Эпилог. Счастье любит тишину
Наши детки родились почти под Новый год.
Альбертовна, говорит: хорошо, что до праздников управились.
Она теперь со спокойной душой отдыхать будет, после нашей выписки.
А отдыхать она планирует ни где-то, а в Сочи. Наш безумный папочка на радостях, презентовал ей путевку в какой-то крутой санаторий. Она сначала возмущалась и отказывалась от подарка, но у Дана не сорвешься. Отправил ее на пару с Владимиром Ивановичем. Тому тоже нужно нервишки подлечить. Ведь именно ему пришлось собирать и везти меня в больницу, когда внезапно, раньше срока, у меня отошли воды.
Дан, в тот момент, вместе с братом был в командировке на объекте и физически бы не успел приехать. Помог Владимир Иванович. Доставил до больницы и сдал в цепкие руки Альбертовны в лучшем виде.
В тут день на свет, после кесарева сечения, появились два крепких, несмотря на ранний срок, и здоровых мальчика Василий и Михаил.
Мои любимые мальчики!
Когда, мне едва отошедшей от операции, принесли их в палату и положили на грудь с обоих сторон, я испытала такое невероятное счастье, что казалось душа вот-вот отделится от тела и воспарит, точно маленький стрижик.
А через пару часов уже прилетел наш папа, и мы вместе уже любовались нашими детками, не веря, что все так хорошо и благополучно завершилось.
— Ах, — умилялась Альбертовна, — Над вами точно ангелы летают. Ну, до чего славные мальчишки. Поздравляю вас ребята. Вы славно потрудились.
Мы с Даном переглядываемся и смущено улыбаемся.
Его пальцы находят мои к крепко сжимают.
Макушки касаются теплые губы.
— Спасибо, родная, за таких мальчишек. Ты у меня самая лучшая.
А детки, явно проголодавшись, начали возится на моих руках и смешно морщить носики. У меня пока еще не было молока — не пришло, поэтому вскоре появилась нянечка и забрала моих маленьких ангелочков на кормление и пеленание.
Первый месяц после выписки оказался очень сложным.
Два маленьких младенца в доме — это не шутки. Пока одного кормишь, другой закричал. Пока одного переодеваешь, второй обкакался. Подгузники, пеленки, купание в ванночке, кормление грудью, бессонные ночи.
Я, конечно, морально готовилась, что будет трудно, но не думала, что настолько.
Все от усталости и недосыпа, как в тумане.
Дан пытался мне помогать, но на работе у него тоже завал. Новый объект хоть и выгодный, но очень сложный. Они с Лешкой как волки, бегают по области, решая рабочие моменты.
Пару раз ко мне на подмогу приезжала мама, но ее я сильно напрягать на захотела.
Елена Петровна и так выглядит уставшей.
У Кати и Жени родилась дочка, и пока папа на работе, молодая мать не стесняется скидывать внучку на бабушку. А та очень проблемная, крикливая и беспокойная девочка.
— Я ей говорю: дай ребенку грудь, чтобы она успокоилась, но Катька меня не слушает. Молока море, а она смесь в ребенка пихает. Ох, и дурная она девка, — жалуется она.
Маме сейчас совсем не сладко. И внучку любит, и отказать не может, и устает сильно.
— Мам, переезжай к нам. Я тебя так эксплуатировать не буду, — предлагаю я, — Комната для тебя есть отдельная.
— А зять, что скажет? — настороженно интересуется мама.
— Ничего, — пожимаю плечами, — Он у меня хороший.
— Да, — вздыхает она, — Хороший…Не то, что Ромка был. Столько лет с ним мучилась, родить не могла. А тут раз, и вон какие богатыри!
С теплом и радостью смотрит на близнецов.
Я, конечно, стараюсь не напоминать маме, как она была против Дана и хотела, чтобы я вернулась к Роме. Доказывать сейчас кому-то что-то бессмысленно. Все довольны, счастливы и хорошо.
— Нет, — решительно заявляет она, — Прости, Алечка, но к вам не поеду. Оставить квартиру, чтобы Катька там как королева жила? Ну уж нет! Пусть терпит! А как Женю оставить? Она ж его, змеища, сожрет!
Я прячу кривую улыбку.
Да…
Есть в мире вещи, которые никогда не меняются.
Мама до сих пор души не чает в моем брате и спешит оградить его от всех невзгод, даже от собственной жены.
Впрочем…
Перевожу взгляд на своих деток.
Я маму отлично понимаю.
Боюсь стать такой же сумасшедшей мамашей, как она.
— Я тебе про Розу Давидовну рассказывала? — косится на меня мама.
— Мама…я же тебя просила!
— Да я не про это! — бросает на меня возмущенный взгляд.
— Ничего не хочу про него знать. Только-только от судов отошла. Страшно вспомнить сколько мы с ним за этот кредит несчастный сулились. Чуть жаба его бедного не задушила. Не говори мне об этих людях!
— Ладно, — мама обиженно поджимает губы, но быстро забывает про это, переключившись на проснувшихся внуков.
Тут ей в радость с ними понянчиться.
Детки у меня улыбчивые, не капризные, сытые и довольные.
Молока правда на двоих не хватает, приходится смесью докармливать. Из-за этого у них иногда побаливают животики, но педиатр говорит, что это временно. Нужно лишь немного потерпеть.
Мама уезжает в приподнятом настроении, а я с грустью понимаю, что скоро придет домой наш папа, а я для него даже ужин не приготовила.
Жарю картошку на скорую руку и открываю банку соленых огурцов, что баб Люба передала с деревни. Ставлю все это великолепие на стол, как в дверях появляется мой, еще пока не муж, но…мы уже в процессе.
Детишек покрестим и будем жениться.
Коваль, таки выдрал у меня согласие на брак. Каюсь, до последнего держала оборону, но потом…что-то пошло не так…
— Как вкусно пахнет, — подходит и целует в губы.
— Прости, — каждый раз, млея от его близости, шепчу, — Ничего больше не успела приготовить.
— Ничего страшного, — отмахивается Дан, — Твою жареную картошку я готов есть круглосуточно. До того она вкусна. Вкуснее только твои губы.
И такие комплименты я получаю каждый день.
Как тут не потерять голову?
И я ее теряю. Тело мое уже почти полностью восстановилось после родов, и оно остро и ярко реагирует на близость желанного мужчины. Он тоже постоянно не сводит с меня жаркого взгляда. Мы оба хотим и ждем близости, предвкушаем ее, но пока еще спим в разных кроватях.
После ужина Дан ненадолго запирается у себя в кабинете, работает.
Я вожусь с детьми, укладываю их спать.
Сама переодеваюсь в красивую шелковую пижаму, гоняя в голове определенные мысли, но в итоге, едва моя голова касается подушки, засыпаю.
Просыпаюсь уже ночью, слыша, как Дан ходит с Васей на руках и успокаивает, приговаривая всякие нежности.
Вот такие они обычные семейные будни.
Никакой личной жизни!
Через пару дней выдается хорошая солнечная погода.
Зима в этом году выдалась слякотная, а сегодня на улице вдарил легкий морозец, выпал чистый снег и шикарной белой мантией окутал парки и скверы.
Отличный день для прогулки!
Глядя на все это великолепие, собираю детей и решаюсь выбраться за пределы нашего двора на более длительную прогулку. В квартале от нашего дома есть большой парк. Там мы договорились встретиться с Дашей, немного развеяться.
Через час гуляю с подругой по парку, толкаю впереди себя двойную коляску, в которой мирно спят мои малыши, и внезапно вижу бывшего мужа в компании какой-то женщины и детей.
Они идут прямо навстречу нам по дорожке, мы цепляемся взглядами с Ромой, и у меня нет других вариантов кроме, как поздороваться.
— Здравствуй, Рома.
— Альбина? — он удивленно вскидывает брови, — Ты тут какими судьбами?
— Гуляю с детьми.
— Ты все-таки родила, — с какой-то досадой в глазах говорит он.
— Как видишь.
— Рома кто это? — на руке бывшего мужа висит дородная, густо раскрашенная дама.
Она чем-то внешне неуловимо напоминает мою бывшую свекровь.
Вокруг них, вьется трое детишек дошкольного возраста. Видимо, погодки.
— Это моя бывшая жена Софа, — ядовито цедит Рома.
— О-у-у-у, — округляет дама глаза и недобро прищуривается, словно видит во мне соперницу, — Так это та женщина…
Фраза выходит довольно оскорбительной.
Мне почему-то становится смешно от такой реакции.
— А вы я так понимаю нынешняя жена?
— Будущая, — как бы нехотя поправляет Софа, крепче вцепляясь в своего спутника.
— Даже так…, - издевательски кошусь на бывшего мужа, — Тогда я спешу вас предупредить, чтобы вы после свадьбы поспешили заключит брачный контракт, а то Рома любит повесить на бывшую жену свои кредиты после развода.
— Альбина! — взвивается Рома, — Что за чушь ты несешь?
— Это чистая правда, — парирую спокойно.
— Софа, — целует этой мадам ручку, — Не слушай ее. Она просто завидует. Родила не пойми от кого и осталась одна с детьми. Неудачница. Пойдем, дорогая.
И они уходят.
Дети послушным гуськом семенят следом.
Мы с Дашей присаживаемся на лавочку.
— Ты чего ему не сказала, что замуж выходишь за отца детей? — спрашивает Дашка, — Они теперь тебе все кости перемоют.
— А зачем? Они в любом случае перемоют, — пожимаю плечами, — Пусть что хочет, то и думает. Самое главное я сама счастлива, а счастье любит тишину…
Подруга, задумчиво глядит вслед парочке.
— Да, ты права. Я ведь тебе не говорила, что Костя его уволил пару месяцев назад.
— И за что же?
— Проворовался. Видимо долги хотел закрыть. Раньше ты на его кредиты пахала, а одному тяжко стало. Вот и решил украсть с компании.
— Вот же гад.
— Тетки в бухгалтерии судачили, что он нашел себе бабу с тремя детьми и жениться на ней собрался. Я думала, врут, а он и вправду, похоже, собрался.
— Вот и хорошо, — заключаю я, — Совет им да любовь.
Подруга хихикает.
— Нет, правда! — округляю глаза, — Если у ребят нет отца, то пусть из него получится хороший папа. Каждый имеет право на счастье.
— Ты добрая, — гладит меня по плечу подруга.
— Нет, — смеюсь и качаю головой, — Я просто детей люблю.
Мы еще немного гуляем в парке, потом идем ко мне домой и пьем чай с булочками.
Вскоре за Дашей приезжает Кошмарыч и остается на ужин, а там подтягиваются и Дан с Лешкой.
Вот в такой теплой и душевной компании мы проводим вечер, а на следующий день, мой любимый большой босс, берет целую неделю выходных, и мы вместе с детьми наконец-то едем в деревню.
— Мои хорошие приехали! — выходит нас встречать Любовь Петровна.
В нарядном вязаном пальто, в цветастом платке на плечах.
Она излучает свет и тепло.
— А похорошела-то как! — обнимает меня, целует и тут же переключает внимание на детей, — Давай-ка поскорее их в дом. Не дай бог застудим.
Дед Вася вместе с Даном несут в дом драгоценные ноши — автолюльки с мирно спящими внутри малышами.
В самой большой комнате натоплено, уютно и пахнет пирогами с капустой.
— Какие они хорошие, — утирает слезу баба Люба, — Альбиночка, спасибо тебе милая. Я уж думала помру и не дождусь правнуков.
— Хорош тут нюни разводить, — шикает на нее дед, — Детей еще своими слезами перепугаешь. Они вон, кажись, разбудила.
Вася и Миша живут по каким-то своим внутренним часам. Они у них работают синхронно. Один завозился, глядишь и второй уже тянется.
Просыпаются, мои зайки.
Старики деликатно удаляются из комнаты, чтобы я могла покормить и переодеть малышей. Дан уходит надо принести и разобрать вещи. Ведь с детишками приехало еще куча добра. Тихо, стараясь не шуметь все приносит в большую комнату, которую выдели нам, в связи с расширением семейства и остается мне в помощь.
Вскоре накормленные и довольные мы всем семейством выходим на кухню.
А там уже Лешка и Владимир Иванович пироги наворачивают.
У них в отличие от нас нет выходных.
Лешка опять за всех на работе отдувается.
Баба Люба начинает возится с малышами и приговаривает себе:
— Ну, вот папку вашего пристроили в хорошие руки, осталось бы еще дядьку пристроить. Да мои ж вы сладкие…да мои ж вы любимые!
И дед тут на подхвате.
В одной руке погремушка, во второй соска.
Бренчит, цыганочку отплясывает.
А детки на него во все глазки смотрят и себе улыбаются.
Мы с Даном, оставив детей с бабушкой, одеваемся и выходим на улицу.
Свежий морозный воздух бодрит, любя щиплет щеки.
— Ты тепло одета? — спрашивает Дан, — Пройдемся до церкви?
— А дети?
— За ними тут присмотрят. Ты их покормила. Тут нянек целый дом.
— И правда целый дом, — хмыкаю я, — А пойдем. За одно и о крестинах договоримся.
Вот так под ручку, тихо переговариваясь мы идем по накатанной снежной колее.
А впереди просторное снежное поле и золотые купола церкви.
Дан тормозит по дороге и сграбастав меня в охапку крепко целует.
— Я никогда еще не был так счастлив, — говорит он.
И я бы ответила, что тоже очень счастлива, но не могу.
Дыхание перехватывает, и я понимаю, что плачу.
От избытка эмоций, от счастья.
Целую его в ответ, вкладывая в поцелуй свою любовь и благодарность.
Какое счастье, что Дан однажды появился в моей жизни.
И какая удача, что нам хватило сил, ума и терпения построить наши отношения.
Начало есть.
И впереди кривая жизненная дрога, полная неожиданных поворотов и хитросплетений, но мы пройдем ее вместе, рука об руку. И никакие невзгоды и проблемы не смогут этого изменить.
Так есть и так будет.
***
Вот на такой трогательной ноте, мы прощаемся с нашими героями.
У них впереди много всего интересного.
Крестины, свадьба, возможно…еще детишки.
Они славно потрудились и обрели свое счастье. Смогли в трудные моменты понять и простить друг друга, найти общий язык в непростых ситуациях, многое принять и переосмыслить.