Глава 13 · В свободное плавание

'Ночь коротка, цель далека,

Ночью так часто хочется пить,

Ты выходишь на кухню,

Но вода здесь горька,

Ты не можешь здесь спать,

Ты не хочешь здесь жить…'

В. Цой «Последний герой!»

Константин

Конечно, пришлось напрячься, чтобы утихомирить возбудившихся нетрезвых гостей, потом слегка снизить накал страстей и отвлечь свежей операционной байкой.

Удружила, конечно, взбрыкнувшая жена, ничего не скажешь.

Ну, на Снежку шикнул, чтоб не лезла, когда не просят. Если и обидится — неважно, сейчас все равно не до нее будет. А к тому моменту, как он разберется с внезапными проблемами, то малышку уже попустит.

Если что, можно купить ей какую-нибудь цацку даже.

Ночь после банкета провел дома в одиночестве — жена демонстрировала свое фи. Выспался вроде ничего, только было как-то нервно. Следующий день пролетел на работе незаметно: сплошные звонки, визиты, поздравления. Выдыхать не успевал.

Ну а вечером решил все же поговорить с женой о ее поведении, профессорской супруге категорически противопоказанном.

В принципе, если бы Натали постаралась, проявила инициативу и хорошенько извинилась, то, конечно, эту её натуральную глупость он бы простил.

Но жена то ли на принцип пошла, то ли, правда, уже с головой проблемы.

Разводиться она решила.

Причём аргументы такие: «Ты же выбрал другую, вот и живи с ней, а я с тобой не буду».

Да ни боже ж мой! Как будто это ему надо.

Столько лет с ней прожил по привычке, ну и потому что он — приличный мужчина и исполняет все взятые на себя при женитьбе обязательства.

Ах, она сама так решила? В себя поверила не пойми с чего?

Да и флаг в руки!

После разбитого зеркала стало ясно: говорить о мире с женой бессмысленно. Ей точно надо остыть.

— Успокоишься, подумаешь хорошо — там и поговорим, — бросил, накидывая куртку.

А закрывая дверь, услышал тихое:

— Я не передумаю. Мы разводимся, Костя.

Да и ладно!

Значит — разводимся.

Ну, поехал в клинику: и работа всегда есть, да и переночевать можно нормально.

Так-то, он, конечно, сначала немного погорячился, согласившись. Ну, думал — она осознает свою ошибку, испугается, придет с повинной.

Да куда там!

Корона выше неба, откуда ни возьмись.

Но потом, чем больше между обходами, консультациями и операциями думал о перспективах новой жизни, тем сильнее ему эта картинка будущего нравилась. Исчезнут все раздражающие девчачьи и семейные тусовки, слезы, ссоры, глупости и обязательные выезды. Он снова будет свободно распоряжаться своим временем и сможет спокойно заниматься любимым делом.

Такое будущее ему нравилось.

А приехав как-то домой, увидел, что там нет половины вещей.

Так значит? Ну, что же, отлично.

Квартиру все равно продавать, так что можно уже искать себе что-то интересное, и лучше поближе к Первому меду. Все же ходить на работу пешком, в Петербурге — это особый шик.

Для доктора наук, известного хирурга и, вообще, успешного, состоявшегося специалиста, необходимо современное, стильное жилье, а на Петроградке как раз есть несколько новых клубных домов: будет из чего выбрать.

В свободной жизни оказалась масса прелестей.

Кстати, он не сомневался: когда вдруг заскучает или устанет от любимой работы, наверняка без проблем найдет себе подходящую компанию для развлечения. С этим у него никогда не было сложностей.

Поэтому, определившись с новой квартирой, еще раз прочитал сообщение Натали с требованиями касательно развода.

Алименты и раздел имущества выглядели нормальными, а у него впереди было столько дел, что высчитывать: кто кому чего и сколько должен, времени не было совсем.

Да и, в конце концов, он же нормальный мужик? Тот, который умный, снисходительный к слабому полу и может, конечно, уступить глупой, истеричной, капризной бабе.

Написал, что согласен с требованиями, и забыл до поры. Рабочая суета захлестнула с головой.

Вот, вспомнил, что на следующий день после разговора с Натали, звонила Влада.

А он как раз разгребал проблемы отделения, и вникать в ее дела было некогда, поэтому на вопрос: «Папа, ты поедешь со мной на олимпиаду в Москву на следующих выходных?», ответил кратко:

— Владик, сейчас очень много работы. Мне просто не вырваться.

— Хорошо, — пробормотала дочь в трубку, — тогда пока.

И всё.

С тех пор его никто из них не беспокоил, и можно было сосредоточиться на срочном и важном.

А когда он прибыл подписывать досудебное соглашение, на самом деле рассчитывая решить все быстро и обойтись с мировым судьей, то оказалось, что обе дочери пожелали остаться с матерью.

Отличный выбор.

Ну, куда в его круглосуточную занятость и вероятные огненные ночи со Снежкой вписать детей?

Баба с воза, как говорится.

Возражать не стал.

Зачем?

Толку от них.

Если старшая все же решит податься в медицину, то мимо отца всяко не пройдёт. И жене придётся смирить свою гордость и прийти на поклон.

А он ещё посмотрит… как она просить будет.

Вообще-то, жена повела себя неожиданно: никаких звонков, слез, увещеваний, просьб одуматься, бросить Снежану и вернуть семью.

Ничего.

Тишина.

Невероятно, но Натали поручила бракоразводные дела адвокату, и после того разговора дома, когда она, старая истеричка, разбила зеркало, он её не видел. Не сожалел ни капли.

Юрист у жены оказался достаточно известный и даже, можно сказать, крутой. Спасибо «Гуглу» — после знакомства, было где полюбопытствовать.

Выйдя от мирового судьи, где подписал все бумаги, не удержался и уточнил:

— Почему взялись за это дело? Что вам посулила Карельская?

Спокойный как удав хмырь, на десяток лет моложе, блеснул дорогущими часами и запонками, забрал второй комплект подписанных документов и усмехнулся:

— Мой гонорар вас абсолютно не касается, Константин Станиславович. Моя клиентка желает получить развод — она его получит.

— А что, клиентка потянет ваш гонорар? Или вы с дам в возрасте тоже берете натурой? — ну а чего он ухмыляется?

Так-то жена — не топ-модель, однако в целом неплохо сохранилась, хоть и скучная. Но мысль, что ее может хотеть другой мужик, внезапно, вызвала злость.

— Да, не каждая докторская степень приходит с мудростью. Не стоит всех равнять по себе, Константин Станиславович. Я могу себе позволить спать с теми женщинами, которых выбираю сам, а не с теми, что подворачиваются под руку в поисках лучшей жизни.

Не успел этому наглецу ничего возразить, как он, прихватив модный кожаный портфель, попрощался с помощницей судьи и хмыкнул:

— Я, кстати, никогда не содержал любовниц, потому что, в первую очередь, ценю в женщине личность, а такие дамы, как правило, самодостаточные.

И свалил, зараза. А обе девицы в приемной смотрели ему вслед коровьими глазами.

Понторез и наглец.

Мысленно плюнул, выругался, да погнал в Универ, потому что научник как-то сильно нервничал.

— Хреново вышло, конечно, Костик. Это я про твой развод. Он нам сейчас вообще не в кассу, — встреча началась с неожиданного замечания.

Пожал плечам: к нему-то уже пришло понимание, что все сложилось к лучшему и вполне удачно.

Но старый наставник бурчал:

— Ты же понимаешь, что нужно быстро шевелиться, чтобы пропихнуть тебя на должность зав.кафедрой? А это — бюрократия, и дело не быстрое.

— Чего шевелится-то? Пусть все идёт своим путём. Сейчас получу докторские корочки, уволюсь… — неясно было, к чему вся эта суета.

Уже давно ведь договорились и все решили?

— Эх, Костя, недооцениваешь ты женское коварство и солидарность. Нам надо постараться успеть с приказом в ближайшее время, пока до ректора сарафанное радио не донесло причины твоего развода. Сам же знаешь: его супруга относится к такой теме очень болезненно. И естественно, она ему мозг свернет, да так, что кафедры тебе не видать, как ушей без зеркала.

От неожиданности рассмеялся:

— Да ну, глупости какие, прошлый век…

— А ректор у нас откуда? — рыкнул всегда спокойный седовласый профессор. — Вот, то-то же. Шевелись, Костик! В Универе уж я подтолкну как смогу, а вот в столице: ни в Минздраве, ни в Минобре — увы, никак. Все сам теперь. И тестя-то не попросить о поддержке. Эх, молодежь, что ж вы творите-то?

Согласно покивал, пообещав ускориться, на этом и расстались.

Поворот, конечно, был странный, но вряд ли дела обстояли именно так. Все ж таки профессура советского периода мыслила и мерила все отжившими понятиями и правилами.

Не дать должность из-за того, что развелся? Ну, вы серьезно?