Глава 8

Я сижу за кулисами. Слышу гул зрителей. Они ждут спектакля. Кровавого спектакля. Мои руки ледяные. Пытаюсь их согреть. Бесполезно. Гримёр наносит мне на лицо пудру. Его прикосновения лёгкие, выверенные. Я для него – объект. Деталь шоу. – Успокойтесь, – говорит он безразличным голосом не соответствующим словам. – Всё будет хорошо. Он не смотрит мне в глаза, потому что говорит это всем. Я слышу голос за сценой. Это Денис. Он общается с кем-то невидимым для меня, смеётся уверенным, расслабленным смехом. Через десять минут я готова к выходу в эфир внешне, но не внутренне. Выглядываю из-за кулисы. Вижу его и её. Алина в голубом платье, обтягивающем идеальную фигуру. Светлые волосы блестят под софитами. Она – воплощение успеха. Счастья. Новой жизни. Слышу шёпоты зрителей. В основном женские. – Какая красавица, – шепчет кто-то. – И платье шикарное. Исключительный вкус. – А он какой уверенный, – подхватывает другая. – Настоящий мужчина. – А где та, первая? – интересуется третья. – Говорят, совсем запустила себя. Я отступаю назад. В тень. Мне хочется исчезнуть. Испариться. Появляется помощник режиссёра, делает мне знак. Моя очередь. Я выхожу на сцену. Свет софитов слепит. Первые секунды не вижу ничего, кроме яркого белого пятна. Постепенно проглядывают тёмные силуэты зрителей. Я иду к своему креслу. Оно стоит напротив Дениса. Сажусь, стараясь казаться уверенной. Кладу руки на колени, чтобы они не дрожали. Я смотрю на Дениса. Он смотрит на меня. Его взгляд холодный. Пустой. Как у незнакомца. Ян садится между нами. Он – центр. Судья. Проводник. – Мы начинаем, – его голос чётко звучит в тишине студии. – Прямой эфир. «Игра в правду». Музыка. Аплодисменты. Потом тишина. Гнетущая. Я слышу, как стучит моё сердце. Оно хочет вырваться наружу. Первым говорит Денис. Он поворачивается к залу. К камерам, словно профессиональный актёр на сцене. – Не хочу никого обвинять, – начинает он мягким, уставшим голосом. – Я хочу рассказать свою правду, в каких непростых условиях жил долгие годы. Денис рассказывает о моей безумной «ревности». О моих «истериках» на пустом месте. Ничего нового. Он с виртуозной убедительностью цитирует свой блог. Слова ложатся легко, привычно. Впечатление, что он искренне верит в них или хорошо притворяется. – Она не давала мне дышать, – вещает Денис, – контролировала каждый мой шаг. Я задыхался. Смотрю на него. Слушаю. И чувствую, как во мне растёт страх. Старый. Знакомый. Он парализует. Я не могу пошевелиться. Не могу произнести даже слова. Ян бросает на меня спокойный, терпеливый взгляд Он ждёт. Денис продолжает. Он говорит о деньгах, о подделанных мной документах. Он рисует картину. И на этой картине я – монстр. Жадный. Больной. Опасный. Чувствую, как сжимается горло. Подступают слёзы. Но я не могу и не должна плакать. Ищу глаза Яна и нахожу их. Он смотрит на меня. Не как на участницу шоу, а на меня. На Веронику. И я вспоминаю. Всю боль. Все унижения. Все ночи в одиночестве. Я вспоминаю его слова. «Говори о чувствах. Это твоё оружие». Денис заканчивает и вальяжно откидывается на спинку кресла. Он доволен. Он сделал своё дело. Идеально полил меня грязью. Без спотыкания. Без запинок. Наступает моя очередь. Тишина становится громкой. Все ждут. Ждут оправданий. Отрицаний. Истерики. Я делаю глубокий вдох и смотрю на Дениса. Прямо в глаза. – Я не буду оправдываться, – говорю тихим голосом. Но его слышно. – И не буду отрицать твои слова. В зале начинается лёгкий шум. Удивление. – Я хочу рассказать о другом, – продолжаю я. – О своём страхе. Вижу, как брови Дениса чуть поднимаются. Он не ожидал такого хода. – Я боялась потерять тебя, – продолжаю чуть увереннее. – Каждый день. Каждую ночь. Эта боязнь жила во мне с первого дня нашего знакомства. Она пожирала меня изнутри. Поворачиваюсь к залу. К женщинам, которые сидят там. К тем, кто, может быть, тоже боится. – Я полюбила тебя с первого взгляда, – снова в упор смотрю на Дениса. – И эта любовь сделала меня слепой. И уязвимой. Я видела знаки. Чувствовала холод в последнее время. Но убеждала себя, что мне кажется. Что я сошла с ума. Разве может мой заботливый любящий муж завести интрижку на стороне? Слышу, как в зале кто-то тихо вздыхает. Женский вздох. Узнавания ситуации. – Да, я ревновала, – признаюсь совершенно искренне. – Но не потому, что я больная. А потому, что интуиция кричала мне о правде, а я не смела ей верить. Я снова боялась. Очень боялась разрушительной правды. Смотрю на свои руки. Они больше не дрожат. – Я была занята работой. И всегда слишком доверяла. Я подписывала бумаги, не читая их. Потому что безгранично доверяла тебе. Потому что любила до безрассудности. И да, это моя слабость. Моя ошибка. Я признаю это. Поднимаю глаза. Смотрю прямо в камеру. – Но моя слабость – не преступление, – говорю твёрдо. – А твоё предательство – да. В зале полная тишина. Даже Денис молчит. Он смотрит на меня с новым выражением. Не с ненавистью. С недоумением. С растерянностью. Ян медленно кивает. Почти незаметно. Его губы трогает лёгкая улыбка. Я сделала это. Я не оправдывалась. Не обвиняла. Я рассказала свою правду. Самую страшную. Самую уязвимую. И в тишине студии я понимаю – это и есть моя сила. Принять свою слабость и показать её миру.