Глава 7

Глава 7

Инга занимается моей головой и попутно рассказывает мне, как делается та или иная техника окрашивания. Просвещает, так сказать. Теперь я знаю, что значит шатуш, балаяж и айртач. Ещё я узнаю много нового о своих волосах и как правильно за ними ухаживать. Волосы всегда были моей гордостью, распущенные они неизменно притягивали повышенное внимание мужчин и завистливые взгляды женщин. Только когда я их последний раз распускала? Уже и не вспомнить! На работе я предпочитаю ходить с аккуратным пучком. Дома просто собираю в гульку, чтобы не мешали, на ночь заплетаю в косу, чтобы не запутались. Сегодня обязательно распущу и пойду в клуб! – А вы можете мне потом их немного уложить? – прошу я Ингу. – Я в клуб иду. – Вот здорово! – радуется она, как будто это достижение какое, – это правильно, это нужно! Надеюсь, не просто так? С пользой? – Какая польза может быть от ночного клуба? – удивляюсь я. – По-моему, только наоборот. – Как же! – восклицает Инга. – А мужчины? Там куча молодых, горячих парней! – Да какие ещё мужчины? Ну, нет, спасибо! Мне одного хватило, – категорически отказываюсь я. Меня в дрожь бросает от страха, что я могу оказаться в объятиях другого мужчины. Всё-таки двадцать пять лет брака за одним. – Но почему нет? Вы здоровая молодая женщина! Это нормально, что мужчины захотят с вами познакомиться! – Нет, что вы, это как-то… стыдно, в моем-то возрасте. – В нашем возрасте, милая, стыдно только бояться жить, – наклонившись ко мне, говорит Инга и подмигивает в зеркало. – А ещё терять шанс быть счастливой! Я смеюсь. Её оптимизм заразителен. Только, конечно, ни с какими мужчинами я знакомиться не планирую. Потанцую и всё. – В чём вы пойдёте? – спрашивает меня Инга. – Посмотрю у дочери что-нибудь… – Плохой вариант, – качает она головой. – Нужно платье, которое ваше. Понимаете, такое, родное. Когда надела и осознаешь: «Моё!» – Ну, нет у меня таких платьев, – вздыхаю я. – Всё больше костюмы. – Моя сноха работает в отделе женской одежды. Подойдете к ней и скажете, что от меня. Она подберёт вам недорого и скидку сделает, – сразу предлагает Инга. – Будете конфеткой! Я тут же соглашаюсь. А и правда! Должна же я хоть иногда себя баловать, раз никто больше этого не делает. – Готово! – Инга поворачивает мое кресло лицом к зеркалу, и я пораженно смотрю на себя. – Вот это да! – восхищенно выдыхаю. Мои волосы стали ещё стве́лее и наполнились каким-то нереальным жемчужным сиянием. Я качаю головой, и копна волос плавно перетекает. Это просто какой-то жидкий шелк, я такие только в рекламе видела. – Нравится? – спрашивает Инга. – Очень! – искренне восклицаю я. – Я пять лет скинула. И это правда, с распущенными волосами такого изумительного цвета я кажусь моложе, а серые глаза стали ярче и выразительнее. – Вот, а когда подкраситесь и оденетесь красиво, все десять скинете! – Пожалуй… Я все еще рассматриваю себя в зеркало, трогаю волосы, шелковистые и мягкие. – Тогда вперёд, покорять ночной клуб! – шутливо провозглашает Инга. – Будет сделано! – в том же тоне отвечаю я. Я расплачиваюсь и выхожу на улицу. В теле появляется какой-то очень знакомый, но давно забытый зуд. Не сразу я понимаю, что это предвкушение. Предвкушение покупки нового платья. Такого, в котором я буду действительно сексуальной и красивой. Я отправляюсь в торговый центр, нахожу нужный отдел. – Я от Инги, – говорю я молоденькой продавщице. Она приветливо улыбается. – Прошу прощения, у вас тоже развод? – спрашивает она. – Инга уже позвонила? – удивляюсь, – Быстро она. – Нет, – смеётся продавщица. – Она ко мне всегда дам после развода отправляет. Удивительным образом у нас они находят платье мечты. – Ну, скоро Новый год. Чудеса случаются, может и мне повезёт, – улыбаюсь я. – Конечно, даже не сомневайтесь. У нас даже такая стойка есть с платьями, которые между собой зовем “разводными”. – И чем они отличаются? – интересуюсь я. – Смелостью, – отвечает девушка, ведя меня куда-то вглубь отдела. – Женщина которая решилась так кардинально поменять свою жизнь достойна самого лучшего платья! – Разумно! – соглашаюсь я. Она подводит меня к стойке, и я сразу вижу его. Моё платье!