Глава 33 · Маленькие шаги

'Также синей ночью звезды в небе кружат,

Также утром солнце светит с вышины.

Только для чего он, и кому он нужен —

Мир, в котором люди друг другу не нужны?'

Л. Дербенев «Представь себе»

Наталья

Легко сказать: пора уволиться!

На самом деле, тревожные матери-одиночки таких феерических финтов без подготовки себе позволить не могут.

Да и вообще, скоро сказка сказывается, да нескоро дело делается.

Надо хорошенько подумать, да.

Весь октябрь у нас был тревожный и какой-то долгий: девчонки по очереди отболели по десять дней с температурой, соплями и кашлем, а в такие моменты жизнь дома всегда была полна капризов, обид и ссор. Не до поисков себя, определенно.

У меня на работе тоже имело место осеннее обострение: неврозы, скрытая шиза, традиционные Питерские сопли — всякой твари минимум по паре. Такое себе веселье.

Но всех нас с унылой реальностью примирили наступившие, в конце концов, каникулы, пять дней которых мы таки провели Великом Новгороде.

Гуляли по городу, любовались памятниками архитектуры, наслаждались шелестом волн древнего и могучего Волхова, шуршанием опавшей красно-желтой листвы на аллеях и в парках, дрожащими лучами позднего осеннего солнца, которые изящно золотили и украшали даже то, что давно пора было бы побелить, покрасить, отремонтировать.

— Мам, получилось гораздо лучше, чем мы предполагали, — вернувшись в субботу домой и устроившись за столом на кухне, заметила Влада.

Марьяна покивала с набитым ртом, дожевывая свежие, нежные булочки с ягодами, которые мы прихватили на обратном пути в любимой теперь кофейне около Новгородского Кремля.

— Дети довольны, сама отдохнула — чего еще желать, а, Наталья Михайловна? — хмыкнула я, принимаясь за приведение жилища в относительный порядок.

Вечер субботы Влада провела в дистанционном общении со своими репетиторами, а Марьяна ускакала на тренировку.

В доме воцарилась тишь, гладь и божья благодать.

Поэтому мать смогла спокойно заняться уборкой, стиркой и приготовлением к рабочей неделе — это ли не мечта?

Удивительно, глядя, как сейчас удобно и комфортно устроена наша обычная жизнь, удивлялась:

— На фига мы Костю столько терпели? Ухаживали за ним, беспокоились, берегли… эх, дура ты, Карельская. Как есть дура старая.

Ну, ведь, правда, если мне нужен электрик, сантехник, грузчик или сборщик мебели — я зову специалиста. Точно так же, как и раньше. Как всегда в своей самостоятельной жизни.

Нет, явная и неоспоримая польза от Чарторыйского была и есть: он подарил мне двух дочерей, научил сворачивать горы и совершать невозможное, ну и не верить мужчинам. Молодец, короче.

Мир мы с ним не покорили, но некоторую известность приобрели, ага.

То есть предсвадебный план выполнили, хотя бы частично.

— Раз Константин Станиславович теперь — «государев человек» федерального уровня, то пусть дальше мир покоряет самостоятельно, — хмыкнула, сидя вечером в последнее воскресенье каникул на балконе с чашкой чая, — а я наконец-то о себе подумаю.

Тем более, я точно знаю: никогда не поздно начать заниматься любимым делом, или хотя бы тем, что тебе действительно нравится.

Пока мы гуляли по узеньким, тихим и спокойным улочкам исторического центра Великого Новгорода, я все пыталась понять: было ли в моей жизни время, когда я была безусловно счастлива работать. И чем я тогда занималась?

Да, тот неожиданный момент открытия истины я запомнила, потому как для начала чуть не свалилась в Волхов с моста, ведущего к воротам Кремля.

Из-за того, что резко остановилась, потрясла головой, вздрогнула, нелепо взмахнув руками, отшатнулась от прогуливающегося народа и чуть не навернулась через перила. Потом какое-то время бездумно таращилась в пространство, пока дочери, уже утопавшие далеко вперёд, не спохватились, что старая мамочка где-то по дороге отвалилась от компании.

— Мам, что? — тормошили они меня в четыре руки, а я только глазами хлопала в изумлении.

Затем отмахнулась, стараясь ухватить за хвост не саму революционную мысль о счастливом рабочем времени, а выцепить всё же то самое рациональное зерно, которое крылось под шелухой шокирующей обёртки.

Дело в том, что рада я была учиться и трудиться, пока занималась психологией личности. И когда писала доклад со статьей на тему: «Психологическое сопровождение после полостных операций в восстановительном периоде», выступала с ней, а потом с удовольствием её обсуждала с коллегами — именно в то время я была бесконечно счастлива практически двадцать четыре часа в сутки.

— Вот тогда-то скотина Чарторыйский мне и попался, — пробурчала под нос сердито. — Ну и, конечно, мимо такой радостно сияющей счастливицы не смог пройти. А лучше бы прошел!

Дочери смотрели настороженно, но с вопросами пока не приставали, и то хорошо.

Так что вернувшись домой с невероятным откровением в голове, теперь я вертела его, разглядывая и со всех сторон, каждый вечер.

Все идеи, которые меня посещали в это время, какими бы они ни казались абсурдными, революционными или фантастическими, я аккуратненько записывала в блокнотик. Каждую с нового листа, чтобы иметь возможность позже вписать туда «за» и «против», и любые другие нюансы.

Мыслей было много, поэтому, что бы ни происходило у меня в рабочей и домашней жизни, идея стать счастливой, следуя известному постулату: «Занимайся тем, что нравится и не будешь работать ни дня!» меня не оставляла.

Не удивительно, что в один из дней ближе к концу ноября, раскидав все самое срочное на работе, Наталья Михайловна взяла полный занятных записей блокнот, ручку, налила литровую кружку кофе и села поглядеть сквозь огромное, панорамное, офисное окно, как дремлет притихший северный город.

И составить путь к мечте, конечно же.

Потягивая ароматный кофеек и поглядывая в окно на укутанный туманом пополам со смогом Петербург, пусть и недлинный, но все же перечень я сообразила.

И естественно, стоило мне только обозначить для себя крупными буквами, чем же я хочу заниматься, как из этой волшебной строчки сразу по стрелочкам в разные стороны выползло, что мне для этого нужно с точки зрения материального обеспечения и с точки зрения времени, и с точки зрения базовых навыков.

Ну а потом по пунктам ниже пошло-поехало, не сказать, что в чистом виде смета, но все ж таки необходимые деньги фигурировали, равно как и вопросы, которые я планировала в ближайшее время задать специалистам.

А еще одна древняя мудрость гласила: появится цель, появится и дорога!

Поэтому к концу первой недели от момента осознания моей сумасшедшей идеи, я, сидя в субботу на трибунах над волейбольной площадкой рядом с Владой, уже примерно представляла, сколько мне нужно денег и какое время займёт подготовительный период. Но при этом, естественно, имела внутри себя огромную-огромную гору страхов:

— Не получится!

— Не смогу!

— Не понравится!

— Не окупится!

И всего такого прочего.

Но вспомнив, что «не попробуешь — не узнаешь», в тот момент, когда моя дочь забила соперницам очередной гол и, радостно вереща, прыгала по площадке, обнимаясь с сокомандницами, я решила рискнуть.

Глядя же на широко улыбающегося Мирослава Илларионовича, который сначала продемонстрировал подопечным, насколько он доволен ходом игры, а потом быстро нашел меня взглядом на трибунах и разулыбался так, что показалось, будто в большой полутёмный зал заглянуло солнце, я уверилась — если хочешь, то невозможного нет.

А неожиданная моральная поддержка есть.