Глава 8

Лика говорила совсем не то, что чувствовала. На самом деле звук ударов сердца и тяжёлых шагов успокаивал, внушая уверенность перед схваткой с двумя мегерами.

– Мне неудобно, что до сих пор у тебя на руках. Может вернуться и обуть туфли, сразу не нашла.

Глеб посмотрел на дверь и вверх на лестницу.

– Потому, что их нет. Брал показать размер. В машине новые вещи и обувь. За ними уезжал. Идём наверх. Пока не вскрыли макбук. Слишком много стоит на кону.

Он с лёгкостью поднялся на второй этаж.

– Нам в левое крыло. Но лучше перейти сразу в комнаты Ольги.

Он быстро двигался по коридору, но вдруг остановился перед дверью, за которой раздался женский смех.

– Не понял. Что Кира делает в гостевой спальне?

– Твоя невеста? – Лика не напряглась. Уже несколько раз слышала про таинственную Киру.

Глеб нахмурился что-то обдумывая.

– Бывшая! – сказано слишком резко для законченных отношений. Чувствовалось, что рана открытая.

– Почему? – вырвалось само собой.

И вдруг почувствовала себя бестактной. Но Глебу сейчас было не до неё.

– Сейчас не до того… – Он толкнул дверь ногой и сразу сделал шаг внутрь.

Высокая, худая блондинка модельной внешности взвизгнула, запахивая на груди шёлковый халатик.

Лика прошептала чуть слышно:

– Можешь опустить меня на пол? Это она советовала охраннику меня ударить.

Гнев наполнил душу. Ей было плевать Кира в комнате или не Кира, невеста или без места. Почему агрессивные бабы желают её убить или избить? Сивая дылда приказала сделать ей больно и сейчас за это ответит.

– Какого чёрта вы тут делаете?! – Кира захлопнула крышку макбука. – Кто позволил без стука входить в мою комнату?

Глеб опешил от наглости бывшей невесты.

– Вообще-то это мой дом! – Он опустил свою гостью на пол. – Что ты здесь забыла?

– А это мой макбук! – Лика быстро направилась к постели. – Ты воровка, которая приказала бить невесту хозяина дома.

Кира прижалась к спинке кровати. В глазах наглое превосходство привыкшей добиваться своего стервы.

– Хозяина определит завещание, а пока это общий дом детей Фрола Егоровича и его молодой жены. Ольга и Марина мои подруги! – Она села по-турецки, не стесняясь того, что без трусиков. – По их приглашению я останусь гостить здесь на неопределённое время.

Глеб отвёл взгляд от длинных ног, на время потеряв самообладание.

Лика забралась на огромную кровать.

– Но сначала отдашь мой макбук!

Кира вцепилась в гаджет будто от этого зависела её жизнь.

– Обойдёшься! В этом доме ничего твоего нет!

– Как и твоего! – ухватившись за серебристый прямоугольник с другого края, уверенно проговорила: – С той разницей, что ты прошлое Глеба, а я его будущее!

Кира рассмеялась в лицо лженевесты.

– Посмотри на себя, мышь серая! Я модель. Мужики с ума по мне сходят! – Она выдула ноздри, выплёвывая слова в лицо соперницы: – Уговаривайте себя оба, но Глеб мой! – Стерва перевела взгляд на отвернувшегося здоровяка и ещё шире раздвинула ноги. – Посмотри, как старательно отводит взгляд от любимого места.

Лика отпустила серебристый край, и умело сдавила болевую точку на тыльной стороне ладони стервы. Красивая кукла могла прочесть информацию на макбуке, а значит, она заберёт его любым способом.

– Мне плевать, что ты о себе возомнила! – Злило, придавая сил, молчание Глеба.

Пальцы сошлись на трясущейся кисти Киры. Болевой захват заставил модель взвизгнуть и завалиться на бок.

Выворачивая узкую ладонь наружу, грозно потребовала:

– Сейчас ты, самовлюблённая тварь, встанешь на колени и попросишь прощения!

Она зыркнула снизу вверх в растерянное лицо спасителя. Тот стоял как вкопанный. Стоило Кире раздвинуть ноги, и позабыл все договорённости, собственные предупреждения. Лика чувствовала себя самозванкой на чужом празднике жизни. Словно подглядывала за ссорой любовников. Стало обидно.

Она выговаривала сразу обоим:

– Плевать на ваши с Глебом игры. Больше никто никогда не посмеет меня унизить! – общение с мальчишками в детдоме не прошло зря. – Ты модель, а я антимодель. С неба мне ничего не сыплется, но постоять за себя могу! – Лженевеста плюнула рядом с вставшей на колени дылдой. – Запомни это на будущее!

Кира вынуждена была подчиниться. Она прошипела сквозь боль:

– Прости меня! – из направленных на бывшего жениха глаз брызнули слёзы. – Я запомню! – сказано с такой злостью, что сомнений о мести не было.

Глеб поморщился, понимая, что вынужденным нейтралитетом предаёт сразу обеих женщин. Кира права, ещё не успел избавиться от чувств к ней.

Он с удивлением в глазах смотрел на воинственную Лику. Сбежавшая со свадьбы «чучело» могла за себя постоять.

– Хватит! Забирай макбук и уходим в моё крыло. С Ольгой разберусь позже. Завтра узнаем, кому отец оставил особняк, но в любом случае съедем в мой дом… – А уже на пороге обернулся, с желчью заметив бывшей невесте: – Пару минут назад ты звонила тому, кто «сошёл с ума» и готов для тебя на «всё». Оставь меня в покое! Я никогда к тебе не вернусь!

Кира рассмеялась в спину:

– Посмотрим!

Лика увернулась от рук, не позволяя взять себя. Она шлёпала голыми ступнями по коридору, лестнице, желая как можно быстрее оказаться в своей комнате. Каждый хлопок кожи по твёрдой поверхности отдавался ударом крови в виски.

Сердце ныло. Душу распирала не только обида, но и злость. Очередной мужчина, не раздумывая, предал её ради красотки. Беглый взгляд в большое зеркало в холле. Что не так? Почему всегда лишь вторая?

Тяжёлые шаги за спиной больше не внушали покой и уверенность в защите.

Глеб пытался поймать её за руку, но она умело увёртывалась.

– Лика, что ты хотела мне показать?

– Потом! – она бегом поднималась наверх, к своей спальне.

Громкий кашель сотрясал худенькое тело. Если бы можно было уколом снять сразу всю боль. Хриплое:

– Ты говорил, что нанял для меня медсестру? – Лика только сейчас вспомнила, что в этом крыле кроме неё должна постоянно присутствовать ещё одна женщина.

– Сам хотел бы узнать, где она и врач? Почему не заметили, что ты ушла?

Пропажа нашлась за дверью. Высокий мужчина переминался с ноги на ногу, оправдываясь:

– Глеб, больная спала. Мы не хотели мешать. Таня помогла забрать лекарства из машины, а в это время… – Врач отвечал сразу за двоих.

Медсестра стыдливо отводила взгляд. Говорить, чем они занимались, не было смысла.

– Сёма, осмотри, наконец, Лику! Надеюсь, ты прочёл выписку из клиники? Ей назначено лечение, которое за весь день ни разу не получила… – Глеб качал головой. – Ты предложил нанять хорошего специалиста. Если бы знал, что это твоя любовница, никогда…

Он осёкся. Смысл выговаривать женатому другу нравоучения? Он обернулся к девушке, так и не приступившей к своим обязанностям. В третий раз за последние полчаса Глеб произнёс:

– Вы уволены!