Глава 5 · Столкновение плана с реальностью

'А знаешь, все еще будет!

Южный ветер еще подует,

И весну еще наколдует,

И память перелистает,

И встретиться нас заставит,

И еще меня на рассвете

Губы твои разбудят…'

В. Тушнова «А знаешь, все еще будет!..»

Так как четверг у Чарторыйского уже много лет был операционным днем, то я к нему, изрядно уставшему, со своими инициативами не полезла.

Просто напоила–накормила–и–спать–уложила явившегося ближе к полуночи утомлённого мужа.

А утром, когда он уже дожевал свой завтрак и перешёл к ритуальной чашке кофе, а девчонки разбежались по школам, решила, что пришло то самое время.

Пригласить на свидание собственного мужа. Прямо сегодня вечером, да.

Остановилась около стола так, чтобы он меня заметил и спокойно уточнила:

— Милый, я подумала, что мы так давно с тобой никуда не выбирались вместе. Почему бы не вспомнить молодость? Я договорилась с родителями: сегодня вечером отвезём девочек к ним, а сами проведём выходные в «Медвежьем углу». Забронировала тот коттедж, у озера, который тебе нравился. Что ты думаешь?

Муж слушал сначала спокойно, внимательно и достаточно благодушно, но потом у него, как обычно, зажужжал телефон, и Костя на мгновение отвлёкся. А когда, усмехнувшись чему-то своему, вернулся к обсуждению неожиданных планов на выходные, то настрой его кардинально изменился:

— Что за глупости, Натали? Ты же понимаешь, что сейчас не то время, чтобы расслабляться и отвлекаться? Защита буквально на носу, и я каждый день хоть немного, но готовлюсь. И в отделении у нас, я тебе, кстати, говорил, чуть ли не эпидемия: три врача слегли. У меня дополнительных дежурств море. Вздохнуть некогда. Как я из города сейчас могу уехать?

Чарторыйский хмыкнул, допил кофе, поставил чашку в раковину и, проходя мимо застывшей меня в коридор, на миг обнял, легко коснулся губами виска и шепнул:

— Вот получу доктора, и мы с тобой тогда в эту Карельскую глушь на неделю закатимся.

И ушёл.

А я стояла, как дура, посреди кухни и хлопала глазами.

Быстро-быстро.

Просто дышала и хлопала.

Ай да сюрприз вышел, ага?

Но поскольку пятница была рабочим днём, то расстраиваться, переживать и рыдать с самого утра времени не имелось. Поэтому я привычно отодвинула все свои неподходящие эмоции внутрь, вглубь, подальше. И помчалась на работу.

Планерка, отчеты, доклады руководству, подведение недельных итогов с подчиненными и нарезка задач им на будущее — все это привычно катилось вместе с пятницей… мимо меня.

Я могла лишь контролировать собственное дыхание, стараясь, чтобы оно всегда было ровное, достаточно глубокое, нормальное.

Как-то отработала до четырёх, а потом, сжав зубы, полетела домой.

Прекрасно понимая, что потревоженные бабушка с дедушкой ждут заявленных внучек, да и девочки тоже уже настроились, поездка Карелию у нас обязана состояться.

Не ошиблась.

Когда вошла в квартиру, Влада с Марьяной встречали меня дисциплинированными котиками, сидя в прихожей на своих дорожных сумках.

Чудесные дети, да.

Постаралась улыбнуться:

— Какие вы умнички. Вот ключи, грузите вещи в машину. Я сейчас переоденусь, да поедем.

— А папа? — осторожно уточнила Влада.

Припомнив полученное в обед уведомление от мужа, о том, что он в клинике до воскресенья, криво улыбнулась старшей дочери:

— А у него дежурство.

Ребенок погрустнел.

И я ее понимала, печаль разделяла и тоже с удовольствием бы сейчас упала на пол, разрыдалась и затопала ногами, но, увы, в этом цирке я «весь вечер на арене», как образец сдержанности, адекватности и стабильности.

Как всегда.

— Мам, а мы на «Лукойле» френч-дог с ягодным чаем будем? — уточнила Янка, которая обожала автомобильные путешествия именно из-за того, что на трассе мать разрешала на заправках всяческую запрещенку.

— А мне капучино с ореховым сиропом, — вмиг утешилась и мечтательно протянула Влада.

— Все будет, — вздохнула, поцеловала дочерей и отправилась собираться сама, а девочки бодро потащили свои вещи вниз, в машину.

Да, не так я представляла эти выходные. Но что же? Не впервой мой план терпит крах при столкновении действительностью.

Как-то справимся.

Я справлюсь.

Потому что у меня нет выбора.

Удивительно, но выходные у родителей прошли хорошо.

Муж пару раз писал и один — звонил, уточнить, как мы добрались. Тон его был ровный, сообщения обычные. И по-хорошему мне бы выдохнуть и успокоиться. Это же Чарторыйский, я его за столько лет достаточно изучила. Но в затылке тянуло, зудело и словно бы жужжало маленькое, но очень противное сверло.

Видимо, все же надо после защиты поговорить с Костей: что-то мне не так, правда, не знаю — что именно. Он мужик, вот пусть меня и успокаивает.

Добрались в этот раз до моей малой родины с девочками, кстати, нормально, а бабушка с дедушкой встретили нас радушно.

Не виделись мы достаточно давно, поэтому все действительно соскучились. Новостей для обсуждения хватало с обеих сторон, а бездельем с нашими бабушкой и дедушкой пострадать не удавалось ещё никому, поэтому даже я вечером субботы, сидя за столом на кухне, вместе со всеми клеила ватной палочкой при помощи клейстера семена моркови на узкие ленты из туалетной бумаги.

— Как вы удачно приехали. Сейчас мы столько нужных дел к посадочному сезону переделаем, — радовалась матушка.

Поскольку болтать это медитативное занятие никому не мешало, вечер субботы прошел не только познавательно, но даже весело.

А в воскресенье добрые родственники неожиданно дали мне поспать аж до полудня. И потягивая после позднего завтрако-обеда чашечку кофе на веранде, я определилась:

— В целом вышло неплохо. Не так, как задумывалось, не идеально, но очень мило и по-семейному. Родители порадовались, девочки повеселились, я встряхнулась и развеялась. А с Костей будем надеяться, что, и правда, после защиты удастся выбраться хотя бы на пару дней.

Вот что-что, а утешать себя я за долгие годы научилась хорошо.

Умница какая.

И живот почти не тянет, и в груди не печет, и слезы не булькают в голосе.

Красота.

Вернувшись домой и погрузившись в хлопоты перед рабочей неделей, несколько раз ловила за хвост мысль, что защита у Чарторыйского, но, чем она ближе, тем сильнее волнуюсь почему-то я. Хотя все, что могла для грядущего события, я уже сделала.

И теперь, по-хорошему, должна бы получить заслуженные плюшечки.

Да?

Сразу скажу — плюшечек я… получила.

Правда, отнюдь не тех, о которых мечтала.

Мы предполагаем, а судьба… смеется.