Глава 28 · Выход там же

'Поднимаю свой воротник,

Ругаю дождь и слякоть будто старик,

Бегу за толпой, видно, уже привык.

И в памяти небо, как нереальный блик…'

С. Трофимов «Боже, какой пустяк»

Константин

Конечно, он помчался к матери…

Ну, как помчался? Попытался.

— Вот знал же, что не надо парковаться у помойки! — бросил в сердцах, оглядывая машину.

Увы, в последние дни с местами около подъезда была явная напряженка, и приходилось как-то выкручиваться.

Управляющая компания на его претензии пока ничего внятного не ответила, хотя обещала разобраться с хулиганами.

И вот сегодня он снова был вынужден притулиться у помойки, а сейчас, когда срочно понадобилась машина, правые колеса оказались спущены.

— Да что б вас черти разорвали, — обругал всех, кто рассыпает по пути к мусорным бакам колюще-режущий хлам. — Как есть, поймал шинами какую-то дрянь, пока парковался.

Время поджимало, разбираться с колесами было совершенно некогда, поэтому оставил эту новую головную боль на утро, будто у него и так мало забот.

Естественно, понимая, что с матерью случилось что-то из ряда вон, вызвал экстренно такси. Хорошо, хоть ехать было недалеко.

Ну а дальше организовывал «скорую», транспортировку в нужную клинику, подъем среди ночи для срочной консультации приличного специалиста.

— Константин Станиславович, ну, вы же сами понимаете — в таком возрасте, да с этим анамнезом… Ситуация после операции была одна, сейчас — другая. Картина может резко как улучшиться, так и ухудшиться. Разные бывали случаи.

Все он понимал, но это же… мама!

— Безусловно, мы с вами все понимаем. Давайте еще сделаем так, чтобы ситуация улучшилась, — улыбнулся из последних сил, потому что долгая беседа с врачом над результатами анализов и предыдущим выписным эпикризом утомила. И голова уже гудела сильнее обычного.

А ведь предстоял еще серьезный разговор с матушкой.

— Костя, оставь эти глупости, просто пришло мое время, — устало отмахнулась от нового плана лечения мать. — Собой займись, здоровье — оно вот, внезапно, подводит. А мне уж сколько там осталось? Не тревожься…

И что бы он ни говорил, какие бы аргументы ни приводил — мимо, впустую.

В общем, ночь прошла «весело», и домой он уходил с тяжелым сердцем.

Когда ранним утром вернулся к себе, сил разбираться с машиной уже не было, поэтому упал спать, оставив это дело на вечер.

Снилась, по обыкновению, какая-то кровавая муть. Отдохнуть, естественно, толком не вышло. Поэтому, поднявшись по будильнику, чтобы бежать на очередную встречу, обратил внимание: голова тяжелая, да и, в общем, самочувствие оставляет желать лучшего.

— А что ты хотел, Костя? Как давно ты занимался собой и своим здоровьем? Все только чужие проблемы решаешь… — хмыкнул, понимая, что вообще и не отдыхал в последние дни.

Раньше-то за курсами витаминов, диспансеризацией и осмотрами нужных спецов следила жена, да. А сейчас у него все время — какой-то нервный, пустой движ и утомительная суета вокруг.

Был бы более мнительным, решил бы, что реально — прокляли.

Нет, если так рассуждать, то понятно, что это все — дело рук бывшей. Но думать о проклятии всерьез не хотелось.

Только про церковь снова мелькнула мысль:

— Точно надо сходить. Вон, около клиники есть часовня. Зайду, когда к матери поеду завтра.

Однако мысль о мистике крепко засела в голове и очень быстро нашла подтверждение в реальности: несколько следующих отказов в крупных, денежных проектах оказались шиты белыми нитками и откровенно притянуты за уши.

А его головные боли без причины и общее разбитое состояние, так же как и резко ухудшившееся здоровье матери, из-за чего он в очередной раз не добрался до церквушки, вскоре подтвердили: все, что было сказано нищей предсказательницей на кладбище — правда.

И что делать с этим потусторонним выбрыком реальности было непонятно.

Ну, он же нормальный человек и во всю эту паранормальную муру не верил. Но жизнь постоянно подкидывала мелкие штрихи в общую картину…

— Ты, Костян, был неправ, — хмыкнул вечером за бокалом бренди в одном из закрытых клубов давний приятель. — Карельский спустил указание: при возможности давить, зажимать и не пущать. Так что извини, связываться с ним — желающих нет. Хоть и невелик авторитет, но связи имеются, и крови попортить может много.

Да вот же оно!

Бывший тесть затаил обиду и гадит исподтишка, а Натали, ведьма старая, прокляла уж от души. Теперь все четко сходится, да.

— Не будет тебе на Северо-Западе места и покоя, Костя. Зря ты развелся, да еще с таким шумом, — подтвердил все его смутные подозрения глава Регионального онкоцентра, куда пришел уже от полного отсутствия годных коммерческих вариантов.

Про себя скривился и откровенно хмыкнул:

— Ну, как бы да, ведь столько лет нормально у них с Натали все было. Нормально. Но обратно уже ничего не вернуть. Так что поздно пить «Боржоми», когда почки отвалились.

Домой возвращался злой, усталый, с дико раскалывающейся головой.

— Как-то рано и внезапно стал ты, Константин Станиславович, метеозависимым и узнал, что такое мигрени, — грустно отметил, подходя к парадной.

А в почтовом ящике вдруг нашлись тринадцать дохлых, мелких рыбешек.

— Фу, какая дрянь! — от души выругался, выгребая этот отвратительный сюрприз со дна и выбрасывая в ближайший мусорный контейнер. — Не думал, что Натали опустится до таких дешевых трюков, чтобы припугнуть… Раньше она была умнее.

Вдобавок, вероятно, на рыбью чешую у него началась аллергия, так что через час руки покраснели и покрылись волдырями. Пришлось пить таблетки и мазать специальным средством и пальцы, и ладони.

Отключился сразу, только лекарства подействовали, так устал.

Обстоятельно подумать о сложившейся вокруг ситуации удалось лишь на следующий день в полдень, когда смог подняться с постели и привести себя в относительный порядок.

Покрутив в голове все недавние события, понял, что придется вернуться к воспоминаниям о том дне, который вроде и оказался триумфом, но в «исторической перспективе» стал натуральным «началом конца». Хотелось бы верить, что не бесповоротного.

Перебирал кадры происходившего на защите и последующем банкете. Медленно, вдумчиво, обстоятельно.

И вдруг словно вспышка света в глухом окружающем мраке:

— Сейчас по госпрограмме Министерства здравоохранения на Северо-Западе планируют организовать практически с нуля большой, если не наукоград, то научно-лечебный комплекс, как раз по вашей специфике. Ежели вдруг заинтересуетесь, вот мои координаты. Буду рад.

Слова столичного академика, всплывшие в памяти, показались просто ангельским трубным гласом!

Это оно!

Его шанс на возвращение, на реванш.

На настоящий триумф, без всяких примесей…