Глава 10

— Нелицензированный целитель… Занимаюсь незаконной практикой… — ворчала я вполголоса, глядя на мощную спину генерала. — Да даже несмотря на это, я сделала для горожан Марнаэла в разы больше, чем этот «законный» целитель! Который теперь ждёт суда за свои махинации.

Моему негодованию не было предела.

Да, я согласилась поехать в штаб этого… генеральского тирана. Но согласилась под давлением! Не хотела я туда ехать! Но он просто не оставил мне выбора.

Пусть этот мир и написан кем-то там, но сидеть даже в книжном мире в тюрьме совсем не хочется. Но если моё назначение на должность штатного лекаря повлечёт за собой серьёзные последствия для сюжета и мира, то в этом будет виноват генерал! Пусть сам потом с последствиями и разбирается.

Главное, что я поставила ультиматум — никакого интима ни под каким предлогом. А остальное можно и пережить.

Сборы были молниеносными.

Уже через час я стояла посреди двора генеральской резиденции, стиснув зубы. В руках у меня был мой… вернее, выделенный мне заботливой и перепуганной Одеттой добротный чемодан, куда уместились не только мои вещи, но ещё и найденные в комнате старые платья Ильмиры, давно вышедшие из моды. Красоваться мне в штабе было не перед кем, так что мне было всё равно, прошла мода на этот воротничок или широкие рукава, или нет. Я покидала в чемодан всё, что было мало-мальски тёплым и без дыр.

Кто знает, сколько ещё ехать до этого штаба? Наверняка он не в часе езды находится.

— Леди Торлак, — окликнул меня тиран, обернувшись. — Мы отбываем.

— Я в курсе, генерал, — сухо ответила я.

На его лице мелькнула едва заметная ухмылка, после чего мужчина вновь отвернулся, раздавая указания оставшимся здесь стражникам и И.О. алькада, мужчине средних лет, имени которого я не знала.

Смешно ему, как же. Доволен, небось, что сумел забрать к себе бесплатную рабочую силу в лице меня и Марии с Грегори, которые решили ехать со мной. Конечно, платить он будет — он обещал, в конце концов — но о сумме в такой нервотрёпке мы ещё не договаривались.

Я просила Марию остаться, всё же штаб — это не соседний город, где есть лавки с продуктами и привычная жизнь, но она упрямо заявила, что поедет со мной куда угодно. А Грегори… просто увязался за нами. Вернее, за Мари. И одну её отпускать отказался напрочь.

— Пригодятся, — лаконично бросил Кассиан, когда я сообщила ему о двоих спутниках. — Мария так и останется вашей помощницей, а Грегори будет помогать копать окопы.

Перед самым отъездом ко мне подбежал Эдуард.

Моё расставание с ним было самым тяжёлым. За такое короткое время он стал для меня по-настоящему родным человеком — настоящим другом и коллегой.

— Леди Ильмира, пишите мне, если понадобится помощь, — с искренней тревогой в глазах просил он. — Не забывайте старого лекаря. И будьте осторожны с нашим генералом. Человек он… непростой.

О да, это я уже поняла.

Я обняла его на прощание, стараясь выглядеть храброй, хотя сердце сжималось от нехорошего предчувствия.

— Берегите себя, Эдуард. Я обязательно буду писать. И удачи вам на новом рабочем месте. Кстати, я так вас и не поздравила.

— Благодарю вас, леди, — улыбнулся лекарь. — Работы теперь только прибавится, но я рад, что смогу приносить пользу не только алькаду, но и всему городу.

С лёгкой подачи Вангаррада, Эдуард теперь занимал должность городского целителя, чему я была несказанно рада. За горожан я была спокойна, о них будет кому позаботиться.

Я думала, что мы поедем в тяжёлой походной повозке, которую я видела в первую нашу с генералом встречу, но он вдруг сказал, глядя на небо:

— Мы полетим. Это будет быстрее. Погода позволяет.

Прежде чем я успела осмыслить это абсурдное заявление, Кассиан сделал шаг в сторону, вокруг него вспыхнуло золотое пламя, и через секунду передо мной стоял огромный, красно-чешуйчатый дракон, который повернул огромную, шипастую морду в мою сторону и тихо рыкнул.

Он был невероятно массивен, его чешуя переливалась в закатном солнце, а голова достигала уровня четвертого этажа резиденции.

Мои глаза расширились до размеров блюдец.

«Ого! Вот это махина! В книге описывалось, что он большой, красный дракон, но, чтобы такой огромный…»

Страх перед неконтролируемой мощью смешался с необузданным, детским восторгом. Это же дракон! Настоящий! Живой! Я сотни раз видела картинки драконов в интернете, читала романы с ними в главной роли, смотрела зарубежные фильмы и сериалы, но всё это было не то.

А вот зато сейчас все эмоции были на грани.

Кассиан-дракон опустил голову и издал гортанный, но удивительно нежный рык, словно приглашая.

— Я… полечу верхом?! — пробормотала я, чувствуя, как ноги вдруг, вопреки восторгу, становятся ватными.

— И я? — пискнула Мария, глядя на огненного зверя так, словно он вот-вот её съест. Грегори, наоборот, выглядел заворожённым и счастливым. Наверное, драконов здесь видят не то, чтобы каждый день.

Вместо ответа дракон вновь рыкнул, только теперь так, словно возражения не принимались. Да и окружившая нас стража всё равно бы не дала нам возможности сбежать.

— Мари, я думаю, ты спокойно можешь поехать в карете, — сказала я, обернувшись к служанке, которая уже давно стала мне как подруга.

— Ну уж нет, леди, я вас одну на этой… этом… в общем, на драконе не отправлю. Я полечу с вами!

В принципе, я чего-то такого от неё и ожидала. Дракон на это замечание насмешливо фыркнул, выпустив небольшое облачко пара.

С помощью генерала, который аккуратно подтолкнул меня своей огромной лапой, я кое-как вскарабкалась на широкую, тёплую, шершавую спину дракона, где уже были прикреплены кожаные ремни, словно он был ездовым зверем. За мной со стоном взобралась Мария, а Грегори легко запрыгнул сам, ухватившись за снаряжение.

Внезапно дракон оттолкнулся от земли с такой мощью, что нас впечатало в его спину. Никаких тебе «пристегните ремни», «желаем вам приятного полёта» или «приготовьтесь, сейчас будем взлетать». Ничего! Этот… генеральский тиран просто издевался и испытывал нас на прочность своими выходками!

Пара взмахов огромными крыльями, ветродуй, словно на меня направили мощный вентилятор, заложенные уши и вот мы взмыли в небо. Никаких тут тебе магических пут, которые не дают упасть наезднику, никаких защитных куполов, ничего не было! Я сидела, вцепившись в кожаные ремни с такой силой, что на руках останутся не только синяки, но и ссадины.

Но даже несмотря на это, ощущения были невероятными!

Холодный воздух бил в лицо, адреналин зашкаливал. Внизу Марнаэл сжимался до размеров детской игрушки.

— Это потрясающе! — воскликнула я, хотя мой голос тонул в рёве ветра.

Однако мне показалось, что дракон вновь усмехнулся на это, а следом нас всё же опутала невидимая магия, буквально припечатав к мощному, горячему телу дракона, наконец-то обеспечивая безопасность.

— С самого начала бы так, — хмыкнула я тихо, а дракон вновь рыкнул, на мгновение повернул ко мне шипастую морду и сверкнул огненным взором.

Неужели услышал? Вот это слух у этого ящера.

Я видела, как Мария закрыла глаза и начала молиться, а Грегори просто улыбался, широко раскрыв рот, наслаждаясь скоростью. Полёт был ярким, быстрым, захватывающим. Мы летели сквозь облака, освещённые заходящим солнцем, и на мгновение я почувствовала себя абсолютно свободной от всех проблем.

Когда мы приземлились в лагере, я сползла со спины дракона ошеломлённая, раскрасневшаяся и невероятно счастливая.

Лагерь располагался в угрюмой, каменистой местности, которую обвевал холодный, пронизывающий ветер. И вопреки моим ожиданиям, драконов здесь оказалось просто катастрофически мало!

Одним из немногих драконов, помимо Кассиана, оказался еще один генерал, имени которого я пока не знала. Он прилетел через несколько минут после нашего прибытия — огромный, черно-золотой зверь, в размерах ничуть не уступающий Кассиану, который с грохотом приземлился посреди поля и поднял тучу пыли.

Пока я с Марией откашливались, черный дракон быстро трансформировался в солидного мужчину с черными волосами до плеч и внушительным шрамом на левой щеке, и направился прямиком к Кассиану, стоявшему у нашего шатра.

— Кассиан! Каков результат поездки? Ты привез… — мужчина осекся, заметив меня, стоящую рядом.

Он оглядел меня с ног до головы — скромное платье, внушительный чемодан и наглую уверенность, которую я старалась излучать.

А что еще остается, когда тебя в буквальном смысле заставили сюда приехать? А точнее, прилететь?

— А это кто? — подозрительно спросил мужчина. — Неужели это та самая целительница, о которой ты говорил?

— Это леди Ильмира Торлак, мой личный полевой медик, — холодно представил меня Кассиан, пока я не ляпнула чего-нибудь лишнего. — И да, она та самая девушка, которая спасла мне жизнь в Марнаэле. С той самой магией.

«Так, они уже меня и пообсуждать успели, и косточки поперемывать? Прекрасно. Просто прекрасно».

Генерал на это заявление удивленно присвистнул.

— Неожиданно. И как же, интересно, у тебя получилось упросить столь прекрасную женщину отправиться с тобой в такие… хм, условия? Ты же понимаешь, какие слухи поползут о личном медике, да еще и такой прекрасной?

— Как будто кто-то спрашивал моего мнения, — не удержавшись, буркнула я себе под нос.

Правда, оба мужчины синхронно посмотрели на меня. Чёрт, всё время забываю, что у драконов отменный слух.

— У нас с леди Ильмирой заключен договор о ее трудоустройстве, — ответил за меня Кассиан. — Ни о каких шуры-муры я не думаю, Дерган. Не забивай голову ерундой. Леди Торлак здесь исключительно по долгу службы.

«Интересный какой договор, — хмыкнула я про себя. — Ультиматум называется. Кстати, надо будет действительно договор у него потребовать со всеми прописными пунктами прав и обязанностей. А то знаю я этих драконов, сегодня одно обещают, а завтра этот «долг службы» переквалифицируют в личные услуги пикантного характера».

Мужчина, усмехнувшись, почтительно склонил голову (чему я невероятно удивилась).

— В таком случае, приветствую вас в лагере, леди. Дерган Рагнерд. Мой отряд правее. Надеюсь, вы быстро приведете моего друга и его отряд в форму, — затем он обернулся к Кассиану. — Надеюсь, если в моем отряде будет серьезное ранение, ты одолжишь мне своего медика?

— Непременно.

Отлично. Меня еще и по отрядам перебрасывать будут. Нет, я, конечно, не против помочь и очень даже за, но могли бы и меня об этом спросить. Хотя бы для приличия.

Генерал Рагнерд вежливо попрощался и отошел вместе с Кассианом переговорить. Когда же Кассиан повернулся, чтобы дать распоряжения, я увидела, что рядом с ним подошли двое молодых мужчин, которые с очевидным интересом наблюдали за всем происходящим. А точнее — за мной.

Они были чем-то похожи на Кассиана — те же волевые подбородки и красные блики в глазах. У одного из них темные волосы имели красный оттенок, а у другого, младшего, были красные пряди в светлой шевелюре.

«Родственники, — пронеслось в голове. — Братья или…»

— Леди Торлак, позвольте представить, мои сыновья. Анлаф и Хартор.

«… или дети».

Анлаф, выглядевший лет так на двадцать пять, был серьезным, сдержанным молодым драконом, который почтительно склонил голову. Он смотрел на меня с осторожным уважением, что несказанно удивило.

— Приветствую вас, леди. Спасибо за спасение отца.

Я вежливо кивнула в ответ и улыбнулась.

Хартор, которому на вид было не больше двадцати, был полной противоположностью старшего брата. В нем кровь еще бурлила, а юношеский максимализм бушевал, как лесной пожар. Он едва заметно кивнул, и его золотые глаза смотрели на меня с явным, нескрываемым презрением.

— Не понимаю, почему отец взял разведённую аристократку без всякого военного опыта вместо нормального военного лекаря, — пробормотал Хартор, достаточно громко, чтобы услышала я. — Это не фронт, а цирк.

Я нахмурилась. С чего вдруг такие высказывания?

Я была вежлива и почтительна, но этот мальчишка меня невзлюбил с первого взгляда. Почему? Что я ему сделала? Может, он ревнует отца? Или ему просто не нравится, что медиком оказалась женщина?

Я уже собиралась ответить ему едкой фразой о «нормальных лекарях», как Кассиан отреагировал мгновенно.

— Хартор! Что ты себе позволяешь? Немедленно извинись, — жестко потребовал генерал.

Хартор вздрогнул, но остался стоять, скрестив руки на груди, всем видом показывая бунт.

— Это необязательно, генерал, — поспешила вмешаться я, не желая устраивать семейную драму при первом знакомстве.

Кассиан посмотрел на меня, его взгляд прожег насквозь.

— Здесь не место бунту, леди Торлак. И не место попустительству. — Затем он обратился к сыну: — Хартор, ты немедленно извинишься перед леди Ильмирой, или отправишься домой под надзор. Ты знаешь, что я это сделаю.

Хартор вспыхнул, бросил на меня взбешенный взгляд, полный ненависти, и, ничего не сказав, резко развернулся и ушел в глубь лагеря.

Кассиан лишь тяжело вздохнул, не став его догонять.

— Прошу прощения за юношескую глупость, леди. Я поговорю с ним позже, — сухо сказал генерал. — А пока вот ваша палатка. Она выделена для вас и Марии. Располагайтесь и отдыхайте. У меня разговор с отрядом.

Он указал на самый большой и, судя по всему, самый теплый шатер в углу.

Я и Мария вошли внутрь.

Честно говоря, я ожидала чего-то… простого. Ну там, раскладушку, походный умывальник с тазиком, перекладину вместо шкафа, ну и все в таком духе.

Но внутреннее убранство меня удивило.

Конечно, роскоши и изысков здесь не было, но палатка выглядела как вполне себе приличная комната с добротными кроватями, шкафом, столом со стульями и даже ковром.

Пока Мария осматривалась, я села на край кровати, сняла туфли и устало потерла виски.

«Так, Ильмира Торлак, что мы имеем? Генерал-шантажист, ревнивый сын-дракон, и неизвестность в виде Тьмы. Здесь будет сложнее, чем я думала. Но где наша не пропадала? Справимся. Я же теперь главная героиня книги…»

Фронтовой быт оказался далёк от романтики.

Здесь пахло сырой землёй, потом, лекарственными травами и чем-то вкусным, что, видимо, готовили на ужин. Желудок от этого аромата заунывно урчал и требовал снять пробу.

Но пока нам было не до еды, да и на ужин никто не звал. Думаю, как и в любом другом месте, здесь он был по расписанию. Мария, быстро оправившись от шока полёта на драконе, уже хозяйничала, расставляя по шкафам наши скудные пожитки.

Правда, ворчала она при этом знатно, не стесняясь выражать своё недовольство.

— Куда же это нас занесло, — сокрушённо качала она головой, вытаскивая из чемодана моё барахло. — Подумать только, из дома алькада да на фронт, с драконами и Тьмой. Да где ж это видано, чтобы простые женщины границу защищали?

— Ничего, Мария, — усмехнулась я, поднимаясь с кровати и решив ей помочь. — Зато здесь никто не станет запирать меня в комнате без причины и шантажировать тем, что отправит на улицу. Мне кажется, даже если я захочу, меня никто отсюда не выгонит.

Мария на это лишь печально вздохнула. Видимо, уже пожалела, что поехала со мной, но сейчас обратно её никто не отправит.

Мои первые обязанности начались немедленно.

Генерал, вернувшись в нашу палатку через час после совещания, привёл меня в походный лазарет — ещё один, куда больший шатёр со множеством одинаковых коек без ограждений. И куда более скромный.

Здесь не было практически ничего! Совсем.

Я увидела полупустой шкаф с медикаментами, бинтами и склянками, содержимое которых можно было угадать далеко не с первого раза.

Пока я ошеломлённо глазела на своё новое рабочее место, генерал провёл меня к одинокому столу.

— Это ваш пост, леди Торлак, — сухо сказал Кассиан. — В шкафу вы можете найти плащ целителя и форму. Она, конечно, мужская и гораздо большего размера, но иной не имеем. Женщин-целителей… редко встретишь на фронте.

Скорее уж днём с огнём не сыщешь, учитывая, что женщинам-аристократкам вообще работать запрещено, а у бедняков магии, как правило, не бывает.

Я подошла к шкафу, распахнула его и уставилась на висевшую там форму.

Да уж, мне кажется, если надеть на себя мешок, будет смотреться лучше. Нет, она, как и положено, была зелёного цвета, имела нашивки в виде отличительного знака лекаря и императорского дома, но… она была размера так пятидесятого, не меньше! Таких же объёмов был и плащ.

Пока я скептически рассматривала то, что мне выдали, ко мне подошёл генерал.

— Нравится? — раздалось над ухом.

И я клянусь, что в этом вопросе было больше насмешки, чем самого вопроса.

— Сойдет, — сухо отозвалась я.

Думал, я начну жаловаться? Ха! В советское время только шитьем да перешивом и спасались. Бывало, купишь стандартный костюм или платье, и берешься за нитку с иголкой, чтобы пришить к нему воротничок или ушить по фигуре.

Помню, бабуля мне свои шторы отдала, так из них и юбка получилась, и халат домашний.

— Вы можете работать и в своей одежде, но эта ткань имеет определённую защиту от холода, перегрева, влажности и некоторых видов магии. Правда, как вам её подогнать под себя…

— Ничего, иголку и нитку в руках я держать умею, — хмыкнула я. — Перешью.

Кассиан посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом, а затем кивнул.

— В нашем отряде нет штатного целителя. Последний лекарь ушёл на покой всего несколько дней назад, и я не стал его удерживать по многим причинам. Теперь все его обязанности лежат на вас. Первое — вы должны провести диагностику всего отряда. Мне нужно точное состояние моих людей перед новым нашествием Тьмы.

— Общий осмотр? Учитывая их количество, это займёт весь вечер, — хмыкнула я, прикидывая объём работы.

— У вас на него были планы?

«Были — отдохнуть и прийти в себя», — мелькнуло в голове, но вслух я сказала другое:

— Нет, генерал. Я целиком и полностью в вашем распоряжении.

После этих слов мужчина обернулся и удивлённо изогнул бровь.

Знаю, прозвучало двояко. Но мне, отчего-то, нравилось провоцировать этого сухого, жёсткого и холодного мужчину хоть на какие-то проявления эмоций.

Так что я лишь улыбнулась и хлопнула ресницами.

— В таком случае займитесь, — сказал он и стремительно вышел, оставив меня среди полной… безнадёги.

— М-да, не так я представляла себе свой целительский кабинет, совсем не так, — проворчала себе под нос, оглядывая пустые полки.

И как раз в этот момент в лазарет заглянули первые пациенты.

Я провела следующие несколько часов, осматривая солдат: проверяла пульс, дыхание, оценивала состояние мышц и суставов, осторожно используя свою целительную магию для диагностики.

Не скажу, что все поголовно рвались ко мне на осмотр; некоторые личности даже подходить ко мне не желали, почему-то, но в основном бравые ребята, наоборот, толпились и с удовольствием стягивали с себя верхнюю одежду, оголяя торс.

Хоть я никого об этом и не просила.

Большинство проблем были стандартными для фронта: переутомление, недосып, плохо заживающие мелкие раны, магическое истощение.

Меня поразило другое: уровень магической одарённости большинства был крайне низким. Они были сильны физически, но их магический резерв был минимальным или почти пустым.

«И как они воюют? Генерал просто бросает людей на Тьму? Или сам тащит весь фронт?» — с ужасом думала я.

Ближе к ночи, когда я закончила осмотр последнего солдата, я вернулась к Кассиану, который работал в своём шатре. Провожал меня до него как раз этот последний осмотренный мной солдат.

— Результаты, леди Торлак, — потребовал он, не отрываясь от карты.

Я положила перед ним свою походную тетрадь.

— Генерал, ваши люди сильно истощены. Им нужен полноценный отдых. И восемьдесят процентов отряда обладают минимальной магической одарённостью.

— Я знаю силы своего отряда, леди. Для восполнения их сил мне и нужны вы. А что касается отдыха… мы здесь не на курорте.

Ну так-то да, я это и сама понимала. Однако спрашивать о расстановке сил в бою не решилась. Не моё это дело. Пока, по крайней мере.

— У вас всё? — сухо спросил он, не поднимая глаз.

— Ещё кое-что, генерал. Я должна задать вопрос жизни и смерти для всего лагеря, но особенно для меня.

Кассиан нахмурился.

— Что случилось?

Я откашлялась и постаралась сохранить серьёзное, невозмутимое выражение лица.

— Генерал, я женщина, а здесь фронт, — я понизила голос до заговорщицкого шёпота. — Скажите мне честно: есть ли в лагере… хотя бы одно зеркало, где я смогу убедиться, что не превратилась в закопчённого тролля? К сожалению, я не догадалась захватить его с собой. Или я должна теперь жить в блаженном неведении о своём лице? Иначе это морально подорвёт мою боеготовность и уверенность в силах, а это вопрос эффективности всего вашего отряда!

Не знаю, что именно ожидал услышать от меня генерал, но, судя по выражению лица, явно не этого.

Да и я, честно говоря, сама от себя не ожидала такого… наглого вопроса. Но почему-то при виде хмурой складки меж бровей генерала нестерпимо захотелось её разгладить. И немного встряхнуть этого слишком сухого и правильного мужчину.

Генерал медленно откинулся на спинку стула, глядя на меня с нескрываемым изумлением.

— Вы… спрашиваете о зеркале посреди фронтового лагеря? Это ваш вопрос жизни и смерти? — В его глазах появилась вспышка веселья, которую он тут же подавил.

— Безусловно! — горячо заверила я и даже подалась вперёд. — Внешний вид — это половина успеха в моей профессии. Если я выгляжу уверенно, и раненые верят в меня, они быстрее поправятся. Это боевая психология, между прочим!

Врала безбожно, но с таким вдохновением, что сама почти поверила.

При чём здесь внешний вид лекаря и выздоровление больного? Правильно, ни при чём. Да и мне зеркало было по большому счёту без надобности. Чего я там в отражении не видела? Тем более у меня Мария есть: если надо будет умыться или я вдруг состарюсь резко — она точно мне об этом скажет.

Но сейчас я чувствовала какое-то странное воодушевление и удовлетворение от нашего такого же странного диалога.

— Вы невероятно наглая женщина, леди Торлак, — он криво усмехнулся. — В лазарете должно быть маленькое, походное зеркало. Если оно разбито, то прошу прощения. У меня нет времени на предметы роскоши.

— Принято, генерал, — улыбнулась я, чувствуя удовлетворение от маленькой победы. — Буду надеяться, что оно не разбито, иначе ответственность за мои низкие моральные качества ляжет на вас.

Он спрятал в уголках губ улыбку и снова склонился над картой.

— На сегодня всё. Отдыхайте. Завтра будет тяжёлый день.

— Спокойной ночи, генерал.

— И вам, леди Торлак.

Я вышла из шатра с шальной улыбкой, чувствуя одновременно радость и смущение. Мы ведь… флиртовали. Причём именно я была инициатором!

Эта мысль отрезвила и заставила нахмуриться.

Что это только что со мной было? Я же не хотела никаких отношений с генералом, особенно после его фривольного и наглого заявления в Ратуше. Да вообще ни с кем отношений не хотела! А здесь…

Так, всё, стоп. Никакого больше флирта! Ни с ним. Ни с кем бы то ни было. Теперь буду заходить к генералу строго по работе.

Правда, сейчас тоже всё началось с рабочего вопроса…

Ладно, подумаю об этом завтра, на свежую голову. А сейчас я почесала зудящую руку под рукавом платья и направилась к своему шатру.

Только бы заразу здесь какую-нибудь не подцепить.

Я проходила мимо своего целительского шатра, когда в полутьме между палатками ко мне навстречу вышел высокий тёмный силуэт, заставив резко отшатнуться.

Это кто?!

— Леди Торлак, — вдруг заговорила тень голосом одного из сыновей Кассиана. — Вы не могли бы уделить мне минуту?

А затем из тени показался Анлаф.

Он заложил руки за спину и подошёл ближе, сохраняя дистанцию. Однако мне всё равно пришлось задрать голову. Высокий он. Совсем как его отец.

— Конечно, Анлаф, — ответила я, немного расслабившись и в то же время насторожившись. — Ты меня напугал.

— Прошу прощения. Я не хотел.

Ну да, возможно. Правда, выглядел он при этом совсем не как тот, кто жалеет о произведённом эффекте. Однако развивать тему я не стала, кивнула, принимая извинения и готовясь слушать.

— Я хотел извиниться за Хартора. Он не всегда так себя ведёт. Просто сейчас он… ревнует.

— Я догадалась, — кивнула я, почему-то почувствовав себя неловко. — Он считает, что я недостойна должности, или… недостойна вашего отца?

Анлаф усмехнулся, а я мысленно чертыхнулась. При чём здесь это?! Кто меня за язык тянет?

— Он думает, что вы приехали занять место его матери.

Ого, а вот это неожиданно.

— А… почему он так решил? — спросила осторожно. — У меня и в мыслях не было занимать её место.

— Мою мать убили асдорцы во время вылазки несколько лет назад, — продолжил Анлаф. — Отец винит себя, а Хартор очень остро переживал её потерю. И не оправился до сих пор.

Я почувствовала укол сочувствия. Ревность, основанная на горе… это сложно. И это объясняло внезапную враждебность.

— Леди Торлак, — продолжил Анлаф, высокомерно оглядев меня с ног до головы. — Я бы посоветовал вам уехать, пока вы можете. Это место не для аристократок.

О, а вот и условия подоспели. Как же без них?

— Я была бы искренне рада уехать, Анлаф, — призналась я, совершенно не соврав. — Но ваш отец поставил меня в безвыходную ситуацию. Он не оставил мне выбора. И именно он будет принимать решение, остаться мне в лагере или уехать. Моя работа здесь закончена не будет, пока генерал так не решит.

Молодой дракон усмехнулся.

— Нечто подобное я и ожидал.

Эм, в каком смысле? Что-то этот разговор мне не особо нравился, так что я постаралась придать голосу твёрдости и уверенности.

— Я не собираюсь претендовать на место вашей матери. Я здесь исключительно по работе, по «долгу службы». Как тебе известно, моя магия помогла вылечить генерала, и именно из-за неё меня сюда и взяли. Я просто делаю то, что должна, чтобы помочь.

Анлаф некоторое время внимательно меня изучал, а затем сдержанно кивнул, и в его глазах блеснул… холод, как отблеск льда.

Это заставило вздрогнуть.

— Я понимаю, леди. В таком случае… желаю вам удачи. И будьте осторожны.

Он вежливо отошёл в сторону, позволяя мне пройти.

Я направилась к своему шатру, чувствуя на себе прожигающий взгляд.

Что это было?!

Попытка втереться в доверие, о чём-то предупредить или попытка запугать? Скорее уж второе. Он будто поставил метку и ждал моего первого промаха.

И что мы имеем в итоге? Меня презирают оба его сына: один — открыто и эмоционально, другой — с высокомерной, ледяной вежливостью. И второй еще что-то скрывает. Отлично! Сюжет развивается бодро, только вот совершенно не по тому сценарию, что я читала.