Глава 8

Успокоившись, понимаю, что зря наехал на Инессу. Кто-то должен быть плохим полицейским, не всем же быть хорошими. Зато она поддерживает железную дисциплину, и если бы на нас с Муратом налетела другая студентка, не Яся, меня бы в принципе не волновали проблемы контрактниц продакшена.

Тем более, что мне нужна ее помощь. Прошу секретаршу вызвать Инессу ко мне, сам выбираю из горы портфолио примерно полтора десятка, Ясино пихаю в середину. Остальные хаотично раскладываю на столе. Надо создать видимость бурной деятельности.

— Можно, Дамир Даниярович? — Инесса нерешительно топчется на пороге кабинета. Ее несчастный вид весь кричит о том, как она сожалеет и терзается чувством вины.

Пора с этим заканчивать.

— Инесса Алексеевна, проходите, садитесь, — придаю голосу чуть обаяния, совсем немного, чтобы не перебрать.

Сотрудница смотрит на меня с подозрением, но проходит в кабинет и садится в кресло напротив моего стола. Даю понять, что не собираюсь мусолить вчерашний инцидент.

— Мне нужна ваша помощь, а то я тут совсем зарылся, — указываю глазами на рассыпанные веером портфолио, стараясь придать взгляду максимум обреченности. — Выручите?

— Конечно, Дамир Даниярович, — девушка приосанивается, понимая, что это не продолжение вчерашней выволочки, и тему с Ясминой мы закрыли, — с удовольствием вам помогу.

— Мне нужна информация о контрактницах. Вы понимаете, о чем я говорю. Не то, что указано у них в анкетах, а живая. Кто, откуда, как попала к нам. Подозреваю, что вы к этим девушкам ближе всех, а значит лучше всех владеете этой информацией.

— Безусловно! — она уже совсем расслабляется. — А вас только девушки интересуют? У нас и парни есть.

— Хм, — всматриваюсь в лицо Инессы, пытаясь найти подвох, но оно остается непроницаемым, — неудивительно, Инесса Алексеевна, наша компания выпускает и мужскую одежду. Но пока что меня интересуют девушки.

— Все? Или определенные?

— Вот эти, — сгребаю лежащие на столе портфолио и двигаю их к Инессе. Она с готовностью перехватывает инициативу, и в течение следующего часа я выслушиваю утомительные и абсолютно ненужные подробности о девицах, фото которых вижу впервые в жизни. И очень надеюсь, в последний

Я и не подозревал, что менеджер продакшена так осведомлена о личной жизни наших контрактниц. Инесса знает о них абсолютно все.

На каком-то этапе начинаю опасаться, что и о моей жизни она имеет самое четкое представление. В деталях.

— Ладно, понял, — останавливаю бесконечный поток словесных излияний, — а что вы скажете об этой девушке?

Протягиваю фото Яси, и Инесса внезапно сдувается.

— Что с вами? — интересуюсь якобы взволнованно. — Что вы так напряглись?

— Это же Беляева, — смотрит она с подозрением. Вопросительно приподнимаю брови.

— Беляева? Какая Беляева?

— Ясмина Беляева. Которая вчера из-за вас опоздала не съемку. Между прочим на десять минут.

— Ах, Яся, — «вспоминаю» и заинтересованно вглядываюсь в фото, — точно, она. В жизни она немного другая.

— Да, вы правы, — поджимает губы Инесса, — наша Ясмина очень интересная девушка. С двойным дном.

— Это как? — на этот раз мое удивление абсолютно искреннее. — Что вы имеете в виду под двойным дном.

— Ангельская внешность и невинный взгляд. Все это показуха, Дамир Даниярович. Для таких мужчин вот как вы, к примеру, — Инесса смотрит чуть ли не с жалостью.

Меня разбирает смех, но я держусь, чтобы не спугнуть ценного информатора.

— А что со мной не так, Инесса Алексеевна? — беру пальцы в замок, локтями упираясь о стол.

— Вы очень доверчивый, Дамир Даниярович. Впрочем, как большинство мужчин. А такие как Яська этим пользуются. Похлопают глазками, губки бантиком сложат, и вы уже поплыли. Скажите честно, вчера ведь так и было? Вы повелись на ее хлопанье ресницами?

Поскольку это чистая правда, киваю.

— Вот, — удовлетворенно изрекает Инесса, — а ей только этого и надо. Такие вот Ясмины вертят вами как хотят, а вы ведетесь.

— Можно по существу? У нее ест парень?

— И не один. Там целый табун. По двое-по трое сразу ходят.

— Что, прямо сюда приходят? — недоверчиво ухмыляюсь, но Инесса понижает голос.

— А разве вы, Дамир Даниярович, вчера не вдвоем ее привели? — она пристально на меня смотрит, и я ощущаю неприятный холодок под ложечкой. А ведь верно, истолковать можно по разному.

— Ладно, — мне начинает надоедать ее прямая как дверь прямолинейность, — я благодарен за то, что уделили мне время. И за информацию тоже.

Поднимаюсь, давая понять, что разговор окончен. Инесса еще немного мнется на пороге, и наконец уходит. А я подхожу к окну и первое, что вижу, — высокий хвост цвета спелой пшеницы, подпрыгивающий над головой его обладательницы.

Ясмина спешит на работу, и если не тормозить, то уже сегодня вечером можно будет выяснить, кто там табуном ходит за моей будущей женой.

Ясмина

То, что Дамир заступился за меня перед Инессой, конечно, приятно. Только теперь я переживаю, как бы это его заступничество не обернулось против меня.

Он слишком недосягаем. С высоты своего кабинета Дамир Батманов вряд ли способен разглядеть ту микроскопическую по его меркам проблемку, которую он создал рядовой «вешалке».

Наша Инеска очень злопамятная. Еще и мстительная. Скольких девчонок она выжила за гораздо меньшую провинность! А ведь я не просто опоздала несколько раз подряд, я умудрилась испортить ей отношения с начальством.

Мало того, из-за меня Дамир на нее наорал. И как скоро ей захочется на мне оторваться, вопрос нескольких дней. Возможно часов.

Короткие и сухие как выстрел взгляды, которые на меня бросает Инесса, только подтверждают мои мысли. Я как будто слышу в темноте щелчок затвора. Но сегодня она мне ничего не сделает, уверена. Как настоящая хищница она умеет выжидать, затаиться в засаде, чтобы в нужный момент прыгнуть и застать жертву врасплох.

Куда мне с ней тягаться. Я и не пытаюсь.

К тому же я так устала за сегодня, что если бы Инесса сказала мне больше не приходить, и спорить бы не стала.

Но Инесса молчит, и даже кивает на прощание, когда мы с девочками уходим. Съемка затянулась, уже десять вечера, и мне надо поторопиться, чтобы успеть доехать до общежития. Тратить деньги на такси я не могу себе позволить.

Выхожу из здания бизнес-центра, быстрым шагом направляюсь в сторону остановки, как тут внезапно несколько раз сигналит автомобиль. Механически оборачиваюсь на звук и останавливаюсь в недоумении.

— Ясемин! Эй, Ясемин, девочка, я тебя уже час жду! Иди скорей сюда! — зовет меня тот мужчина, которого я сегодня повалила в холле. Кажется, Дамир называл его Мурат-бей.

— Господин Мурат? — подхожу ближе и вглядываюсь в лицо мужчины. — Что вы здесь делаете?

Он нетерпеливо хлопает себя по ногам.

— Что за непонятливый цветочек, машшала! Говорю же тебе, что сижу на этом самом месте в машине ровно час, выглядываю свою Ясемин. А она все не идет и не идет. Совсем замучила тебя та ведьма, да?

Инеска хоть и стерва, но к моей усталости она отношения не имеет, поэтому побуду справедливой.

— Нет, господин Мурат, Инесса Алексеевна ни при чем. Просто сегодня было много работы, — отвечаю, а сама поглядываю в сторону остановки. Там подозрительно пусто. Неужели придется ехать на такси. Поворачиваюсь к мужчине и говорю извиняющимся тоном: — Прошу прощения, господин Мурат, но мне надо бежать. Уже поздно, транспорт скоро перестанет ходить. А до метро отсюда далеко…

Но мужчина меня перебивает.

— Что ты заладила, господин, господин… Какой я тебе господин? И что ты думаешь, для чего я тебя дожидаюсь? Чтобы провести на троллейбус? Садись, Ясемин, я отвезу тебя домой.

— Спасибо, господин Мурат, но я не привыкла…

— Садись, говорю, — прикрикивает он, — не испытывай мое терпение.

Он выходит из машины, открывает передо мной дверь, и я проглотив возражения занимаю пассажирское сиденье.

Говорю адрес, Мурат вбивает его в навигатор и трогается с места.

— Расскажи о себе, Ясемин, — просит он, когда мы выезжаем на проспект.

— Что именно вас интересует? — осторожно уточняю.

— Все, — отвечает он, небрежно управляя машиной одной рукой, — я хочу знать о тебе все.

— Зачем это вам? — не могу понять и удивляюсь совершенно искренне.

— У меня есть… как это правильно сказать, — он щелкает пальцами, — о, вспомнил! Свой интерес. Расскажи, откуда у тебя такое красивое имя, Ясемин.

Вдруг понимаю, что не могу рассказать ему об отце, об их связи с мамой. Не потому, что в этом есть что-то постыдное, нет. Не хочу.

Я вычеркнула отца из своей жизни. И из сердца тоже. Жаль, из генов не вычеркнешь, зато можно выбросить из памяти. Поэтому не стану ничего говорить.

— Так мама назвала, ей всегда нравилось это имя, — отвечаю уклончиво, но Мурата как будто этот ответ удовлетворяет.

— И мне тоже оно очень нравится, цветочек. И ты мне тоже очень нравишься. Я ведь не просто так приехал, Ясемин. У меня есть для тебя одно интересное предложение.

— Правда? И какое же?

— Ты знаешь, чем я занимаюсь? — он дожидается пока я мотну головой. — Я помогаю людям составлять выгодные контракты. Ты говорила, что хотела работать в Турции. Так вот, я могу для тебя это устроить. Что скажешь?

— Вы можете устроить меня в продакшн по типу того, в котором я работаю? — мое удивление не знает границ.

— Я могу устроить тебя в модельное агентство, цветочек. Ты будешь заключать контракты с самыми лучшими компаниями, Ясемин, и тебя обязательно заметят. Если хочешь, можно будет попробовать себя в актерской среде, у меня есть знакомые режиссеры. И среди продюсеров кинокомпаний у меня есть связи.

Хочется закрыть глаза и помечтать. Мне такое не приснится в самом смелом сне. Но тем сложнее потом просыпаться.

— Что вы хотите взамен? — задаю самый неприятный вопрос.

— Догадайся, — отвечает Мурат, и когда я принимаю отстраненный вид, хватает за руку. — Твое внимание. Твое время. Общение с тобой. Обещаю быть щедрым, Ясемин, ты не пожалеешь.

— Думаю, вам лучше остановить машину, господин Мурат, — отвечаю, не дав ему договорить. — Я не стану вашей содержанкой. Не знаю, почему вы решили, что я соглашусь.

Мурат останавливает автомобиль, но дверь остается заблокирована.

— Откройте, — говорю спокойно, хоть внутри все холодеет.

— Тебе он нравится, да? — мужчина за рулем с трудом сдерживает раздражение. — Ответь, Ясемин. Я видел, как горят твои глаза, когда ты на него смотришь. Я прав?

Отворачиваюсь, но Мурат хватает за подбородок и вглядывается в глаза.

— Отпустите, — отбиваю руку, но он уже отпускает сам.

— Ты влюблена в Батманова. Чем ты думаешь, девочка?

— И чем же Дамир Даниярович хуже вас? — не сдерживаюсь и выпаливаю ему в лицо. Он смотри на меня странно, качает головой и говорит:

— Ты нас не сравнивай. Я как и ты, мы на них работаем. И мы никогда не станем им ровней. Дамир Батманов миллионер, он родился с золотой ложкой во рту. Он понятия не имеет, что значит выживать. А я знаю. И ты знаешь.

— Не желаю с вами это обсуждать. Откройте дверь!

Он берет мою руку и кладет на руль.

— Я не хотел тебя обидеть, Ясемин. Прости, если так. Но послушай совет мудрого человека, выбрось из головы Батманова. Деньги идут к деньгам, ты никогда не будешь иметь для него ценности, если ему не придется за тебя дорого заплатить. Люди с большими деньгами не имеют сердца, цветочек.

— Так и вы не сердце мне предлагаете, господин Мурат, — высвобождаю руку.

Он усмехается, поворачивает ключ зажигания.

— Я довезу тебя до твоего общежития, Ясемин. А ты подумай еще над моим предложением.