Глава 24

Несмотря на наши общие попытки вернуть атмосферу в нужное русло, плотный туман между нами неумолимо рассеивается. Матвей продолжает поглаживать мои руки, целует шею, ключицы, но видя, что я не могу расслабиться, подносит мои пальцы к своим губам и с каким-то удивленным трепетом произносит:

— Ты такая… необычная, Дина. Действительно, не такая. Не такая, как все.

Я благодарно улыбаюсь, понимая, что в его голосе нет ни капли упрека.

Казалось бы, он успел настроиться на определенное продолжение вечера. Да что там он, я и сама вроде как готова была идти до конца. Не просто готова, я этого безумно хотела.

А сейчас не знаю. Кажется, я ни в чем уже не уверена.

Разве что в том, что хочу осуществить свой план с местью. Могла бы сейчас не с Рокотовым развлекаться, а активно обдумывать следующую стадию. Это сейчас должно быть на первом месте. Вчера я написала Илье, чтобы поторопился со сбором нужной суммы, но так и не придумала способ передачи денег.

Юлька строго-настрого запретила использовать банковские счета. Даже если открыть новую карту, это все равно опасно и можно как-то отследить. А значит нужна старая добрая наличка… Но как это все организовать?

За последние пару дней я пересмотрела с десяток шпионских фильмов, где требовали выкуп, но то ли фантазия у сценаристов побогаче моей, то ли американские улицы больше оснащены тайниками и черными ходами, но ни одну идею оттуда я так и не почерпнула.

— Ты планируешь ответить? — слегка задрав бровь, интересуется Рокотов.

Паника от того, что пропустила его вопрос, сменяется облегчением, когда я, наконец, слышу непрерывно вибрирующий телефон в своей сумочке.

Пересаживаюсь, наконец, на пассажирское сиденье и недоуменно смотрю на экран. Ладно, девять непринятых вызовов от мужа я еще могу хоть как-то объяснить, но вот что могло понадобиться моей сестре? Она же знает, что я планировала провести этот вечер в компании Матвея и не стала бы беспокоить по пустякам.

— Да? — обеспокоенно рявкаю в трубку.

— Ты не одна?

— Нет, но я могу говорить, не переживай, — ловлю взгляд Матвея и произношу одними губами “сестра”. Он кивает и сам достает свой смартфон, усиленно делая вид, что не хочет меня смущать.

— Мне звонил твой клиент, — трагически сообщает сестра. — Пять раз!

— Клиент? — недоуменно переспрашиваю.

— Да, клиент, — настаивает она и почему-то в этот момент я отчетливо представляю, как она безумно вращает глазами, пытаясь донести до меня смысл своих слов. — Тот самый, который по идее в курсе, где я нахожусь этим вечером. А главное, с кем.

— Ага, — непринужденно отвечаю: — У меня тоже есть несколько непринятых вызовов.

Видимо, сестра думает, что Рокотов может услышать обрывки нашего разговора и догадаться, что речь идет о моем муже, поэтому и затеяла эту шифровку с клиентом.

— Есть идеи, что он от меня хочет? — спрашивает она и тут же шепотом добавляет: — Может, он о чем-то догадался? Ты не могла спалиться?

— Не думаю, что дело в этом, — отвечаю пространственно, обдумывая ее слова.

Голос сестры пропитан паникой, но я с удивлением понимаю, что сама абсолютно спокойна. Ну что могло случиться? У Ильи нет резона не доверять мне. Я все продумала. Каждая моя фраза, адресованная ему на этой неделе, выверена до мелочей. Не только слова, но и интонации.

Я не тешу себя иллюзиями, что Илья ведётся на мою игру потому что я такая первоклассная актриса. Все дело в том, что я играю саму себя. Прошлую. Слишком наивную. Слишком доверчивую. Слишком зависящую от чужого мнения.

Поэтому и сейчас я совсем не нервничаю.

Может, ключи забыл и теперь не может попасть в квартиру?

Что ж, в таком случае ему придется еще немного подождать. У меня, знаете ли, очень важные дела. Мне нужно как следует попрощаться с господином прокурором. Хорошо так попрощаться, от всей души. Чтобы хоть немного сгладить впечатление от того, как я позорно спасовала.

И я прощаюсь. Долго. Чувственно. Медленно.

Может, в этом и дело? Несмотря на мой страх, что наши отношения могут закончиться так и не начавшись, нам все же стоит двигаться чуть медленнее? В привычном мне темпе. А то мало того, что я вдруг переквалифицировалась в изменницу, так еще и роль распутницы на себя примерила. У нас, по сути, только первое свидание.

Поцелуи — ок.

Секс на заднем сиденье его тачки — не ок.

Это нормально. И хватит себя корить за то, что струсила переступать эту черту.

К тому моменту, как мы подъезжаем к моему дому, точнее к тому, который Матвей считает моим, мои губы окончательно распухли, будто я искала тесное знакомство с целым ульем пчел. Но и не это мне наплевать. Даже не собираюсь хоть как-то скрывать припухлость. Да и что я могу? Приложиться ртом к холодному металлу подъездной двери? Я совсем не против, чтобы Илья начал себя накручивать. Сомневаться. Нервничать. Делать ошибки.

Мне это выгодно. Впрочем, если уж быть до конца честной с собой, дело не только в выгоде. А в том, что я хочу этого. Хочу пошатнуть его нервную систему и уверенность в себе. И пусть, мне никогда не побить его рекорд, я могу хотя бы постараться. Видит бог, мой муж этого заслуживает.

Поднимаясь по ступенькам, я глупо прикладываю пальцы к губам, до сих пор чувствуя нежные поцелуи Матвея. Не знаю как ему это удается — сочетать в себе страсть цунами и чувственную ласку, но этот безумный контраст едва не лишил меня рассудка. Настолько, что я действительно была готова рискнуть…

Думаю, оно бы того стоило. Может, через какое-то время я бы об этом и пожалела, сокрушаясь, что так и не довела свой план до конца, но сегодня ночью я была бы счастлива. А это тоже, знаете ли, дорогого стоит.

Погруженная в мысли о том, что могло бы случиться, если бы я не сдрейфила, отпираю дверь ключом и пораженно застываю на месте.

— Нас ограбили? — ошарашенно спрашиваю у мужа, стоящего посреди ужасного бардака.

Все коробки, которые хранились на антресоли, сейчас находятся на полу, а куча вещей, включая зимнюю одежду, старые инструменты, записные книжки и даже нерабочий пылесос, раскиданы рядом. Бросив взгляд в приоткрытую дверь гостиной, я понимаю, что и там творится то же самое. Все коробки и контейнеры из верхних ящиков шкафов сейчас валяются на полу, а их внутренности равномерным слоем застилают серый ламинат.

— Что происходит, Илья? — в ужасе выдыхаю.

— Я искал свой старый телефон, Дина, — цедит он в ярости. — Где он??