43

Я чуть с ума не сошёл в больнице. Мира пропала, а Лера, судя по всему, заблокировала меня. Я пытался дозвониться жене с других номеров, выклянчивая как дурак телефоны у врачей и медсестер. Услышав мой голос, Лера тут же отключалась.

Спустя две недели Ярик приехал встречать меня из больницы. Я с трудом узнал сына. Мой весёлый раздолбай осунулся и посерел лицом.

— Куда едем, пап?

— Ты знаешь где мама?

— Три дня назад уехала в Крым.

— Значит, едем туда, — выдохнул я, полный решимости вернуть жену.

— Тебе точно сердце лечили? Не голову?

— Яр.

— Я не прочь сгонять к морю, но ты тупо постучишь рогами в ворота:

— У Леры любовник? При живом муже?

— Я ее не держал. Врать не буду. Но то, что у матери появился сильный покровитель — это сто процентов.

— Она одна уехала?

— С Викой.

— Вот и отлично. Сядем по-семейному и всё обсудим. Тесть с тещей, надеюсь, меня поддержат. Как-никак мы с Лерой тридцать лет прожили. Я, конечно, виноват перед ней, но кто в жизни не оступался? Едем домой за вещами. Если не будем останавливаться на ночёвку, за сутки домчим.

Ярик молча заводит двигатель, и машина плавно трогается с места.

— Как у тебя на работе?

— А почему ты спрашиваешь?

— Раньше она у тебя была на первом месте.

— Плохо, Ярик. Я сильно потратился в этом году. Рассчитывал на инвестиции, всё-таки компания у меня с хорошими показателями, но увы.

— На Миру свою потратился? — не без ехидцы спрашивает сын. — Вообще, ловко она тебя обула.

— Ты что-то знаешь? — Каждое воспоминание об этой девчонке болезненно. Мало того, что она разрушила мою семью, расчехлила на крупную сумму, так ещё катком проехалась по моему самолюбию. А ещё мне покоя не даёт видео, которое повисло надо мной Дамокловым мечом. Если оно где-то вылезет моей, без того пошатнувшейся репутации, придёт хана.

— Тебя развели, как лоха. Причин не знаю, но Мира с одной девицей целенаправленно взялись развести тебя с матерью, а заодно раскрутить на бабло.

— Дьявол! Точно шантажа не избежать. Впрочем, с деньгами как раз всё понятно. А зачем им с Лерой-то меня разводить?

— Не знаю. Может, они лютые мужененавистницы.

— Откуда информация? Ты сам-то ездил к матери?

— Ездил. Она в такой палате лежала, что не во всякой люксовой гостинице подобные номера имеются.

— Значит, тебя она простила?

— А на меня-то ей чего злиться? Я её не бросал.

— Но ты ведь принял мою сторону.

Ярик впервые за всё время нашего разговора улыбается.

— Мама сказала, что дети — это на всю жизнь, со всеми их ошибками.

— Надо же. Не слышал сто лет, чтобы ты Леру мамой называл. Постой! Ты считаешь свой выбор в пользу меня ошибкой? Ты явно что-то не договариваешь.

Будущий папочка денег тебе посулил?

— Нет. Просто оставшись один, я вдруг понял, что такое мать и что такое безусловная любовь. А ещё — как страшно это потерять.

— И что такое безусловная любовь? — видимо бабушкин удар битой пришёлся не только по плазме, но заодно кое-что поправил в мозгах моего некогда беспринципного дитяти.

— Это удивительная вещь. Такой любви нельзя добиться или заслужить. Её невозможно вызвать или взять под контроль. Если её нет, то ничего нельзя сделать, чтобы её создать. Такую любовь в состоянии подарить только мать.

— А отец?

— Пап, ну тут ты сам всё знаешь лучше меня. С тобой всегда существует куча условий и условностей. А мама любит меня просто так.

Мы приезжаем домой, и я растерянно брожу по комнатам. Дом кажется мне мёртвым. Я смотрю на диван в гостиной, где ублажала меня Мира, и мне хочется сжечь его. Кстати, а не подстроила ли эта тварь пожар в моей спальне?

Если, как говорит Ярик, её цель была развести нас с Лерой, то вполне вероятно, что можно было рассмотреть и вариант оставить её вдовой. После ночи, проведённой в моём доме, Мира вела себя развязно. Мне ещё тогда это показалось подозрительным. А она оказывается просто нехотя доигрывала роль влюблённой малышки.

Может, отправить её с подружкой за решетку? Но, честно говоря, с таким заявлением даже стыдно идти в полицию. Денег уже не вернуть, равно как и здоровья. Ох, как дорого мне обошлась наука.

Поднимаюсь в свой кабинет. Моего коллекционного коньяка и правда нет на месте.

Сажусь за рабочий стол и упираюсь взглядом на распечатанное предложение для Филимонова. А почему бы мне не позвонить ему. Я настолько уверился в том, что он откажет мне, что даже не подумал перезвонить этому высокомерному господину.

Не переломлюсь. На кону жизнь моей компании. Выуживаю телефон из кармана.

Нахожу номер Филимонова и, собравшись с духом, нажимаю зелёную трубку вызова.