Глава 16

Не знаю, сколько ещё я могла восхищаться мужем и к чему бы это привело, но Арвин быстро напомнил, что в моих планах всё ещё значится развод.

— Дорогая, спасение мухоловки, конечно, очень важно, — он говорил спокойно, но в уголках его губ играла насмешливая улыбка. — Насколько я помню, это растение привезли нам из Диких Унглей. Но всё же герцогине не стоит бегать по замку босой и в ночной сорочке. Хорошо, что в Глыбе сегодня нет гостей. А что будет, когда они съедутся на приём в честь нашей свадьбы?

Упрек был справедливым. Теперь, когда волнение за мухоловку улеглось, меня накрыла волна смущения. Руки сами потянулись прикрыть грудь, хотя длинная сорочка скрывала всё, что положено. Но из чистого упрямства я не смогла промолчать.

— Это всё ваша любовница виновата! — процедила я сквозь зубы, чувствуя, как гнев снова поднимается в груди. — Она прислала в замок мух, поднятых некромантией, а цветок их съел и отравился!

Арвин рассмеялся — звонко, беззаботно, будто я сказала что-то смешное.

— Эви, милая, — покачал он головой, и в его взгляде появилось то снисходительное выражение, каким взрослые смотрят на выходки детей, — Виола — посредственная ведьма. Она не способна на такое.

— Значит, вы её плохо знаете, — резко парировала я, — или у вас есть другие недоброжелатели, которые подбросили в Глыбу шпионов-некромантов!

Не дав ответить, я гордо развернулась и зашагала к замку, чувствуя, как трава щекочет босые ступни.

— Я набросал список мероприятий, как вы просили, Эвилетта! Жду в столовой! — донёсся голос Арвина мне вслед.

На крыльце меня уже ждала перепуганная Ониса с мягкой шалью и парой бархатных тапочек в руках.

— Что на вас нашло, моя госпожа? — ворчала она, осуждающе цокая языком, пока накидывала на мои плечи тёплую ткань. — Бегать полуодетой по холодным камням и росе...

— Приготовь голубое утреннее платье, — холодно оборвала я её нравоучение, сунув ноги в тапочки.

Через тридцать минут я появилась в столовой во всём великолепии: волосы были уложены в изящную причёску, платье небесного оттенка подчёркивало цвет глаз, а лёгкие духи смешивались с ароматом свежеиспечённого хлеба.

Арвин уже ждал меня — умытый, побритый, в безупречно отглаженной белой рубашке и чёрных брюках, которые подчёркивали его стройную фигуру.

— Вы прекрасны, Эвилетта, — сказал он, и его взгляд скользнул по мне с неподдельным восхищением. — Что предпочитаете пить по утрам? Чай или кофе?

— Воду, — ответила я сладчайшим голосом, едва заметно поджав губы. — Целители советуют начинать день со стакана воды.

На самом деле я обожала чёрный кофе с корицей и молоком, но желание досадить мужу перевесило. И я тут же пожалела об этом — пришлось с кислым выражением лица потягивать воду из хрустального бокала, которую подал мне лакей.

— Как вам спалось на новом месте? — Арвин пил маленькими глоточками ароматный кофе, и от сногсшибательного запаха у меня предательски заныло сердце. — Всё ли нравится в башне? Может, нужно что-то заменить?

— Не волнуйтесь, дорогой, — ответила я, стараясь сохранять светский тон, — Глыба мне очень нравится.

В этот момент слуги внесли и поставили перед нами завтрак — воздушный омлет с овощами и хрустящим беконом. Я отрезала небольшой кусочек и, отправив в рот, наслаждалась вкусом.

— Я счастлив это слышать! — воскликнул Арвин, и его глаза заблестели искренним энтузиазмом. — Но предлагаю не сидеть в замке безвылазно. После приёма мы отправимся в свадебное путешествие!

И он с торжествующим видом развернул исписанный лист бумаги! Но не успел начать читать, как дверь столовой распахнулась, и в комнату стремительно вошла взволнованная Лукреция.

— Ваша светлость! — сделав поспешный реверанс, она подошла к столу и поставила перед хозяином золотую почтовую шкатулку с королевской печатью. — Срочное послание от его величества!

Такие шкатулки использовались только для официальной корреспонденции — как с хорошими известиями, так и с дурными. Признаться, я не знала, чего ждать, и на всякий случай разволновалась.

Арвин достал послание, и пергамент с королевской печатью хрустнул в его пальцах. Сначала муж пробежал по тексту взглядом, и брови его недовольно сдвинулись, затем начал читать вслух:

— «Мы почтим Глыбу своим присутствием сегодня вечером». — Голос Арвина звучал ровно, но я заметила, как напряглись его пальцы, сжимая письмо. — Что ж, обсуждение наших планов переносится. Сейчас придётся заняться подготовкой к экстренному визиту его величества.

Предчувствия меня не обманули. Наш король Чарлот Изобретательный человеком был сложным, и малейшая оплошность могла обернуться серьёзными проблемами. У меня по спине пробежали мурашки.

— А на сколько персон накрывать ужин, там не написали? — тут же включилась я в обязанности герцогини, мысленно перебирая возможные варианты меню. В голове уже складывался список блюд — от изысканных закусок до десертов.

— Нет, не написали. — Арвин перевернул письмо, как будто надеясь найти продолжение текста на обратной стороне. — Но меня больше интересует срок визита. — Муж задумчиво провёл пальцем по подбородку. — Если его величество планирует погостить несколько дней, то у нас с вами, дорогая, большие проблемы.

Я ахнула и инстинктивно прижала руку к сердцу. Внезапно до меня дошло! Королю точно не понравится, что мы с Арвином живём в разных башнях. Да и где разместить его со свитой? Свиту можно устроить в комнатах второго этажа особняка, но его величество должен поселиться в гостевой башне. А там сейчас...

Наши с мужем взгляды встретились, и в воздухе повисло молчание. В глазах Арвина я прочитала то же самое понимание. Стало предельно ясно: мне придётся на время переехать к нему. От мысли об этом мои щёки вспыхнули, а сердце учащённо забилось.