Глава 9

Лика терпеливо вынесла осмотр и уколы. Она притихла, словно надломилась внутри. Желание остаться хоть на недолго одной, в тишине, становилось невыносимым.

– Семён Олегович. Можно попросить вас сказать Глебу, что мне нужен покой?

– Так и есть. Вам нужен покой. Отдыхайте и пожалуйста, не выходите пока на улицу. Завтра утром приеду. Выключить свет? – спросил, направляясь к выходу.

Кивнула с трудом. Глаза горели. Работать в макбуке сможет при свете торшера.

– Я скажу, чтобы вам принесли тёплый бульон и хоть что-то покушать. Есть пожелания?

Врач вёл себя очень уверено. Чувствовалось, что часто бывал в этом доме.

– Чай с лимоном и салат.

Она совсем забыла, что ела рано утром.

Оставшись одна открыла гаджет на странице, где была Кира, когда отобрала его у неё. Смотрела на экран и понимала, чего так испугалась бывшая невеста Глеба. Она, уверенная, что макбук стал её собственностью разговаривала в «Телеграм» с мужчиной.

Лика скривилась. Вот таких сучек мужчины и любят. Наглых, самоуверенных, ухоженных до кончиков пальцев. Гуляют направо-налево и уверены, что их всё равно простят.

– Показать Глебу, чем занимается его любимая дылда? – Она поджала губы, думая, что нужно привести себя в порядок и приодеться. Посмотреть, как тогда запоёт сивая наглючка на их с Глебом пару.

Она вздрогнула, услышав от входа:

– Обязательно показать! – он зашёл осторожно, без стука. – Врач сказал, что ты спишь. Не хотел будить.

Весь обвешанный пакетами и с виноватой улыбкой Глеб выглядел совсем по-другому, не так как обычно.

– Вот, одежда. Надеюсь, менеджеры попали в размер и цвет. Последняя коллекция… – Он поставил пакеты с коробками на пол. – Никто больше не перепутает тебя с воровкой.

Лика молчала. Она растерялась, решая показать на самом деле, что делала в макбуке Кира или…

Глеб сам разрешил сомнения, в пару шагов оказавшись рядом с кроватью и забрал из рук гаджет. Один взгляд на экран, и он изменился в лице.

– Вот сучка! – желваки заходили по скулам. – Это Роман Нехлюдов, злейший враг отца. Наш конкурент! – Он плюхнулся на край кровати. – Теперь понятно кто сливал последнюю информацию о семье и холдинге… —

Глеб выглядел очень расстроенным. Длинные пальцы ворошили тёмно-русые волосы.

– Какой я дурак! Доверял полностью. Сколько раз при ней работал над документами. И мой ноут Кира брала, когда оставалась в доме. Спасибо, что не позволила ей удалить контакт.

Он внимательно просматривал страницу в «Телеграм», темнея лицом с каждым прочитанным постом.

– Интересно, как долго они знакомы? Не он ли нас свёл?

Лику передёрнуло от последних слов.

– Как можно кого-то свести? У тебя что, глаз не было? – она хмыкнула, вспомнив, куда хозяин дома глядел в гостевой спальне. – Были, верю! Только не на том месте.

Глеб сдвинул брови:

– Следи за языком. Критики в нашем договоре не было.

Понятно, что её несёт, но обида не отпускала. Она не отвела взгляда, как сделала бы час назад. Смысл изображать его невесту, если он сам всё портит?

– Унижения от бывших невест тоже. Мне плевать на ваши отношения, но по договору ты должен меня поддерживать, а не трусливо отводить глаза! Прозвучало с такой болью в голосе, что Глеб смутился, но не подал вида.

– И хватит дуться. Не бить же мне Киру? Не вздумай рассказать, что мы знаем о ней и Нехлюдове. Можно сливать неверную инфу.

Он пролистал до конца переписку Киры, поняв, что оставлять её в доме нельзя. Вышвырнуть Ольга не даст. Особняк действительно принадлежит всем Аксаковым.

– Сможешь присутствовать на ужине? – вопрос прозвучал как просьба.

Лика не хотела покидать тёплую комнату. Оказаться снова в террариуме?

– Врач сказал, мне нужен покой.

– Спустишься буквально на полчаса. Очень нужно! – Глеб, не дожидаясь ответа, ставил условия: – Одень что-нибудь из того, что принёс. Косметика на лице приветствуется.

Тяжёлый взгляд сверлил бледное лицо. Попробуй тут отказаться.

Она несколько раз тяжело вздохнула, принимая решение. На ужине придётся встретиться с ещё одной женщиной семьи Аксаковых.

– Хорошо, – согласие сказано голосом приговорённой к повешению перед пытками.

Глеб оценил жертву. Он включил свет, исправляя собственную невнимательность.

– Показывай, что нашла в интернете? – пробежать глазами статью хватило минуты. – Я говорил, начинать нужно с раннего детства. Завтра, после объявления завещания, начинаем заниматься твоими делами. Развод. И частный детектив на поиск всех, кто хоть что-либо знал об этой странной истории.

В глазах девушки появилась надежда.

– Речь обо мне. «Лика» слишком редкое имя. Тот, кто хотел, чтобы меня никогда не нашли, не учёл этого.

– Или ты настолько уверенно его произносила, что не рискнули менять. Девочка, рассказывающая всем, что ей поменяли имя, привлекла бы ненужное внимание… – Он пролистал ещё пару заметок. – Ваша семья по тем временам была очень богатой, – и вскинул бровь, не желая напрасно обнадёживать, – если эти статьи про твою семью.

– Уверена, что про мою! – невольно приложила ладони к груди. Она готова поверить в любую зацепку, чтобы узнать о семье. – Сердцем чувствую. Иначе откуда взялась богатая тётушка?

– Спроси у подруги. – Глеб нахмурился собственной бестактности. – Нужно понять, как она могла узнать о её существовании? Подумаем позже. Сейчас собирайся! – Он не был бы самим собой, не остановись, перед тем как выйти. Куда без ободряющих пожеланий? – Стань вызывающе дерзкой. И будь уверена в этот раз я с тобой!

Лика заходила в столовую, прикрытая с тыла широкой спиной Аксакова. Хоть до жути хотелось наоборот, идти следом, спрятавшись за большим мужчиной. Сердце гулко стучало. Пришлось бороться с противным ощущением, что ныряет в вязко-липкое болото.

Ожидания полностью оправдались. За столом сидели три женщины. Рыжеволосая пышка, Блондинистая дылда и ослепительно красивая брюнетка неопределённых лет.

У напомаженных ртов застыли вилки. Глаза сверлили нежеланную гостью. Две пары с ненавистью, а третья с нескрываемым любопытством.

– Начали без нас? – Глеб излучал радушие. – С утра не получилось, хочу сейчас вам представить свою невесту. Знакомьтесь, Лика Анатольевна Кульпина.

– Невеста?

Раздалось словно эхо сразу из трёх ртов. Удивление в глазах, словах, жестах.

Кира взвилась:

– Твоя невеста я!

Ольга вторила:

– Твоя невеста Кира! Не смеши людей этим чучелом!

И только брюнетка протянула с улыбкой:

– Как интересно. И, главное, очень вовремя.

Лика усмехнулась. Три змеи грелись на солнышке и тут их пошевелили. Роль прутика не радовала, но деваться некуда.

– Я уже говорила об этом, но мне не поверили, – она переводила взгляд с одной женщины на другую. – Горжусь, что сумела за несколько часов из теплокровной собаки дорасти до бездушного чучела! – невольно вдавилась спиной в Глеба, всеми фибрами тела моля о поддержке. – Ещё немного и стану пылью под ногами любимого.

Он поцеловал светлый затылок.

– Золотой пылью. Дамы, отвечу вам по очереди. Кира, тебе сто раз сказано, я разорвал с тобой любые отношения. Завтра, если дом достанется мне – вышвырну из него! Оля, до моего любимого чучела тебе расти и расти… – Глеб показал рукой на брюнетку: – Лика, познакомься с вдовой моего отца – Миланой.

Вдова сверкнула чёрными глазами.

– Очень приятно. Лика, обращайся в любое время, если что-то понадобится, – улыбка растянула в стороны сочные, пухлые губы. Слова зрелой красотки лились сладкой патокой: – Гости любимого пасынка – мои гости.

Идеально белые зубы показались клыками. Ярко-красные ногти, вцепившиеся в салфетку, когтями. Она не могла удержаться от сравнения мачехи Глеба с вампиршей.

Мороз пробежал по коже от полыхнувшего огнём взгляда тёмных, как ночь, глаз. Лика внутренне содрогнулась. Среди трёх гадюк Милана была самой опасной.