10. Избушка

Дарья

— Ничего себе избушка! — Восторженно восклицает Сашка, глядя в окно автомобиля, когда тот заезжает на территорию огромного особняка.

Действительно, трехэтажный дом из сруба выглядит величественно и стойко на фоне окружающей природы. Большие высокие окна позволяют заглянуть внутрь и вдохнуть атмосферу уюта. Фасад украшен деревянной резьбой, которая придает дому некий декоративный шарм.

Подъезжая к главному входу, я замечаю просторную террасу на втором этаже, оборудованную уютной мебелью и цветущими растениями. Это место, где, несомненно, приятно проводить теплые вечера, наслаждаясь свежим воздухом и красивым видом.

Влад глушит мотор и первым выходит из машины. Следом за ним выскакивает Сашка. Я вижу его лихорадочно горящие глаза.

— Влад, тебе нестрашно одному жить в таком большом доме? — Спрашивает сын, внимательно глядя на мужчину.

— Нет, не страшно, — усмехается Влад. — Скорее одиноко, — и достает из машины покупки. Затем щелкает брелоком, и багажник автоматически опускается.

— А где ты столько денег взял, чтобы купить такой дом? — С неподдельным интересом спрашивает Александр.

— Заработал, — отвечает Влад, поднимая пакеты с едой. — Вот, помогите мне это донести в дом, — отдает Сашке самый легкий.

— Странно, — задумчиво произносит он.

— Что тебе странно? — Интересуется Владислав, когда мы шагаем по мощеной дорожке в сторону дома.

— Мои родители тоже ходят на работу, но на такой дом не заработали, — оглядывается на меня сын.

— Понимаешь ли, Александр, — тяжко вздыхает мужчина. — Есть разница между зарабатыванием денег и хождением на работу. Те, кто ходят на работу, зарабатывают деньги для того, кто создал им эту самую работу. Меняя свое время и здоровье на зарплату. Понимаешь?

Саша кивает, затем снова спрашивает:

— Как этому научиться? Я бы тоже хотел зарабатывать.

Влад смотрит на Сашку с улыбкой и говорит:

— Это отличное желание, Саша. Но для начала нужно определить, чем ты хочешь заниматься. Какие у тебя есть увлечения и интересы?

Саша задумывается, потом весело восклицает:

— Мне нравится придумывать истории и играть в видеоигры!

— Отлично! — Соглашается Влад. — Может быть, в будущем ты создашь свою айти-компанию.

Мы поднимаемся по ступенькам, и Влад продолжает:

— Еще один важный момент — образование. Чем больше ты узнаешь и развиваешься, тем больше возможностей открывается перед тобой. Не бойся учиться всему новому, что вызывает интерес. И главное — не ленись.

— Понятно, — отвечает Саша, когда мы подходим ко входу.

— А еще не забывай, что деньги — это инструмент, а не цель сама по себе, — добавляет Влад, ведя нас в гостиную.

Саша кивает, а я чувствую гордость за своего сына, который так активно интересуется такими важными вещами.

— Добро пожаловать в наш дом, — с улыбкой говорит Влад, открывая перед нами массивную дверь.

Внутри дома царит атмосфера уюта и тепла. Деревянные полы, высокие потолки и стены, обшитые натуральным деревом, создают ощущение единения с природой.

Влад ведет нас по просторной гостиной, где стоит мягкий диван и камин. В углу заметен небольшой бар, а напротив — вход в мини-кинотеатр.

— Добро пожаловать в мой уголок уюта, — говорит Влад, распахивая дверь в кинотеатр.

Мы входим в комнату, где уютные кресла и большой экран создают атмосферу для настоящего кинопраздника.

— Вау! — Не скрывая своего восторга, Сашка оглядывается по сторонам. — Как круто!

Добров ставит пакеты на стол.

— Идем, я тебе еще что-то интересное покажу, — мужчина ведет нас за собой на цокольный этаж, где есть сауна и небольшой бассейн с подогревом.

— Класс! Мам, можно я здесь поплаваю?

— Голышом? — Сложив руки на груди, скептически изгибаю одну бровь. — Или, может, ты с собой в школу прихватил парочку плавок для купания?

— Блин… — разочаровано вздыхает сын.

— Мы все равно здесь ненадолго. Так что сильно не расслабляйся, — сразу пресекаю его дальнейшее нытье по этому поводу.

Влад

— Шеф, мы проверили этого мужика, — говорит Герман. — Он адвокат. Занимается семейным правом. Разводы, алименты, дележка имущества.

— Хорошо, — тихо отвечаю, глядя на то, как Даша и Саша хозяйничают у меня на кухне, доставая и раскладывая по тарелкам еду.

Моя бывшая встречалась сегодня с адвокатом.

— Что-нибудь еще удалось выяснить? — Спрашиваю Германа, чувствуя, как напряжение начинает нарастать.

— Он известен как опытный профессионал. Работает в этой области уже несколько лет. Клиенты у него, правда, не всегда остаются довольными, но это не редкость в его сфере.

Я поднимаю бокал вина, делаю глоток и осторожно наблюдаю за тем, как Даша и Саша обсуждают что-то с живым интересом.

— Нашли ли что-то подозрительное, что могло бы свидетельствовать о его причастности к каким-то незаконным делам? — Добавляю, сохраняя спокойствие.

— Пока ничего такого, — отвечает Герман.

— Мария готовится к настоящей борьбе за имущество, — предполагаю вслух.

— Возможно, — говорит Герман. — Но мы продолжим следить за ней.

Я киваю и перевожу взгляд на Дарью. Девушка заливисто смеется от чего-то, что сказал сын. Мне приятно видеть ее счастливой.

— Следите за ней, но только так, чтобы она этого не заметила, — приказываю безопаснику.

— Принято.

Сбрасываю вызов и возвращаюсь на кухню. Меня охватывает недовольство и раздражение. Но при этом я сохраняю спокойствие перед Дарьей и сыном.

Я не сомневаюсь в том, что Мария беременна. И, скорее всего, действительно от меня. Потому что ведет она себя более чем уверенно и очень дерзко. Она знает, что я в любом случае сделаю тест-ДНК. И врать в данной ситуации слишком глупо. Тем более судиться. Я, как нормальный мужик, и без судов буду обеспечивать своего ребенка и его мать. Никогда в жизни я не допущу, чтобы они в чем-нибудь нуждались. Понятно дело, что примирение между мной и Марией невозможно от слова совсем. Мы больше никогда не будем полноценной семьей. При этом мы будем родителями, и нам придется научиться коммуницировать ради ребенка.

— Влад, у нас всё готово, — громко произносит Дарья, а Сашка уже во всю уплетает разогретую пиццу.

— Иду.

За столом мы говорим о разных мелочах. Дарья обсуждает перспективы зимних каникул: что было бы хорошо на пару дней выбраться на какую-нибудь базу отдыха и покататься на лыжах. Сашка говорит, что хочет научиться кататься на сноуборде.

— Мне нравится эта идея, — отвечаю, стараясь внести немного легкости в обстановку. — Я думаю, мы сможем организовать такую поездку.

В этот момент наши с Дашей взгляды пересекаются. Я вижу, как ей неловко, но молодая женщина соглашается со мной:

— Это было бы здорово, — она смотрит на меня так открыто и беззащитно, что во мне всё переворачивается.

Если бы мы были сейчас здесь только вдвоем, то я уже давно дал бы волю своим чувствам. А так приходится сдерживаться. Потому что между нами сидит ребенок. Который только-только начал мне доверять.

Плотно пообедав, мы решаем, что пришло время для совместного просмотра какого-нибудь кинофильма. Сашка выбирает комедию «Один дома». Я не спорю. Мне, по правде, все равно, что смотреть. Я просто хочу как можно дольше провести с ними время.

Мы устраиваемся на диване, и Даша начинает распределять попкорн по тарелкам. Сашка уже выбрал место рядом со мной, и я не могу не улыбнуться его восторгу.

Фильм начинается.

Хотя мы и не полная семья в традиционном смысле, но здесь и сейчас мы вместе: смеемся и наслаждаемся компанией друг друга.

Глядя на Дашу, я чувствую благодарность и признательность за ее терпение и поддержку в этот непростой момент.

Сашка же, уткнувшись в экран, смеется вместе с героем фильма.

Внезапно я осознаю, что больше не хочу с ними расставаться. Вот реально. Я не хочу их отпускать. Хочу, чтобы они рядом были. Хочу завтракать вместе с ними. Саньку в школу отвозить. А на выходные на рыбалку с ним ездить. Хочу, чтобы Дарья уют в этом жоме создавала. И домашней еды тоже хочу. Хочу быть частью их мира.

Фильм идет, но я смотрю на них и пытаюсь впитать каждый момент. Дарья смеется вместе с Сашкой. У нее такие милые ямочки появляются на щеках. Невольно мой взгляд задерживается на её губах.

И я понимаю, что этот вечер — нечто большее, чем просто просмотр фильма.

Дарья

— Мама, можно мы сегодня здесь переночуем? — Сын нехотя выключает огромную плазму и, откинувшись на подушки, сладко потягивается на широком диване. — А утром в школу поедем.

— Если мёд, то сразу ложку! — Медленно встаю с того же дивана и поправляю за собой мягкий плед.

— Мамочкааа…

Манипуляторы всегда используют уменьшительно-ласкательные слова.

— Сашенькааа, голубчик, а ты помнишь сказку про золотую рыбку?

Секундная пауза, после которой сын отвечает вопросом на вопрос:

— Это там, где дед-бомж рыбу ловил?

Для своего возраста Саша слишком острый на язык.

— Это там, где одной бабке всё мало было.

Сашка далеко не глупый парень и понимает, к чему я веду, но продолжает прикидываться дурачком.

— Зато там была рыбка, которая исполняла желания. Да, Влад? — Переводит взгляд на Доброва.

— Угу, — кивает мужчина, явно понимая к чему клонит эта мелочь.

— Советую золотой рыбке не вестись на всякого рода хитрости и сделать то, что она обычно делает.

— Исполнить желание? — Приподнимает брови.

— Помолчать, — отвечаю, глядя ему прямо в глаза.

— Сань, — поворачивается к нему Влад, — я, конечно, только за, чтобы вы остались, но маму надо слушаться.

— Ладно, — недовольно цокнув языком, Сашка поднимается следом за мной. — Кхе-кхе, — прокашливается сын. — У меня, кажется, температура поднимается.

— А у меня лапы ломит и шерсть отваливается, — делаю игривый вздох.

— Я серьёзно! Попробуй лоб, — подставляет голову.

Дотрагиваюсь губами до лба и понимаю, что он действительно горячий.

— Только этого мне еще не хватало!

— У нас в школе половина класса болеет и меня, наверное, заразили, — он забирается обратно на диван и закутывается в плед.

— Влад, у тебя градусник есть?

— Должен быть. В ванной есть аптечка. Сейчас посмотрю, — мужчина выходит из комнаты, а я перевожу взгляд на замотанного Александра, у которого на лице собралась вся скорбь еврейского народа.

Моя надежда на то, что Сашка всё-таки притворяется, рухнула, как только я увидела на циферблате тридцать восемь и четыре. И, как на зло, про горло он не врал. Оно тоже оказалось красным.

— Решено, — вздыхая, прячу градусник обратно в коробочку. — Едем домой и будем лечиться.

— В смысле «домой»⁈ — Возмущается Добров. — Куда ты его собралась везти?

— Домой! — вспыхиваю я.

Он так говорит, словно я на собаках собираюсь ехать.

— Ты погоду видела? Там настоящая метель. Холод собачий.

Подхожу к окну и поднимаю занавеску — и правда, снег валит не по-детски.

— И что мне делать?

— Здесь оставаться. А завтра с утра я врача вызову.

— Ты издеваешься? — Обреченно выдыхаю. — Чем я ему температуру до утра сбивать буду? Ему горло полоскать надо. А еще работа!

— Какая работа? У тебя ребенок больной! Ты на больничном быть должна, — мужчина с изумлением смотрит на меня.

— Угу, должна, — зло киваю. — Скажи это нашей директрисе.

— Запросто! Дай мне её номер, я завтра наберу её и поговорю.

— Отвези нас, пожалуйста, домой, — не прошу, требую.

— Даш, во-первых, успокойся. Во-вторых, посмотри на ситуацию без лишнего кипиша. Напиши мне список лекарств на сегодня, и я скину его водителю. Через час сюда привезут все необходимое и даже врача. Если у Саши нет ничего страшного, тот же водитель отвезет тебя с утра на работу, а вечером ты вернешься сюда.

— А ты? — Смотрю на него с недоверием.

— А я возьму работу на дом.

— Ну не знаю, — поворачиваю голову и смотрю на свернувшегося в плед, словно в кокон, сына. — Ладно, сдаюсь. Остаемся здесь.