Глава 44

От внезапного напора у меня на миг перехватило дыхание.

Я упёрлась ладонями ему в грудь, пытаясь оттолкнуть, укусить, вывернуться. Сделать хоть что-нибудь, лишь бы не чувствовать, как его пальцы зарываются в мои волосы и как его горячие губы требуют ответа.

Как я ненавидела его в этот момент!

За то, что он причинил мне боль.

За то, что он заставлял меня таять под натиском его губ…

Когда мои губы раскрылись ему навстречу Кристиан глухо простонал и прижал меня к себе ещё крепче, словно боялся, что я снова исчезну. По телу мгновенно пронеслась дрожь, усиливая жар внизу живота.

В его поцелуе не было нежности.

Только голод и пугающая одержимость.

Его руки жадно скользили по моему телу, ныряя под халат и касаясь обнажённой кожи.

Я знала, что совершаю ошибку. Что за этим поцелуем меня ждёт новая боль. Потому что Кристиан не умеет быть бережным.

Но моё тело тянулось к нему навстречу, и, проклятье… Мне было так хорошо в его горячих, сильных руках. Настолько, что это казалось… правильным. Словно я принадлежала ему задолго до нашей первой встречи.

И именно это было самым страшным.

Кристиан тихо зарычал, сделал шаг вперед, и я врезалась в стол.

Секунда — и он смахнул со столешницы всё, что на ней стояло. До моего слуха донёсся звон разбитого фарфора и грохот падающих на пол книг...

Не прерывая поцелуя, он поднял меня и усадил на стол…

Оказавшись между моих бёдер, Кристиан притянул меня к себе, окончательно стирая остатки расстояния и заставляя меня почувствовать доказательство своего желания.

В считанные секунды он развязал тонкий пояс халата и его горячие, чуть грубоватые ладони скользнули по моей обнажённой коже.

Его губы медленно прошлись по линии моих ключиц, шеи, и сомкнулись на мочке уха.

— Ты лишила меня рассудка, — прохрипел он, мучительно прикусывая кожу. — Ведьма…

— Так тебе и надо, — выдохнула я.

В ответ он глухо зарычал и снова впился в мои губы, зарываясь пальцами в волосы.

Он был безумен.

От начала и до конца.

Одержимый. Жадный.

Я понимала, что сошла с ума. Что мне бы прогнать его... Но в каждом его поцелуем я ощущала тоску и смирение. Словно дикий зверь пришел сам, чтобы быть прирученным.

Мои руки сами касались его плеч.

Зарывались в волосы.

Пробирались под рубашку, касаясь напряженного горячего живота…

И вдруг в дверь с силой забарабанили.

— Леди Луиза! — раздался взволнованный голос служанки. — Леди Луиза! С вами всё в порядке?!

Из коридора послышались встревоженные голоса.

Это и вернуло нас в реальность.

Мы замерли и, как по команде, уставились на дверь.

И только сейчас я заметила разгром, царивший в комнате…

Кажется, наше недавнее “сражение” осталось вовсе не таким уж тайным.

— Ломай дверь, Хейзер! — донёсся воинственный клич кухарки. — Девочки, посылайте за бароном!

— Н-не надо! — выкрикнула я в панике. — Со мной всё в порядке!

Мы с Кристианом переглянулись.

И словно только сейчас осознали, что едва не сделали.

Его взгляд медленно скользнул к моей обнажённой груди — и я поспешно запахнула халат.

Оттолкнула его и соскочила со стола. Быстро нашла пояс и завязала его дрожащими пальцами. Лихорадочно пригладила волосы и поспешила к двери.

Немного приоткрыв её, я взволнованно выглянула в коридор.

Там собрался настоящий вооружённый отряд.

Дородная кухарка в ядовито-красной ночной рубахе держала в руках скалку. Худощавый дворецкий в смешном чепце и белой ночной рубашке сжимал торшер. Молодые служанки прятали за спинами палки для выбивания ковров.

Похоже, угроза вышвырнуть генерала Астера силой была вовсе не пустой.

Я закусила губу, скрывая улыбку.

— Не надо ломать. Дверь не заперта, — отчеканила я, глядя на нашу боевую кухарку, питающую какую-то подозрительную страсть к разрушению имущества.

— Мы слышали шум и крики, — пояснил дворецкий. — Испугались, что вы в беде.

— В комнате была огромная мышь, — залепетала я. — Большая. Серая. Я пыталась её прогнать, но она оказалась слишком… наглой. И забралась в мою постель. Видимо, её привлёк запах старых книг.

— Но всех грызунов травили на этой неделе! — всплеснула руками кухарка. — Опять повылезали?!

— Видимо, самая настойчивая.

— Тогда давайте мы её прикончим! — объявила она, воинственно взмахнув скалкой.

— Прекрасная идея… — на миг я представила, как эта скалка опускается на голову генерала Астера. Хотя, если честно, ему и без этого не мешало бы её подлечить. — Но мышь уже сбежала. Юркнула в щель.

— Но мы слышали мужской голос… — нахмурился дворецкий.

Я замерла. Поняла, что нахожусь в шаге от провала…

Думай, Луиза. Думай!

— А, — я махнула рукой. — Это я кричала. Решила, что если буду орать мужским басом, мышь быстрее испугается. Так и вышло.

— Возможно, она ещё там, — настаивал дворецкий, пробираясь ближе к двери. — Позвольте, я всё же проверю.

Я быстро прикрыла дверь, оставив ещё более узкую щель, чтобы не позволить никому заглянуть в комнату.

— Не стоит.

— Но…

— Её точно уже здесь нет.

— Вы уверены?

— Более чем. Можете отправляться спать. Извиняюсь, что всех разбудила.

Дворецкий подозрительно сощурился, но, к счастью, отступил.

— В таком случае, спокойной вам ночи, леди Луиза, — пожелал он и жестом скомандовал своему женскому “боевому батальону” расходиться.

— И вам спокойной ночи, — отозвалась я, и уже хотела захлопнуть дверь, как вдруг меня осенило: — Хейзер, — окликнула я дворецкого.

Он развернулся и чуть обиженно взглянул в мою сторону, словно сама мысль, что я отказалась от его помощи, нанесла ему немыслимую травму.

С ним у меня сложились самые теплые отношения из слуг. Он единственный мог заставить меня улыбаться.

— Скажите… — я смущённо улыбнулась. — А вы не успели послать за тётушкой и бароном?

— Нет, — отозвался он.

Только я с облегчением вздохнула, как он тут же произнёс:

— Только за генералом Кайденом Торном. Он должен прибыть с минуты на минуту.

Я широко распахнула глаза.

Ну, всё. Мне конец.

— Шучу, — вдруг добавил он и чуть заметно улыбнулся. — Сладких вам снов, леди Луиза.

— И в-вам, — я выдавила из себя ответную улыбку и быстро захлопнула дверь.

Прижавшись к ней спиной, я перевела дыхание.

А затем уставилась на огромную, наглую “мышь”, что сидела на столе и лениво покачивала ногой. От этого грызуна моих нервных клеток было невозможно избавиться.