Глава 14

Приятной неожиданностью было проснуться утром позже Кирилла. Когда я открыла глаза, в кровати мужчины уже не было, зато с кухни доносились восхитительные запахи чего-то печеного.

Накинув на себя всю ту же мужскую рубашку, я сладко потянулась, глядя в зеркало, и босыми ногами пошлепала по теплому полу в кухню.

– Пахнет чудесно. Ты приготовил сырники?

– Ага. Это мой фирменный рецепт. Раскрыть секрет? – я кивнула, добавляя в свою кружку с кофе сливки. – Нужно купить полуфабрикаты в хорошем магазине, выложить их на противень и в духовку на десять минут. Вкуснейший завтрак готов!

– Да ты настоящий кулинар, – Кирилл улыбнулся, присаживаясь за стол напротив меня. – Я позавтракаю и поеду.

– Поедем вместе? Я довезу куда нужно.

– Не стоит, – мне было не по себе от мысли, что после совместно проведенной ночи придется ехать куда-то в одной машине.

Это уже похоже на что-то серьезное, на какое-то подобие отношений. А я не хочу сейчас… Даже если и хочу, то попросту не готова. Не могу дать ложную надежду ни себе, ни мужчине, который добр ко мне.

– Тогда я вызову тебе такси. Что насчет сегодняшнего ужина? Я все еще приглашен?

– Тебя позвала Галина Яковлевна, – я смущенно улыбнулась, вспоминая о коварном плане своей свекрови. – Приходи, конечно. Думаю, что мы можем позволить себе поужинать, поговорить о работе, друг о друге…

– Тогда я с нетерпением жду вечера, – Кирилл наклонился ко мне и чувственно поцеловал в губы, давая распробовать привкус крепкого черного кофе и нежного сладкого поцелуя.

После этого глупая улыбка сама собой лезла до самых ушей. Я не могла ничего поделать!

Казалось, что в тридцать семь лет женщину трудно удивить поцелуем за завтраком. А оказалось, что дело вовсе не в возрасте, а в мужчине, который целует.

С Борисом за время брака все превратилось в рутину. И даже поцелуй перед работой был как каждодневная обязанность, выполняющаяся на автомате. Нет, мы всегда целовали друг друга с желанием и трепетом. Однако когда в последний раз после поцелуя мне хотелось улыбаться?

Наверное, глупо я выглядела сейчас. На кухне мужчины, который мне по факту никто, в его рубашке, без макияжа и укладки, улыбаюсь во весь рот и пью вкусный кофе.

– Это самое доброе утро за последнее время, – загадочно произнес Кирилл, уходя к раковине, чтобы вымыть за собой посуду.

Я думала заехать домой перед работой, чтобы переодеться и привести себя в порядок, но передумала буквально на полпути.

Заехать в поселок значило встретиться с Галиной Яковлевной и попасть под шквал вопросов о сегодняшней ночи. Обсуждать это даже в мыслях пока что было сложно, не говоря о разговоре с матерью моего мужа.

Так что я решила отложить разговор до вечера, и, сказав водителю свернуть на втором перекрестке, написала Насте, чтобы та раздобыла для меня тушь и какое-нибудь подобие бронзатора.

– Ольга Владимировна, доброе утро. Я отправила график на почту, на столе лежит черновик статьи для издательства, с которым Вы общались позавчера, косметику положила рядом и еще вот, – девушка на ходу повернула планшет экраном ко мне.

– Замужняя совладелица холдинга проводит вечера с одним из инвесторов нового проекта… – прочла я громкий заголовок. – Оставь эту газетенку. На прошлой неделе они писали, что Галкин уходит к Киркорову, вряд ли после этой статьи читатели поверят хоть одному их слову.

– Хорошо. У Вас все в порядке?

– Конечно, – я оторвала голову от стопок бумаг на своем рабочем столе и с недоверием посмотрела на помощницу.

Она стояла в дверях кабинета и переминалась с ноги на ногу, явно не зная, как сформулировать свой вопрос.

– Почему ты спрашиваешь? Я просто не накрашена, а так в полном порядке.

– Да нет, я не в этом смысле…. Просто… Вы не накрашены, статья в интернете.

– Боже мой! – когда я поняла, к чему клонит девушка, покраснела до кончиков ушей. Хорошо, что к этому времени уже успела нанести на лицо сияющую основу под макияж, и мое смущение было не так заметно. – Настя, это совсем не то, чем кажется. Сразу после ужина я ушла. Одна.

– Нет, нет, это не мое дело! Я лишь хотела убедиться, что все в порядке. Вы сегодня очень хорошо выглядите и прямо светитесь изнутри. Я рада. С момента объявления о разводе ни разу Вас такой не видела.

Настя смущенно улыбнулась и, крепко обняв планшет, вышла из моего кабинета.

А я опустилась на край стола, который очень кстати оказался рядом, и задумалась над словами девушки.

Неужели правда? Неужели я действительно вот уже как несколько недель не улыбалась искренне? Кажется, и впрямь не улыбалась…

Я была так занята собственными мыслями, что не заметила, как прошел целый день.

В честь пятницы я отпустила свою помощницу пораньше, а сама задержалась, чтобы закончить с бумажной работой и закрыть кабинет.

За весь день не случилось ничего, что стоило бы внимания.

Разве что…

Дамир прислал письмо на почту с важными для меня словами. Он говорил о том, что вчерашняя встреча никак не повлияет на работу, и сможем сотрудничать так, будто ничего и не было. Это не могло не радовать.

– Галина Яковлевна, я уже вызвала такси и почти еду! Буду в течение часа, – кричала я в трубку, стараясь услышать хотя бы собственный голос через звуки гудящей прямо перед офисом пробки.

– Курьер из ресторана полтора часа назад говорил мне то же самое! Будь добра, давай быстрее!

– Буду ждать такси быстрее, как скажете, – съязвила я, но тут же осеклась.

В правом ряду кто-то посигналил из черной иномарки, и я сразу поняла, что это мне.

Это была машина Кирилла, и сигналил сам мужчина.

Или он намеренно заехал за мной, или заметил лишь случайно, проезжая мимо, – не знаю. Но я была счастлива, что сейчас он был здесь!

– Я ждала такси, но так тоже неплохо.

– Такси бизнес-класса. Надеюсь, что водителю поставят пять звездочек!

– Если успеем за час, хоть шесть! Галина Яковлевна уже бьет тревогу, – на ходу я пристегивалась и рассовывала по карманам и отсекам сумки все то, что до этого держала в руках. – Спасибо, кстати. Такси бы еще полчаса по таким пробкам ждала.

– Да не за что. Нужно было сразу сказать, что заеду.

По дороге мы не говорили ни о чем значащем. Вели себя как приятели или просто хорошие знакомые. Никаких намеков на флирт или шуток, связанных с прошлой ночью. Просто общение двух взрослых людей.

За город мы доехали ровно за час. Поторапливая Кирилла, я со всех ног торопилась поскорее зайти в дом, чтобы избежать гнева свекрови.

– Галина Яковлевна, мы приехали! Ужин уже готов?

– Только вас и ждет! – шутливо ответила женщина, выходя из столовой. – Через пять минут я начинаю есть и пить, так что не советую задерживаться.

– Одна нога здесь, другая там, – бросила я на ходу, вбегая на второй этаж.

Кирилл был оставлен на произвол судьбы и растерзание Галине Яковлевне. Он как-нибудь справится, а мне было просто необходимо переодеться и подправить макияж.

К моменту, когда я спустилась в столовую, гости моего дома уже сидели за столом и о чем-то мило беседовали за бокалом красного вина.

– Простите, что задержалась. Так вкусно пахнет!

– Оленька, где в твоем доме живут вазы? Кирилл подарил нам шикарные цветы!

Я интуитивно перевела взгляд на кухню, где около раковины лежали невероятной красоты букеты. Один из полевых цветов, а другой из розовых кустовых роз.

– Какая красота… Спасибо большое! – я искренне улыбнулась, глядя Кириллу в глаза.

– Самые прекрасные цветы для самых прекрасных дам, – на тыльной стороне ладони остался едва ощутимый поцелуй мягкий губ, и я окончательно потеряла рассудок от накрывшего меня с головой счастья.

В моем доме не нашлось вазы. Совсем. Никакой!

Рыская по шкафам в поисках хоть какого-то сосуда, я вдруг поняла, что цветов в этом доме не было очень и очень давно.

Борис дарил мне букеты, когда мы только начинали встречаться, а потом… Все вдруг сошло на нет.

То ли цветы были глупой тратой денег, то ли мы стали борцами с теми, кто срезает цветы ради минутного счастья. Но я и впрямь не могу припомнить, чтобы в этом доме стоял букет.

– В следующий раз дари ей букет сразу с вазой, – пробурчала Галина Яковлевна, глядя, как я поправляю букет в трехлитровой банке с водой. – Видимо с плохим мужиком жила, раз в доме ни одной вазы.

– Какого Вы родили, с таким и жила, – ответила я в той же манере. – Кирилл, мы просто шутим, если что.

– Все в порядке. Может быть, вина?

За бутылкой хорошего вина и вечер проходил хорошо. Мы много говорили о дизайне, потому что эта тема была близка всем, обсуждали новый проект, Кирилл с Галиной Яковлевной даже прикинули, какой ремонт лучше сделать в моем доме.

В целом все было просто чудесно. Вечера лучше я и представить не могла.

Однако…

– Оля, ты кого-то ждешь? – прозвучал логичный вопрос, когда дом наполнил звонок в ворота.

– Да нет, Вы же еду заказывали курьером. Может, забыли что-то? – с долей непонимания я вышла из-за стола и направилась в коридор.

Честное слово, лучше бы мы все оглохли и не слышали этого злополучного звонка! Потому что гости за воротами были незваными.

С какой-то неизвестной мне целью в дом пришли Борис с Мариной. Мужчина странно смотрел на припаркованную у ворот машину Кирилла, а девушка держала в руках контейнер (готова поспорить, что с ее фирменным морковным печеньем).

Не скрою, что была мысль просто не открывать дверь и сказать, что кто-то ошибся адресом. Но это было бы слишком некультурно по отношению к мужу. И его любовнице.

Так что мне пришлось открыть.

– Добрый вечер. Чем обязана?

– Мы хотели поговорить с мамой, да просто провести вечер всем вместе, пообщаться, попить чай.

– Я испекла печенье, – на лице после фразы Марины появилась широкая искренняя улыбка, которую она ошибочно приняла на свой счет.

– У тебя гости?

– Да, твоя мама позвала Кирилла на ужин. Но, думаю, они не будут против, если вы присоединитесь. Проходите.

Проходите? Я вообще в своем уме? Уж очень много ошибок допустила в слове «уходите»!

Да этих двоих нужно было выставить за порог как только они его перешагнули, а еще лучше не пускать на этот порог вовсе!

Зачем я потащила их за стол, где сидит моя обиженная свекровь и любовник в неопределенном статусе?

– У нас тут неожиданные гости…

– Какой сюрприз, – пряча приторно-напускную улыбку за бокалом с вином, произнесла Галина Яковлевна. – Хотите чаю, кофе, уйти?

– Борис, Марина, добрый вечер, – неловкость поспешил скрасить Кирилл, который протянул руку в знак приветствия моему мужу. – Присаживайтесь. Оль, давай помогу принести посуду и приборы?

– Оля, наверное, сама. Все-таки она хозяйка в этом доме.

Хватило секунды, чтобы оценить ситуацию.

Я увидела взгляд Бориса, наполненный ненавистью и желанием показать, кто тут главный. Мужчина буквально смотрел на своего оппонента так, будто бросал ему вызов и громко заявлял, что у того нет шансов.

Кирилл тоже очень быстро сменил напускное гостеприимство на враждебный настрой. Он двусмысленно хмыкнул, вздернул правый уголок губ и сощурил глаза.

Это было немое объявление войны. За территорию. За власть. За меня.

Галина Яковлевна, будучи женщиной опытной, происходящее тоже подметила и поспешила пойти со мной на кухню под предлогом помочь.

– Ты видела, как они смотрели друг на друга? Оля, да за меня никогда в жизни мужики так друг другу не хотели глотки перегрызть!

– А мне от этого какой прок? Там сейчас сидит мой муж, его любовница и мой любовник! Что с этим делать? – женщина только отмахнулась от меня как от надоедливой мухи и поспешила за стол подогревать и без того накаленную ситуацию.

С тарелками и приборами я разбиралась одна.

– Оля, все очень вкусно! Особенно кролик. Мясо нежнейшее.

– Это не она готовила, – свою пассию осадил Борис, нервно разделывающий мясо приборами. – В этом доме вообще домашняя еда – редкость.

– Да? А я слышал, что Оля готовит вкуснейшие завтраки, – после этой фразы Кирилла у меня кусочек помидора встал поперек горла.

Выпучив глаза, я посмотрела сначала на мужчину, который не отрывал испепеляющего взгляда от Бориса, а потом на Галину Яковлевну, как на свою спасительницу.

– Девушка может готовить так часто, как часто в доме появляются букеты цветов.

Ой, Галина Яковлевна, не на ту сторону Вы встали… Ой не на ту!

– А я очень люблю готовить! Меня бабушка учила. Мы с ней и пироги пекли, и пельмени лепили, – Марина своей поражающей наивностью немного снизила напряжение за столом, однако оно все равно осталось осязаемым.

– Мы с удовольствием придем в гости с ответным визитом, чтобы попробовать вашу домашнюю стряпню. Правда, Оля?

– Угу, – промычала я едва слышно, с лицом полным безразличия убирая руку Кирилла со своего колена. – Может быть, еще вина?

– Вино кончилось, – неприятно удивила меня Галина Яковлевна.

– Тогда водки.

Идеи глупее, чем пустить своего мужа с любовницей в дом, было не придумать.

Вечер стал похож на сущий кошмар: Борис то и дело пытался меня уколоть, намекал, что официально он мой муж; Кирилл бросал двусмысленные фразы, от которых у меня горели уши, старался коснуться моей ноги под столом; а вишенкой на торте была Галина Яковлевна, просто веселящаяся от происходящего.

Морально я была так измотана, что в какой-то момент вовсе перестала участвовать в диалоге, и переключила все свое внимание на бутылку с алкоголем.

– Мам, что ты думаешь насчет возвращения домой? Прошло много времени. Папа сам не свой, места себе не находит.

– А зачем мне домой? Мне и здесь неплохо. По крайней мере, пока я никому не мешаю, – женщина подыграла нам с Кириллом бровями. – Твой отец даже не подумал извиниться. Приезжал, чтобы забрать меня как какую-то вещь! Где раскаяния, где цветы, где золотое колье?

– Но ведь дело не в подарках, – попыталась вмешаться Марина. – Вы семья, ячейка общества. И нужно пытаться сохранить то, что есть между вами, всеми силами. Любовь – огромная ценность.

– Милочка, побойся Бога говорить такие вещи в доме жены своего парня! Не любовнице малолетней меня жизни учить!

– Мама! – Борис повысил голос, но это ничего не дало, потому что расстроенная девушка уже выбежала из-за стола в слезах. – Марина, подожди!

Несколько секунд мы молча сидели за столом, пытаясь переварить ужин во всех смыслах этого слова.

Я медленно жевала кисловатый виноград, Кирилл сгорал от неловкости, а Галина Яковлевна, кажется, ни о чем не жалела и дробила лед в стакане вилочкой для десерта, до которого так и не дошло.

Только когда с улицы раздался звук отъезжающего автомобиля, мы будто ожили.

– Я помогу убрать стол, – Кирилл взял тарелки и пошел за мной на кухню, но я не была этому рада.

– Спасибо, я справлюсь сама. Ты можешь идти.

– Но я хочу помочь.

– Кирилл, – мой голос выражал все эмоции. Немного дрогнувший, он буквально говорил о том, что я не хочу никого видеть. В том числе этого мужчину.

Я стояла, оперев руки о каменную столешницу. Кирилл был за моей спиной, и я не могла видеть его лица, эмоций, действий.

Только почувствовала, что он приблизился ко мне настолько, что я чувствовала тепло его тела, однако не ощущала прикосновений.

– Прости меня, Оль. Я испортил вечер и вел себя как дурак.

– Вечер испортил не ты. Но ты вел себя как дурак, это правда!

– Мне жаль, – голос мужчины звучал тихо, с сожалением. Я вдруг прониклась и захотела оказаться в его объятиях, чтобы укрыться от всего происходящего. – Он начал задирать тебя как мальчишка на детской площадке. А я подхватил вместо того, чтобы вести себя как взрослый мужчина.

– И ведь не добавишь ничего! – я рассмеялась.

– Мне правда не следовало так себя вести в твоем доме с твоим мужем. Это было глупое собственническое чувство, желание защитить девушку, которая нравится.

– Так нравится, что ты готов обрести врага в лице Миролюбова?

– Возможно даже сильнее, – я улыбнулась и прикрыла глаза в предвкушении сладкого поцелуя.

Кирилл осторожно коснулся моих губ, сомкнул объятия на талии и поцеловал так, как умел целовать только он. Тегуче-нежно, по-особенному, очень долго.

За пару минут я забыла обо всем, и просто довольно улыбалась, когда мужчина отстранился.

– Спасибо за вечер. Это было чудесно.

– Тебе спасибо. Знаешь, мне было даже приятно, что ты дал отпор Борису. Он разозлился, почувствовав, что теперь есть другой мужчина, который может постоять за меня.

– Если нужно будет еще кому-нибудь дать отпор, ты знаешь, где меня найти, – мы синхронно улыбнулись. – Я поеду, Оль. Уже пора.

– Конечно. Хорошей дороги.

Проводив Кирилла из дома, я вернулась в кухню, чтобы закончить с уборкой. Через мгновение туда спустилась Галина Яковлевна, раздосадованная и печальная.

– Я была слишком груба, да? – спросила она прямо.

– С любовницей моего мужа? Ничуть! Я бы предпочла, чтобы Вы еще повыдергивали ей все мелированные космы! Если серьезно, Вы грубы к своему сыну. Марина Вам никто, и Вы не обязаны выслуживаться перед ней. Но он сын. И как мать Вы должны принять его выбор и поддержать в непростой период. Ему сейчас нелегко.

– Я не могу его поддержать, Оль, просто не могу! – женщина опустилась за стол, и я увидела, как на ее щеке блеснула одинокая слеза. – Я не растила его таким, понимаешь? Не говорила ему, что заводить любовницу в два раза младше себя – хорошо. Я не учила его так обращаться со своей женой. Я прививала ему другие ценности, я воспитывала другого сына…

Медленно я отложила в сторону полотенце, которым вытирала чистые тарелки, смахнула капли воды с рук и подошла к женщине, чтобы обнять ее за плечи.

Ощущала ли я то же, что она? Вряд ли… Борис был моим мужем, моим выбором, при том выбором не обязательно на всю жизнь. Для Галины Яковлевны же он был единственным сыном, в которого она вложила душу, от которого она ждала внуков. И, наверное, эта ситуация больно терзала сердце матери.

– В произошедшем нет Вашей вины. Борис взрослый человек, и он сам сделал свой выбор. К тому же, он был честен со мной и с Мариной, не стал врать нам обеим, а изложил ситуацию как на духу.

– Мне от этого не легче. Как подумаю, что десять лет вашего чудесного брака канут в лету! – женщина прикрыла лицо руками и шумно вдохнула большую порцию воздуха. – Новая семья, эта молодая девушка. Борис станет совсем другим, я прекрасно это понимаю.

– Галина Яковлевна, Вашему сыну почти сорок лет. Он справится со всем сам. Перестаньте думать о том, как будет лучше ему. Тем более, что он все равно не послушает Вашего совета. Возьмитесь за себя, пожалуйста. Ваш брак сейчас тоже переживает не лучшие времена.

Женщина согласно кивнула и почему-то улыбнулась сквозь слезы, застывшие в глазах. Я смотрела на нее и не понимала, как можно отдавать всю себя другим, заботиться о чужом счастье, забывая о себе и своей семье.

– Знаешь, Оль, а я ведь не знаю, были ли у нашего брака лучшие времена. Вот не живем мы с Гришей неделю вместе, и мне будто хорошо от этого, легко.

Выдержав театральную паузу, женщина поднялась со стула и медленно покинула столовую.

Я смотрела ей вслед, искренне желая помочь, но понимала, что лучшим моим решением будет просто не мешать.

Личная жизнь других людей на то и личная, чтобы не лезть в нее со своими непрошенными советами.

В конце концов, мне бы со своей жизнью разобраться!

Я не рассчитывала, что этот день преподнесет мне еще что-то, однако вечер был полон сюрпризов.

Уже засыпая в кровати, я получила сообщение от Бориса с предложением встретиться завтра за ужином. Вдвоем.

Казалось бы, к чему эта встреча? Поскольку ответа для себя я не нашла, решила согласиться. Хотя бы для того, чтобы узнать цель этого ужина.