Глава 10

Этой ночью мне снова приснился сон о дне побега, как будто кто-то или что-то пыталось напомнить, как всё произошло. Я снова очутилась на приёме в саду. Мамочка расхаживала перед своими гостями арабами в ярко-жёлтом платье. Рядом со мной стояли все девушки: Стефани, Тесса, Делла и Алета. Мы пили шампанское, угощались восточными сладостями.

Когда подошёл Рашид и спросил про кольцо, я кокетливо улыбалась, объясняя, что не стоит светить его перед Мамочкой, иначе она меня накажет. Он согласился. Потом пригласил меня танцевать.

— В белом платье ты похожа на невесту, — чётко, без акцента сказал Рашид. В мыслях я прокрутила одну важную деталь: всё это происходило во второй жизни — не в первой. Рашид был ласков со мной. — Этой ночью мы будем далеко.

— Так далеко, как только захочешь, — страстно проговорила ему на ухо.

Мамочка заметила наши сюсюканья и увела Рашида, сказав, что у неё для него сюрприз. Догадавшись, что эта ужасная женщина покажет видео, где мы с Хенли занимаемся любовью, я почувствовала, как внутри поднимается паника.

А потом картинка меняется, я бегу по лесу. Рыжика передо мной нет. Я бегу одна, спотыкаясь о пеньки и камни. Длинное белое платье цеплялось за острые сучья. Я не слышала ничего, кроме своего собственного дыхания до тех пор, пока не прозвучал первый выстрел.

А потом второй. Он свалил меня с ног.

Нет, я не почувствовала боли, но когда наклонила голову, то увидела, как красное пятно растекалось по белой ткани платья. Моя кровь…

Вскрикнув, я открыла глаза и поняла, что упала с дивана. Рядом со мной присела Моник. Феделм стояла в двух шагах и с испугом смотрела на меня.

— Тебе приснился плохой сон. Давай я помогу тебе подняться.

Я опёрлась на руки Моник и вернулась на диван. Волосы были мокрые, дыхание учащенное.

— Мне снился побег, девочки, — немного придя в себя, сказала я. — На этот раз я хорошо всё запомнила. Во сне Рашид убил меня ещё в лесу. И… я видела всех живыми. Тессу и Стефани.

— Алекс только что сообщила, что горничная заговорила.

— Алекс… О Господи, я уснула, а она должна была прочитать мне записи из дневника.

Моник с Феделм переглянулись, и мне очень не понравился их взгляд.

— Что ещё?

— Скажи ты, Феделм. Я… у меня духу не хватит.

— Что случилось? — я разволновалась и уже собиралась подойти к микрофону, но тут Феделм сказала:

— Рашид её изнасиловал сегодня и… избил.

— О Господи! Её отвели в лазарет к Хенли?

— Нет. Не увидели в этом необходимости. Алекс лишь сказала, что Рашид зверюга. Она не собиралась сопротивляться, но он, похоже, просто хотел её побить. Это как месть за его собственную ошибку. В общем, на лице несколько синяков, губа разбита и болит бок. Он один раз пнул её в живот. В целом, она чувствует себя удовлетворительно.

— Пускай пожалуется на боль в животе. Это же шанс поскорее попасть к Хенли. И чем раньше, тем лучше.

— Скажешь ей это сама, — буркнула Феделм, идя на выход. — Я ужасно проголодалась. Вам что-нибудь принести?

— Мне яблоко, — попросила Моник.

— Адриана?

— Кофе. Просто кофе, если можно. — Как только Феделм вышла, я повернулась к Моник. Её лицо казалось бледным в полутёмном помещении, а в глазах какое-то совершенно особое выражение безнадёжности. — Горничная сказала, как её зовут?

— Да. Ивонна.

И снова картинки из снов возникли перед глазами. Я закрыла лицо ладошками, села на диван и заплакала. Сколько раз я видела во сне страшное зрелище с Арлетт? Бесчисленное количество раз. Значит…

— Адриана, — белая ручка коснулась моего колена, — не отчаивайся раньше времени.

— Сомневаюсь, что Арлетт в другом месте. Они убили её так же, как и в моей первой жизни. Изверги! Ненавижу! — Внезапно слёзы высохли, на место скорби пришло другое чувство — желание расправиться с тварями, отомстить. — Я сделаю всё, чтобы им воздалось по заслугам. Вывернусь наизнанку, но заставлю этих ублюдков страдать.

Позже пришла Феделм с завтраком в компании Элайи. Пока Алекс не выходила на связь, мы строили планы. Я попробовала нарисовать по своему представлению карту дома Мамочки. Леджер достал фото с карты Гугл. Кое-что у нас было. Я рассказала о людях с автоматами.

— Думаю, они постоянно дежурят около ворот. Слуг внизу много. Охрана расставлена повсюду.

— А если зайти с гавани? — спросил Леджер.

— Корабль уничтожат до того, как он причалит. Нет. Нужен другой путь.

— Попасть на приём в качестве клиента?

Мы все посмотрели на Элайю. Да! Это было то, что надо. Но кто будет этим клиентом, надо ещё решить. Патрик был замечен, поэтому он не подойдёт. Да и не каждый может получить приглашение. Ещё одна задачка.

У меня мелькнула мысль, что этим «клиентом» будет специально подготовленный полицейский, а я войду в этот дом, как его дама. Помнится, находясь в золотой клетке, я видела не только мужчин, но и женщин. О, женщины куда больше любят извращения, чем мужчины.

— У тебя же лицо той Адрианы, — заметила Феделм, жуя сэндвич. — Мамочка или Рашид — не суть — тебя узнают.

— А грим на что? Ты видела в сети, что сейчас вытворяют с внешностью с помощью косметики и париков? Я буду неузнаваема до той поры, пока… — я задумалась. Девочки заёрзали на своих местах, ибо я долго молчала. — Надо переговорить с Дуаллом, — резко сказала я. — Подготавливать придётся не только «клиента», но и меня.

— В смысле…

— Да, Эл, да. Рукопашный бой, самооборона, стрельба. И всё это за короткий срок.

— Ладно, — вздохнула Феделм и смяла бумагу из-под сэндвича, — я попробую раздобыть инфу по поводу мероприятий в доме Мамочки.

— Как? — в один голос спросили мы с Моник.

— Погуляю по «СиДолз», кукол посмотрю. Может, какая-нибудь болтливая фарфоровая кокетка подскажет, где афиши на подобные мероприятия развешивают.

Как бы там ни было, мы на месте не сидели, а двигались и что-то решали, пока Алекс оправлялась после побоев. Я точно знала, что дня четыре её трогать не будут. Тем лучше. Близилось воскресенье.

Этой ночью мне удалось поболтать с Алекс без всяких препятствий. Она взяла кулон, забралась в постель, накрылась с головой простыней и тихо переговаривалась со мной. Лишь когда надо было зачитать дневник, снова зашла в туалет. Если за ней наблюдали, то вряд ли заподозрили в чём-то. Алекс выглядела естественно и не злоупотребляла пребыванием в туалете. Не больше десяти минут.

— Я видела твою собаку, — неожиданно сказала она.

— Рыжика? Значит, он живой?

— Да, всю ночь только и слышу, как он фырчит и роет землю.

Я представила Рыжика, усердно роющего туннель. Иногда, когда песок попадал в ноздри, он чихал. Я любила эти звуки, они дарили мне ощущение жизни; я не чувствовала себя одинокой. Как же я была счастлива, что пёс не погиб от выстрела.

— Подружись с ним. Это умная собака, Алекс.

— Я не очень люблю собак. Как же у меня всё болит! — заныла она. — Плакать хочется.

— Потерпи немного. У нас уже есть план, как пробраться внутрь. Если Дуалл не станет возражать, то уже в этом месяце ты будешь на свободе. Болей почаще. Они обычно не трогают больных девушек, но и не переборщи, а то убьют из-за непригодности. — Я перевела дыхание и чуть тише сказала: — Скоро воскресенье — твоя первая прогулка. Алекс, узнай имена девушек. Если среди них есть Стефани, веди диалог с ней.

— Мамочка нас уже собирала. В столовой за ужином. Имён я, конечно, не узнала. Нам нельзя было разговаривать. Но видела блондинок. Одна краше другой.

— Не забудь, что ты не Алекс, а Моник. Девочки захотят называть тебя настоящим именем. Будь предельно осторожна, пожалуйста.

— Обещаю.

Пока Алекс перебиралась в туалет, я задумалась. В столовой за ужином? В моём прошлом Мамочка ни разу нас не собирала за столом. Видимо, времена изменились. Если судить по моим снам, то сейчас они будто теснее общаются.

— Адриана, — шепнула Алекс, — я открыла дневник. Тут много коротких записей. Всё читать?

— Читай самые важные, — сказала я, хотя очень хотела услышать все. Только понимание, что у нас мало времени, заставило меня приструнить свои хотелки.

И Алекс начала читать:

Просто кошмарный день. Убили мою горничную. Я в глубокой скорби. Изверги. Ведь не только Арлетт, но и её дочку убили. Если когда-нибудь выберусь отсюда, заставлю их жрать собственные органы, клянусь!

По моей щеке скатилась слеза. Вот и первая плохая новость. Как же так? Почему кельтская магия не спасла Арлетт?

Алекс перешла к следующей записи:

Вот это да! Здесь есть доктор! Сегодня узнала его имя. Хенли. Симпатяга. Я не из тех, кто изменяет любимым, но после всех оргий, что пришлось пережить, почему бы не влюбиться в красивого доктора?

Хенли у них. Всё-таки у них.

— Тут ещё одна важная запись, — быстро сказала Алекс, — зачитаю её и спать пойду. Глаза слипаются. Кроме этих трёх записей, остальные не несут особой информации. Жалобы, слёзы…

— Читай последнюю запись.

Алекс кашлянула, затем я услышала:

Рашид хочет жениться на мне. Ха! Ублюдок! И вопреки всем правилам, я соглашусь. Тесса посоветовала делать всё, что он говорит. Если сделаю всё правильно, то он вывезет меня из этого адского дома. Надо придумать план.

— Кстати, плана тут нет. Она больше не писала после этой записи.

Она. Как же дико осознавать, что «она» — это я и в тот же момент не я. Мой фантом.

— Алекс, давай называть меня другую моим фантомом. Так проще её воспринимать.

— Ладно. Поболтаем завтра?

— Да. А! — вовремя я вспомнила. — Алекс, подожди, — я схватила ручку и пододвинула к себе какую-то тетрадку, — в записи Эми должен быть адрес, где живёт её семья. Если он есть, продиктуй, пожалуйста, и я тебя отпущу.

Адрес там был, и Алекс продиктовала мне его. Я сказала, как сильно люблю её, после чего отпустила.

Утром, проспав всего четыре часа, я приняла душ, позавтракала и поехала на адрес, который получила от Алекс. Я предупредила Элайю, куда отправляюсь, чтобы меня не кинулись искать.

— Сама справишься? Точно?

— Да. Я должна поехать туда самостоятельно. Дуалл придёт в два. К этому времени я буду здесь. Подежурь у микрофона.

— Слушаюсь, босс! — улыбнулась подруга, подставив ладонь к виску.

В Ницце я не ориентировалась, но таксист сразу понял, куда меня везти. К счастью, дома я застала мужчину. Каштановые волосы, маленькие глаза, обрамлённые круглыми очками. Мужчина производил впечатление образованного, воспитанного человека и был со мной предельно вежлив.

— Я… с посланием от Эми.

В лице мужчины дрогнуло что-то скорбное. Он никак не ожидал услышать давно забытое имя.

— Эми… Вы знаете Эми?

— Не знала. Но… можно мне войти? Я всё объясню.

— Да, да. Конечно.

Мужчина отошёл в сторону, позволив мне пройти в гостиную. Но не сделав и двух шагов, я застыла там, где стояла. На меня с любопытством смотрели большие серые глазки. Мальчик был так красив, что я невольно вспомнила восковую куклу Эми в «СиДолз».

— Это… её сын? — я посмотрела на мужчину. Он был растерян, но ответил, что да. Тогда я спросила, сколько ему лет.

— Четыре будет в этом году. А я — муж Эми. Э… простите, — он протянул руку для пожатия, — Матис. А вы?

— Адриана.

— Так где моя жена?

Я печально опустила глаза.

— Сожалею.

Матис кивнул.

Я рассказала полуправдивую историю своего пребывания в доме Мамочки и о дневнике Эми. Я сказала, что смогла сбежать и теперь этими людьми занимается полиция. Заодно предупредила, что его могут пригласить в суд. Я хотела верить, что справедливость восторжествует.

— Этого следовало ожидать, но… я бы предпочёл жить с мыслью, что она бесследно пропала.

— Я здесь по её просьбе. Она написала в дневнике, чтобы я, кем бы ни была, если смогу сбежать, пришла к вам и рассказала, что с ней стало. Она передала всю свою любовь вам, Матис. Эми до последнего боролась.

Мужчина заплакал. Его плечи сотрясались от беззвучных рыданий.

Я подошла к малышу и присела перед ним.

— Привет. Как тебя зовут?

— Мама, — сказал мальчик.

Матис взял себя в руки и присел рядом.

— Нет, Франсуа, это Адриана.

Я погладила мальчика по щёчке, с трудом сдерживая слёзы.

— Мама смотрит на тебя с небес, Франсуа.

Когда я уходила, сказала Матису ещё одну важную вещь:

— Сходите в «СиДолз». Там, на втором этаже, есть восковые фигуры. Думаю, вы узнате среди них свою жену.

После этого ушла. Я намеренно сообщила ему о восковой фигуре. Матис поднимет шум, когда увидит свою жену в роле куклы. Мамочка должна будет насторожиться, а значит, в ближайшее время воздержится от убийств. Так Алекс окажется в безопасности. А мы выиграем время.

Городской шум вливался в уши. Я была слишком возбуждена, чтобы сесть в такси. Я должна была прогуляться, прийти в себя. На часах ещё и полудня не было. До двух я успею приехать. А пока я шла к перекрёстку, приводя мысли в порядок.

Рыжик жив. Арлетт и Эми — нет. Но зато я повидала мужа и сына Эми; от сердца отлегло.

Хенли, хоть и в плену, но жив… об этом говорит дневник. Внезапно подумав о том, что запись в дневнике сделана до побега моего фантома, я поникла. С Хенли ещё ничего не ясно.

— Адриана? Адриана, это ты?

Ко мне подошёл чертовски привлекательный чернокожий мужчина. Он рассматривал моё лицо и пытался прикоснуться, но я пятилась назад.

— Э-э, ты кто такой?

— Что? Ты не помнишь меня? Я так и знал! Знал! Ты просто потеряла память и забыла дорогу домой. Но это же я — Джакс.

«Джакс Вилтон?» — мысленно переспросила, а вслух только губами шевелила, не в силах издать и звука.

— Не помнишь? Адриана, детка, я же твой муж.