Глава 38.

Он нашёл её у старой арки на границе с пустошью.

Когда-то тут собирались молодые драконы перед первыми полётами. Теперь здесь гулял лишь ветер, отголоски потухших костров и женщина в бордовом плаще, с которого рубины осыпались, как и преданность её гнезду.

- Ты рискуешь, — сказал Бальтазар сквозь сжатые зубы, не приближаясь. — Я мог бы сжечь тебя.

- Поздно, — отозвалась Стервельда. — Меня уже сожгли. Только без всякого огня. И знаешь, это оказалось больнее.

Он молчал. Бальтазар здесь не для того, чтобы стать зрителем драмы одной лицедейки.

Она повернулась, и взгляд её был слишком уверенным для женщины, у которой отняли всё.

- Ты думаешь, я пришла мстить тебе? — тихо спросила Стервельда. — Что я закачу истерику и попробую выцарапать тебе глаза за то, что ты меня не выбрал? Отверг во второй раз.

- Не льсти себе, - усмехнулся Изумрудный дракон. – Ты бы даже попробовать не успела.

- А ты себе, Изумрудный лерд, - парировала она. – Сам ты мне никогда не был интересен, как муж. Я только следовало своему долгу.

- И это взаимно, Рубиновая лерда, - криво улыбнулся он. – Я тоже опрометчиво назвал тебя когда-то невестой, решив, что тем самым удружу своему гнезду. Ошибся, бывает, - добавил он, придирчиво разглядывая свою отвергнутую невесту.

Бальтазар действительно не мог взять в толк, в каком лютом безумии от когда-то мог всерьез верить, что потерпит эту двуличную даму в роли своей жены.

Даже во имя процветания Изумрудных долин этот брак сегодня казался ему противным природе.

- Хоть в чем-то мы сошлись, - ничуть не задели Стервельду его грубые признания.

- Тогда что мы здесь делаем? – перешел он к сути, борясь с желанием подозвать своих верных дракгардов и сдать ее полицмейстерам.

- Ты — не знаю, - пожала Стервельда плечами. – Наверное, пытаешься не поддаться искушению и не испепелить меня за всё, что я сотворила с твоей сестренкой, - она ядовито улыбнулась, а он сжал кулаки до белых костяшек, чтобы не забывать, что перед ним все-таки женщина. – Ну, а я, - продолжила гадина. - Я пришла мстить…

Но прежде, чем Бальтазар отнес это ее признание к себе, она добавила:

- ИМ!!! Я пришла отомстить им, Бальтазар. Моему вероломному гнезду! – блеснули злые и впервые настоящие слезы в ее ехидном взоре. – Они использовали меня. Сами же подвели, не оказав должной поддержки в моем бою. А затем бросили, как отработавший груз, когда я потеряли значимость в твоих глазах!

- Рубиновому гнезду? – не поверил дракон в то, что слышит.

- Да, предателям с рубиновыми драгоценностями вместо сердец, - отозвалась Стервельда. - Тем, кто должен был защитить меня. Поддержать. А на деле бросившим меня, как только оказалась непригодной.

Бальтазар не стал спорить. В гнезде Рубиновых всегда всё строилось именно на этом. На выгоде и предательствах.

Вместо возражений Изумрудный дракон молниеносно просчитал цель назначенной ему Стервельдой встречи.

- И что ты пришла предложить мне? — голос Бальтазара стал ледяным, острым.

- Ключ к их падению, - желчно заулыбалась опальная драконица. - Ты же хочешь их уничтожить за всё, что они сотворили? Так получи это, - ее ужимки стали до противного кокетливыми. И Изумрудный дракон поморщился, не скрывая своей брезгливости.

- Надеюсь, не предложишь взамен все-таки выбрать тебя в жены?

- Ох, боюсь, дорогой, я сейчас в таком невыгодном положении, что могла бы пойти разве что «в придачу» к предложенному тебе, - самокритично усмехнулась отлученная Рубиновыми.

Он понимающе хмыкнул. И Стервельда подошла ближе.

- Целью моего гнезда был не только ты, - оглянулась она по сторонам и понизила голос. – Вернее, ты был лишь первой ступенью. У моего рода есть план. Они хотят свергнуть имперского малолетнего наследника. Убрать регента. И захватить власть. Если смогут подтолкнуть тебя на союз, даже Аметистовым драконам нечего будет противопоставить альянсу Изумрудных и Рубиновых.

- Регент Рэйгард Аметистовый мне как брат, - усомнился Бальтазар в подлинности ее информации. – Даже таким безнадежным сорвиголовам, как твои Рубиновые родичи, должно быть понятно, что я не предам Рэйгарда. А тем более маленького принца, которого он опекает!

- Твое право, не верь мне, - снисходительно согласилась Стервельда. – Но Рубиновый дом очень скоро снова постучится в твою дверь. Либо предложат тебе сокровища, либо новую невесту, а может и когти к горлу! Но они не отступятся, Бальтазар. И рано или поздно ты пойдешь на альянс с Рубиновыми. А они загребут твои Изумрудные блага и используют их для свержения императорской династии, - предостерегла его коварная бывшая невеста. – Но этого можно избежать…

- Как? – сплел Бальтазар руки на крепкой груди и чуть опустил вниз подбородок, соглашаясь выслушать ее.

- Не так быстро, - расцвела коварная улыбка на губах Рубиновой барышни. – Сначала мне нужны гарантии. Я должна быть уверена, что ни ты, ни кто-либо из симпатизирующих твоей сестре не попробует поквитаться со мной.

- О каких гарантиях речь? – нахмурился Бальтазар.

- Клятвы на крови будет достаточно, - алчно вспыхнули глазки Стервельды.

Изумрудный дракон жестом приказал одному из своих дракгардов изъять у нее свиток с подготовленным обещанием неприкосновенности.

Через минуту бумага была подписана Изумрудной вязью.

- Не так сразу, - вернул ей Бальтазар ее же реплику, когда Стервельда протянула руку за подписанным документом. – Что ты хотела вручить мне взамен выторгованной неуязвимости?

Девушка разочарованно поджала губы, но спорить не стала.

- Ладно, - вздохнула она. – Договор всё равно магический и неуничтожимый. Вдобавок он вступил в силу с минуты подписания, так что скажу. Я знаю, где Рубиновые лерды хранят

Сердце сокровищницы

. Оно питает защиту гнезда, его магическую оболочку. Забери его — и гнездо рухнет, как пепельный купол после дождя. На вид это скипетр, выполненный в виде лозы, взбирающейся вверх. Рубин в форме капли крови закреплен на месте "первой ягоды".

- И? – поторопил ее Изумрудный дракон.

- И плетение вокруг гнезда перестанет защищать от внешних вторжений, если рубин этой лозы треснет.

- Такие кристаллы не трескаются сами по себе или от удара, - прозорливо заметил Бальтазар. – И недостаточно просто отыскать сердце сокровищницы. Для подобного нужна сила слова. Заклинание «слово Пепла».

- Недостаточно, - ехидно заулыбалась Стервельда. – Но эти остолопы сами вручили мне в руки оружие против себя! Защитный камень можно разбить силой слова того, кто был изгнан. Я — изгнанная. Я скажу над

Сердцем сокровищницы

слово Пепла! – пообещала она. – Когда ты заберешь артефакт, найди меня, Бальтазар.

Он всмотрелся в ее лицо. В этом голосе не было фальши. Только обида, ставшая лезвием.

Стервельда поделилась знаниями о местонахождении сердца сокровищницы. Скипетр скоро будет в руках Бальтазара.

Взамен он через своего дракгарда вручил Стервельде подписанный договор о ненападении на нее. Он не станет причиной ее гибели. Но и не спасёт, когда ее гнездо падёт. Пусть обломки Рубиного рода станут ей саваном.

Только вот стоило Стервельде развернуть пергамент, как черты ее исказила жуткая гримаса гнева.

- Ты!!! – закричала она, потеряв лицо. – Ты обманул меня. Это не кровь! Ты подписал соглашение чернильной горошиной?!

- Договор подписан и вступил в силу, - ровно ответил дракон, равнодушный к ее истерике. – Я не обещал, что капну свою кровь на твой дрянной документ, Стервельда. Зная тебя, уверен, ты и для меня подготовила мстительную ловушку. Уж прости, проклясть меня через мою кровь не выйдет, - осклабился он.

И под крики вперемешку с грязными проклятиями, неприличествующими драконьей лерде, Бальтазар покинул место встречи. Без сожаления. Потому что сегодня дракон не карает. Он отпускает… в огонь.