Глава 22

Проводив гостей, задумалась, неужели у Олега достало наглости поступить так со мной? Провернуть такую аферу? Даже сейчас мне в это не верилось. Да, мы и правда ездили несколько раз в разные организации. Почему мне не запомнилось всё в точности? Я была буквально обвешана детьми, как ёлка шишками. Кто ездил с маленькими хоть куда-то, знает, как бывает. Один требует на ручки, второй кричит, что хочет пить, третий просится на горшок и так до бесконечности. Взмыленная, как лошадь, замученная и уставшая, я заходила кабинет и делала всё, что говорил Олег, лишь бы скорей поехать домой. Я толком и не помню, о чём тогда шла речь. Но и мысли никогда не было, что муж способен на такой подлый обман. Впрочем, хватит просто так рассуждать. Достала из верхнего ящика комода папку с документами. Их было много. Свидетельства, паспорта, справки, выписки, ипотечный договор: всего и не перечесть. Но я знала их все, в бумагах у меня всегда был полный порядок. В каждой отдельной папке лежали наши личные документы, банковские, бумаги на магазин. Я взяла всю кипу, устроилась на диване и перебирала бумажку за бумажкой. Достала папку с ипотечным договором, вытащила всё, что там было. Внимание привлёк документ, вложенный среди листов и сложенный вчетверо. Это был договор купли-продажи на моё имя! Оказывается, я стала хозяйкой участка возле села Ершовка! Выходит, Полина Михайловна наткнулась на нужный след. В бумаге продавцом указан потребительский кооператив «Нива». Немного обдумав ситуацию, взяла телефон в руки и набрала номер Олега. – Чего тебе? – Ответила мне Катя. – Мне нужен Олег, я звоню ему. – Он занят. – Если не хочет сесть в тюрьму, то в его интересах поговорить со мной. Телефон моментально перекочевал к бывшему мужу. – Что ещё придумала? – Олег был раздражён, впрочем, как обычно. – Ты подал на алименты? – А как иначе? Содержать детей должны оба родителя по закону, ты устроилась на работу, а значит, обязана платить. Хотела жить в своё удовольствие? – Совсем обнаглела, – послышался в трубке голос Кати. – А за то время, что мы жили одни, отдать алименты не хочешь? По закону положено, тебе и судья это разъяснила. – Подай на меня в суд, – хохотнул Олег довольно. – Так и сделаю, не сомневайся. А ещё заявление в полицию о том, что ты обманным путём лишил меня материнского капитала. Как тогда говорил? Деньги пойдут на мой пенсионный? Где же они? В трубке повисла тишина. – Тоня, документы подписала сама. Жалуйся куда хочешь, только ты тоже виновата. – Думаю, следователь разберётся, что и как. – Погоди! Что тебе надо? Денег? Я дам тебе, много нет, но тысяч десять наберу. – Совсем ополоумел? – Зашипела Катя. – Уйди! Не лезь! – Олег закричал так, что мне пришлось убрать трубку от уха. – Тоня! – Мне деньги не нужны. Забери заявление из суда. Ты обобрал нас с детьми, через аферистов украл средства со счёта. – Я… Я всё объясню, Тоня. Завтра же подам заявление на отказ от алиментов. Это Катя меня с толку сбила. У нас мало денег, а детям постоянно что-то надо. – Надеюсь, твоя сожительница не будет срываться на малышах, когда узнает, что ты отказался от алиментов? – Нет, я не позволю. За них не переживай. – Не смей больше забирать телефон у Маши, понятно? Я имею право общаться с ребёнком в любое время. – Да… Да, конечно. Тоня, нам нужно поговорить. Всё не так, как кажется. – Не так? Где деньги, Олег? Их ты тоже потратил на Катю? – Нет, Тоня! Меня самого обманули! Я хотел как лучше! – Заметно. Кстати, спасибо за участок в Ершовке. В трубке опять повисла тишина, но дожидаться очередного вранья не стала, нажала отбой. Даже не знаю, какие чувства сейчас были в душе. Обида? Злость? Раздражение? Ничего из этого или всё сразу? Набрала номер Натальи, объяснила ситуацию и взяла выходной на следующий день. Достала решение суда по алиментам, которое было у меня на руках, паспорт и свидетельства о рождении детей. С утра отправилась к судебному приставу, подняли моё дело. – Вашему мужу назначены алименты, исполнительный лист отправлен, – безучастная ко всему тётка лениво перебирала бумаги ярко-алыми коготками. – Только я ни копейки не получила. – Вы не одна такая, – зевнула пристав. – Понятно, дальше вас о чём-либо спрашивать бесполезно, – развернулась, чтобы уйти. – Женщин-н-а-а-а-а, – прогнусавила тётка, – вас много, а мы одни. – Правильно, какое вам дело, что дети без еды сидят, – вышла из кабинета. Ругаться не собиралась, но равнодушие пристава резануло по нервам. Ладно я нашла выход из ситуации, а если женщина с детьми совсем одна? Сидит вот такая тётка, скучает на свою зарплату. Иногда людей убивает не жестокость, а равнодушие. У выхода из здания стояла лавочка, я присела перевести дыхание. – Тоня! – Раздался голос Олега. Подняла голову и увидела его прямо перед собой. – Я пришёл, сейчас напишу отказ или что там надо. Он присел рядом, взгляд как у побитой собаки: – Тоня, наверное, не поверишь, но я хотел просто получить деньги на руки. – Ты мне говорил, что они пойдут мне на пенсионку, чтобы в старости не сидеть в нищете, а на деле потратил их непонятно куда. – Я виноват, что не рассказал тебе сразу, но хотел как лучше. Меня самого обманули, эта фирма, когда приехал за деньгами, оказалась закрыта. В полицию обратиться не мог, сама понимаешь. – Очередное враньё? Олег, теперь уже неважно, что произошло. Ты оставил нас без денег. Участок тоже фиктивный? – Нет, земля твоя по закону. Можешь проверить по кадастровому номеру. – Мне пора на работу, – я поднялась со скамьи, – ладно, ты обманывал меня, но детей… – покачала головой, – знаешь, все эти годы верила, что у меня есть любящий муж. А оказалось, просто жила с обманщиком и вором.