Глава 11

Александра

Без паники! Главное — не паниковать.

Мамочки, мамочки, мама-а-а-а…

Я завертелась на месте, соображая, куда бежать. Сердце, которое последние дни и так перманентно билось неспокойно, сошло с ума, а я укатилась в банальную панику.

Господи, завтра Виктор должен приехать, я должна его встретить! А если телефон не найдется? Нет, я, конечно, дала ему адрес сестры, но Виктор иногда был чересчур деликатным, и прийти в гости без предупреждения ему могло не позволить воспитание.

Боже! С появлением Кирилла моя жизнь словно встала с ног на голову, а вселенная, кажется, решила проверить мою нервную систему на прочность. Он словно открыл шкатулку Пандоры, а оттуда вылетели все неприятности, что копились там пять лет. И те самые неприятности решили выполнить пятилетку за одну неделю.

Дрожащими руками я достала ключи, вошла в подъезд, поднялась на третий этаж и вставила ключ в замочную скважину, молясь всем богам, чтобы матушки в тот день в гостях не было.

Потому что если она узнает, что я ночевала в обезьяннике с Кириллом, то апокалипсис покажется мне детским утренником.

Я вознесла еще одну короткую молитву, решив, что молитв в моей ситуации много не бывает, и вошла в квартиру. Посмотрела на обувницу и облегченно выдохнула: матушки нет.

Возвела очи потолку, поблагодарила высшие силы, сглотнула, заперла дверь и встретилась взглядом со своим отражением в зеркале.

Господи, с таким видом только в обезьяннике и сидеть, местных алкашей пугать. Тушь размазалась, волосы были собраны в прическу а-ля «я упала с сеновала, тормозила чем попало», подол платья смялся…

Теперь понятно, отчего таксист всю дорогу так на меня косился. Видок под стать моей жизненной ситуации.

А все Кирилл виноват!

— Саша! Наконец-то! Господи, что с тобой? Где ты была?

— С Кириллом в обезьяннике, — честно призналась я.

С сестрой мы всегда были близки. Может, именно этот факт позволил жить с мамой и не сойти с ума. Мы были друг у друга и всегда поддерживали связь. Даже когда я уехала к отцу, то стабильно пару раз в неделю созванивалась с сестрой, присылала подарки им на праздники и следила, как растет моя племянница. Знала обо всех ее успехах и победах.

Единственной табуированной темой последние пять лет был Кирилл. Марья знала, как тяжело мне было уехать, и старалась не давить на любимую мозоль.

Лицо сестры вытянулось, а об пол звучно ударилась ее отпавшая челюсть. Глаза Марьи округлились, а я добила:

— И потеряла мобильный.

— Так, быстро в душ, потом поговорим. Уверена, что потеряла? Может, дома оставила? Я в твоих вещах посмотрю, — заверила меня сестра.

Я благодарно кивнула и утопала в душ. Мылась по-военному быстро, то и дело нервно кусая губы.

А перед мысленным взором — дерзкая ухмылка Захарова.

Боже, о чем я думаю? Почему все мои мысли всегда только о нем?

Я должна думать о своей жизни. О Викторе, которому я обещала помощь. О Марье, Василисе, маме, Басе и… Да о чем угодно, кроме него! А я думала только о нем.

И почему-то о треклятой сковородке.

В голове всплыло воспоминание, как я вылетела с ней в руках на шум драки, увидела лежащего на полу Виталика и взбешенного Кирилла. Потом — мой нервный срыв и сковородка, которой я очень хотела надавать ему по глупой голове. Не вышло, конечно, даже если бы я очень сталась, ибо реакция у бывшего была боксерская и от ударов он уворачиваться умел.

Прохладная вода остужала разгоряченный мозг, и в него стали приходить более умные мысли. Например, как мы оказались в обезьяннике? Что было до этого? Как нас нашел Матвей? И где я умудрилась посеять собственный телефон?

То, что Кирилл не сказал мне правду, сомнению не подлежало. У него всегда говорилка работала так, что чаще всего я терялась с ответом, а Захаров почти всегда выходил из споров победителем. Просто потому, что его было невозможно переговорить!

Захаров, Захаров, Захаров!

Меня что, прокляли цыганки на вокзале, когда я отказалась «позолотить ручку», что он снова так настойчиво ворвался в мою жизнь и виртуозно, со свойственной ему нахальностью, шатал мою нервную систему туда-сюда?..

Гад!

Я выключила воду, обтерлась полотенцем, намотала его, как тюрбан, на голову, надела халат и вышла.

— Телефона нет, — отчиталась сестра, — и он отключен, я только что звонила.

— Слава богу, что паспорт на месте. Марья, я должна найти телефон. Там все! Все номера телефонов, фото, банковские приложения. Все!

— Саша, успокойся. Сядь и расскажи, что вчера было.

Я прошла в гостиную, упала на диван, а Марья встала напротив, нервно кусая губы.

— Как вы встретились с Киром? Что между вами снова происходит? — опасливо уточнила она и бросила на меня обеспокоенный взгляд.

Нужно сказать, что с Кириллом у Марьи всегда были теплые и дружеские отношения. Примерно такие же, как у меня с Игорем.

Раньше мы часто собирались семьями…

Естественно, когда мы поругались, сестра приняла мою сторону, но, кажется, до сих пор питала к нему теплые сестринские чувства.

Я вздохнула и рассказала Марье все. Все, что помнила, исключая вчерашний вечер, который, как назло, никак не желал всплывать в памяти.

Маша села на кресло напротив, внимательно выслушала мой пламенный монолог и резюмировала:

— Как интересно.

Глаза сестры загорелись, а на губах появилась загадочная улыбка.

— Ничего интересного. Он все тот же гад, который не умеет признаваться в собственной неправоте, — горячо заверила я.

— Вы оба накосорезили тогда, — не согласилась со мной Марья.

— Знаешь, я готова признать, что тогда обиделась и вспылила сильнее, чем нужно. Но… почему мы вообще о нем говорим? Мне телефон нужно найти.

— Наверное, потому, что твоего жениха мы так горячо не обсуждаем, — Маша покрутила кистью в воздухе.

— Что его обсуждать. Виктор — хороший человек. Надежный.

Я осеклась. Марья слишком хорошо меня знала, а я не была уверена, что должна рассказать ей о нашем с Виктором уговоре.

— Вы вчера ничего не видели? — решила я сменить тему на более безопасную. — Почему вы меня не искали?

— Ну… — она вздохнула и выпалила: — Вчера в кафе мы встретили Матвея, и он…

— Что он? — вскинулась я.

— Заболтал нас до зубовного скрежета, ну ты знаешь, как он умеет, отвлек на что-то, я уже толком и не помню, от его болтовни голова разболелась. Потом пропал, а когда вернулся, сказал, что ты едешь с ним и что он головой за твою безопасность ручается. Мы хотели догнать и спросить, что за дела, но он сел в машину и уехал. Я до тебя дозвониться пыталась, но ты не взяла трубку, потом телефон совсем выключился, и я поехала ждать тебя дома. Вероника с Виталиком полчаса назад уехали на работу собираться. Следом Игорь умчался. Мы все волновались, но была у меня мысль, что Матвей обычно появлялся только в комплекте с Кириллом, а когда ты с Захаровым, я о тебе не переживаю.

— Предательница, — ахнула я. — Ты на чьей стороне?

— Судя по твоим рассказам — на стороне счастливого повторного брака, — широко улыбнулась сестра.

— Дважды предательница, — припечатала я. — Пять лет прошло. Может, он уже женат. И дети есть.

— У Кирилла есть куча недостатков. Он вспыльчивый, экспрессивный, заболтать может даже самовар, и с креативом перебор, но есть в нем одно достоинство, Санечка. Он очень любил тебя. А ты — его. Подумай, не делаешь ли ты ошибку, выходя замуж за надежного и скучного Виктора? А Кирилл не женат.

— Откуда тебе знать? — вспыхнула я.

— Сердцем чувствую, — иронично призналась Марья.

— Так, все, я поехала искать телефон, — решительно поднялась я.

Не могу так больше!

После разговора с сестрой сон как рукой сняло, а тело требовало движения. Любого. Хоть побегать кругами по комнате, неважно, главное — двигаться и перестать думать!

Я ушла в спальню, переоделась в джинсы и футболку, убрала мокрые волосы в хвост и задумалась.

Мобильный был в сумке, в такси я сумочку не открывала, платила наличными, которые всегда лежали в боковом кармашке. Значит, такси мы отметаем.

Остается кошачье кафе и отделение полиции.

Неожиданная догадка царапнула мозг. Могло ли быть так, что мой телефон украл сам Кирилл? Или Матвей. Зная эту парочку — легко могли, и совесть их ни капли не мучила бы. Потому что совести у них отродясь не было!

От понимания, что придется снова встретиться с бывшим, сердце зашлось птицей в груди, а я временно отложила эту мысль в дальний угол.

Ни номера, ни адреса Кирилла у меня не было — это раз.

А если это все-таки не они? Тогда я буду выглядеть так, словно ищу повод снова встретиться с бывшим.

А если я его потеряла в том промежутке, которого не помню? Но Кирилл помнил, что было вчера.

И вряд ли мы, конечно, тырили пингвинов из зоопарка, но где-то же мы были! В полицейском уазике, например.

Или он сам его украл, чтобы снова встретиться?

От последней мысли меня прошиб холодный пот.

Боже, я такими темпами сердечный приступ заработаю быстрее, чем уеду из этого города!

Я постучала пальцами по коленке, напряженно соображая, что мне делать. Как поступить?

Решительно поднялась, взяла сумочку, поцеловала сонную Василису, которая только проснулась и топала чистить зубки, и поехала в кошачье кафе.

По дороге прошла все стадии отрицания факта, что я теперь постоянно думаю о Кирилле, и даже почти смирилась, что Захаров в очередной раз нахально прописался в моей голове.

Возле кафе меня ждало сокрушительное фиаско, потому что открывалось оно только в полдень, а на часах было одиннадцать двадцать.

Я развернулась на пятках и поехала в отделение полиции, от которого так быстро убегала утром.

Недовольный дежурный выслушал мой вопрос и сообщил, что вся группа, которая дежурила ночью, отправилась на заслуженный отдых домой, сам он никому звонить не будет, а мне тем более номера не даст. Приходите завтра.

Я мысленно выругалась, пожелала лейтенанту всю жизнь ходить в старлеях, чтоб ему ни одной звездочки больше на погоны не упало, добавила к этому пожеланию раннее облысение и временное заикание за вредность.

Мог ведь помочь, но из вредности и лени не стал!

В кафе возвращалась злая и уставшая, но и там меня ждало разочарование. Вежливая девушка-администратор отказалась поднимать записи с камер наблюдения! И предложила обратиться в полицию.

На мои мольбы она не реагировала, на легкие угрозы и шантаж — тоже.

Пришлось уходить с пустыми руками.

Остался последний вариант, который не радовал. Вот только где искать Кирилла?!

Хотя… Вася ведь с Антошкой дружит, а Тоша — племянник Кирилла и…

Воодушевившись, я поехала домой к сестре и с порога позвала Василису.

— Васенька, а ты не знаешь, у Антона есть мобильный? — ласково начала я, снимая обувь.

— Есть, — округлила глаза малышка, доедающая конфету.

— А у тебя совершенно случайно нет его номера? — взмолилась я.

— Есть. Но звонить ему я не буду. Он дурак.

— Давай я позвоню? — я молитвенно сложила ладони на груди. — Вася, мне очень нужно найти номер Кирилла. Помнишь его?

— А-а-а-а, — хитро сверкнула глазками Василиса, — сейчас узнаю. Только волосы приберу.

— Он же тебя не видит, — растерялась я.

— И что? Я же себя вижу, — изумилась малышка.

Пришлось ждать и серьезно задуматься о том, что Захаровы, конечно, умеют впечатлять женщин моей семьи. Даже девятилетних.

Василиса вышла из своей комнаты, почему-то решив поговорить с Антом за закрытыми дверями, и важно протянула мне листочек бумаги с номером телефона.

— Спасибо, — приложила я ладонь к груди и пошла искать Марью.

Нашла я сестру на кухне, когда та наливала нам кофе в две чашечки.

— Телефон ты не нашла, я правильно поняла? Мой мобильный на столе в гостиной, — быстро махнула она рукой и спрятала улыбку.

В наш диалог с Васей она не вмешивалась, но точно все слышала.

— Спасибо, — пробурчала я, разворачиваясь на пятках.

Ноги, предатели, отказывались меня слушаться, в ушах зашумело, а я вдруг испытала давно забытое чувство робости, когда стесняешься позвонить самому популярному парню школы, в которого ты тайно влюблена.

Взяла телефон Марьи, немного подышала и решилась.

Быстро набрала номер и зажмурилась, ожидая ответа.

— Алло, — жестко отчеканил голос, от которого у меня бешеные мурашки по всему телу забегали.

Слова застыли в горле, а Кирилл разозлился:

— Кто это?

— Я, — выдавила я.

Пауза казалась осязаемой.

— Кто «я»? — явно обалдел Захаров.

— Кирилл, это Саша, — чопорно ответила я.

— Жили у бабуси, завелись у деда, — протянул бывший. — Саня, что случилось? Апокалипсис? Бубонная чума? Вспышка Эболы?

— Почти, — уклончиво заметила я. — Кирилл, ты должен мне ответить честно!

— Не женат! — счастливо отчеканил бывший.

— Даже не знаю, поздравлять или сочувствовать, — иронично заметила я, азартно включаясь в пикировку.

— Но был, — закончил он, — сочувствуй.

— Ах так? — завелась я. — Все так плохо было? Ты так страдал со мной, да? А зачем тогда женился?

— Молчи, женщина, я рот твой целовал, — прорычал он с легким акцентом, — нормально у меня в браке все было. Разводу моему сочувствуй.

Я немного растерялась, вспыхнула, покраснела и забыла, зачем я вообще ему позвонила.

Явно же по делу, вот только по какому?

— Где ты? У сестры? — нарушил молчание Кирилл.

— Да, — брякнула я не подумав.

— Мне приехать? — игриво уточнил Захаров.

— Телефон! — вспомнила я. — Кирилл, я потеряла телефон!

— Понял, — отчеканил он и… отключился.

Я даже перепроверила, несколько мгновений обалдело глядя на экран, но этот гад просто повесил трубку.

Я пыталась перезвонить, но больше он телефон не брал.

Марья добродушно посмеивалась надо мной, пока я экспрессивно жаловалась на его поведение ей на кухне, но через полчаса в дверь постучали, Марья ушла открывать и громко крикнула:

— Саша, к тебе гости!