27

- Рая, вы там, с твоим адвокатом охренели что ли? Оборзели в край?

Борис стоит у двери квартиры, которую я снимаю уже месяц, трясёт какими-то бумагами.

НУ, не какими-то. Документами, видимо, которые прислал ему Крестовский. Герман свою работу знает.

Он мне не лгал, сразу сказал, что Борис и его семейка подготовились основательно.

Но на то он и адвокат, известный не только в столице, но и в целом, в стране, чтобы такие вопросы решать.

- Честно скажу, Раечка, еще бы полгода назад, да что там, месяца три назад, или даже... не важно, я бы сказал — соглашайся на мировую. Пусть купит квартиру, пусть даст отступные. Прости, но знаешь, это из серии — не тронь говно. А семейка твоего мужа именно что... дерьмо, от края и до края.

- И почему же вы не сказали? Чем так плоха эта мировая? — отвечаю скептически, мельком глядя на себя в зеркале, которое висит у Крестовского в кабинете.

Схуднула довольно ощутимо. Выгляжу почти шикарно.

- Мировая ничем, наверное, не плоха. Ну, кроме того, что родственнички бывшие тебя бы наебали прилично. Но тут уж, как говорится... иногда с паршивой овцы хоть шерсти клок. Если бы меня у тебя не было — мировая была бы мировым выходом.

И муженёк твой прям раздобрел бы от такой благотворительности, глядишь и накинул бы еще пару миллиончиков на бедность.

- Он? Да он скорее бы удавился, или эта его... куколка его бы удавила

- Ах-ах! Что мне в тебе нравится, Раиса, так это чувство юмора.

- Чувство черного юмора, я бы уточнила.

- Есть такое. Так вот. В принципе, мировая была бы не так плоха.

- Но?

- Но мы же договорились — весь мир в труху?

Крестовский весело усмехается, потом смотрит серьёзно, прищурившись,

- Раиса, ты же готова — в труху?

- Отож.

- Вот.

- Но почему вы решили в труху?

- Да просто бесят меня твои Иноземцевы. Муж, свёкр, супружница его. Бесят. Суки.

Хозяевами жизни себя возомнили. С хера ли, скажи? Ну с хера ли?

- Если бы я знала ответ.

- Во-от. Просто... бесят. И я решил воспользоваться своим положением и помочь им скатиться в пропасть. Но будь готова — эти товарищи могут попытаться сделать тебе больно. И жёстко. Так что..

- Не переживайте. У меня шикарная защита. Броня

- Это хорошо. Я его знаю?

Улыбаюсь во все свои двадцать восемь, если считать без зубов мудрости, которые вырвали.

Герман уверен, что у меня любовник?

Это было бы хорошо.

Но увы…

Я какого-то хрена сбежала из дома моего танцора диско, то есть танго.

Ни имени, ни телефона. Даже адрес — смутно.

Такси меня подхватило где-то на модных гламурных Патриках. Дом его я узнаю.

Наверное. Но подъезд? Квартира? Да и зачем это мне?

НУ, было и было.

Круто было? О, да! Феерично! Непередаваемо.

Без сомнения лучший секс в моей жизни

Как танго, только круче.

Хотела бы я повторить?

Несомненно. И много-много раз.

Вот только... Не мне же его искать? А что, он меня найти не может?

Мозгами своими, девичьими, понимаю, что меня найти гораздо сложнее.

Но ведь нам, девочкам, так хочется чуда, да?

Увы... прошла неделя, две, месяц.

Меня с головой погрузило в таинство развода.

А моё ресторанное происшествие так и не объявилось.

Что ж...

Оставалось развести руками. Посетовать на судьбу.

Хорошо еще — предохранялись! Ну, видимо... это я уже как-то смутно помню.

Нет, если бы я, как по классике жанровой литературы залетела бы от невероятного незнакомца, я бы, конечно, землю рыла и ела, но папашку бы к ответу привлекла.

Но - увы. То есть — слава Богу!

Зато какие воспоминания остались, да?

Этим я себя и тешила.

Рая, ну, нашёл бы он тебя. И?

Вдруг бы ты узнала, что он женат? Или альфонс?

Или у него в ушах растут волосы? Он игроман. Алиментщик злостный. Или еще хуже — зануда? Моральный абьюзер?

А так, ты сладко потрахалась, получила удовольствие, да еще и вытащила себя его руками за волосы из болота уныния, отчаяния и самоуничижения, в котором пребывала после измены мужа. Поверила в себя. В то, что еще имеешь власть над мужчинами, пусть иллюзорную, но всё же.

Да? Раиса?

Да, да... ответила я своему отражению в зеркале и понеслась жить дальше.

У меня было слишком много целей.

Или мало?

Развод.

Мир в труху.

И новая жизнь.

Это ого-го как! На это нужно много сил и энергии. И если мужчина, с которым тебе было мега хорошо не спешит тебя искать, значит это судьба.

Надо поблагодарить её за доставленное удовольствие и бежать дальше.

- Так, что за броня, Раиса?

- Я сама себе броня, Герман Львович, еще какая. Ничего не боюсь.

Самоуверенно? Да!

Нагло? Да!

Прекрасно.

Адвокат начал работу так, что от Иноземцевых пух и перья полетели в разные стороны. Я только просила, чтобы это не касалось моих детей. Сына, да и дочь.

Чего уж там.

С Колей мы общались регулярно.

С Анютой... Ну, такое себе.

- Мам, это правда? То, что ты творишь?

- А что я творю, дочь?

Всё в рамках закона. Почти.

Ну то, что налоговые проверки резко начались по всем фронтам бизнеса Бориса —разве я виновата?

Веди бизнес честно, плати налоги, не обманывай государство и будет тебе счастье.

То, что вскрылись финансовые махинации в ведомстве генерала Иноземцева? Так то же самое — живи честно, работай честно, не воруй у офицеров, а тем более солдат, тем более у тех, кто сейчас на стража мира и спокойствия:

Правда же?

Свекровь звонила пару раз. Начинала орать благим матом. Я её заблокировала на хрен.

Борис

Борис вот пришёл сам.

Наглый.

Красивый зараза, холёный, в любимом костюме, который я для него выбирала.

Только вот галстук новый какой-то нелепый и плохо завязан. Сам что ли старался?

Раньше галстуки ему всё время вязала я.

- Раиса, по-хорошему прошу, давай, заканчивай, а? Я ведь тоже могу начать жёстко.

- Жестко, это как?

- Бля... Рая, не заставляй меня принимать меры.

- Какие?

- Такие. Ты понимаешь, что я на грани!

- На грани разорения, котик? — специально зову его так, как зовёт его шмара малолетняя.

Кстати, о шмаре.

- Да, а последнее послание тебе как, зашло? Папочка?

- Что там еще? — мрачнеет, багровеет. Задушил бы меня, да только разговариваем мы через решётчатую дверь, которую установили хозяева съемной хаты.

- А ты почту проверь.

- Раиса, ты рискуешь.

- Кто не рискует, тот не пьёт шампанское. А я его, как оказалось, очень люблю. У тебя всё? Я могу идти? У меня онлайн с клиентами, заказ на мероприятие, очень большой и серьёзный.

- Я тебе тоже могу устроить мероприятие, Рая. Большое и серьёзное. Будешь в аду гореть.

- Рая? В аду? Как символично, ахах!

Ухожу, закрываю обычную дверь. Прислоняюсь к стене.

Сука. Сволочь. Мразь. Гандон. Предатель!

Рассказать тебе, тварь, в каком аду я уже побывала из-за тебя? Как медленно плавилось всё моё тело, как в кислоте? Как болело? Как струпьями отваливалось?

Как я рассыпалась, кровью истекала, как я умирала от отчаяния и боли?

Рассказать?

Да, наверное, так нельзя. Нельзя желать зла ближнему своему. Нужно уметь прощать. Уметь подставлять вторую щеку. Да?

Хрена лысого! Я не могу.

Я желаю этому подлецу испытать всю гамму чувств, эмоций, весь спектр боли, который за эти недели испытала я.

- Рая! — слышу рёв в подъезде, - Сука! Это подстава!

Да, конечно. Подстава. Ага.

Это просто выписка из элитной клиники, где твоей малолетней манде шили целку, чтобы потом она могла тебе рассказать, что ты у неё первый. И еще фото и даже видео. Твоей красотки с другими. Да и не с одним! Да, до тебя. Сейчас она, вроде бы, не позволяет себе левака. Пока…

Вот так, Боренька, наслаждайся чистотой и невинностью.

Блажен, кто верует.

Что ж...

Провожу онлайн с клиентами, договариваюсь об очной встрече, еду в ресторан, где запланирована еще одна встреча по другому мероприятию. Почти у самого ресторана на повороте меня неожиданно тормозит патруль.

- Гражданка Иноземцева, как вы объясните появление этого пакетика с белым веществом у вас в багажнике.

Холодеют пальцы.

Видимо никак.

- Я могу позвонить адвокату?

- Позже сможете, сейчас мы вынуждены забрать у вас телефон и проводить в отделение.

Это законно?

Черт.

Ну и мразь же ты, Иноземцев! А я еще тебя жалела!