сгоряча, – он ласково поцеловал меня куда-то в висок, сжав в медвежьих объятиях. Не знаю почему, но его извинения показались пропитанными искренним сожалением. Хотя он уже за те слова по морде получил, так что вины чувствовать не должен. Так что обида, которая затаилась в глубине моей души, упорхнула в неизвестном направлении.

Я кивнула, уткнувшись носом в шею вампира. А интересно, что будет, если его покусает человек? Я сдавленно хихикнула и попыталась отстраниться. Безрезультатно.

– Тебе пора домой ехать, – негромко напомнила я, но это не подействовало. – Да и меня родители скоро потеряют.

И Максим неохотно выпустил меня из объятий.

– Тогда беги домой, – он коротко поцеловал меня в губы. И резко развернувшись, направился на выход из парадной.

А я вернулась домой в ожидании допроса. Но вопросы мамы были весьма сдержанны и деликатны, отец же просто слушал, не вмешиваясь.

В комнате же меня неожиданно одолел весьма запоздалый вопрос. Можно ли забеременеть от вампира? К сожалению, художественная литература не дает однозначных ответов на него. Да, знаю, что поступила опрометчиво, не подумав о предохранении, но я ничего такого не планировала. А в процессе голова совсем не соображала. Да и как можно было сохранить трезвость ума?!

Подумав, написала Максиму сообщение с самой обтекаемой формулировкой.

«Я не предохранялась, а ты?»

Несколько минут тишины показались мне вечностью. Ответ же не вызвал оптимизма.

«Я – бесплоден».

Угу, Эдвард из знаменитой саги тоже так думал, а в итоге… Тяжко вздохнула. И решила начать предохраняться таблетками с нового цикла. Вот только, как обезопаситься до этого момента?

«Справку покажешь! А до этого момента на «чай» приезжать будешь с «печенюшками» из аптеки».

И снова продолжительное молчание в ответ.

«Хорошо. Печеньки будут в неограниченном количестве, но только у меня дома».

А насчет сегодня я буду надеяться, что обойдется.

Я сладко зевнула: Максим все соки из меня выпил. Сменив постельное белье, я умылась и легла спать. Вырубилась, кажется, ещё на подлете к подушке.

Утром будильник отключила, не проснувшись толком. Как итог, проспала, а потом носилась по комнате, как угорелая. Наносить макияж было некогда, поэтому я решила попугать всех естественным видом. Вампир видимо был не из пугливых, поэтому даже полез целоваться при встрече.

Прервались мы, только услышав, как на улицу высыпала компания Светки. Обменявшись приветствиями со знакомыми, я представила Максима. И вот тут началось форменное безобразие. Реакция была хуже, чем у нас на работе. Но там женщины в большинстве своем поопытнее нас, вчерашних студентов, будут. В глазах девчонок зажегся неподдельный интерес (даже Светка не сразу смогла отвести взгляд). В глазах же парней я вскоре увидела жажду убийства одного конкретного индивида. Поэтому пикник на природе выдался для меня немного напряженным, оставлять Максима одного я боялась. И не знаю, за кого больше переживала: за вампира или за ребят.

– На тебя всегда так девушки реагируют? – спросила я на обратном пути. Он глянул на меня выразительно и с намеком произнес.

– Не всегда.

Хмыкнула в ответ.

– И тебя, судя по всему, привлекают исключения.

– Видимо, да, – задумчиво признал вампир. – Особенно такие очаровательные исключения.

О том, что мы едем к нему домой, я поняла слишком поздно. А именно, когда он уже парковал машину.

– А что мы тут делаем?

– Ко мне на чай идем, – со смешком ответил Максим. -

Печеньки я вчера купил, так что возражения не принимаются, – я все же открыла рот, чтобы он тут же оказался в плену мужчины. – Возражения не принимаются, – после ошеломительного поцелуя повторил он.

Собственно, я уже и забыла, что хотела сказать.

О возражениях не вспомнила и утром после завтрака, преподнесенного в постель. Хорошо хоть накануне предупредила маму, что ночевать не приду.

К вечеру поняла, что меня банально не хотят выпускать из квартиры. Тут-то возражения и нашлись, но были быстро аннулированы Максимом. Этот тиран точно знал, как успокоить женщину. На следующее утро поехали гулять по Невскому проспекту. Силы подкрепляли на многочисленных ярмарках в уличных киосках с едой. Я, наконец, попробовала жареные каштаны. Накупила сувениров на всех встречных ярмарках. Покатались по дворцовой площади на разукрашенной карете.

В общем и целом замечательно провели день, но я настояла на доставке домой. В пути же вампир сделал предложение, от которого я не смогла отказаться: покататься завтра на мотоцикле. И на следующий вечер он меня привез к себе отогреваться. И под горячий глинтвейн мы смотрели новогодние и рождественские комедии и мелодрамы.

Переезду к Максиму я сопротивлялась ещё долгих полтора месяца. Но на день Святого Валентина он попросил меня о нематериальном подарке, а точнее о том, чтобы с этого дня я прекратила сбегать домой. И я сдалась, хотя понимала, что это явно лишнее. Осознавала, что уж влюбилась в него по самое «не балуй», но остановить себя не могла. Максим же вел себя, как образцовый муж. Помогал с домашними делами, даже готовил иногда. И при этом часто «выводил» меня в свет, то есть мы вместе облазили весь центр. Пригород тоже не остался без нашего внимания и в этих поездках Максим учил меня вождению. Теорию мы тоже учили, так что ближе к лету я сдала на права. Не знаю зачем, но возражений не имела. Мы вообще редко, когда ссорились или препирались. Если возникал конфликт интересов, Максим либо уступал, либо делал вид, а потом все происходило по его сценарию. И сердиться на него не было сил, особенно когда он пускал в ход свое самое мощное оружие: крышесносные поцелуи.

Люда, Полина и прочие девушки в нашем коллективе жутко мне завидовали. Все в один голос заверяли, что он смотрит на меня такими влюбленными глазами, что они готовы почку продать, чтобы хоть на миг оказаться на моем месте. Я только улыбалась: в его взгляде я, действительно, иногда замечала нечто особенное. Но о чувствах он никогда не говорил. Как и я.

Впрочем, о его вампиризме мы больше тоже не заговаривали, но небольшие странности я за ним замечала. Он не любил солнечную погоду и всегда в ясные деньки старался выбрать нам развлечения в помещении. А ещё раз в месяц он встречался с «друзьями» и приходил уже ночью как будто под хмелем, но алкогольными напитками при этом от него не пахло. При этом в красные дни календаря не пытался держаться от меня подальше, наоборот, заботился обо мне в этот период особо нежно: то грелочку принесет, то спину помассажирует, то за любимой шоколадкой сбегает. На мою вспыльчивость в эти дни даже внимания не обращает, словно точно знает весь набор женских капризов в этот период. Золото, а не мужчина. Если бы не тот факт, что он – вампир, я была бы на седьмом небе от счастья. А так я подсознательно ожидала какой-нибудь пакости.

Пыталась рассуждать логически, чем могут завершиться такие отношения. Закусить он мной не пытался, других вампиров, от которых меня нужно было бы защищать, я не замечала (если не считать ту не-невесту Катрин). Но это не внушало мне оптимизма. По фильмам о долгоживущих людях понимала, что в конце концов, Максим уйдет, чтобы не вызывать вопросом у окружающих по поводу его нестареющей внешности. Рассчитывала на пять (максимум десять) лет совместной жизни. И понимала, что все самые лучшие годы потрачу на бесперспективные отношения. Но отказаться от Максима была не в силах. Надеялась только, что к моменту расставания «химия», что была между нами, выветриться. В идеале, надоесть мы должны друг другу ещё раньше. Ведь даже книга есть «Любовь живет три года». Говорят, там псевдонаучное обоснование есть такого срока, что-то связанное с гормонами. Я её не читала, но эта фраза запала мне в душу. Не то, что я ней согласна, но вдруг именно это меня спасет.

Каждый раз после таких размышлений я впадала в апатию, но Максим быстро выводил меня из этого состояния. Ведь стоило ему меня обнять, как все грустные мысли разбегались в неизвестном направлении. И начинала действовать «химия», гормоны или что-то там ещё. Короче, логика махала мне ручкой, позволяя мне надеяться на счастливый финал.

А в конце августа мы с Максимом взяли отпуск и отправились путешествовать по Европе. Провели время чудеснейшим образом, можно сказать, что у нас медовый месяц до свадьбы состоялся. Но меня не покидало ощущение, что за нами кто-то следит. Или присматривает? А иногда я ощущала какой-то агрессивный интерес к собственной персоне. Но в эти моменты вампир отвлекал меня какими-то сумасшедшими идеями по поводу досуга. И пока я пыталась придумать оптимальный вариант для их воплощения, эти ощущения пропадали.

Вернулись из путешествия мы веселые, я при этом ещё и загорелая. Намекнула вампиру на эту существенную разницу между нами. Он же просто отмахнулся,

– Я никогда не загораю и не сгораю. Просто особенность организма такая.

Не стала настаивать на своем, просто уже давно поняла, что это бесполезно. По поводу моих попыток разоблачений он не сгибаем. Обычный он человек и точка.

Войти обратно в рабочий ритм было тяжело, особенно первые дни, но мы справились. Опять же без ссор и скандалов поделили домашние обязанности, а точнее сократили их до минимума. Обедали и ужинали в основном в ресторанах, иногда заказывали еду на дом.

В начале октября я начала замечать странности за Максимом. Дарил мне дорогие подарки без повода, был чересчур заботлив и предусмотрителен. А ещё он периодически уходил мыслями куда-то очень далеко, и эти походы явно не приносили радости.

– Что-то случилось? – спросила я, заметив, как он снова отключился от реальности во время просмотра фильма. Максим вздрогнул и, посмотрев на меня, улыбнулся.

– Всё хорошо, – уверенно заявил он и притянул меня к себе для ошеломляющего поцелуя.

Гормоны тут же отключили мозг. И связно думать я смогла только через пару часов.

– Как ты смотришь на нашу женитьбу? – неожиданно спросил он, поглаживая мою обнаженную спину.

Приподнялась на локтях и заглянула в его лицо.

– Даже представить её не могу, – искренне ответила я. – Да и зачем?

Максим хмыкнул и насмешливо поинтересовался.

– Неужели не мечтаешь меня окольцевать? Я весьма состоятельный жених.

Треснула его кулаком в грудь, отчего он состроил возмущенное лицо.

– Ты меня сейчас в меркантильности обвинил! – пояснила я свой приступ агрессии. Максим усмехнулся и покачал головой.

А через неделю я поняла, что он действительно думал, что деньги для меня важны.

Накануне мы провели практически бессонную ночь. Максим любил меня так, словно хотел насытиться на несколько лет вперед. Благо впереди был выходной, и я могла отоспаться. Вот только пока я пребывала в царствие Морфея, Максим время не терял.

Проснулась я от запаха кофе и блинов. Максим уже точно знает, как меня можно разбудить. И позевывая, поползла в ванную умываться. Максим ждал меня на кухне с горячим кофе для меня. Я сделала залпом несколько глотков и устроилась на стуле, подогнув одну ногу под себя. И уже взяла блинчик, когда, наконец, обратила внимание на внешний вид Максима. Он был при полном параде, словно собирался на какую-то деловую встречу.

– А ты куда-то собираешься пойти? – поинтересовалась я и укусила блинчик.

– Да, Ника, мне надо уехать, – не стал отрицать Максим. Выдохнул и добавил серьезным тоном. – Надолго. Возможно, навсегда.

Я поперхнулась блинчиком, который буквально встал поперек горла. Максим торопливо налил мне стакан воды, от которого я не стала отказываться. Сделала несколько глотков, проталкивая комок теста в желудок. И вопросительно посмотрела в синие глаза.

– Почему? – озвучила я все-таки главный вопрос. Я сразу осознала, что он не шутит. А также поняла, что слово «возможно» лишнее в его последней фразе.

– Проблемы в семье, я должен срочно вернуться в Великобританию. Не знаю, сколько времени это займет, – он состроил виноватое лицо, но это не помогло. Я не поверила ни единому слову. И решила спросить прямо.

– Почему сейчас? Я думала, у нас с тобой будет, по крайней мере, пять лет.

Недоумение и ещё что-то непонятное мелькнуло в его взгляде. Но Максим продолжил придерживаться своей легенды.

– Я надеялся решить проблемы на расстоянии, но не получилось, – заявил он, потирая бровь. – Прости, моя разоблачительница, но я не могу взять тебя с собой.

– А с работой что? – я цеплялась за соломинку и сама это понимала.

– Я предупредил Владимира Гавриловича вчера, – сознался он. – Да я должен был и тебе сразу сказать, но я не хотел омрачать наши последние дни вместе.

Я усмехнулась горько: вот он и проговорился. Хотя возможно он и не старался скрыть то, что это прощание. Окончательное. И его не переубедить. Я откуда-то знала это наверняка. Прикрыла глаза, пытаясь справиться с подступившими слезами.

Хлопок по столу привлек мое внимание. С недоумением посмотрела на папку с документами.

– Здесь свидетельство на эту квартиру, ПТСки и свидетельства на машину и мотоцикл, дарственные, оформленные на тебя, – пояснил Максим, открыв папку.

– Мне ничего не нужно, – глухо пробормотала я.

– И всё равно, они теперь твои. Делай с ними, что хочешь.

Максим поднялся из-за стола и направился к выходу. Не пошла следом, просто не было на это сил. Поэтому вампиру пришлось возвращаться на кухню. Наклонившись, он стремительно поцеловал меня в безвольные губы, а потом также внезапно отпустил.

– Знаю, что не имею право просить, – сказал он, пытаясь заглянуть в мои глаза. – Но я не хочу, чтобы ты держала обиду на меня. – Я так и не посмотрела на него, и он подцепил мой подбородок пальцами. – Ника, – позвал он, но я не отреагировала. Никогда не думала, что боль может быть такой оглушающей. Казалось, что разобьюсь на мелкие кусочки от любого движения. – Прости меня, – прошептал Максим. – И отпусти. Я верю, что ты будешь счастлива.

И это заявление что-то сломало во мне. Я громко рассмеялась в ответ. Понимала, что это попахивает настоящей истерикой, но остановиться не могла. Слезы потекли из глаз сами собой, и только почувствовав их, я пришла в себя и посмотрела в синие глаза вампира.

– Вали, – приказала я замершему мужчине. – На все четыре стороны! Вали отсюда немедленно. – И уже когда за ним захлопнулась входная дверь, я пробормотала в пустоту. – Было бы проще сказать, что я тебе надоела, Максим.