Глава 4

— Вы готовы, чтобы я к вам вышел? — поинтересовался призрак.

Мне вдруг показалось, что я упаду в обморок. Но я взяла себя в руки. Надеюсь, я не схожу с ума?

— Да, — кивнула я, как вдруг повеяло холодом, и я тут же дернулась. — Нет! Еще нет…

Мой шаблон мира уже трещал по швам, а я все никак не могла найти в себе силы посмотреть на настоящее привидение.

— Ладно, — произнесла я, схватившись на всякий случай за резную балясину кровати, поддерживающую пыльный балдахин.

— Точно готовы? — с некоторым скепсисом спросил Ораций. — Цените, мадам! Я не из них, призраков, которые нападают на людей с диким хохотом в темных коридорах! Или появляются молча на пути! Знаете, среди нас есть и такие, которые ведут счет лужам «испуга» в коридоре. И гордятся ими!

— Давайте уже, — простонала я, покрепче сжав пальцы.

— Я — очень интеллигентный и тактичный призрак, поэтому… Раз… Два… Три! — произнес голос, а передо мной появился полупрозрачный силуэт старого мужчины в круглых очках. Он больше напоминал доктора, чем колдуна. Бороды у него не было. Зато была бородка.

Мои глаза закатились, и я рухнула вниз.

— Мадам! Очнитесь! Я бы пощупал ваш пульс, но боюсь, что физически не смогу это сделать! — произнес надо мной старческий голос в темноте. — Пощупайте его у себя и скажите мне… И я тогда скажу, угрожает ли что-то вашей жизни…

Так, спокойствие… Это просто мертвый… Эм… Старик, причем довольно тщедушный. Он не желает мне зла. Я выдохнула и открыла глаза, глядя сквозь призрака.

— Пульс? — спросила я, положив руку на запястье, как видела в фильмах. — Эм… Я не чувствую пульса.

— Мадам, руку сдвиньте и нажмите! А теперь считайте! — прокашлялся призрак.

Я посчитала и сказала результат.

— Неплохо. Повышенный, но в пределах нормы! — заметил Ораций.

— Поздравляю, мадам, вы делаете успехи в целительстве! Как вы? Я вижу у вас на руках царапины. Вы так и не рассказали, чем вы так провинились перед императором, раз вас решили… Эм… Пытать.

Внезапно я сама услышала шаги… Громкий отчетливый шаг заставил меня резко повернуть голову к двери и замереть.

— Открывайте!

Я узнала его мгновенно. Этот низкий тембр, в котором «р» срывалось на рычание хищника, заставил звенеть воздух вокруг. Казалось, стекло в светильнике готово лопнуть от напряжения.

Но страшнее было не это. Воздух в башне вдруг стал тяжелым. Запахло пеплом и нероли — тем самым ароматом, что въелся в мою кожу в тронном зале. Мое сердце пропустило удар, а потом забилось так сильно, что больно отдало в ребра.

Он здесь. За дверью. Хищник, который решил проверить свою жертву.

— Открывайте! — повторил он, и в этот раз голос прозвучал не как приказ. Как приговор.

Ораций побледнел еще сильнее, став совсем прозрачным.

— Мадам… Кажется, ваш тюремщик решил нанести визит вежливости.

Я хотела сделать шаг назад, но ноги стали ватными. Тело помнило его близость. Помнило угрозу. И предательски помнило тот жар, что разлился внизу живота, когда он навис надо мной.

— Не открывайте, — шепнула я, хотя знала: у меня нет выбора.

Дерево задрожало, замок нагрелся, и мой светильник внезапно померк.