Глава 30. Она

Я не просто в шоке.

Я дар речи потеряла!

Смотрю и не знаю, как реагировать на этого… наглого, бессовестного мужика!

Меня убеждают, что Захар едва ли не при смерти, что нужно пожалеть бедолагу и посетить в больнице, но вот он.

Под моим окном.

Бороды сбривает, бегает с букетиками цветов и выслеживает меня, что ли?!

Откуда он мой адрес узнал?

Вот точно, слежку нанял!

Ах ты… Идиот!

Надо было слежку за своей Никой организовывать, чтобы знать, какие грязные делишки проворачивает эта ушлая девка…

Но за мной, честной, порядочной женщиной, которая всего-то и хочет, только пожить спокойно, без него, подлеца, следить не надо.

Меня переполняет гнев, возмущение, кровь кипит. Щеки, чувствую, раскраснелись.

Сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

Наверное, у меня даже давление вверх скакнуло при виде муженька, который, к сожалению, пока еще не бывший, но… скоро им станет!

И, как назло, на фоне этого эмоционального шторма мне в голову прицельно и безжалостно бьет холодная мысль, что чувств, пусть даже негативных, по отношению к Захару во мне в десятки раз больше, чем ко Владимиру.

Он молод, активен, хорош собой, но мои эмоции рядом с ним — это даже не море во время штиля, это просто застойный, маленький прудик, забытый всеми.

Мое женское тщеславие приятно тешило его внимание в самом начале, но, откровенно говоря, дальше этого ничего не продвинулось!

И мне не хочется.

Да, не хочется.

Я не спешу сближаться с Владимиром, всякий раз, когда он пытается сделать шаг навстречу, много думаю, как бы ответить так, чтобы не давать ему лишней надежды, но и не оттолкнуть совершенно.

Я словила его отражение в окне.

Заинтересовавшись, что же такого я увидела, Владимир подошел ко мне и встал рядом, решительно сдвинув тюль в сторону.

У меня хорошее зрение, даже немного в дальнозоркость ушло, поэтому я заметила, как изменилось выражение лица Захара.

Он удивился, возмутился и… рассердился.

Его гнев выдали и жесты, ставшие более угловатыми.

Захар не ожидал увидеть рядом со мной мужчину?

Ирония в том, что я высмеивала бороду Захара, и он ее сбрил!

Но рядом со мной сейчас стоит молодой, привлекательный мужчина… с бородой, и это… жутко смешно.

Я пытаюсь не расхохотаться, но улыбка растягивает мои губы.

Все-таки выпустила короткий смешок.

Лицо Захара стало еще более гневным, глаза метали молнии.

Я попыталась одернуть себя, но не могла ничего с собой поделать.

Отошла, села на стул и рассмеялась, вытирая слезы, выступившие от смеха.

По большей части, этот смех был нервным и напряженным…

— Твой супруг. Когда у вас развод? — уточняет Владимир.

Мне становится стыдно.

Я… на миг о нем совершенно забыла, погрузилась в нашу с Захаром историю, ставшей слишком непростой.

Совестно, что так выходит.

Кажется, мне нужно перестать использовать Владимира.

Он — прекрасный человек и интересный мужчина.

Он заслуживает того, чтобы кто-то полюбил его искренне и дарил эмоции от всего сердца.

Уверена, он еще встретит свое настоящее счастье, и рядом с ним будет та женщина, которая его полюбит, и не станет использовать его, как временный пластырь, врачующий раны, нанесенные другим мужчиной.

— Нас разведут совсем скоро, Володя, — мягко произношу я.

— Хорошо, а то я уже начал ревновать, — отвечает он, подойдя ко мне.

Его рука ложится на мою щеку, он поднимает мое лицо к себе. Глаза горят решимостью, губы стремительно приближаются.

Я успела подставить щеку. Ее обожгло настойчивым касанием.

— Нам нужно поговорить, Володя, — выдыхаю я. — Ты интересный мужчина и прекрасный собеседник. Но я вижу в тебе только друга и не способна ответить тебе той взаимностью, на которую ты рассчитываешь.

Владимир замер и резко выпрямился.

— Черт. Так и знал… Как только этот старый козел активизировался и выполз с больничной койки, так сказочке пришел конец! А ведь она даже не успела начаться! — неожиданно резко среагировал мужчина. — Может быть, отправить его обратно? На больничную койку? Еще лучше… В кому!

***

Он

— Что за хер там нарисовался?! — изумленно спрашиваю вслух, заметив рядом с моей женой какого-то мужика.

Неужели хахаля себе завела?

Вот тебе и тихоня…

Вот тебе и верная женщина, которая по сторонам не смотрит.

И, понимаю, что сам провинился, что у меня не то, что рыльце в пушку, я глубоко увяз, я по уши измазался… Только макушка чистой осталась, и то не факт.

Но не могу видеть рядом с Ниной другого мужчину — изнутри жарит так, словно кто-то развел там костер и подпалил его бензином.

Этот жар начался почти сразу же, как только я озвучил решение уйти от Нины.

Но сейчас меня насквозь прожигает адским пламенем, не меньше.

Было легко фантазировать о новой жизни и не задумываться о том, каково будет жене в этих реалиях.

Жизнь продемонстрировала, как сильно я ошибался…

Как оказалось, реальность не имела ничего общего с мечтами.

И вместо облегчения, беззаботного шага в светлое будущее я получил изжогу от угрызений совести, которая точила меня по ночам, когда уже не контролируешь бег мыслей.

На грани яви и сна она вонзала зубы и неспешно, но мелко крошила меня в порошок, подтачивая уверенность в собственной правоте…

Ника словно чувствовала мои сомнения, после юбилея она уделяла мне больше внимания, если не сказать прямо — липла.

Впрочем, зная теперь, как сильно я лоханулся… Имею право сказать: так и есть! Липла, гадина… Чувствовала, что остались сомнения и пыталась забить собой все мое свободное время.

Недолго песенка играла…

Мне до сих пор стремно и стыдно посмотреть в глаза правде, и в зеркало глядеть не хочется, кажется, вот-вот я увижу ослиные уши или бараньи рога, которые показывали бы, как глупо и тупо меня обвела вокруг пальца… шлюха!

Причем, не только обвела, но и улизнула, тварина…