24.

Уединение и массаж. Ролики плавно скользят по моей спине, стопам, боковые отсеки приятно сминают руки, сапоги космонавта массируют ноги. Тело блаженствует, а разум отказывается воспринимать происходящее.

Утренний звонок... Сначала в трубке слышалось непонятное причмокивание, но вскоре женский стон и слабый голос умоляющий не останавливаться расставил всё на свои места. Меня бросило в жар, я схватилась за край стола. Нарисовать в воображении картинку не составило труда, и тут же боль душевная, острая и всепоглощающая, сменилась яростью и ненавистью к человеку, которого я любила столько лет.

— Какая же ты сладкая девочка, — послышался дрожащий голос мужа в трубке. —Пью и не могу напиться.

Я сбросила звонок, прижала руку к груди, в испуге, что оно сейчас вырвется из груди. Воздуха не хватало, ноги подкосились, и я рухнула на стул. За что мне это всё? Тут же телефон клацнул уведомлением, и в мессенджер прилетел аудиофайл.

На автомате включила его, звуки повторились. Выключив звук, я швырнула телефон на стол. Слёзы градом покатились из глаз, проклятая картинка не шла из головы.

Следующая мысль меня добила окончательно. Полгода Андрей возвращался домой от любовницы, и губами, которые побывали у неё между ног, целовал меня.

Я бросилась к раковине и, врубив ледяную воду, принялась с ожесточением отмывать свои губы.

— Мам, — раздался за спиной голос Вики.

Я смыла слёзы и, прерывисто втянув воздух в лёгкие, повернулась к дочери.

— Лера Константиновна, — подскочил ко мне Алекс. — Вы как?

— Всё в порядке! — схватив бумажное полотенце я промокнула лицо. — Потёрла глаза, а на руках, наверное, перец остался.

Дочь окинула взглядом стол. Обман не удался. Ни в одном из блюд перец явно не значился.

— Опять из-за папы плакала? — Вика подошла ко мне и порывисто обняла. — Я люблю тебя, мам. Всё хорошо будет. Уже хорошо.

— Да, Викусь, просто... Не могу я так сразу. Вырвать из сердца и... — я махнула рукой и замолчала. Подступившие слёзы душили. — Садитесь за стол.

— Лера Константиновна, вы же врач. Если есть опухоль, её нужно удалить. Сразу. И жизнь заиграет новыми красками, — Алекс достал из шкафчика валерьянку и пустырник. Накапал в стопку капель и добавил воды. — Выпейте. Полегче будет.

— Спасибо, — я залпом выпила лекарство. — Не знаю, что бы без вас делала. И твой отец, Алекс... Он замечательный.

— Я знаю, — улыбнулся Алекс. — И мне кажется он без ума от вас.

После обрушившейся на меня с утра грязи, я не смогла улыбнуться в ответ. Внутри кипела огненная лава, выжигая нервы и превращая в тлеющие угли всё, что попадалось на пути. От былого семейного очага тоже осталась лишь зола. Но я превращаться в кучку пепла не намерена. Не из того теста сделана. Так что сердце закрываю на замок, а с болью уж как-нибудь справлюсь. Просто нужно взять паузу, и всё обдумать. Тридцать лет так просто не вычеркнешь. Хотя Андрею это удалось.

Одним махом муж отсёк всё ненужное, и как это не прискорбно признавать, я оказалась первой в очереди на выход. Сын тоже предал. Но ведь никто не умер. И Алекс прав — жизнь продолжается.

— Скажешь тоже, — мне всё-таки удалось выдавить из себя улыбку. — Давайте завтракать. Я приготовила мороженое.

— Богиня, — Алекс поцеловал мне руку и ретировался к столу.

К моменту, когда Сергей вновь переступил порог кухни, я уже сумела немного очухаться. Отец Алекса смотрел на меня жадно и жарко. Андрей так давно на меня не смотрел, а я как дура, считала, что это даже хорошо. С его сердцем не нужны волнения.

Сергей подошел, взял за руку, и словно пропустил током через ладонь в меня жизнь. Кровь побежала быстрее, а в воздухе заискрило. Я ощущала жар его тела, и даже, когда он вёл меня вверх по лестнице, грубоватая властность Сергея меня не смущала. В мансарде он касался меня, и в каждом его движении, взгляде проглядывал хищник, до странности ласковый и завораживающий. Сергей даже по-звериному втягивал в себя воздух. У меня от всего этого совершенно по-дурацки колотилось сердце. Эмоции становились осязаемыми, и да, между нами искрило.

И ведь вроде я взрослая женщина, а поплыла как двадцатилетняя девчонка. Как-то всё быстро происходит. Имею ли я права на безумство? Почему я доверяю зверю, притаившемуся в Сергее? Да потому что этот мужчина не врёт, говорит всё ка есть.

Даже мелькнула мысль — вправе ли я после этого осуждать Андрея. Но тут же вспомнила причмокивающие звуки, разрезанное платье и как шла на сцену словно на эшафот.

Сергей ушёл, унося мой телефон, и мне не сразу удалось переключиться на тяжкие думы о том, что случилось в моей жизни и почему так вышло. Но надо как-то заканчивать с этим размягчением мозгов. Слишком много вопросов накопилось.

Небеса, какое волшебное кресло... Ещё и птички лесные запели из динамиков.

Пера, возьми себя в руки!

Сосредоточиваюсь на мыслях об Андрее. Хотя с ним как раз всё понятно. Мозги стекли в трусы, и нормальный мужик в воздухе переобулся в писюна или как там его эта прошмандовка называет. Больше вопросов на самом деле к ней.

Почему Мира пришла в мою клинику, как вообще узнала, где я работаю? А если бы Космос не заболел? Пришла бы просто посетовать на беременность или Мира специально кота траванула? А платье? Откуда Мира узнала, что моё платье висит в кабинете? Ведь разрезала она его своими ножницами? Или девочка без острых и режущих предметов из дома не выходит? Нужно было сразу посмотреть запись с камер, но я как-то растерялась.

Мне, конечно, сказочно повезло, что рядом оказался предприимчивый Алекс.

Быстро сообразил и где другое платье взять, и где меня в порядок привести. И отвёз меня как Золушку на бал... А потом ещё и умудрился уложить меня в одну постель со своим отцом... Ключевое слово во всей этой ситуации «сказочно».

При воспоминании о Сергее мысли снова сворачивают в кювет. Вот с отцом Алекса всё было по-настоящему. От испуга и бешеного протеста до взаимопонимания и мокрых трусов. Вспоминаю насколько близка я была к падению, когда Сергей притащил меня в ванную. Он не мальчик и если с собой я быстро справилась, то укротить проснувшегося в Сергее зверя мне удалось с трудом.

Так, вернёмся к нашим баранам. Вернее, к одному — к моему непутёвому мужу. Где он вообще мог познакомиться с этой девкой? Явно не на работе. Как вообще сейчас знакомятся? Зачесалось в одном месте и полез на сайт знакомств? Пошёл на бизнес-ланч и угостил грустившую красотку кофе? Подвёз до дома? Летели вместе в самолёте? Если подумать, то вариантов много. Даже назревает вопрос, а впервые ли муж мне изменил? Что-то даже захотелось сходить к венерологу.

Мадемуазель, конечно, та ещё штучка. Можно было бы назвать её импульсивной, если бы каждый её шаг не был настолько продуман. Ведь и так уже поймала мужика в сети, даже забеременела, если не врёт, а всё равно ко мне припёрлась. А видео, аудиозапись? Сама снимала и мне шлёт, чтобы добить? Какой иной смысл?

Правда, тут есть один нюанс. Нужно быть полной дурой, чтобы давать мне в руки такое ядерное оружие накануне развода. А если это не она шлёт? Тогда другой вопрос — зачем? Я и так уже в курсе про то, что муж мне изменяет Что бы я резче помчалась в суд? Так это нужно только этим двум голубкам.

Валики замедляются и птички замолкают Кресло плавно возвращается в вертикальное положение. М-да, одной мне не ответить на все вопросы. С Ольгой созвониться, что ли? Но такие вещи по телефону не обсуждают. С Викой как-то даже неловко про такое говорить. С Алексом?.. Почему-то не доверяю я ему. Но навестить этих двоих стоит. Что-то я в своих заморочках утонула и даже не спросила, как провела остаток ночи дочь. Она у меня девушка порядочная, и полагаю, Алексу не удалось показать моей дочери космос.

Выбираюсь из кресла и спускаюсь на первый этаж. Наших с Сергеем детей нигде нет, зато меня обступают мопсы. Не иначе как снова проголодались. Возле микроволновки я заприметила ещё утром собачье печенье, думаю, хозяева не будут против, если я побалую их собак. Миляги, получив лакомство, скрываются с добычей из кухни. На смену им является Алекс.

— Лера Константиновна, папа сказал, что вы в бане хотели попариться.

— Не то, чтобы я хотела.

— Но попариться не прочь. Я веники уже замочил.

Умеет парень удивлять. Я аж поперхнулась.

— Стесняюсь спросить, кто будет парить?

Щёки Алекса розовеют:

— Я бы вас попарил, но вы же застесняетесь, наверное?

— Даже не думай.

— Даже не думаю. Просто ответил на ваш вопрос. Вы с Викой друг друга попарите.

Она уже в бассейне плавает. Пойдёмте, я вас к ней провожу.

— А в чём она плавает?

— В трусах и в лифчике. Они у неё как купальник.

— Понятно... Алекс, всё хотела спросить тебя. А каким боком ты к той фотостудии?