Глава 9. Она

— Обновить устаревший интерьер, — повторяю я.

В голове не укладывается.

Это вообще ни в какие ворота не лезет!

— Да, вы, конечно, не обижайтесь. Но ремонт давно пора обновить. Вы, кажется, довольно давно его делали, если я не ошибаюсь, а мы с Андрюшей кое-что планируем… Пополнение, — делится счастливым шепотом. — Представляете, да? Наконец-то у нас второй ребенок появится. Разумеется, хочется обновить интерьер перед его рождением, детскую отдельную сделать. Столько хлопот… Столько радости. У вас теперь… целых два внука будут.

— Вообще-то три, Анеля. Или ты моего внука от Светы в расчет не берешь? — усмехаюсь.

— Я имела в виду, что вам сын целых двух внуков подарит. Счастливая вы бабушка, Нина Михайловна! Представляю, как вы рады…

— Рада?

Я не у нее спрашиваю.

Просто вслух повторяю, изумившись наглости и непосредственности. Простоте, с которой она говорит…

— Просто вам так идет быть бабушкой… Пеленки, детишки… Макар обожает с вами играть, наверное, и второй сынишка с ваших рук не будет слезать… — продолжает она.

То есть, они уже и пол знают.

И по умолчанию решили, что я скромно возьму свои пожитки, уберусь с этого дома в тот же день, а потом сяду, как ни в чем не бывало, в конуру с видом на кладбище.

Буду там молча сидеть, никому не мешать и нянчить… теперь уже двоих детишек Андрея и Анели, пока они и дальше строят свои успешные жизни, карьеры, наслаждаются походами в кафе и театры, отдыхают.

Ведь роднее бабушки человека нет, а нянечку снять… Вдруг плохая попадется?

«Вот чем тебе еще заниматься, мам? — звенит в голове голос Андрея. — Держите Макара, развлекайтесь. Побегайте по площадкам… Вам полезно не рассиживаться!»

И я бегала.

Энергично.

Потому что проблемы не видела.

Водила любимого внука и на кружки, и на развлечения.

У меня вообще нет и никогда не было проблем с тем, чтобы скакать резвой козой.

До проклятого перелома, который заставил меня замедлиться и осесть.

Неужели именно в этот трудный период мой муж и решил, что меня можно списать со счетов, в утиль?

Какая несправедливость: меня начали считать старой и ни на что непригодной, кроме как сидеть дома, из-за несчастного случая?!

Из-за болезни, которая выбила меня из колеи?

Но ведь я не сижу на месте, а сколько всего я сделала, бегала с этими праздниками, чтобы все было сделано идеально…

И вот теперь я стала никому не нужна.

Боль еще раз провернулась в груди словно кто-то не прекращал проворачивать мое сердце на большой и ржавой мясорубке.

Я не ожидала, что сын так быстро и резво возьмется выгонять меня из дома, который мы переписали на него.

Причем, начнет это делать не сам, но руками своей жены. Ее руками и ее голосом, который льет мед, до того приторно, но слова — жестокие и острые, как отравленный клинок.

— Скажу честно, Нина Михайловна, вы — мой идеал бабушки! — вдохновленно продолжает невестка. — Самая лучшая… Никогда не отказываете посидеть с внуком, в отличии от моей мамы, — в ее голосе проскользнуло недовольство и обиды. — Ее как ни попросишь, вечно отказывается. Работает, конечно, а на выходные ее не допросишься! Неужели не понимает, что нам с Андреем хочется побыть вместе, погулять, своих дел хватает, накапливаются за неделю… И как же хорошо, когда есть вы, такая умная, красивая женщина с большим и добрым сердцем.

Макара я обожаю…

Два дня не вижу, уже сильно скучаю.

Любовь к внукам — она все-таки другая, более спокойная и взвешенная, но такая сильная…

— Я думаю, теперь нам будет удобнее принимать вас у себя, — деловито рассудила Анеля.

— Принимать меня у себя? — переспросила я.

Все, она уже считает этот дом — своим!

— Да, когда к внуку будете приезжать. Насколько я понимаю, ваша квартира не предназначена для активных игр с ребенком…

В этот момент мне хочется закричать, вот только от шока и наглости невестки мое горло перехватило колючей проволокой и стало нечем дышать.

Удар.

То есть… Они все… В курсе.

Даже невестка!

По-моему, здесь даже разговаривать не о чем!

Запредельная подлость… не знает границ, а наглость, как известно, второе счастье.

Надо же, а я ведь считала славной эту девочку… с которой когда-то подружился мой сын. Симпатичная, не стерва и не выскочка, но смышленная и цепкая… Мне казалось, она будет хорошей хозяйкой, я думала, что она далеко пойдет.

Вот и пошла.

Только не по той дорожке…

Или по той?

Я уже что-то запуталась, может быть, в их с Андреем доме всем заправляет именно она?

Подает новости и требования вот таким сахарным голосом, с лестью, окручивает мужчину… включает женское очарование?

И потом сын уверен, что принял решение сам.

Как мужик…

— Когда я решу съехать, ты об этом от моего сына узнаешь, Анель, — коротко говорю я.

— Понимаю-понимаю, но все же… от себя… Я вас очень прошу… Не затягивайте, хорошо? — снова говорит она елейно. — От себя… От всего сердца прошу, войдите в мое положение. Вы ведь сами были когда-то мамой, готовящейся к родам… Очень давно, правда, но все же… Вы мне как вторая мама, Нина Михайловна…

— Жди новостей от Андрея, Анель. Извини, уже поздно для телефонных разговоров.

Как вторая мама.

Меня трясет.

Интересно, свою маму Анель тоже пинками под зад из дома выгоняет?

Или только мне, свекрови, такие почести оказаны?

— Зря ты на звонок ответила, Нина. На тебе опять лица нет. Что случилось…

— Меня уже просят освободить эти стены, — сиплю я. — Вот что случилось.

Помолчав немного, добавляю:

— Какие же они подлые и лицемерные, улыбались мне в лицо на годовщине, поздравляли… Обнимали и целовали, желали долгих лет счастливого брака и любви… И при этом знали, что муж уходит к другой, не просто уходит, но все подготовил. Как это… мерзко!

— Тебе сейчас невестка звонила? Ого… А сын, что? В кусты?

— Андрей — сын своего отца. Он поддержит любое его решение, тем более, оказывается, такое… выгодное!

Они все с ума посходили…

Или старательно пытаются свести с ума меня?

Доводят до нервного срыва…

Что, если это запланированная акция?! Срежиссированная... моим мужем!

Он всегда был себе на уме...